Глава 6. Цвет: сырое мясо

Сперва все шло замечательно! У меня была собственная отдельная купальня, куча ароматных масел, скрабов и притираний и парилка, в которой от огромных горячих камней шел пар, пахнущий еловыми ветками. Я нашла не только шампунь, но и нечто, напоминающее бальзам для волос, так что теперь за сохранность шевелюры можно было почти не беспокоиться.

Бассейн был потрясающим: по краям отделанный золотистым авантюрином, на дне выложенный янтарной плиткой — он весь изнутри переливался, а блики тонули в плотном горячем воздухе. В топазовой воде плавали желтые цветы, источая дивный аромат, и мне нетерпелось потрогать их и понюхать. Неужели они были живыми?..

Едва я опустилась в воду целиком и коснулась цветка, приготовившись приятно провести время, как из клубов пара позади меня раздался незнакомый голос:

— Какой приятный вид открылся моим глазам.

Возмутительную фразу сопроводил мурлыкающий смешок.

Я резко развернулась, выронив цветок, и столкнулась взглядом с незнакомцем. Тоже голым, между прочим.

Меня бросило в жар.

— Вы кто такой и что делаете в моем бассейне? — ахнула я, пытаясь прикрыть грудь.

Мужчина же вальяжно растянул руки по бортику бассейна, чуть склонив голову набок. Его волосы были сухими и длинными, они спускались к мощным плечам, намокали в воде и терялись где-то внизу. Я так далеко старалась не смотреть. Но факт оставался фактом: шевелюра у этого типа была покруче моей, я даже слегка позавидовала. Но удивительнойбыла даже не длина его волос, а их цвет. Пряди были ярко-зелеными и блестели, как ограненные изумруды.

— Это не ваш бассейн, прекрасная незнакомка, а общий, — пожал мощными плечами мужчина, не сводя с меня сверкающих глаз цвета морской волны. — Так что не стесняйтесь, располагайтесь.

— Но… — выдохнула я, уже не зная, то ли бежать, то ли служанок звать, то ли попросить неожиданного знакомца подвинуться. — Я вообще-то голая.

— Ну и я тоже, — недоуменно ответил он, словно все в порядке. — Это же купальни.

А я начала лихорадочно перебирать в голове варианты: похоже, этот зеленоволосый сидел в бассейне еще до моего появления, а я просто не заметила его сквозь пар. Рии, что прислуживали мне, наверняка знали о его присутствии здесь, значит, ничего особенно в этом нет. Вероятно, бассейн и правда общий. Похоже, не происходило ничего особенного для этого замка. Особенное было только для меня.

Я кашлянула в кулак, чтобы придать себе немного смелости, затем приняла решение никуда не убегать. В конце концов, зеленовласка нападать на меня, похоже, не планирует. А искупаться в цветах его присутствие мне не помешает.

Решив таким образом, я опустилась в воду целиком по самую шею, понадеявшись, что большая часть тела будет скрыта от блестящих морских глаз странного типа. Подгребла к себе побольше цветов и представила, что я русалка.

Незнакомец улыбнулся, продолжая глядеть на меня и не двигаться с места. А я тем временем продолжала изучать его удивительные волосы, что казались ярче драгоценных камней.

— Хорошие тут купальни, правда? — спросил тем временем мужчина так, словно вознамерился вести со мной светскую беседу голышом. Что ж, почему бы и нет? Привет очередным нелепым приключениям на мою многострадальную пятую точку. — Особенно мне нравится минеральная вода.

Онзачерпнул ладонью искрящуюся воду, и тогда я тоже заметила, что весь бассейн полон мелких пузырьков, которые поднимаются с самого дна наверх.

— Говорят, если провести здесь час, то можно помолодеть на год, — улыбнулся он, и пришлось признать, что незнакомец был по-своему очень красив. Его кожа была редкого, какого-то жемчужно-белого цвета, с легким непонятным оттенком, глаза миндалевидные и будто очерченные тонким черным лайнером. Впрочем, я была готова поспорить, что это не краска, а натуральный эффект. На пальцах мужчина носил крупные перстни, причем почти все они были подвижными и зацепляли сразу несколько фаланг, создавая вид причудливого кастета.

— Не слышала о таком свойстве, — проговорила я в ответ, выдавив жиденькую улыбку. Все же голышом болтать было непривычно. — Вы планируете сбросить лишний возраст?

Мужчина тихо и мелодично рассмеялся. А затем ответил нечто странное:

— Мне это незачем, да и волшебство источников, каким бы оно ни было, на меня не подействует. А вам для чего этот источник? Вы же юны, как только что распустившийся бутон снежной сирени.

Я даже опешила немного. Мне вроде уже далеко за двадцать, не старуха, конечно, но и не первая свежесть, как говорится.

А впрочем, приятно.

— Да я просто, знаете ли, принимала ванну, — ответила с лёгким смущением. — И, кстати, не планировала обнаружить в ней незнакомца.

Мужчина рассмеялся низким, но каким-то даже немного мелодичным смехом. Перстни на его пальцах блеснули, когда он неожиданно ими пошевелил, будто перебирал струны на невидимой гитаре. А потом вдруг плавно отделился от края бассейна и скользнул ко мне.

Я вжалась в свой край, но мужчина остановился на расстоянии полушага, оперся локтем о бортик и подпер рукой голову. Длинные пальцы зарылись в изумрудных волосах, приподняв их, отчего искрящиеся капли воды медленно заструились вниз. По темно-оливковой коже предплечья, по перепутавшимся прядям, которые на долю мгновения начали напоминать жгуты тонких змей, вытесанных из камня.

Я моргнула, и наваждение прошло.

— Так давайте скорее познакомимся, моя сладкая ягодка, — проворковал он, глядя на меня так, словно я и впрямь ягодка и он непрочь меня куснуть.

А я, честно говоря, не очень люблю, когда меня кусают.

Впрочем, от взгляда морских глаз, что оказались теперь так близко, мне стало слегка не по себе. В их синевато-зеленой глубине будто бы отражалось что-то, очертания чего я никак не могла различить.

Стало слегка жарко. А может, это оттого, что я пару минут назад вышла из местного аналога сауны? Да-да, несомненно, именно от этого…

— Меня зовут Тиррес, но вы можете звать меня Тирр, — улыбнулся он. — А как ваше имя? Уверен, оно столь же прекрасно, как и вы сами.

Этот милашка, кем бы он ни был, отвешивал мне один комплимент за другим, чем, к сожалению, не мог не нравиться. «К сожалению» — потому что такая прелесть как минимум настораживала.

— Меня зовут Александра, — даже не думала скрывать я. — Но вы, так и быть, можете звать меня Саша.

— Са-ш-ш-ша, — слегка прошелестел он, невозмутимо протянул руку и сперва коснулся моих волос, а затем намотал одну прядь на палец. — Прекрасное имя, ласкающее кончик языка, словно я только что раскрыл цветок физалиса и положил в рот мягкую сердцевину…

Ну вот, так и знала, что он хочет что-нибудь куснуть.

Я покраснела. И даже не столько от странных комплиментов Тирра, сколько от необычного взгляда, которым он на меня смотрел. При этом каким-то образом он умудрился ни разу не опустить глаза на мою грудь, что купалась под водой обнаженная буквально на расстоянии его вытянутой руки.

Ну какова выдержка у этого зеленовласого русала! Аж уважение берет. Неуместное в ситуации, когда мы оба голые, незнакомые и расположенные чересчур близко друг к другу.

Я начала краснеть сильнее.

— Кхм, — кашлянула я в кулак, снова попытавшись ускользнуть в сторону. — Вы не могли бы…

Но едва я протянула руку, чтобы, схватившись за бортик, уплыть подальше, как Тиррес встал у меня на пути, прижавшись к этому самому бортику. Да так ловко и быстро он это сделал, словно сопротивление воды ему было неведомо.

Длинные зеленые волосы плыли вслед за ним, опускаясь почти на дно и двигаясь среди пузырьков воздуха в толще бассейна словно живые. Я неожиданно почувствовала, как где-то внизу одна прядь защекотала мою лодыжку, а затем мягко обвилась вокруг икры.

Из горла от неожиданности вырвался тихий вскрик.

— Вам плохо, милая Саша? — нарочито беспокойно спросил мужчина и, используя этот повод, придвинулся ко мне еще ближе.

Теперь стоило лишь разок неловко пошевелиться, как наши тела соприкоснулись бы. Мощные руки Тирра показались над водой, одну он завел мне за спину, очертив край бортика, а второй вдруг начал рисовать что-то в воздухе.

— Что вы делаете? — ахнула я, даже позабыв на миг о мягкой щекочущей пряди где-то под водой. А все потому, что поверхность бассейна вдруг задрожала.

— Не бойтесь, я не сделаю вам ничего плохого, ягодка, — улыбнулся Тирр, и его улыбка показалась мне одновременно обезоруживающеласковой и какой-то скрытоопасной.

Морские глаза сверкнули.

А затем бассейн вдруг разом словно вздохнул, и вверх из воды поднялись тысячи маленьких капель, наполняя все вокруг искрящейся россыпью водяных бриллиантов.

Я не смогла сдержать возглас восхищения.

Никогда не видела ничего подобного. Это выглядело так, как если бы в купальнях вдруг пошел дождь, только все капли разом замерли бы, зависнув в пространстве. Свет, льющийся откуда-то с потолка, преломлялся на этих каплях, создавая невероятную магию, в бликах которого глаза Тирра начали сиять еще ярче.

У меня в груди что-то глухо ударило. Время будто начало останавливаться, а немного смуглые, темные мужские губы стали казаться все ближе и ближе…

Я уже с трудом понимала, что под водой мягкие изумрудные пряди волос опутали и вторую мою ногу, поднимаясь все выше и выше, поглаживая и как-то ненормально живо двигаясь. Сердце застыло где-то в горле вместе с дыханием. А я видела перед собой только голубовато-зеленые глаза, в которых блестели отсветы тысяч капель-бриллиантов.

Мне казалось, что я сплю. Несмотря на то, что все происходящее в этом странном пугающем мире вообще мало походило на реальность, именно сейчас мне чудилось, что все еще более похоже на сон, чем прежде.

Я даже протянула руку, чтобы удостовериться хоть в чем-нибудь. Хотя бы в какой-то части правды. Я пыталась дотронуться до щеки своего нового странного знакомого, который, надо признать, обладал пугающей харизмой. Хотела ощутить подушечками пальцев его темно-оливковую кожу, которая, казалось, обладала фактурой полированного камня. Гладкая, почти глянцевая…

Но вдруг произошло нечто странное.

Едва мои пальцы коснулись его щеки, как каждую клетку тела словно пронзил удар тока. Это было больно, но не это оказалось самым шокирующим.

Окружающий мир померк. А все искрящиеся капли, что застыли в воздухе, вдруг приобрели страшный темно-алый цвет.

Их больше ничто не освещало. Дивное разноцветное волшебство исчезло, и теперь казалось, будто я со всех сторон окружена каплями крови, которые, как назло, пришли в движение и начали медленно падать вниз… прямо в бассейн, полный багряной жижи…

Горло сжало спазмом ужаса. Я хотела закричать, но у меня не вышло бы, даже если бы я открыла рот. Словно весь воздух разом выкачали из легких, наполнив их водой.

Или кровью.

Я опустила взгляд в то, что когда-то было прозрачной водой, и внезапно увидела нечто отвратительное.

Словно огромное зеркало грязно-багрового цвета, оно стало показывать мне картинки из какого-то ужастика. Я видела отрубленные головы, падающие на утоптанную землю, полную голубых цветов, пятна крови, заливающие белые плиты, женские пальцы с некрасивым маникюром, перепутанные волосы… И в самом конце — лицо. Страшное лицо, которое, я думала, уже больше никогда не увижу.

Это была ухоженная, с правильными чертами и глубокими, располагающими к себе глазами физиономия Эдуарда Церра. Маньяка-убийцы по кличке Цербер.

Наваждение исчезло также быстро, как и появилось. Я зажмурилась так сильно, словно хотела, чтобы увиденное вытекло у меня вместе с глазами. Сжала пальцы, которые так и зависли в воздухе, а когда распахнула их с бешено бьющимся сердцем, оказалось, что никаких кровавых капель в воздухе уже нет.

Снова там блестят те капли-алмазы, чтои прежде, снова отражаются в морских глазах Тирра, о котором я совсем забыла. И едва я распахнула пальцы, словно пытаясь отогнать наваждение, как все мерцающие капли разом разорвались на мирриады осколков, превратившись в водяную пыль с тихим глухим хлопком.

От неожиданности я отшатнулась назад, больно ударившись позвоночником о бортик бассейна и глядя, как удивленно распахиваются колдовские глаза моего нового знакомого, а чарующие губы складываются в широкой улыбке.

— Чароводница, — прошептал он, оглядываясь вокруг и наблюдая, как неторопливо оседает водяной пар, становясь содержимым бассейна. — Какое везение встретить чароводницу здесь, в империи Огненной луны. Как ты тут оказалась, ягодка моя? Ты не возражаешь, что я перешел на «ты»? Для меня великая отрада и услада глаз — встретить родную душу.

И он вдруг схватил меня за руки, притягивая к себе впервые с нашего знакомства в такой отчетливособственнической манере. Словно он вдруг понял для себя нечто, что делало нас близкими людьми. Даже я бы сказала, чересчур близкими.

А это было не так!

Тем более мне было не до шуток, когда перед глазами до сих пор плясали капли крови и знакомый оскал Цербера.

В голове крутилось одно: что, если я попала в этот странный мир не одна? Неважно, где я вообще нахожусь: в причудливом посмертии или альтернативной реальности. Что, еслионтоже здесь?..

— Я согласна перейти на «ты», если ты перестанешь меня трогать, Тирр, — проговорила жестко, серьезно отталкивая мужчину впервые с момента нашего знакомства. Меня уже не волновало, что я голая. Меня почти трясло.

С этими словами я оперлась на бортик бассейна и просто выпрыгнула из воды.

Взгляд моего нового знакомца тут же медленно заскользил от моих глаз вниз.

— И незачем так глазеть, это неприлично, — буркнула я, двинувшиськсвоему закутку, где меня ждали полотенца и одежда.

— Трудно приказать глазам не смотреть на прекраснейшую из нимф, — низко и чуть мурлыкая ответил Тирр, а затем неторопливо стал выходить из бассейна и сам.

Оказалось, что где-то там, на дне, были ступеньки, которые я упустила.

Его медленные движения могли бы привлечь немало внимания, как и обнаженное идеальное тело, на котором так бугрились мышцы, словно Тирр какой-нибудь морской хищник и всю жизнь только тем и занимался, что загонял добычу и резвился в волнах, развивая бешеные скорости. Разве что длинные изумрудные волосы ему должны были изрядно мешать в этой работе, таким образом ломая мою картину предположений.

В любом случае мужчину я больше не рассматривала, быстро вытираясь и натягивая обратно платье, которое было на мне по приходев купальни.

Когда в мою комнатку бесцеремонно заглянул Тирр, очевидно не желая заканчивать диалог, первой его фразой было недоуменное:

— Так ты аурия, моя прекрасная нимфа? — Он окинул быстрым взглядом мой наряд, быстро выхватывая важные детали и подтверждая мои догадки насчет характерного рисунка.

— Разочарован? — бросила я устало.

Я тоже была разочарована этим фактом, а что делать?

— Отнюдь, — пожал он плечами и вдруг улыбнулся, чем в очередной раз меня обескуражил. Он вновь взглянул в мои глаза, но не торопился продолжать разговор.

А мне вдруг снова стала слишком очевидна его внушительная нагота, на которую было тяжело не смотреть.

К щекам прилила краска.

— Посмотри, если хочешь, — бросил он, и улыбка стала шире, продемонстрировав белые зубы.

— Благодарю, как-нибудь в другой раз, — проговорила я, снова слегка теряясь от неловкости.

— Поймал на слове, — хмыкнул он.

Я вздохнула и двинулась мимо него к выходу.

— Можно я пройду? — бросила, стараясь не поворачивать головы.

— Только если послушаешь мой совет, — сказал он, и не думая уступать мне дорогу.

Я резко повернула голову и встретилась с морскими глазами, в которых, как ни странно, не было ни капли улыбки, в отличиеот губ.

От этого диссонанса меня будто насквозь прошибло.

— Я слушаю.

— Никому не говори, что ты чароводница, — сказал он так тихо, что услышать могла только я. Поднял руку и, коснувшись моих волос, убрал их за ухо, а я почувствовала, как его дыхание щекочет кожу. Не отстранилась. — В империи Огненной луны уважают только огненных магов. Остальные — бракованный товар…

Его кисть с моего уха скользнула по контуру подбородка, очертив его костяшками пальцев, и исчезла. После этих слов он отступил чуть в сторону, как и обещал, открывая проход.

Я еще несколько мгновений глядела в затягивающую зеленоватую синеву его взгляда, пытаясь понять, предостеречь он меня хочет или наоборот. А затем развернулась и вышла прочь, надеясь, что доберусь до своих покоев без приключений.

На этот раз мне повезло, что уже было из ряда вон в последнее время. В любом случае неприятности явно прочно присели мне на хвост, когда я птичкой влетала в этот дворец, потому что уже через несколько часов меня поджидало жестокое испытание.