Глава 26.Налево и на выход!

Назар уже даже не знал, что лучше: Стерва молчит или Стерва орёт, кидаясь в него опасными предметами? Во втором случае, конечно, опасно, но хотя бы знаешь, чего от неё ожидать, в первом — обиженно молчит, неизвестно, в какой момент рванёт. Алеся сидела рядом с ним в салоне бизнес-класса, специально в наушниках, чтобы его не слышать, однако, он был слишком большой, чтобы его не замечать, тем более не замечать его руки, которые начали вторгаться в её лично пространство.

— Алеська, прекрати тихушничать, ужасно бесит, лучше бы орала.

— Отвали, Оскар Назарович. — скинула она со своего бедра его ладонь. — Вон стюардесса ходит между рядами, жопой вертит, туалет свободен — иди по накатанной, от меня отстань только.

— Ну, и Стерва же ты злопамятная!

— Что есть то и помню, я не виновата, что ты зло делаешь! — прошипела змея, забыв о Бандерлоге до конца полёта.

Она вспомнила о нём только когда пришла пора нести её чемодан. Назар тоже был злопамятным, но не настолько, чтобы заставлять её носить тяжести, а она как всегда воспринимала его ухаживая как должное. Он к этому уже привык.

— Уже жалею, что взяла нам номер на двоих. — ворчала Стерва, открывая дверь в просторный номер с видом на море.

— Будешь жалеть ещё больше, если продолжишь в том же духе. — предупредил её Назар.

Алеся вышла на балкон, осматривая окрестности около отеля, втягивая носом морской воздух. Её последний отпуск был ещё в январе на Бали, а на средиземноморском побережье, она не была с прошлой осени, очень по нему соскучилась. Бандерлог грубо схватил её за талию и втащил в номер, кинул спиной на кровать, раздвинул ноги и навалился сверху, уже успев раздеться до гола.

— Ну, хватит, Алесь, ты же не можешь на меня долго злиться, я же знаю уже. Ты же на самом деле глубоко внутри очень добрая. Очень глубоко, конечно, но иногда можно достать, если постараться. — усмехнулся он, чуть толкаясь вперёд. — Выбирай, дальше злишься или снимаю с тебя трусы?

— Нельзя все проблемы в отношениях решать, снимая трусы, Назар. — вздохнула Алеся, обвивая его шею руками. — Ладно, пусть твоя какая-нибудь будущая жена расхлёбывает ваши совместные проблемы, я буду наслаждаться отдыхом. Что тобой сделано — то сделано, тебе за это отвечать. Давай снимай!

Всё-таки как бы она на него не злилась, отпускало её довольно быстро, если нежно поцеловать под ушком ещё быстрее.

*****

С тех пор как Назар вышел из тюрьмы, море он посещал исключительно в Турции, в отелях all inclusive с какой-нибудь прошманденью, готовой бесплатно сгонять с мужчиной на юга в качестве постельной принадлежности. Отдыха в этом было мало — он много пил, плавал в море, ел и трахался.

Стервозина отдыхала иначе и пыталась показать Назару, как надо проводить время со вкусом и наслаждением. В перерывах между поездками на винодельни, где она вместе с другими коллегами укрепляли сотрудничество с партнёрами за бутылочкой креплёного, Алеся водила Назара на прогулки по историческим местам, проникаться атмосферой других культур. За три недели они посетили больше десятка виноградников, четыре страны и в каждой из них Алеся сводила его минимум на две экскурсии, познакомила с местной кухней и лучшими блюдами. Больше всего в отпуске ему нравились вечерние прогулки вдвоём по берегу моря. Через неделю такого времяпрепровождения Назар понял, что она пытается до него донести — что есть вокруг другая жизнь и удовольствия, а он будто бежит по тоннелю, видя лишь призрачный свет в конце и ничего кругом.

Они много ходили по магазинам и лавочкам местных торговцев, где Алеся, как сорока, кидалась на всё красивое и блестящее, а Назар молча покупал. Ему нравилось, как она вечерами в номере отеля с улыбкой на лице копается в куче безделушек, которые он ей приобрёл. Затем пришла очередь крупных покупок.

— Завтра мы едем с Ярославой по магазинам, ты присматриваешь за её сыном. — огорошила Назара благой вестью Алеся в один из вечеров.

Мальчика Рому было не с кем оставить в Москве, так что он поехал с мамой в рабочую поездку. Назар пытался возражать против звания няньки, да только его никто слушать не стал, ему всучили парнишку шести лет и он провёл с ним весь день. Пацан оказался шустрым, постоянно в движении и болтовне, но они как-то нашли общий язык. С ребёнком оказалось просто — кормить по расписанию, выгуливать, в туалет ходил сам.

К вечеру Назар задумался о том, о чём не думал никогда — сможет ли он стать когда-нибудь отцом? Будет ли у него семья? Два простых вопроса, ответы на которые он отложил в долгий ящик.

Алеся с подругой вернулась поздно вечером, с миллионом пакетов и карточкой Назара, баланс которой он предпочёл не смотреть. Она довольна и ему хорошо. В Италию он привёз один её чемодан — увёз четыре, как и было ею задумано.

— Тебе понравилось? — спросила его Алеся, когда они вернулись к ней домой.

— Понравилось.

— На Новогодние каникулы я обычно еду к океану, плюс беру отпуск, отдыхаю целый месяц. Поедешь со мной?

— Ты неправильный вопрос задаёшь, Алеська. — вздохнул Назар, обнимая её. — С чего это ты решила, что можешь поехать куда-то без меня?

Стервозина открыла рот, чтобы выдать целый ряд причин, почему она, свободная и независимая женщина, может делать, что угодно и когда ей вздумается, да только рот ей грубо заткнули поцелуем, не дав и слова сказать. Её независимость оказалась спорным вопросом.

Когда Алеся разбирала дома чемоданы, Назар с удивлением увидел, как она достаёт из кучи новых шмоток маленький костюмчик, явно не её размера. Перехватив его вопросительный взгляд, Алеся как-то виновато улыбнулась и спрятала его на дальнюю полку в гардеробной.

Назар сунул свой любопытный нос на эту полку — вещей для будущего ребёнка там было много, новых, с бирками, все нейтральных цветов. Видимо, она ещё не решила кого хочет, сына иди дочь. Зато свой вопрос с материнством Алеся давно решила, активно к этому готовясь. Появление Назара в её жизни ничего не изменило, с ним она эту тему даже не поднимала, и от этого ему стало как-то неприятно. Он для неё совсем ничего не значит? Что он есть, что нет его?

*****

Алеся разложила на кровати свои новые и старые вечерние наряды, решая в каком пойдёт на днях на свадьбу банкира Карповича. Ей ужасно надоело ходить на эти светские тусовки, где было скучнее, чем сидеть на одном месте дома и ничего не делать. Одно радовало её женскую душу — есть повод купить и надеть красивое платье. Выбор пал на тёмно синий длинный наряд, к нему и красные камни хорошо подойдут.

— Алеська, я тебе уже говорил, какая ты у меня красивая? — шептал ей на ухо Бандерлог, когда они вместе вошли в ресторан, где проходило торжество.

— Говорил, сто раз! Придумай уже какой-нибудь комплимент поинтереснее! Мне скучно! — фыркнула в ответ Стерва.

Назар тяжело вздохнул, немного жалея самого себя — красивая и вредная, одно без другого никак? Среди гостей он без труда выцепил взглядом Теймура, который всё пытался лебезить перед Карповичем, который от него вежливо отмахивался, выполняя договорённости с Назаром.

Отец и сын Бахтияровы несколько месяцев протягивали руки к друзьям в поисках помощи, а те только кормили обещаниями или в открытую отворачивались, оставляя бывших друзей тонуть в своём дерьме дальше. Теймур, при всём отсутствии заметных талантов, умел себя красиво подать, обаять собеседника и представить себя с лучших сторон, которых, кроме его очевидной приятной внешности, просто не было. Он всё ещё пытался делать вид, что успешен, несмотря на проблемы отца и самого себя.

Вот только этот трус и слабак, прятался за спинами гостей или убегал подальше каждый раз, когда видел Назара. Белозёров лишь усмехался, наблюдая за паническими атаками жертвы, пусть пока побегает, до окончательного падения Теймура ещё далеко. Его всё ещё держит на плаву жена, которая занимала место с ним рядом, как и положено любящей супруге.

Адель Бахтиярова с осени начала активно вести благотворительную деятельность, её галерея открыла двери, привлекая покупателей и их финансы. Алеся внимательно следила, не отмывает ли она бабло. Как оказалось, нет, зато топит в грязи свою семью, но не разводится. Недавний громкий скандал, где Адель прилюдно вышла в свет в синяках после акта домашнего насилия, разорвала репутацию Теймура на части, хотя жена даже не назвала виноватых.

Виновника назвала её мать, Амалия Амирова, которая прилюдно избила Айрата, громко выкрикивая обвинения в его адрес. Видео с этим скандалом было очень смешным, но Назару стало тревожно. Из глубокой сточной канавы, куда падали Бахтияровы, только деньги состоятельной вдовы Амировой могли их спасти, а семейные скандалы можно запросто решить внутри семьи, дело-то житейское.

Айрат скрылся, как монах в келье, только у себя в особняке, обложился охраной и спивался в компании шлюх. Назару было очень интересно, кого он боится больше — его или грозную Амалию? Отвлёкшись от созерцания испуганной рожи Теймура, Назар заметил среди гостей подругу Алеси, в компании человека, который ему недавно сломал все планы по банкротству Бахтияровых.

— Стервозинка, дорогая моя, не подскажешь, почему твоя подружка Ярослава, наша перспективная сотрудница, обжимается с Соболевым, который купил у Теймура его загнивающие остатки бизнеса через Адель? — грозно спросил у Алеси Назар, пока они танцевали медленный танец. — Он помогает Бахтияровым?

— Почему обжимается — её личное дело, нас не касается. — строго сказала Алеся, поджимая губы. — А Соболев всего лишь купил себе новую игрушку, но он вне твоей игры. Мужики по-разному себя развлекают, этот любит себя пробовать в разных сферах, бросает сам себе вызов и его принимает. Успешно, надо сказать, теперь вот у него фитнес-клубы и общепит. Бахтиярову приносили убытки, а Соболев выйдет в прибыль до конца первого полугодия следующего года. Не бери в голову Назар, как я слышала от Яры, Адель прибрала к своим ручонками все деньги от продажи, а это значит, что она собирается кинуть бывшего муженька на деньги. Просто жди, пока Теймур не начнёт побираться на улице вместе с папашей.

Назар устал ждать, однако, именно это ему и было нужно, чтобы всё бабло семьи было окончательно слито в трубу, и руку «помощи» им протянул бы тот, от кого они её не ждут — господин Белозёров. Останется только обсудить условия этой грязной сделки.

— Может, пойдём уже, Алеська? Чё то по Бурбону соскучился. — проворчал ей Назар на ухо, когда они сели за стол.

— Сейчас пойдём, Бандерложик, я три дня себя голодом морила, чтобы свадебный торт поесть.

— Я тебе любой торт в лучшей кондитерской купить могу! Дома съешь в одно рыло!

— Так неинтересно, я хочу свадебный! Может, у тебя рыло бандерложье, а у меня личико прекрасное! — фыркнула обиженная Алеся.

— Доводишь ты меня, женщина, логикой своей странной. — покачал головой Назар.

Они задержались ещё немного, в ожидании тортика, а получили порно-привет от жениха для своей «любимой» невесты, которую он уличил в неверности и дождался подходящего момента, чтобы показать видео с её изменой на большом экране для всех гостей их свадьбы.

— А чё у твоей Насти такого на свадьбе не показывали? Или мы рано ушли? Нас на свадьбу больше никто не звал? Ты чего так воодушевилась? Понравилось? — ржал Назар, глядя на Алесю, которая с большим интересом смотрела на соитие невесты и неизвестного мужчины со скрытым лицом. — Хочешь, сегодня также сделаем?

— Интересно, кто это с ней? Кто-то важный, раз лицо Карпович не показал?

— Я знаю, кто это, в сауне раз в неделю зависаем, после тренировки в зале у Филина. Ты тоже его знаешь.

— Скажи, кто, ну, скажи! — заканючила Алеся, нетерпеливо дёргая его за рукав пиджака.

Назар только смеялся над любопытной Стервозиной, которая пыталась выпытать у него правду по дороге до дома, а потом и там, пока он не ушёл в душ. После она взялась за пытки — её голова оказалась слишком близко к его паху:

— Скажешь? Или мне открыть рот? — сверкнула она хитрыми глазками, облизывая губы.

— Не скажу! — усмехнулся Назар, срывая с себя полотенце. — Пытай сколько в твой рот влезет, Стервозина!

Полчаса продлились страшные и мучительные пытки от Алеси и её длинного языка, Назар так и не сдал товарища. Потом и семенной жидкостью защищая его честь.

*****

Алеся обиженно дула губы, сложив руки на груди и волком глядя на Назара — сучка Бахтиярова всё-таки проскочила все барьеры, которые Миронова выстраивала вокруг Назара и поймала их возле ресторана недалеко от офиса. На свадьбе Карповича Миронова стойко держала оборону, не позволяя ей приблизиться ни на метр, да Адель как-то и не стремилась, а тут вдруг прорвалась.

Назар был очень удивлён, что Бахтиярова, оказывается, ищет встречи с ним и уже очень давно, а Стерва опять отличалась завидным упорством, отгораживая его от этой семейки. Он вертел в руках приглашение на годовщину свадьбы Теймура и Адель, которые, судя по размаху торжества, не разводятся, а живут счастливо дальше.

— Ты собираешься пойти к ним домой? В их родовое гнездо? — фыркнула Алеся.

Назар ничего не ответил, задумчиво теребя волосы на подбородке. Он вспомнил своё «родовое гнездо» — коттедж, где жили его родители вместе с Лизкой, а сын в отдельной квартире недалеко от них. Он потерял всё это вместе с бизнесом. Бахтияровы тут же продали всё, что было нажито непосильным чужим трудом. У Назара не осталось ни одного вещественного напоминания о родителях и сестре, только могилы с крестами и тупая боль в груди при воспоминания о них.

Дом Теймура стоял на костях родных людей Назара, и крепко стоял, очевидно, а, значит, пришло время для грязи, которую Белозёров приберег на всякий случай.

— Когда там их годовщина? В салон запишусь. — фыркнула Алеся, пытаясь вырвать у него приглашение.

— Ты не идёшь, Стервозина, сидишь под домашним арестом. Будешь возникать — отниму телефон, планшет и компьютер, вырублю интернет, сидеть будешь сутками в обнимку со скрипкой и Бурбоном!

— Ты офигел?!

— Это ты офигела, дорогая! — рявкнул ей в ответ Назар. — Ты второй раз сделала то же самое, за что я тебе в первый раз ругал!

— Потому что ты и в первый раз не понял, что я пытаюсь для тебя сделать, Бандерлог глупый! Всё лето и осень пыталась до тебя донести. Вот уже зима наступила, а мозгов как не было — так и нет! — прошипела гадюка.

Она вскочила на ноги, надела на себя шкуру рыси, которую могла голыми руками убить, с её то характером, и ускакала прочь, пополнять запасы яда и точить когти.

*****

Уже несколько дней сожители делили одну территорию, находясь в молчаливой конфронтации. Назар рано уходил, поздно приходил, не притрагиваясь к спящей Стерве. Она злилась, каждый день грозила сама себе, что выкинет его вещи за дверь и сменит замки, но каждый день откладывала на потом. Алеся осознала страшную для себя вещь — её пугает мысль, что Назар в один прекрасный день из её жизни просто исчезнет. Для того, чтобы Бандерлог стал её вредной привычкой хватило меньше года, сколько она будет отвыкать от него, пока неизвестно. Глупая была затея позволить себе с ним отношения, ещё глупее жить вместе.

Назар, как и обещал, ушёл на праздник один, оставил её под домашним арестом, что ей в общем-то даже нравилось. Она включила новую серию своего сериала, положила Бурбона рядом с собой и залипла на час в экран. Её прекрасный вечер почти в одиночестве прервала Синичка, которую на годовщину тоже пригласили, она прислала Алесе несколько фотографий, по старой дружбе или чему-то на неё похожей.

Бандерлог пришёл на годовщину в обнимку с элитной шлюхой в коротком платье с открытой спиной. Стерва пересмотрела их фото в нескольких ракурсах, как Назар говорит довольной брюнетке что-то важное на ухо, гладит её по обнажённой спине и улыбается. Алеся черкнула Синичке искреннее спасибо и пошла собирать вещи, свои в своей же собственной квартире.

— Альфа-самцом себя возомнил, обезьяна блохастая? — усмехалась Стерва, складывая свои вещи в чемодан.

Назар открыл дверь её квартиры спустя три часа, с опаской включая свет в коридоре и ожидая прицельных ударов тарелками в голову и ниже пояса. Стерва точно уже в курсе его плохого поведения.

Около его ног вился Бурбон, а в квартире стояла подозрительная тишина, он прошёлся по всем комнатам, Алеси нигде не было, зато на столе была записка:

«Уехала на неделю в Питер по делам. За Бурбона отвечаешь головой. Прошу меня не беспокоить, я буду очень занята».

— Убью обоих! — зарычал Бандерлог, мечась разъярённой горой мышц по её квартире.

Стерва всегда оставляет последнее слово за собой, его слова оправдания даже слушать не пожелала.