Глава 14. Цвет: нежно-абрикосовый

Когда я вновь открыла глаза, было уже утро, а я оказалась спящей в гигантской постели Красного дожа. Первой мыслью было непонимание: какого голого дракона я постоянно падаю в обмороки рядом со своим странным любовником?

Впрочем, если учесть, как зашкаливают эмоции и отравляют тело гормоны в его присутствии, все в целом встает на свои места. Я ведь даже в глаза Сициана нормально смотреть не могу. Что-то делает со мной его иномирная магия. Иногда кажется даже, что от его прикосновений в венах уже не кровь течет, а чистый эндорфин. И адреналин. Это настолько приятно, что почти больно.

Вспоминая произошедшее, я залилась краской, стало жарко. Впрочем, увидеть меня было некому, поэтому я не особенно стеснялась. Бросила взгляд в сторону, где возле окна висело то необычное приспособление с розовым маслом внутри. Местные часы. У дожа они были большими и красивыми, возвышались от пола до середины стены, и жидкость текла не просто сверху вниз, а по десятку тончайших трубочек, закрученных между собой в красивую композицию. И на каждом очередном изгибе сидел какой-нибудь зверь или насекомое, что изображало текущий час.

И прямо в этот момент розовая жидкость достигла уровня восхитительно красивой золотой бабочки с четырьмя полупрозрачными крыльями.

— Час бабочки, — проговорила я. Судя по положению солнца за окном, это было примерно десять часов утра.

Спрыгнула с кровати, не без ужаса обнаружив себя совершенно голой. Но в спальне было довольно жарко, и что-то подсказывало мне, что дож позаботился о моем удобстве. Насколько я помню, сам он тоже спал обнаженным.

На большом сиреневом кресле с золотыми клепками лежало красивое платье нежно-розового цвета, сотканного будто из одних только кружев. И оно явно было приготовлено для меня. На полу стояли мягкие туфельки с крохотным острым каблучком.

Накинув на себя всю эту прелесть, я постаралась не представлять, как дож раздевал меня и трогал обнаженную. Это вызывало внутри слишком много тягучих противоречивых эмоций.

Приведя себя в более-менее приличный вид, я выскользнула из спальни повелителя и снова пошла в том же направлении, что и вчера. Мне нужно было проверить, сохранился ли в кабинете Сициана тот самый блокнот, в котором был изображен таинственный артефакт, что мог привести меня в мой мир. Виал Первых драконов.

Однако пробравшись на цыпочках в кабинет императора и даже позволив себе дрожащими руками немного порыться в тот самом секретере, на котором вчера творилось совершеннейшее непотребство, я поняла, что ничего нужного мне тут нет.

Зато в ходе поисков я обнаружила разорванную куклу маленькой Анаис Флорис Райя-нор из геоса Огненной луны, вздорной дочки повелителя. Подняла с пола ошметки игрушки и глубоко вздохнула, осознав, что у меня есть на сегодня просто конское количество работы, потому что эту штуку было не починить и за час, и за два.

Уныло поплелась обратно в покои императора, не зная, как поступить дальше. Идти к себе, или поискать что-нибудь вроде швейного набора у Сициана. Но что-то мне подсказывало, что ни там, ни там нет ничего подобного. Стоило представить, как повелитель Огненной луны сам штопает себе носки, становилось смешно и даже как-то неловко.

Однако едва я добралась до спальни, как в ее двери с другой стороны помещения кто-то громко постучал. Я подошла ближе и услышала зычный голос какого-то мужчины, судя по всему стражника:

— Аурия Лиана желает видеть его Сияние, нашего благословенного повелителя! Допустить?

Я заозиралась по сторонам, пытаясь понять, у кого это он спрашивает.

За спиной никого не оказалось. По всему выходило, что отвечать некому. Очередная любовница дожа пришла не ко мне, слава богу, а значит и обозначать свое присутствие тут не обязательно.

К сожалению, после непродолжительного молчания стражник переспросил тем же самым тоном, что и прежде:

— Аурия Лиана желает видеть его Сияние, нашего благословенного повелителя! Допустить?

Я помолчала еще немного, прикидываясь, что я — подкроватная моль, случайно залетевшая в спальню повелителя. Ну, или что-то вроде того.

Но проклятый стражник талдычил и талдычил, словно знал, что в спальне вовсе не пусто:

— Аурия Лиана желает видеть его Сияние, нашего благословенного повелителя! Допустить?

— Ну допустите! — взвизгнула я и кашлянула в кулак, отпрыгивая в сторону, потому что громадные золотые двери открылись, а на их пороге появилась ошеломленная моим присутствием здесь девушка.

У нее были длинные рыжие волосы ниже бедер, превращенные в десяток тонких косичек, что были также переплетены между собой в одну толстую косу. Меж тем первые, тонкие, имели в себе по маленькой золотой ленточке, и это в совокупности придавало прическе значительный объем. Казалось, что у аурии Лианы великолепная богатая шевелюра, всем на зависть!

Мне даже не по себе стало. С моим-то перманентом, требующим ежедневной укладки! В общем, казалось, аурия Лиана посрамила меня одним своим присутствием.

Однако, стоило присмотреться, как вдруг стало ясно совершенно другое: волосы девушки на самом деле были тонкими и редкими, и лишь ленты создавали волшебство! Они же придавали рыжим косам сильный золотой блеск.

Восхитительная хитрость! Я оценила, честное слово.

В ушах девушка носила длинные золотые серьги в форме полумесяцев, а изумрудное платье выгодно подчеркивало яркость ее волос и бледно-зеленый цвет глаз, словно делая его чуть насыщенней.

Но, на мой скромный взгляд не вовремя разревновавшейся лаурии, в остальном красота гостьи была весьма посредственной. Передо мной стояла обычная девушка с иссиня-бледной кожей, покрытой веснушками и родинками. Яркое солнце империи не дало ей никакого загара, словно она и вовсе на нем не появлялась.

— Ты кто? — ахнула она, моргнув пышно накрашенными ресницами. — Где его Сияние наш благословенный повелитель?

Я приподняла бровь.

— Понятия не имею, — ответила спокойно. — Может за диван завалился, заходи, поищем вместе.

Она густо покраснела. Ее бледная кожа демонстрировала смущение даже слишком активно.

— Я не… — отрывисто ответила она, озираясь по сторонам.

— Проходите, аурия, — гаркнул стражник, заставив девушку подпрыгнуть от неожиданности и тут же прошмыгнуть в спальню дожа.

Огромные золотые двери за ней закрылись. Мы остались с девушкой вдвоем. А я все оглядывала и оглядывала ее со всех сторон, пытаясь понять, неужели дожу понравилось эта бледная рыжуля? В любовницы же вроде бы принято выбирать красавиц.

Очень хотелось одернуть себя, напомнить, что ревновать мне не к лицу, никаких планов на дожа и меня нет, да и вообще… Но стоило закрыть глаза, как под ними вспыхивали на диво яркие и бесстыдные картины. В особенности одна, где я признаю, что мне нравится подчиняться. Где соглашаюсь на это добровольно…

Встряхнула головой.

Ну согласилась, что с того? Не женой же я ему согласилась быть, правда? Остальное не считается. Клянусь перманентом.

Я продолжала оглядывать гостью, ищя в ней ту неземную красу, за которую ее сделали аурией. А потом до меня вдруг дошло, что тут совсем другие критерии. Дож выбирал не красавиц, а чарогниц! И уже среди них — тех, кто был посимпатичнее. Ну, судя по всему.

Ведь простые рии в этом дворце тоже обладали магией огня.

— Так кто ты такая и почему так непочтительно говоришь о Красном доже? — сложила руки на груди девушка. Золотые полумесяцы в ее ушах покачнулись. Маленькая грудь в вырезе платья стала чуть больше, но самую капельку. Шикарным бюстом природа девушку тоже не наградила.

— Я… — хотела инстинктивно назвать себя лаурией, вздернуть нос, скорировать пассивно-агрессивную позу собеседницы и тоже сложить руки на груди.

А затем резко передумала. На кой мне лишний враг, что будет ревновать ко мне повелителя? У меня и так проблем достаточно. В итоге я решила лишь назвать свое имя и на этом хватит с нее.

— Меня зовут Александра. А ты — Лиана?

Девушка чуть сжала губы, а затем кивнула. Особого удивления на ее лице не было, значит она не слышала о «таинственной Александре, что сделалась лаурией в первый же месяц появления во дворце».

— Где повелитель? — снова спросила она.

Я глубоко вздохнула.

— Он передо мной не отчитывается.

Лиана едва заметно улыбнулась. Ответ ей явно пришелся по вкусу. А затем эта деловая колбаса просто прошла к постели дожа, на которой, между прочим, я спала эту ночь, села на край, с придыханием провела ладонью по шелку простыни. И затем начала рассказывать нечто очень даже интересное.

— Не знаю, давно ли ты в Хайвейле, — деловито бросила она, сопроводив слова высокомерным взглядом, — но здесь я считаюсь любимицей нашего господина.

Я скептически склонила голову на бок, но ничего не ответила. Может, конечно, и так, но стражники за дверью не выражали к девушке особого пиетета, а сама она всё ещё была аурией. И никак не выше.

Однако хоть я, как журналист, и любила поболтать, в данный момент явно стоило больше слушать.

— Он всячески одаривает меня и ценит весьма высоко! — добавила рыжуля. — Однажды в этой спальне с ним буду спать я, а не ты, поэтому изволь запомнить и обращаться ко мне должным образом.

Наглость Лианы, конечно, зашкаливала, и все во мне потихоньку начинало бурлить и возмущаться, желая погромче выкрикнуть, мол, Сициан на самом деле мой, а не ее, но пока удавалось себя останавливать. Хотя и не без труда.

Грело только одно. Судя по словам аурии:

— Так ты тут ни разу не спала? В смысле с дожем ты не проводила ночей?

Ну что я за курица, неужели меня это волнует?

Ежки…

Волнует.

Лиана сдвинула брови и грозно посмотрела на меня. Словно уже примеривалась, как бы мне космы повыдергать.

— А ты что ли спала? Поэтому ты здесь?!

Я незаметно вздохнула, раздумывая, что бы такое ответить.

В этот момент дверь в покои Сициана опять приоткрылась, и за ней обнаружился один из стражников, в котором я с удивлением узнала бывшего легата, а теперь моего личного золотого стражника Селестиана.

— У вас все в порядке, лау… — начал спрашивать он, но я резко и громко перебила:

— Все отлично, закрой дверь!

Я конечно удивилась, но судя по всему Селестиан был обязан меня охранять, поэтому он и находился при покоях дожа с другими стражниками. Вот только я не собиралась открывать рыжуле свой статус! А он похоже мне все испортил!

Селестиан вытянулся по струнке и резко захлопнул огромную золотую дверь.

К сожалению, Лиана успела кое-что сообразить:

— Здесь золотой стражник… — медленно протянула она, видимо, впервые об этом задумавшись. — Они охраняют только лаурий!

— Ну вот, — буркнула я раздражённо, и упала в соседнее кресло.

— Его Сияние Красный дож хочет назначить меня лаурией! — ахнула она, вскочив с кровати и захлопав в ладоши.

Я в это время хлопала глазами. В шоке.

— Я же говорила, — гордо выдохнула она, смерив меня ещё более высокомерным взглядом. — Именно мне доведется родить нашему огненному повелителю настоящих наследников! Тех, которые не посрамят его имя и станут истинными драконами. Не то что… Не важно.

Она с презрением фыркнула, но я успела уловить смысл её слов. Другие наследники Сициана ее явно раздражали. Впрочем, детишки у дожа и впрямь не сахар.

В любом случае гроза миновала, можно было расслабиться. Пока рыжуля пребывает в плену заблуждений, можно попробовать выведать что-нибудь еще.

— И когда это случится, что тогда будет? — решила уточнить я, насколько долгоиграющи планы Лианы.

— Как что? — ахнула она. — Ты совсем глупая, да?

Она всплеснула руками, словно я ее ужасно раздражала. Ну восхитительная мадам, честное слово.

— Я рожу нашему повелителю несколько истинных аватаров огня, сперва стану его любимой лаурией, а затем он сделает меня догианой! Своей единственной женой! Так что не забывай, рядом с кем ты находишься.

— О, я уж не забуду, — покивала головой я, сделав самый что ни на есть понимающий вид. — А вот скажи мне, откуда у тебя такая уверенность, что ты сможешь родить истинных аватаров огня? Как я поняла, это не простая задача.

Лиана помолчала несколько мгновений, внимательно на меня глядя. Сейчас на ее лице уже не читалась такая уверенность, как прежде, и все же она вздернула нос и отвернулась к большому витражному окну. Красновато-желтые блики от разноцветных стекол окрасили ее бледное лицо.

— Я одна из сильнейших магичек огня в этом дворце. Ну, если не считать нашего повелителя, принца и принцессу, естественно. По крови они — драконы, с ними не сравнится никто. Но среди остальных я — лучшая. А кто еще, если не лучшая магичка огня, способен дать сильных наследников?

Мурашки пробежали по спине, во рту появился сухой привкус железа.

Я взглянула на мигом вспотевшие ладони и, не поднимая на Лиану глаз, спросила:

— И много ты можешь наколдовать?

Лиана пожала плечами.

— Могу разжечь камин одной огнесферой, могу окружить стеной огня двухэтажный дом. Сил хватит удержать такую стену примерно полминуты.

Я покивала головой, словно мне это о чем-то говорило. Лиана нахмурилась.

— Это больше, чем могут девяносто процентов чарогниц, между прочим! Тем более что сейчас чарогниц становится все меньше и меньше, — фыркнула она. — Моя цена еще сильнее возрастает.

— Что ты имеешь в виду? — нахмурилась я. — Почему чарогниц становится все меньше?

— А ты не знаешь? В городе объявился смертоубивец. Крошит нашу сестру почем зря. А потом потрошит, как курицу перед варкой.

Промозглый холод забрался под желудок, а потом обхватил все внутри ледяными лапами.

— Маньяк? — переспросила я.

Что-то часто меня судьба стала сталкивать с подобными субъектами. Не к добру это, чесслово.

— Ага, — кивнула девица, ни капли не расстроенная озвученным фактом. — Убил пока троих женщин, и все были магичками огня. Слабенькими, само собой. Иначе их бы в Хальвейль давно забрали. Но все равно. Эдак он и на более-менее приличных перейдет, как пить дать.

— А его ищут?

— Ну, наверно уж ищут, почем я знаю.

— А приметы какие-нибудь есть? — спросила тихо.

Что-то под ребрами неприятно шевелилось.

— Не знаю, я не уточняла. Знаю только что жертвам он живот вспарывает. Остальное мне не известно.

— Ужас какой. И ты не боишься? — приподняла бровь я.

— А чего мне бояться? Я — лаурия его Сияния, — уже прочно уверилась в своей новой роли Лиана. — В городе я не бываю, а если пожелаю туда наведаться, мне назначат десяток золотых стражников.

Меня отчего-то бросило в пот. Кончики пальцев затряслись. Я закрыла глаза, а под ними все стало красным-красным… Багровым. И всплыли в памяти видения, которые посещали меня уже дважды в этом мире.

Я видела страшные глаза Эдуарда Цера.

Наверно это все наваждение, ведь я едва не погибла в огне рядом с этим маньяком. Похоже, наложилось одно на другое.

Иначе и быть не может.

Мои страшные размышления прервал неприятный голос Лианы:

— А сама-то ты на что способна? Свечки зажигать перед постелью нашего повелителя? Или и на камин сил хватит?

Аурия подскочила ко мне так быстро, что я не успела сообразить, что делать дальше. Но, надо признать, все прочие мысли из головы выветрились мгновенно.

Надо было срочно выбираться из неловкой ситуации.

Лиана размахивала своими тонкими руками, явно возмущенная моей лениво-осоловелой реакцией. Затем сложила свои бледные веточки на груди в ожидании.

— Давай, расскажи новой лаурии! — приказала она. — Или, может, у тебя даже хватит сил показать?

Лиана повернулась к противоположной стене, а там возле нее стояла красивая металлическая статуя в человеческий рост. Она изображала женщину, руки которой были расположены по обеим сторонам от тела ладонями вверх. Также у нее лежали и волосы — косички спускались вниз, а затем по дуге тянулись хвостиками вверх. Красивое платье напоминало цветок, лепестки которого распустились изящно и пышно, повторяя те же изгибы волос и рук.

— Ну, что застыла? Страшно? — фыркнула Лиана. Подошла к металлической деве и коснулась ее груди.

Несколько мгновений ничего не происходило. На лбу аурии выступил пот, она начала тяжело дышать. А потом случилось нечто невероятное.

Сперва металл под хрупкой бледной ладонью раскалился докрасна, а затем на кончиках «лепестков» платья по очереди стали зажигаться язычки пламени.

Я задержала дыхание.

Это было потрясающе красиво! И так же невероятно страшно. С каждой секундой языков пламени становилось все больше, а по металлической коже статуи заструились тонкие огненно-золотые вены, раскрашивая ее в удивительный рисунок.

Прошло всего несколько десятков секунд, а уже все платье было усеяно огоньками, будто на нем зажглась сотня свечей. А затем по очереди загорелся огонь сперва на левой руке девы, а потом на правой.

Лиана дышала уже очень хрипло, но никак не останавливалась. Мгновение — и огоньки перепрыгнули на волосы статуи, зажигая кончики косичек.

И несмотря на страх, я ужасно хотела увидеть, как статуя загорится целиком.

К сожалению именно сейчас аурия ахнула, оторвала руку и отошла на шаг назад, потирая красную обожженую ладонь. Волосы девы так и не разгорелись, а теперь и вовсе начали тухнуть. Постепенно потухли и остальные части металлического тела.

— Видела? — гордо спросила Лиана, оборачиваясь ко мне.

Она была крайне довольна собой, хотя сама стала еще более бледной, чем прежде.

Я поняла, что от меня требуется продемонстрировать сейчас чуть ли не священный ужас и поспешила этим заняться. Тем более что ужас — это почти то, что я сейчас и испытывала.

Огонь продолжал вызывать у меня неконтролируемое желание убежать подальше. Несмотря на свою красоту.

— О! — кашлянула я в кулак. — Это было… великолепно!

Хотелось как-то отвлечь девушку от идеи заставить меня повторять ее фокус. Еще не хватало того, чтобы она прознала о моей магической несостоятельности.

— Давай, покажи теперь мне, на что ты способна! — настаивала она.

Я прикусила губу и проговорила, решив сыграть на тщеславии и гордости рыжули:

— Ну что ты, после такой демонстрации я даже не стану позориться. Ты очень сильна, Лиана. Не хотелось бы вставать у тебя на пути. Поверь, на нашего повелителя я вовсе не претендую. Если хочешь, он весь… твой…

Последние слова неожиданно вышли у меня из горла так тяжело, будто и не словами были, а двумя шершавыми кирпичами.

Нет, нет… Не твой…

Ох.

Лиана окинула меня тем самым фирменным взглядом, который я за сегодняшний разговор видела уже много раз, и фыркнула. Но, похоже, ей мой ответ пришелся по-нраву.

— Хорошо, — кивнула она. — Когда стану догарессой, не забуду про тебя. Так и быть.

Поистине царственным жестом она махнула рукой и проследовала к двери.

Я осталась стоять на месте, сдерживая желание глубоко вздохнуть и покачать головой. А может и по лбу себя хлопнуть, закатив глаза. В общем старательно делала вид, что все в порядке и я во всем согласна с «новой лаурией Красного дожа».

— А ты что стоишь? — нахмурилась вдруг она, глядя на меня через плечо. — Ты собралась оставаться в покоях повелителя?

— Я? — ахнула хрипло. — Нет, конечно… Я… мне… куклу надо зашить. Меня принцесса заставила. Ты не знаешь, где можно найти швейный набор?

Я быстро схватила ошметки от плюшевого дракона, и Лиана бросила на них скептический взгляд. Пожала плечами.

— Пойдем, я дам распоряжение риям, они тебе помогут.

И важно поманила меня за собой. Похоже, возомнила меня своей свитой. Вот смешная, честное слово! Ну да не стоит выводить ее из заблуждения. Сама как-нибудь разберется. Потом. Может быть.

Вместе мы вышли из покоев дожа, и золотой стражник Селестиан склонил голову при нашем появлении.

Лиана широко улыбнулась и задрала нос еще выше, приняв его внимание на свой счет. Я снова кашлянула в кулак, подавив смешок и коротко кивнув бывшему легату.

— А как ты собралась передать куклу принцессе? — спросила Лиана. — Девчонка уехала из дворца, вернется только завтра на праздник.

— На праздник? Завтра праздник? — удивилась я, шагая чуть позади аурии. Это придавало девушке еще больше значимости в собственных глазах.

— Ты не в курсе? Завтра великий день, праздник Каления, — гордо ответила она. — Именно в этот день много лет назад наш повелитель спас империю от коварного вторжения чароводников.

Меня пронзило насквозь. Так ведь именно в этот день должно произойти нападение на дожа! То самое, о котором я странным образом подслушала тогда через камень!

— И… мы будем участвовать в празднике? Во сколько он начнется? — хрипло уточнила я.

— Мы будем сидеть за столом дожа. Я, как лаурия, наверняка буду приглашена нашим господином сесть рядом с ним… — она мечтательно закатила глаза. — Мне будет виден весь залив! Все представление! Ох…

Она опустила взгляд и заулыбалась.

— И все поймут, что я — любимица Красного дожа. Весь Хальвейль, весь город…

У меня аж ноги подогнулись.

Заметив, как я споткнулась, Лиана взглянула на меня и махнула рукой.

— Ты наверняка будешь сидеть где-нибудь в середине стола, далеко от нас. Но я попрошу, чтобы тебя посадили поближе ко мне. Будешь подавать мне еду.

Я не задумываясь кивнула, уже представляя, что, если Лиана говорит правду, то сидеть с дожем на глазах всего города придется мне. И тогда недругов у меня вмиг станет тысячекратно больше.

Но Лиана снова вырвала меня из размышлений:

— Ты можешь повесить куклу на дверь комнаты Анаис. Так иногда оставляют записки и подношения.

Я кивнула.

Через пару десятков шагов нам встретилась одна из рий, которой меня и передала Лиана. Служанка выделила мне набор серебряных иголок и целый ворох разноцветных лоскутов ткани и нитей. И до моих новых покоев добраться помогла.

Ну не люди тут, а золото, честное слово. Почти все.

В общем, до вечера я пыталась создать единственную доступную мне магию и превратить гору резаной ткани в подобие дракона, затем расшила получившееся творение восхитительными переливающимися гранями бусинами и, как ни странно, осталась вполне довольна своим творением.

У меня получилось совсем не то, что было прежде, но тоже вполне себе красивая игрушка! И блестела она словно драгоценный камень — заглядение!

Поздно вечером я вышла из своих покоев, чтобы повесить дракона туда, куда посоветовала Лиана. Однако, дойдя до дверей комнат Анаис, я так и не решилась бросить игрушку у входа. Здесь к слову сказать не было ни одного стражника, видимо пустые покои не было смысла охранять. А справа от порога стояло нечто вроде стойки с небольшим золотым блюдом, украшенным кружевным рисунком. Похоже, как раз сюда можно было класть письма и послания для принцессы.

Но я все равно не стала этого делать. А то еще перехватит кто-нибудь мою красоту, и не дойдет она до своей хозяйки. Передам завтра на празднике, будет девчонке сюрприз.

С этими мыслями я развернулась и пошла прочь, однако едва завернула за угол коридора, как с другой его стороны послышались тихие шаги. Во дворце постоянно кто-нибудь куда-нибудь шел, здесь жило и работо дикое количество народу, но почему-то именно вот эти едва различимые звуки шагов насторожили меня и заставили резко остановиться. Я замерла, а затем осторожно сунула нос за поворот стены.

И увидела напротив комнат принцессы Анаис застывшую Лиану. Она коротко посмотрела на высокие серебряные двери, так сильно напоминающие золотые двери в покои самого повелителя, и отвернулась. Затем сделала еще несколько шагов ко мне и снова замерла. На этот раз возле большого настенного зеркала, занимающего здесь всю длину коридора по обеим сторонам.

Это было очень красивое украшение этажа, можно было гулять туда-сюда, разглядывая собственное отражение, обрамленное цветами в больших напольных вазах. Но, признаться, я никогда так не делала, потому что на самом деле это было даже немного страшно. Ведь зеркала располагались друг напротив друга, и если смотреть в одно из них, казалось, что ты проваливаешься в бесконечный коридор, что отражается во втором зеркале и так до бесконечности… И никогда тебе уже из него не выбраться.

Поэтому я старалась пройти коридор возле покоев принцессы как можно быстрее. В остальных частях замка, слава богу, ничего подобного не было.

Лиана же застыла около зеркала и стала разглядывать себя так, словно видела что-то необычное.

Я нахмурилась, чувствуя неладное. А, учитывая, что в этом мире с моей чувствительностью и вовсе произошли странные метаморфозы, стоило обращать на голос своего предчувствия побольше внимания.

Так я и старалась поступать. А потому пригляделась получше и даже чуть сильнее высунула голову из-за поворота коридора.

Лиана тем временем откинула голову чуть в сторону и стала рассматривать что-то на своей шее. Там у нее было красивое ожерелье из каких-то крупных и круглых золотых бусин, но кроме этого мне не удалось увидеть издали больше ничего.

Через пару мгновений Лиана отвернулась от зеркала и быстро-быстро зашагала в мою сторону. Мне пришлось молнией скрыться с места подглядывательного преступления, пока меня не обнаружили. На всякий случай я добежала до собственных покоев и накрепко закрыла дверь.

Сердце бешено стучало в горле, и я сама не могла понять, почему. Вроде бы ничего ужасного не случилось. Даже ничего необычного. И все равно я чувствовала, что видела нечто важное, только не могла понять, что именно.

За окном давно уже была ночь, и мне ничего не оставалось, как лечь спать. Завтра планировался очень трудный день, а меня об этом даже никто не предупредил.

Это пугало.

Попытавшись выкинуть из головы лишние страхи, я закрыла глаза и все же уснула. А на следующее утро оказалось, что для меня и впрямь подготовлено немало интересного…