Глава 18. Невеста должна быть в белом

— Эдик, мне не нравится! — капризно топнула ножкой Алеся, стоя на подиуме перед зеркалом.

— Красавица моя, но ты же сама это платье выбрала, я тебе привез. — попытался возразить ей стилист, поправляя перья на подоле короткого черного платья с пайетками.

— А теперь мне не нравится! Как будто я эпиляцию зоны бикини не сделала и всё наружу полезло!

Бандерлог за их спинами громко заржал, сидя на диванчике для гостей, он сегодня потратил четыре часа на хождение по магазинам со Стервой, которая вытрясла из него всю душу и кучу денег впридачу. Вчера он пережил маникюр, педикюр, визит к барберу и выдирание воском волос из ушей и носа, прибить Алесю хотелось всё сильнее, да рука не поднималась, когда она одобрительно чмокала его в губы и трепала по холке.

Он думал, что уж в её любимом магазине расслабится — ни черта подобного. Всё ей было не так и не то, владелец магазина и её друг потел, закатывая глаза и пытаясь ей угодить.

— Оскар Назарович, оторви свою упругую задницу от дивана и пошарься там на вешалке, подбери мне что нибудь на завтра! Ты знаешь, что мне нравится! — безапелляционно заявила Стерва, скрываясь за шторкой примерочной.

— Откуда, я, блядь, должен знать?! — вздыхал Назар, перебирая плечики с платьями.

Эдик посмеивался и подбирал сам, только всё никак не попадал в цель.

— На-ка, это примерь! — сунул ей Назар за шторку свой вариант.

Алеся вышла оттуда в белом платье с закрытой спиной, глубоким декольте и неприлично высоким разрезом на ноге. Ее глаза засветились неземным счастьем и она улыбнулась своему отражению.

— Нет, это не подходит — я твои трусы вижу, давай ещё поищем! — тут же передумал Назар, судорожно выбирая что-то другое.

— Нет, это оно самое! Эдик, тащи булавки, надо чтобы твоя портниха сегодня всё подшила — икс два за срочность!

— Стрекозочка моя беленькая, ты ведь на свадьбу идёшь? — осторожно заметил Эдик. — Там только одна женщина должна быть в белом!

— И это буду я! — радостно хлопнула в ладоши Алеся. — Вторая не женщина, а тварь!

Стерва обняла Эдика, что-то шепча ему на ухо, тот захихикал.

— Ах ты гадючка моя королевская, какая ты коварная! Обожаю, уважаю, обнимаю!

Полчаса стилист подкалывал ей подол и разрез, и ей снова было то слишком коротко, то длинно, то разрез не тот. Нервы Назара держались на тонком волоске.

— Оскар Назарович, оплати! Нам ещё в косметический надо забежать, я тебе парфюм заказала, надо забрать заказ. Хочу чтобы от тебя пахло, как я люблю, а не как от тренажёрки твоей потной! — поморщилась Алеся и волосок противно зазвенел из последних сил.

Пока она переодевалась, Назар оплачивал её покупки, именно покупки, ведь у неё здесь ещё лежали два заказа с сумочками, нижним бельём и парой обуви.

— Настоящая женщина должна быть вредной и капризной. — с сочувствием во взгляде посмотрел на Назара Эдик, когда тот проводил картой по терминалу. — Ваша вот не бракованная, это точно, я в пали разбираюсь. Настоящая — сто процентов!

— И столько же сверху, ага. — едко заметил Назар. — Я десять лет в тюрьме просидел, с ней знаком два месяца. Вспоминаю свои тюремные будни с ностальгией и теплотой!

Эдик засмеялся так, что его согнуло пополам и он скрылся за стойкой администратора, очень надеясь, что Алеся не услышит его ржач. Она ему нравилась, но он её боялся.

— Спасибо, Эдик! Ты как всегда точно знаешь, что я хочу! Чмоки! — послала ему воздушный поцелуй Стерва, обвешивая Бандерлога пакетами.

Назар сел за руль злой и как будто оскорблённый, Эдику, значит, спасибо.

— А спасибо мне?

— А тебе за что? — удивленно спросила Стерва, тыкая пальчиком в телефоне.

— А что, не за что? Я все твои шмотки оплатил! — завёлся Назар вместе с двигателем.

— Я только что перевела тебе за них деньги. — холодно заметила Алеся, не глядя на мужчину. — Я не собираюсь на задних лапках перед тобой прыгать за то, что покупаю себе сама. И за то, что ты мне вдруг купишь, тоже. За подарки отсасывают только шлюхи. Я хорошо зарабатываю и люблю себя баловать, от тебя ничего не требую.

— Зачем тогда весь этот спектакль?! Ты издеваешься? — завёлся ещё больше Назар.

— Чтобы ты оставил хорошее впечатление у Эдика, он считает, что мужчина в жизни женщины должен закрывать все её базовые потребности, иначе зачем такой стрекозёл нужен?

— А мне зачем мнение твоего Эдика? — зарычал Назар.

— Затем, что он мой хороший знакомый и мне важно его мнение. Тем более эта болтушка скоро пустит про тебя слухи, что Оскар Назарович Чернов имеет близкие отношения с Алесей Алексеевной Мироновой, у него много денег и он не скупится на дорогие подарки своей любовнице, о которых я ему наплету в это воскресенье, мы идём с ним в театр. Нам нужен этот флёр богатства и расточительности для Бахтияровых и остальных. Ты скоро выходишь в свет, тебе это нужно, понял меня?

— Понял. — процедил сквозь зубы Назар.

Алеся больше не произнесла ни слова, как будто обиделась, на прощание она дотронулась до его аккуратно подстриженной бороды и улыбнулась:

— Ну, вот, Бандерлог, стал похож на человека! Завтра не опаздывай, приезжай за мной в двенадцать, поедем на регистрацию.

— Скажи-ка, гадючка, ты что-то задумала на свадьбе у своей подруги?

— Как ты мог такое подумать, Оскар Назарович?! — наигранно удивилась Стерва. — Она же моя лучшая подруга!

— Задумала. — покачал головой Назар.

*****

Настя опоздала на собственную регистрацию, потеряв в спорах время с визажистом, работа которой никак не могла устроить невесту. Ещё и причёска получилась не такой, как на фото из блога, затем невеста еле влезла в свадебное платье, успев поплакать над каждой булочкой, которую съела за месяц после его покупки.

Гости толпились возле ЗАГСА в ожидании окошка в регистрациях, как вдруг появились ещё одни опоздавшие. Напротив них остановились две большие чёрные машины, из одной вышли два мужчины в чёрных костюмах, по виду телохранители, из другой появился знакомый Насте мужчина, нынешний босс Плесени, как её про себя называла лучшая подружка. Он сам открыл дверь своей даме, которая кокетливо подала ему ручку, в сверкающих всеми цветами радуги бриллиантах. Алеся надела белое платье на её свадьбу! Будто не замечая, заинтересованных взглядов, белая Плесень прильнула к высокому и сильному мужчине в бесподобном прикиде и тот обнял её так, будто она любовь всей его жизни.

— А вы что ещё не поженились? — поцеловала Алеся подругу в щёку. — Я думала мы как раз к вашему выходу подъедем.

— Нет, мы опоздали, ждём очередь.

— Понятно. Жарко ждать-то. Оскар Назарович, я не хочу ждать! — Алеся надула губки, глядя на своего, кажется, мужчину.

Тот кивнул ей и направился в здание ЗАГСа вместе с двумя охранниками, двое остались рядом с Плесенью, один из них держал в руках большой букет.

— Сейчас он все вопросы решит, такой решительный. — улыбнулась невесте Алеся.

Настя криво улыбнулась в ответ, глядя на сверкающие рубины в ушах и на шее Алеси, примерно прикидывая сколько всё это стоит — много.

— Ты же хотела в чёрном пойти? — спросила Настя, плохо скрытая свою злость.

— Оскар Назарович сказал, что мне это больше идёт, а с ним разве поспоришь? — усмехнулась Алеся. — Мужик сказал — я сделала.

Через пять минут её хахаль со всеми договорился и они вошли в зал для брачующихся, где быстро и по заранее известному сценарию пошла церемония. Алеся подошла к подруге поздравить и вручить цветы — красные розы, Настя приняла поцелуй и та отошла обнять жениха. Невесте показалось, что Алеся что-то шепнула на ухо Медвежонку и задержалась в его объятиях чуть дольше, чем положено. Миша как-то побледнел после того, как Алеся отошла от него. И так нервная Настя начала нервничать ещё больше.

В ресторане её нервозность приобрела маниакальный характер, потому что Алеся то и дело подходила к её подругам и их мужьям, о чём-то с ними говорила и ей казалось, что они начинали как-то странно поглядывать на Настю, будто Плесень сказала что-то нелицеприятное про невесту. Медвежонок как-то странно притих, почти не смотрел на невесту, не слушал тосты и слишком часто прикладывался к стакану.

За столом же, где сидела Плесень люди веселились вовсю, её мужчина, которого она называла по имени отчеству, а он её «моя Алеся», оказался компанейским, что-то постоянно рассказывал, наверное, анекдоты, потому что стол то и дело взрывался хохотом. Больше всего Настю раздражало то, как этот представительный мужчина относится к своей спутнице, постоянно её обнимал, что-то говорил на ушко, целовал.

Настя усмехалась про себя, наверное, голой Плесень пока не видел, увидит — так смотреть не будет. Невеста кинула взгляд на стол, где сидели её родственники, которые тоже вовсю веселились, подогретые алкоголем, половине из них пить было нельзя, о чём она предупредила официантов, однако, бутылок с алкоголем на их столе только прибывало. Откуда?

Плесень неожиданно вышла на танцпол со своим мужчиной, им даже приглушили свет и пустили дым под ноги, с какого-то хрена. Настя не ожидала от мужчины, который был комплекцией похож на борца-тяжеловеса, такого умения вести в танце партнёршу, а вот Плесень в детстве ходила на парные танцы, как она говорила. Судя по тому, как она прогибалась и высоко поднимала ногу, она ещё и растяжку делала регулярно.

— Оскар Назарович, ты меня прям удивил. Ты где так научился? — шептала Алеся в это время улыбающемуся Назару на ухо комплименты.

Назар не стал ей говорить, что почти год после тюрьмы встречался со стриптизёршей, у которой танцы в паре с ним были вместо прелюдии, она его и научила.

— Алеська, скажи, что ты задумала, а? Про ЗАГС я уже понял, что их бы мурыжили в очереди, пока мы не приехали. Её родственников ты набухала, как я погляжу, алкоголь у нас из багажника. Что дальше?

— Жениха украду. — улыбнулась ему Алеся.

— Зачем тебе такой? Меня можешь украсть, даже изнасиловать, я не против. — хмыкнул Назар.

— Тебя украду попозже, поедем на свидание.

— Ты же сказала вчера «никаких свиданий»?

— Сегодня передумала. — пожала плечами Стерва и нежно поцеловала его в губы.

Настя потеряла жениха, Миша ушёл покурить и сгинул во тьму, последние два тоста от его друзей она выслушала, сидя за столом в одиночестве. Обстановка за столом родственников накалялась, мама начала припоминать папе его грехи столетней давности, тётя Галя уже плакала над своей судьбой старой девы, дядя Толя рвался танцевать лезгинку — всё как всегда.

— Позорище… — прошептала себе под нос Настя.

Когда Алеся взяла в руки микрофон, чтобы сказать тост, у Насти начали потеть ладони, ей не нравился взгляд, который был у подруги. Каждое слово, сказанное Плесенью, о доверии, об их многолетней дружбе и поддержке в трудные времена, о благодарности будто било Настю током. Всё было ложью и Плесень об этом, похоже, знала.

Алеся закончила говорить тост, подошла к столу, за которым сидела подруга Насти, та, с которой она слишком разболталась на своём дне рождения, и что-то ей шепнула на ухо. Оля побледнела, метнув встревоженный взгляд на Настю, а потом на своего мужа.

Настя вскочила на ноги, путаясь в подоле неудобного платья, как Алеся узнала, что она спит с мужем подруги? И где Миша? Он тоже знает?! Настя заметалась по коридорам ресторана, а когда вернулась в зал, Медвежонок смирно сидел на своём месте, с осоловелыми глазами.

Их танец жениха и невесты провалился с треском, жених чуть не упал, а потом наступил на подол платья невесты, под жиденькие аплодисменты молодожёны покинули танцпол. Настя была готова убить своего любимого и подругу тоже, за косые взгляды, за смешки в свою сторону, это она виновата! Оля с мужем разругались в пух и прах прямо за столом, пока шёл музыкальный номер на сцене, муж утащил упирающуюся жену из зала и они больше не вернулись.

Миша опять пропал, а ведь уже настало время выносить и резать торт, но он отошёл на второй план, когда началась драка между родственниками невесты и жениха. Тёща и свекровь невзлюбили друг друга с первого взгляда. Женщин разняла охрана Оскара, который невозмутимо стоял недалеко от драки, обнимая Алесю за тонкую талию, она смотрела будто на спектакль, который сама срежиссировала.

Когда трехъярусный торт рухнул на пол, потому что официант споткнулся и упал прямо на стол, Настя не выдержала и заревела, убежав на улицу. Свадьба превратилась в какой-то кошмар, а Миша просто пропал, он что её бросил?

Невеста в белом платье рыдала за углом ресторана, прячась ото всех, как услышала, что мимо неё идёт Плесень под руку со своим мужиком. Они смеялись, над ней смеялись!

— Ты, Плесень, что ты им наговорила?! Где Миша?! — выскочила из-за угла Настя, преграждая путь голубкам.

— Оскар, милый, подожди меня около машины, мне надо с подругой поговорить.

Назар нехотя отпустил руку своей дамы и отошёл чуть поодаль, пристально наблюдая за разъярённой невестой и совершенно спокойной Алесей.

— Что ты им сказала?! Почему они так на меня смотрят?

— Может, потому что ты ведёшь себя как истеричка? — надменно приподняла брови Стерва. — Орёшь на персонал, который просто делает свою работу, грубишь матери, когда она пытается тебя успокоить, прилюдно унижаешь уже мужа, когда говоришь в его присутствии о том, что вы даже ипотеку не можете взять с его нищенской зарплатой. Ты ведь сама всё это говорила, не я.

— А Оля, ты их поссорила? Что ты ей сказала?!

— Я сказала ей, что она задаёт тебе не те вопросы. Почему ты с ней дружишь, Настя? Почему её муж устроил твоего мужа к себе на фирму, а тебя порекомендовал к ней в салон? Ответы она додумала сама — чтобы ты была вся такая благодарная возле него. Спишь с боссом своего мужа, как нехорошо, уже два года, а мне ни словом не обмолвилась, стыдно потому что?

Алеся покачала головой, достала из своей сумочки пухлый конверт с подарком и протянула ошарашенной Насте.

— Держи, столько стоит наша дружба. Будь счастлива.

Настя заглянула в конверт и её глаза загорелись — доллары, тысяч десять или даже двадцать. Она перебирала пальцами зелёные купюры, не замечая очевидного.

— Они фальшивые, как и наша дружба. — усмехнулась Алеся, обходя подругу стороной. — Счастливо оставаться, твой муж в подсобке валяется облёванный. Все его родственники по мужской линии запойные алкоголики, как мне твоя свекровь сказала, не забудь забрать свой приз в лотерее семейного счастья, когда будешь уходить.

Лучшая подруга развернулась и закричала ей в спину:

— Ты, уродина, тебе только на чужие свадьбы в белом ходить! Никто никогда замуж тебя не возьмёт! И ребёнка никакого у тебя не будет! Ты сдохнешь одна!

— Выпью за твоё семейное счастье перед смертью! — хохотнула Алеся, не оборачиваясь. — Где-нибудь на побережье Италии, где собираюсь прикупить домик, для себя одной, между прочим, на свои деньги! Ты можешь считать, что я насосала, если тебе так будет легче.

Только по глазам Назара Алеся поняла, что её подружка решила всё-таки ударить ей в спину ещё сильнее, но Бандерлог оказался быстрее, чем женщина в тугом корсете. Он дёрнул Алесю за руку к себе и отодвинул за свою спину, Настя же получила несильный толчок в плечо, от которого упала назад.

— Тут тебе самое место, падаль. Ещё раз увижу около моей Алеськи — прибью. — сказал ей на прощание Назар.

*****

Алеся считала, что лучшая месть это свой личный успех. И эту простую для себя аксиому она вывела, когда извалялась в грязи мести бывшему жениху. Оно того не стоило… После разрушенной семьи, с квартирой и машиной на руках Алеся не стала счастливее да и легче ей после пережитого предательства тоже не стало.

Сейчас ей было легко и тепло. Назар закутал её в свой пиджак стоило им ступить на палубу речного трамвайчика премиум-класса. В последний раз она каталась по Москве-реке ещё будучи нищей студенткой, которую воспитывали пенсионеры и у которой не было ничего кроме желания добиться успеха в жизни. Она вроде бы добилась, материальный и профессиональный успех был на лицо, зависть окружающих тоже. Остался последний рубеж её личных достижений в виде ребёнка и можно считать, что жизнь удалась.

— Будешь ещё вина?

— Нет. — Алеся покачала головой, укутываясь плотнее в его пиджак. — Ты был сегодня очень приятным кавалером, вынуждена признать.

— От тебя звучит, как спасибо. — хмыкнул Назар.

Она тяжело вздохнула, укладываясь головой ему на плечо, вчера утром она отправила отказ Бахтиярову, весь следующий день его управляющий обрывал им телефон. Значит, другие поставщики тоже сказали своё слово — никакого элитного пойла для сливок общества. Следом проблемы покатятся как снежный ком стараниями Алеси и её босса. Его месть должна была быть гораздо жёстче, чем её когда-то, а то, что он не убил человека, который отнял у него всё, это не акт милосердия. Он приготовил для них участь похуже. Вот только что?