Глава 4. Мой день.

Седьмое марта. День моего рождения. Но я не жду никаких сюрпризов, ведь не говорила Грегори о том, что этот день для меня особенный. Я, признаться, считаю теперь своим новым днем рождения четырнадцатое февраля. Именно в этот день колдун спас меня. И не только от грабителей, как вы понимаете. Правда, взамен он забрал мой покой и, кажется, сердце. Но я не против. Невзирая на его всегдашнюю отстраненность и холодность, я надеюсь растопить лед.

Наступила весна. Скоро все расцветет и мой колдун тоже, потому что портной доставит мои платья, и я начну более активные наступления, чем сейчас.

Пока вообще об охоте пришлось забыть, потому что Грегори практически не появляется дома. За эту неделю я завтракала с ним всего трижды. Ужинала и того меньше. Он как будто нарочно скрывается от меня. Я даже подумала грешным делом, что он уже пожалел, что спас. Но потом рассудила, что будь это так, Грегори указал бы на выход. А он этого не сделал, значит… У меня еще есть шанс.

Потягиваюсь в постели и, поймав на простыне блуждающий солнечный луч, решаю, что это хороший знак. Сегодня все должно измениться. Как именно, пока не ясно, но я чувствую, что должно.

Поднимаюсь с кровати, подхожу к зеркалу. Оглядываю себя и с прискорбием замечаю, что набрала лишнего. Бедра за три недели раздались еще больше. Кажется, пора заканчивать с пирожными. Хорошо еще талия не пострадала, а то ведь можно и в платья новые не влезть.

Звоню в колокольчик. Он здесь волшебный. Звук вроде негромкий, но горничная его услышит, где бы ни была. А пока она тащится, чтобы помочь мне одеться, я умываюсь. Да, в холодной воде, а что делать? Не ждать же, когда мне принесут горячую? Так можно и к завтраку опоздать. Я из-за этой самой Рами как раз и опаздываю обычно. Прихожу, когда Грегори уже откушал свою яичницу с беконом. Такое ощущение, будто горничная специально подольше возится, чтобы мы с хозяином разминулись.

– О, вы уже умылись и даже расчесались? – удивляется зараза, входя ко мне с большим чехлом, в котором, я надеюсь, мое долгожданное платье.

– Как видишь. Давай-ка поторопись. Не хочу опоздать.

– Не опоздаете, – как-то грустно улыбается она. – Сегодня вас будут ждать столько, сколько потребуется.

– Это почему? – настораживаюсь я.

– Сюрприз, – говорит она загадочно и расчехляет свою ношу.

– О боже! – восклицаю, видя свое роскошное, донельзя неприличное и страшно красивое платье.

– Э-э-э-э… – разевает рот служанка. – Тут, кажется, какая-то ошибка. Похоже, портной перепутал заказы и прислал вам не то платье… – блеет она, спешно заворачивая шедевр моей художественной мысли обратно.

– Нет. Это то, что я заказывала!

– Но это же… Ам, – сглатывает Рами. – Это неприлично!

– Зато красиво, – подмигиваю я скромнице и выхватываю у нее шелковое кроваво-алое великолепие.

– Ладно, – пожимает плечами девушка и принимается распускать ленты корсета.

Когда я оказываюсь у зеркала в своем новом… Нет, не платье, боевом обмундировании, Рами разве что не взрывается от зависти. И дело не в том, что ткань очень блестящая и эффектно подчеркивает формы. Дело в наличии последних. У бедняжки два незаметных прыща вместо груди и задница плоская. Даже под юбкой это видно. А у меня… Опустим бедра. Сосредоточимся на преимуществах. У меня пышная высокая грудь, тонкая талия, длинная шея, которую хорошо видно с высокой прической, и покатые плечи. Их я не стесняясь открыла. Полностью. Даже накидки кружевной нет.

– По-моему неплохо, – верчусь я во все стороны. – Что скажешь?

– Кхе, ярко, – дает зануда свой лаконичный ответ и выводит меня из спальни.

Я по привычке тороплюсь, боюсь не застать в столовой Грегори, поэтому не сразу замечаю, что холл и даже коридор украшен цветами. Чтобы вы понимали, цветы в это время года – редкость. Впрочем, эти могут быть наколдованными. А вот те, что источают сладостный аромат в самой столовой, очевидно нет.

Мою ж маковку, что происходит?!

В центре стола стоит огромный букет роз. Сервировка для завтрака очень странная, не привычная яичница или тосты, а пирожные, фрукты и шампанское!

С утра пораньше?!

– Эм, – неграциозно теряю я челюсть, обращая внимание на приодетого хозяина с бокалом в руке.

Он, правда, тоже разевает рот и сглатывает, когда видит мое преображение. А стоит мне сделать шаг веред, продемонстрировав вырез на юбке, так он вообще начинает ошарашено хлопать глазами, а после осушает бокал вина одним залпом. Спохватывается, когда я оказываюсь рядом, и поспешно наливает новый. Себе и мне.

– С днем рождения, Мириам, – поздравляет он, едва дыша. Протягивает мне бокал, чокается со мной и снова выпивает все в один присест. Только после этого смеривает меня осоловевшим взглядом и плюхается на стул.

Я тоже сажусь. Но не напротив, как обычно, а рядом. И еще ногу на ногу закидываю, чтобы полы платья разошлись, обнажив бедро. Грегори роняет взгляд на мое колено. Залипает на несколько секунд. Достает платок и вытирает лоб.

– Еще вина? – интересуется, едва сдерживая хрипоту в голосе.

– Пожалуй, – решаю я, хотя отпила всего глоток.

Меня, признаться, и без шампанского трусит. Так все тело дрожит и наливается жаром, что и не знаю, как это скрыть, учитывая, что выставила его напоказ чуть ли не целиком.

Нет, я предполагала, что реакция на мою выходку последует. Но даже не рассчитывала, что она будет у нас обоих. Грегори явно впечатлен и, судя по тому, как он ерзает на стуле, возбужден. Кажется, портки ему откровенно жмут. Но и я слишком уж встревожена всей этой демонстрацией. Я, кажется, уже пьяна без вина.

Божечки, что же со мной будет, если удастся соблазнить его? А что случится, если он… Если решит, что я легкодоступная и…

Нет, он не решит! Я не позволю. Смотреть – это пожалуйста. Восхищаться можно. Тешить мое самолюбие тоже. А все остальное… Я кажется, не готова. Переоценила свои силы.

– Как вы узнали, что сегодня мой день рождения? – спрашиваю, чтобы хоть немного отвлечься.

– М-м-м, что? – словно бы выныривая из омута, бормочет Грегори. Поднимет на меня совершенно пьяные глаза и тяжело вздыхает.

– Мой день рожденья, это все в честь него?

– Угу, – кивает он, но головы уже не поднимает. На этот раз его гипнотизирует мое декольте.

– Так как вы узнали?

– Эм-м-м… – нехотя поднимает маг голову и возвращается к моим глазам. Смотрит пристально, не отрываясь, будто зачаровать хочет. – Это было несложно, ведь я знаю ваше имя.

– Вы что виделись с моей матерью?! Она знает, что я гощу у вас?!

– Не-е-ет, – качает он пальцем у меня перед носом. – Никто не знает. Вы ведь именно этого хотели. Не так ли? – неожиданно подмигивает он.

– Д-да, – соглашаюсь, но в этот момент мне становится страшно и жутко неуютно в этом своем платье. Я чувствую себя голой и ужасно дурной. А еще самонадеянной.

Идиотка, если ты решила поиграть с колдуном, то стоило хотя бы пару заклинаний из его же книги выучить. Правда, какой в этом был бы толк, я же не ведьма?

– И все-таки, как вы узнали?

– Не важно, – отмахивается он.

– А что важно?

– То, что вы стали взрослой, Мириам, – говорит он таким густым и тягучим голосом, что я забываю как дышать.

Кровь в моих жилах воспламеняется. Сердце, зараза, начинает качать с удвоенной скоростью, еще быстрее разнося этот горючий коктейль по венам. И вот я уже вся мокрая, хотя в зале не так уж жарко. Я обдуваю себя рукой, а Грегори все смотрит и смотрит, завораживая голубизной своих донельзя проникновенных глаз.

– Вы очень красивая в этом платье, – наконец говорит он все тем же грудным голосом. – Но я рекомендовал бы, накинуть что-то потеплей.

– Мне не холодно, – бормочу едва слышно.

– Это пока, – хищно улыбается колдун и, макая палец в кондитерский крем, проводит им по моим губам.