Глава 19. Враг за стеной

Никогда у Назара не было такой женщины, как Алеся. Как сказал Эдик «настоящая», не бракованная. Всегда ухоженная, красивая — ни разу он не видел её без макияжа, кроме случаев, когда слёзы смывали её косметику, но без неё она была даже красивее. Всегда с причёской, свежим маникюром, тщательно подобранные украшения и одежда, может, Назар в них и не разбирался, но чувствовал, что Алеся знает в этом толк. В постели она не раздевалась, зато каждый раз надевала шёлковые сорочки с кружевами, их она шила на заказ, как она ему обмолвилась.

Она была самодостаточной женщиной от корней волос до кончиков ногтей на красивых ножках, которые в данный момент лежали возле него на подушке, а он гладил её гладкие ноги. Вся её кожа будто сияла, а сама она пахла просто божественно, как свежая булочка из пекарни, которых она даже не ела.

Алеся, подложив под голову подушку, лежала валетом на кровати в номере отеля, где они вторую неделю встречались по вечерам. На порог своей квартиры Стерва его не пускала, а к нему приезжать наотрез отказывалась, утверждая, что в доме Оладушкина до сих пор живёт дух его живой жены. Она посоветовала Назару продать этот дом, купить какую-нибудь холостяцкую квартиру. Он промолчал на это предложение, как у Алеси были планы на дальнейшую жизнь, так и у него тоже — в Москве он оставаться не думал, ему даже хмурый и неприветливый Питер нравился больше, чем столица. В идеале дом где-нибудь в глуши, подальше от людей. Умом, которого Алеся в нем не замечала, Назар понимал, что долго он Стерву просто не выдержит. Да бьет по нервам так, что дышать рядом с ней становится тяжело, а руки тянутся её быстрее раздеть и трахнуть. Но это ненадолго, скоро он от неё устанет, как уставал от всех своих баб, хоть Алеся и настоящая женщина, бабский пилёж, только стервозных масштабов, у неё в крови.

— Значит, слушай, Бандерлог, наши ближайшие планы. — сказала Алеся и забегала глазами по списку в своём телефоне. — С дефицитом качественной еды и алкоголя мы разобрались, им придётся либо поднимать цены, либо терпеть низкую маржу, потому что закупаться будут хрен пойми где. Я через посредника договорилась с блогерами и инфлюэнсерами, которые подхватят волну хайпа от Синички.

— От кого?

— Модная треш-блогерка, которая обожает устраивать скандалы, а также любит играть на нервах у своего папочки. Айрат его друг, так что устроить его рестикам разнос, увидев таракана, это она за милое дело. Дальше дело за малым — нам нужны шлюхи!

— Кому это нам? — встрепенулся Назар.

— Его рестораны для дорогих девочек, как витрина, куда они ходят и фоткают себя в интерьерах аристократии, заплатим им и они будут писать гневные посты, что цены высокие, еда блевотная, а алкашки так вообще нет. Его сеть недорогих баров ещё какое-то время простоит, но если мы лишим их бизнес лицензии на алкоголь — можно смело памятник заказывать всем предприятиям. Нужно найти человека, который поможет с лицензией, плюс Роспотребнадзор, пожарка и прочие инстанции. Душить так душить на полную.

— Я уже этим занимаюсь, через Филина.

— А почему мне не говоришь?

— Потому что у тебя другие заботы.

— Теперь его самый жирный кусок — популярный клуб для московской элиты. Знакомый пиарщик мне шепнул, что одна звездулина собирается устроить вечеринку, как пир во время чумы, только там все будут голые. Я порекомендовала ему клуб Бахтияровых, приплатила арт директору и вуаля, грандиозная вечеринка будет там. Только она планируется чуть попозже, когда прибыли заметно упадут, Айрат вцепится в этот шанс зубами, чтобы покрыть расходы и не заметит подвоха.

— И в чём подвох?

— А в том, что общественное мнение закроет этот вертеп разврата быстрее, чем пожарка. Я тебе за это отвечаю, Бандерлог! У меня на такие скандалы локатор Стервы! Элите позволено многое, но до определенных пределов. Увидишь в новостях. Концертные площадки сливаем по пожарке и на лето бизнес встаёт, миллионные убытки, но… Ты же понимаешь, что Айрат это переживет? У него миллионы за жизнь заработаны, он просто вольет в бизнес кучу бабла, сделает ребрендинг и снова откроет двери.

— Это тоже не твоя забота, бабла у него скоро не будет. Что с Теймуром?

— Посмотрела его отчётность за прошлые года, его отец латает дыры в бизнесе своими деньгами. Перекроем этот краник — Теймура сожрут кредиторы, любит он на широкую ногу жить. Но есть одно но…

— Его жена, Адель Бахтиярова, бывшая Амирова. — процедил сквозь зубы Назар. — Теймур обещал Лизе жениться, а в итоге женился на Амировой. Её отец помог Бахтиярову с его махинациями. Жаль успел умереть, прежде чем я до него добрался.

— Может, подождёшь пока Айрат сдохнет, считай, жизнь отомстила. — зевнула Алеся, изящно потягиваясь всем телом. — Ему же за семьдесят уже, всё бизнес делает.

— Я и так до хрена времени ждал! — резко сказал Назар.

— Так что с женой Теймура делать? Она может дать ему деньги, плюс отмывает через свой бизнес финансы для них, ты вроде бы говорил.

— Такая же сволочь как и её муж, но Филин за неё горой встал. Видимо, не ровно дышит к блондинкам. Она наняла лучшего юриста по разводам, но подавать заявление не спешит.

— Значит, ещё до конца не решила или решила дать второй шанс. Я считаю, проебал первый, за вторым в соседнюю очередь мудаков вставай, только не ко мне. — хохотнула Алеся, поднимаясь с кровати. — Ладно, Бандерложик, я, пожалуй, домой, спать хочу.

Назар улыбнулся, наблюдая за тем, как она собирает свои вещи и идет в ванную переодеться, из обезьяны с нахальной рожей он стал Бандерложиком — большой прогресс за пару месяцев. Алеся вышла из ванной полностью одетая, присела рядом с ним на постель и очень серьезно на него посмотрела:

— Почему ты мстишь ему без доказательств вины?

— Ты это о чем? — напрягся Назар.

— О том, что нет ни одной весомой улики, что авария твоих родителей подстроена, а смерть сестры носит насильственный характер. Ты выносишь приговор, без доказательств. Я просмотрела оба дела вдоль и поперек, спросила мнение экспертов, однозначных выводов нет. Следователь, который расследовал аварию, погиб, второй, считай, неприкасаемый сидит в силовых структурах. Ведь и у Филина пусто с доказательствами, как я пониманию. Так почему ты решил, что нашел виноватых?

Наверное, удивление было написано на его лице, она грустно улыбнулась и дотронулась до его груди.

— Я не из тех, кто верит мужчинам на слово, если уж я берусь за дело в серой зоне, я всё проверяю, я проверила и я не уверена, что всё так, как ты это видишь.

Назар схватил её руку и переложил ладонь на свои шрамы под сердцем.

— Какие тебе ещё нужны доказательства? Им было мало, что они заперли меня, как зверя в клетке, им нужно было, чтобы я никогда оттуда не вышел. Чего они боятся? Правды и наказания за свои преступления, это я им обеспечу!

Алеся нервно сглотнула, увидев в глазах Назара какой-то нездоровый блеск, его дыхание участилось, а сердце в раненой груди забилось чаще. Она легла к нему на грудь и притихла, наверное, не стоило об этом говорить, он всё уже решил, сам себе доказал, к чему взывать к здравому смыслу? Назар гладил её по спине, постепенно успокаиваясь.

— Может, останешься?

— Может, и останусь…

*****

— Ты, ну-ка быстро подорвалась с места и позвонила своему шефу, поговорить с ним хочу!

Алеся подняла глаза на ворвавшегося к ней человека — толстяк в твидовом костюме с жилетом, который еле застёгивался на его пузе. Его одутловатое лицо покраснело от гнева, седая бородка над третьим подбородком нервно подёргивалась. Айрат Бахтияров без записи и в сопровождении двух телохранителей ввалился в кабинет генерального директора Мироновой. За спиной мужчины маячила испуганная секретарша Алеси.

— Присаживайтесь, я сейчас ему наберу. — кивнула Алеся и взяла в руки телефон, надеясь что руки не дрожат.

Назар должен был вот-вот прийти, они договорились обсудить текучку компании, в которой ему пора бы начать разбираться. Что будет, если он встретит здесь своего заклятого врага? Ничего хорошего. Алеся быстро настрочила секретарше сообщение, чтобы она согнала охрану на этаж, загнала Назара в его кабинет и не выпускала оттуда, ему она тоже написала. На всякий случай черкнула пару строк Филину, не ей одной кровь с пола оттирать.

— Ты, значит, теперь генеральный директор? — хмыкнул Айрат, величаво развалив свои телеса на диване.

— Хватит мне тыкать, господин Бахтияров, потыкайте в кого-нибудь другого. — холодно сказала Миронова, поднимаясь из-за стола. — Оскар Назарович очень занятой человек, я действую от его имени и решаю все вопросы, согласно его распоряжениям. Так что…

— Какой ещё Оскар? Где Сашка? Какого хрена он меня обещаниями кормит по телефону?

Алеся на секунду подвисла, понимая, что, кажется, Айрат не в курсе, что Оладушкина давно сместили с поста, а кто тогда с ним переписывается по телефону?

— Оскар Назарович Чернов новый владелец «Русалкопрома», никакого Оладушкина в учредительных документах больше не фигурирует.

Бахтияров с большим трудом встал с дивана и двинулся на Алесю, будто с угрозой, она только выше подняла подбородок.

— Кто это, блядь, такой? Где Оладушкин?

— Не имею понятия, где мой бывший босс. Также как и нынешний, он отдаёт распоряжения удалённо — я выполняю, с вашей компанией мы больше не сотрудничаем. Его прямой приказ.

Телефон в её руке завибрировал сообщением — Назар в своём кабинете.

— Покиньте, пожалуйста, помещение, и больше не врывайтесь сюда со своими претензиями, ни компания, ни я ничего вам не должны.

— Да что ты о себе возомнила, сучка? — заорал Айрат,

— Заткнул своё хлебало, подобрал пузо в обе жирные ручки и на выход! — голос Алеси раскатился эхом по всему кабинету.

— Ах ты, тварь! Да ты знаешь, кто я?!

— Кусок жирной свинины! — ехидно улыбнулась Алеся и кивнула охране, которая всей толпой вошла в дверь. — Всех выгнать, сфотографировать и запомнить, больше не впускать в здание!

Когда Алеся убедилась, что орущий на ходу проклятия в её сторону мужчина убрался с этажа, она пулей на высоких каблуках метнулась в бывший кабинет Оладушкина. Застыв на пороге, она непроизвольно открыла рот, здесь произошёл погром — кадки с растениями валялись на полу, стол перевернут, как и вся мебель. Назар сидел в кресле, обхватив голову руками, костяшки пальцев были в крови, как и одна из стен тоже. Её ругань с Бахтияровым заглушила звуки из этого кабинета. Алеся опустилась перед Назаром на колени, пытаясь заглянуть в глаза, он ни на что не реагировал, тяжело дышал и сжимал побелевшими пальцами голову.

— Оскар Назарович, что с тобой? — слегка похлопала она его по бёдрам.

Мужчина внезапно очнулся будто ото сна, покрасневшими глазами взглянул на Алесю и процедил сквозь зубы:

— Это не моё имя! Они его у меня забрали!

Резко поднявшись, Бандерлог широкими шагами пересёк кабинет и ушёл, громко хлопнув дверью.

— Стоит женщине оказаться перед мужчиной на коленях, как он тут же охреневает. — усмехнулась Алеся, поднимаясь с пола.

*****

Назар оглядел свой новый гардероб, который ему подобрала Алеся вместе со своим стилистом, теперь у него была итальянская обувь, французский парфюм, швейцарские часы — все атрибуты стиля жизни, который он презирал. И всё же он надел и часы, и дорогие ботинки, представительный костюм, взял ключи от машины, телефон последней модели яблока, который тоже всучила ему Алеся. Он разрывался от сообщений Филина, который писал ему только одно в разных вариациях: «Успокойся и не торопись, ты ведь всё продумал. Ты всё испортишь.». Его сообщения, как и звонки от Стервы Назар смахивал с экрана. Он пытался успокоиться целых два дня, а ждал и не торопился почти четырнадцать лет.

Подъехав к ресторану, где ужинал нужный ему человек в компании с девушкой в три раза моложе его, Назар бесцеремонно сел напротив мужчины, кинул ему флешку и визитку со своим номером телефона на стол.

— Посмотри, потом звони, сделаешь то, что я взамен попрошу, этого никто не увидит.

Уходя из ресторана, Назар слышал под ухом предостережение Филина, когда он передавал ему эту запись: «Это самый крайний случай, лучше не лезь туда. Мы балансируем на грани закона, а он и есть закон, и больше беспредела творится на его стороне, не на нашей.».

Назар ударил по газам и поехал на следующую встречу с одним из членов семейства Бахтияровых — Эмма, старая и списанная в утиль жена Айрата. С момента их последней встречи ещё зимой она сильно сдала, Назар почувствовал лёгкое шевеление совести где-то глубоко внутри и тут же заглушил это дурацкое чувство гневом. Подруга его матери тоже приложила руку к её смерти, нечего жалеть старуху. Эмма спрятала треморные руки под стол и с опаской взглянула на Назара, который сел напротив неё.

— Вы сделали то, что я вам сказал?

— Н-нет, я не смогла, Айрат не впускает меня в свой дом… У него там…

— Шлюха на содержании живёт, куча охраны и камеры везде — я в курсе. — ухмыльнулся Назар и протянул ей через стол несколько листов бумаги, где в шапке документа было жирным шрифтом написано «Завещание». — Я смотрю, Богу душу отдавать собрались, на страшный суд торопитесь? Так вас здесь ещё не судили, тётя Эмма! За то, что вы своему мужу помогли всю мою семью в могилу свести.

— Я н-ничего не знала. — залепетала Эмма, теребя в руках салфетку и промакивая ею увлажнившиеся от слёз глаза.

— Вы, бабы, когда замуж выходите сразу слепнете резко? Ни хера перед своим носом не видите? Ни измен мужа, ни его махинаций. Или это только в хреновых семьях бывает? Моя мама каждую мелочь об отце знала, потому что он ей рассказывал и они всё делали вместе. Даже погибли вместе, потому что ваш муж так захотел!

— Прости, Назар, мой муж…

— Взгляни на своё же завещание, Эмма, я смотрю ты в своём сыне разочаровалась? Ничего ему не оставила, всё внукам.

— Теймур не может обращаться с деньгами, он…

— Гандон твой сын, мама! — усмехнулся Назар и сделал знак рукой человеку за другим столиком, чтобы он подошёл к ним. — Значит так, одного самого главного в твоём завещании нет — всех счетов, которые Айрат на тебя повесил. Это Борис, он финансовый консультант, прямо сейчас ты переводишь все свои счета туда, куда я скажу, иначе сначала завещание будут оглашать тебе. Матери первые в очереди наследников после смерти собственных детей!

— Нет! Что бы сказала твоя мама? Назар, ты же не такой! — чуть не упала в ноги мать.

— Вы меня таким сделали! Поехали, Эмма, тебе пора отдавать долги за мужа и сына, потом их очередь. Переведёшь все деньги — сына твоего убивать не буду.

В один вечер Назар Александрович Белозёров получил всё, что украл у него Айрат, выражаясь в денежном эквиваленте, и даже больше, только ни капли удовлетворения в этом не было. Только предвкушение ярости Бахтияровых, когда они узнают, что Эмма их лишила денег, оставив только недвижимость, пусть дорогую, но продать её по щелчку пальца не получится. Совесть Назара не шевельнулась ни разу, пока Эмма подписывала документы под руководством Бориса, захлёбываясь слезами. На похоронах родителей, она точно также плакала, Эмма была последней, кто видел их живыми, Белозёровы были у неё с мужем в гостях, а когда уезжали обратно домой — тормоза отказали.

Было далеко за полночь, когда Назар закончил со всеми делами, заглянул в телефон, думая позвонить Стерве, которую не видел уже несколько дней, да только трубку она не возьмёт, уже спит. «У меня чёткий режим сна — не звони мне с одиннадцати вечера до шести утра, даже если умираешь.» — фыркнула она на его претензию, когда она не взяла трубку в одиннадцать ноль три.

Он пошёл туда, где гостям были рады как раз после одиннадцати — стриптиз-клуб, пошёл бы к Волшебнику в его бордель Страны шлюшьих грёз, но у него вроде как есть отношения, а тут только посмотреть. Назар сел на диванчик, заказал выпить и осмотрелся, красивые куколки извивались тут и там в подобии одежды на себе и зазывали клиентов на приваты.

— Назар, какая встреча! — радостно окликнула его девушка в блестящем лифчике и короткой юбочке.

— Тамила, работаешь не покладая сисек уже в Москве?

«Вспомнишь бывшую — она тут как тут.» — усмехнулся Назар своей бывшей стриптизёрше.

— Кризис, Назарчик, здесь больше платят, кручусь как могу.

Девушка хищным взглядом прошлась по мужчине, перевела стоимость его шмоток и часов в свои приваты и ей понравилась сумма. Она без приглашения присела рядом со своим бывшим любовником, тесно прижавшись к его бедру, и начала щебетать, рассказывая о себе. Было ли интересно собеседнику? Нет. Два года назад они расстались на том, что Тамиле нужен был состоятельный спонсор, Назару просто секс с красивой бабой, которая умеет хорошо трахаться. Она была меркантильной, фальшивой насквозь в своём наигранном смехе и словах, однако, настоящего за два года Назар в людях так и не нашёл. Да и не старался, может, и не пытался?

Пока он задумался о вечном, Тамила прильнула к нему всем телом и прошептала в ухо:

— Пойдём в випку? Забыл, наверное, как я умею.

Её рука скользнула вверх по бедру и достигла ширинки.

— Помнишь. — усмехнулась она, чувствуя рукой напряжение в его паху.

— Пошли, покажешь, чему за это время новому научилась. — поднялся Назар, осушив бокал с виски залпом.

Получив от него шлепок по заднице, Тамила начала активнее вертеть бёдрами, увлекая клиента в комнату разврата. За пару лет что они не виделись, бывший зек хорошо поднялся, если опуститься рядом с ним на колени, можно неплохо присосаться.