Глава 8. Буран

Воздух стал липким, как паутина. Казалось, я завязла в ней и вот-вот на тонких лапках ко мне подберется паук и вонзит клыки в живот, впрыскивая в тело нейротоксин, который превращает внутренние органы в кашу. Ладони стали влажными, а во рту, наоборот, пересохло. Тем временем из-за спины Церра вышла еще одна тварь. Сперва мне показалось, что это какое-то саблезубое чудовище из ледникового периода, с окровавленной мордой и клыками, с бешено вращающимися глазами в круглых орбитах глаз. Но стоило приглядеться, как стало ясно, что передо мной еще один машейр. Только совершенно дикий и хищный. – Вот и встретились, Александра Колдунова, – проговорил Эдуард Церр, облизывая влажно лоснящиеся губы и вытирая их тыльной стороной кисти. Меня передернуло. Если прежде этот человек еще хоть немного походил на нормального, мог обмануть случайного встречного – жертву, то сейчас невооруженным взглядом было видно, что от него стоит держаться подальше. Впрочем, возможно, немалую роль в этом впечатлении играла кровь, которая была всюду. И тело бедного Эфира на белоснежной лестнице храма. Я не могла подойти к нему. Ничем не могла помочь. И от этого все внутри натянулось до предела, готовое разорваться. С каждой секундой время утекало все быстрее, как и жизнь султана. – Зачем ты здесь? – проговорила я, стараясь соображать быстрее. Придумать, что же делать. Взгляд перескакивал от султана к Церру, к крови на ступенях и нарочито безмятежно качающихся белых цветах с желтой сердцевинкой, что вились рядом. На снежных лепестках застыли капли крови. “Солнца сегодня совсем не белые, совсем не белые…” – словно вживую прозвучали в голове слова постаревшей Арьян. Эти цветы назывались еще белыми солнцами Айлгвина. Она все знала. – Я нынче орудие правосудия, – гордо сказал Церр, причмокивая и вытирая клинок о темные грязные штаны, на которых было слишком много пятен цвета старой крови. – Как тебе такой вариант? Я всегда знал, что у меня есть великая цель и все мои жертвы – это лишь длань высшего провидения. – Неужели? – проговорила я, понимая, что спорить с маньяком бесполезно и глупо. Меж тем вокруг него крови становилось все больше. Я должна была выгадать удобный момент и обратиться к чароводной магии. Тем более что в груди у меня уже вибрировала сила, взывая к воде в красных лужах. Но что конкретно предпринять? Создать острые шипы из воды? Заставить лужи детонировать?.. – Именно так, – кивнул Церр, садясь на корточки возле султана и между делом пнув его ногой. К горлу подкатил комок тошноты. Рука дернулась ударить, но в этот момент Церр начал говорить нечто, что я хотела услышать. – Глава сказала, что у меня потрясающая способность. Это дар, принесенный богами, чтобы восстановить равновесие, что-то вроде ее “голода”, но я до конца не понял, – он усмехнулся, а сзади него дикий машейр, не сводящий с меня глаз, начал еле-еле красться вперед. Он двигался ко мне. И теперь я поняла, что в первую очередь, похоже, придется избавить от тигро-льва. Но успею ли я тогда нейтрализовать и Церра? Или у него есть какой-то секрет, позволивший ему так легко пробраться в запретный храм и ранить самого аватара воздуха?.. Не стоило недооценивать противника. …и я могла лишь надеяться, что “ранить”, а не “убить”. – Что за глава? – спросила я, не сводя взгляда с раскаленно-желтых глаз машейра. Тот сделался на шаг ближе. – Журналистская привычка сказывается, да, Александра? – промурлыкал Церр. – Хочется все знать или ты планируешь написать статью о том, как я убил аватара воздуха? В этот момент он одним движением отодвинул с груди богато расшитую тогу султана, обнажив солнечное сплетение. И перехватил кинжал поудобнее. Лезвием вниз. – Стой, что ты делаешь? – ахнула я, не выдержав. – О, это очень интересно, – захихикал Церр, – хочу, чтобы ты видела. У меня внутри, кажется, все умерло и покрылось ледяной изморозью. – Твой машейр приближается ко мне, я вот-вот перестану видеть, что ты делаешь. Попыталась сыграть на его желаниях. А заодно убрать хищника. Получилось. – Машейр? – удивился убийца. Повернул голову в сторону и заметил своего питомца. – А ну, назад, тупая тварь! – рявкнул он, махнув рукой. И в тот же миг воздух колыхнулся. Он использовал магию принуждения. Темная сторона чароводной силы. А еще стало понятно, что говорить с животным он не может. – Ненавижу этих клыкастых, – покачал головой Церр, – но стоит признать, помощники они отличные. Голову отгрызают на раз! Он откинулся назад и раскатисто рассмеялся. – Но… как? – не удержалась, произнесла вслух. Церр с прищуром взглянул на меня. – Интересно, да? – выдохнул он, довольно осклабившись. Я молча кивнула. Было совершенно очевидно, что каждое мое слово подпитывает эго его внутреннего зверя. А мне это было очень даже на руку. Я искала выход. А еще, если Эфир действительно связался со своей стражей, возможно, удастся дотянуть до их появления. Все мои ответы были логичны и расчетливы так, словно я бывала в подобных ситуациях каждый день. Словно сердце мое не дрожало, будто стеклянная ваза на высоких звуковых частотах. Словно мне самой не угрожала смерть. Но я не боялась за себя. Прямо сейчас – только за султана, что был так близко и так далеко. А помочь ему я не могла. – Я расскажу, – тешил свое самолюбие убийца, вдруг делая шаг ко мне. – Это магия. Глава сказала мне, что у меня будет громадная сила, если доверюсь ей. Я сперва сомневался, – усмехнулся он. – Но едва она пообещала, что я смогу убивать столько, сколько захочу, и еще больше, – я уже не мог отказать. Кто от такого откажется, верно? Хотелось ответить, что я бы отказалась, но это нарушило бы всю тактику ведения беседы с фанатиком. Нужно было соглашаться и спрашивать. Лишь соглашаться и спрашивать дальше. Он сделал еще один шаг. – Эта… женщина, – начала я осторожно, – показала тебе, как использовать твою внутреннюю силу, так? Церр хмыкнул. – Ну, можно и так сказать. А вообще-то она научила меня, как эту силу брать из моих жертв. Он чавкающе ухмыльнулся и, не сводя с меня взгляда широко распахнутых глаз, разорвал серую тогу, обнажая грудь. А на ней… зиял еще не до конца зарубцевавшийся глубокий порез в виде огромного символа фуртум. Я задрожала. Но не от страха. Едва ткань перестала скрывать этот ужасный рисунок, как воздух завибрировал, и я почувствовала, что от фуртума исходит некий зов, сосущий магию отовсюду. Требующий все больше и больше. Как на Черной жемчужине Айремора. Получается… Эдуард Церр теперь мог, словно живой артефакт, всасывать в себя магию своих жертв. И что же он давал ему взамен? Неутолимый голод к убийству… Довольно высокую магическую силу… Но только ли это? – Ты сказал, что магией тебя наделила глава. Что это за глава? Глава чего? – спросила я тихо, когда Церр сделал еще несколько шагов, очутившись на расстоянии прыжка от меня. Пора было бить, или он нанесет удар первым. Но я хотела знать. Хотела, чтобы мои предположения подтвердились. – Ну, знаешь, – пожал плечами Церр, улыбаясь и пальцем ведя по кроваво-алым полосам на груди, любовно очерчивая каждый завиток. – Они здесь зовут это каким-то ковеном или орденом. По мне, так сборище фанатиков. Но какая мне разница, да ведь? Если за вступление к ним дают неограниченную магическую силу? Я молчала, собирая сзади за спиной капельки. В области солнечного сплетения появилось знакомое влажное напряжение, словно вода во всем моем теле стала оживать. Но я не могла делать это открыто, иначе стало бы слишком заметно… – Орден Зрящих? – Точно так, Александра, – кивнул он, поднимая руку с кинжалом вверх и рисуя в воздухе невидимые завитки. Лезвие стало мелькать на уровне моей шеи, но пока еще в нескольких шагах от нее. – К тебе тоже приходили эти дивные люди? Говорят, у них великая цель – наделить магией весь мир, отобрав ее у тех, кто ее не достоин. – Правда? – прошептала я, уже едва ли шевеля языком от напряжения, возросшего в воздухе многократно. – Чушь, как по мне, – хмыкнул он. А затем время стало двигаться так быстро, что я уже не успевала за ним. Церр внезапно одним молниеносным движением преодолел расстояние, что нас разделяло, и схватил меня сзади, приставив нож к горлу. Я почувствовала, как холодное лезвие царапнуло кожу, а капли воды, которые уже стали иглами, готовыми вонзиться в чужую плоть, вдруг растаяли, словно первый снег на солнце. – А знаешь, почему чушь, кисонька? – промурчал он мне в самое ухо так, как мог бы мурчать шакал. – Потому что о других думают только идиоты, а наша глава далеко не такая. У нее совсем другая цель, совсем. Теперь уже похвастаться самообладанием мне не светило. Я чувствовала, что смерть уже дышит мне в затылок в лице маньяка-убийцы. Не думала, что умереть придется вот так. И была не согласна с этим категорически. – Какая же у нее цель? – трясясь от страха, спросила я, вспоминая, что у меня где-то прячутся щупальца кракена и сам Тенемару уважал меня за мою магию крови. Закрыла глаза и почувствовала удары сердца. Чужие. Тук. Тук. Тук. А еще голод. Эдуард Церр больше всего на свете сейчас жаждал меня убить. Я ощущала это своей плотью и кровью. Его фуртум распознал во мне чаровницу. И жаждал моей магии. Осталось надеяться, что Церр ответит раньше, чем перережет мне горло, и сразу после этого я успею нанести удар. Если же он будет первым… Но об этом лучше не думать. Я слишком хотела знать правду, а потому медлила. Но ответить он не успел. На горизонте показались всполохи коричневых крыльев. Грифоны Эфира летели на помощь. Успели ли они для того, чтобы спасти своего повелителя? Я была в этом не уверена, и от одной мысли об этом грудь сдавливало, словно кто-то втыкал туда нож. О себе я почему-то даже не думала. – Ух ты, гости пожаловали, – промурлыкал Церр, – а давай мы с тобой поиграем?.. Играть не хотелось совершенно. Похоже, момент настал. Я ударила. Как оказалось – одновременно с маньяком-колдуном. – Гляди-ка, ты у нас тоже девочка с сюрпризом, да, Александра Колдунова? – сдавленно выдохнул Церр, и лезвие у моей шеи задрожало, начав медленное движение. Эдуард не мог шевелиться. Я сковала его мышцы, обратившись к воде в его крови и запретив ей ход. Вот только, как оказалось, Церр сделал то же самое. Однако его магия сжала мои ребра, мешая вздохнуть. Если я направляла все свои мысленные усилия на то, чтобы обездвижить убийцу и, как следствие, лезвие в его руках, то он пытался меня прикончить. – Хотел посмотреть, как твои прекрасные глазки полезут из орбит, когда ты начнешь задыхаться, – отрывисто заговорил Церр, перемежая слова с гадкими лающими смешками. – Неужели не получился, как думаешь? Он говорил ужасно медленно, словно пленку кинофильма затормозили, а то, может, ее и вовсе зажевало в механизме. Зато лезвие у моего горла трепетало так, словно моя магия вот-вот развалится. Но я не могла этого допустить: щупальца кракена уже были готовы и вот-вот станут явью. Тогда часть морока должна слететь с меня и я придушу Церра!.. Вот только страх бил в виски, оглушая, пульсируя в голове и заставляя дрожать каждый нерв. Лишь потом, значительно позже, я поняла, что именно это послужило страшной причиной отказа моей магии. Щупальца так и не появились. – Как думаешь, кто из нас победит в этой борьбе? – лающе спросил Церр, тоже пытаясь сбросить путы. – Я думаю, что я! Он был абсолютно уверен в своей победе. И именно поэтому чувствовал себя так, словно это уже произошло. Все внутри меня закипело от мысли, что Церр уже почти наслаждался моей гибелью. Лезвие его кинжала глубже вошло в горло. Я ощутила, как по шее в декольте щекотно стекает кровь. Страх заполонил все вокруг. Я почти уже не способна была пошевелиться от ужаса. Вот только Эфиру от моей смерти легче не станет. А так, возможно, пока коричневые грифоны пытаются осилить последние километры до нас, я успею помочь султану?.. – Убери от меня свои руки, – выдохнула, зажмурившись и призывая ту силу внутри, к которой меня учил обращаться Эфир. Вода уже была заблокирована страхом и магией Церра. А удара воздуха он пока не ожидает… наверное. – Что ты сказала, девочка моя? – кашляя, усмехался зверь. – Убери! Нет, ураган не налетел и не оторвал от меня маньяка, сжимающего мое горло спазматически сжатыми руками. Я не умела звать ураган. Зато я умела звать вентусов. Перед мысленным взором мелькнул рисунок, который показывал мне Эфир. И в тот же миг дивные существа наполнили все вокруг, глядя на меня полупрозрачными хитрыми глазами. “Помогите”, – умоляла я их одним взглядом, потому что из горла уже не доносилось ничего. Они помогли. В этот момент клешни Церра сами собой разжались, когда два дымкообразных духа схватились за них и растянули в стороны. – Что происх?.. – В удивленно распахнутых глазах монстра мелькнул страх. Еще один вентус облаками пара обхватил грудную клетку мужчины и отбросил его в сторону. Лезвие кинжала бесполезно улетело в траву и белые цветы, что качались на дорожке возле храма так, словно ничего необычного не происходит. Словно мир никак не изменится, если погибну я. Если исчезнет с лица земли последний белый грифон. – Ты не пользовалась магией крови! – возмутился Церр. – Но что ты сделала?! С каждым мгновением он все больше багровел, сидя на пятой точке в десятке шагов от меня. Там, где его бросил вентус. Он сидел и не понимал, как мне это удалось. Вентусов он не видел. Этому его никто не учил. – Немедленно скажи мне, что ты сделала!!! – ревел он медведем, сжимая судорожными пальцами траву. – Назови имя главы ордена, – проговорила я, стараясь выглядеть уверенно. Но рука, зажимающая рану на шее, дрожала. Сквозь пальцы текла кровь. Церр открыл было искаженный злобой рот и вдруг замер. Затем на его лицо медленно наползла злая улыбка, и он покачал головой. Перевел взгляд на небо, туда, где все ближе были большие темные птицы, а затем снова на меня. Моя кровавая магия внутри него разрушилась, как и его – внутри меня. – Еще увидимся, Александра Колдунова, – процедил он, облизнув склизкие влажные губы. Положил два пальца в рот и свистнул. В тот же миг из-за моей спины выпрыгнул огромный машейр, идя на зов своего захватчика. Долю секунды я думала, что он прыгает, чтобы отгрызть мне голову. Но он шел к Церру. Едва они поравнялись, Эдуард махнул на могучую спину песчаного кота, и тот понес его вдаль с такой скоростью, что было трудно поверить в происходящее. Я осталась одна. Но едва Церр исчез в прибрежном подлеске, как я забыла о нем, ринувшись к неподвижному телу султана, надеясь лишь на то, что не опоздала. Что смогу помочь…