Глава 31. Демон на выгуле

Дальнейшие события происходили так быстро, что я едва успевал их фиксировать. Темные твари, кинувшиеся таранить и грызть вагон-ресторан, начали сдавливать снаружи вагон, сминать его потихоньку, будто зажиматьв тиски. Но видел это только я, а вот для всех остальных присутствующих твари оставались невидимыми, и сжимающие вагон тиски тоже казались невидимыми. Даже не знаю, что хуже: иметь возможность видеть жуткие зубастые рты этих тварей или пребывать в неведении и думать, что тебя сдавливает пустота?.. Насмерть перепуганные пассажиры повскакивали с мест с криками ужаса и ринулись в сторону выхода из вагона. Там их как раз перехватила Элизабет, которая так эффектно гаркнула на всех, заставляя выполнять ее приказы, что толпа действительно поутихла и последовала за Элли. Рядом с ней же деловито вышагивал песец, у которого был очень заинтересованный всем происходящим вид. Он подозрительно задорно размахивал хвостом. Кажется, песцу было весело. Ладно, Маргс с ним, с причудами нашего Гладиолуса, главное, что людей вокруг него не должны тронуть. Поэтому не стал больше медлить, а выбил окно заклинанием, чтобы забраться на крышу поезда. Ко мне немедленно ринулись сгустки тьмы, пытались кусать меня и щупальцами стягивать за ноги вниз, пока я лез на крышу, но я в этот момент создал вокруг себя защитную ледяную сферу, поэтому твари лишь недовольно клацали зубами по ледяной корке. Твари быстро сообразили, что таранить меня бесполезно, поэтому решили дыхнуть на меня своим пламенем. Тем самым пламенем, вспышку которого мы видели с Элизабет при обрушении моста. Тем самым пламенем, которым вывели из строя кабину машиниста Драгон-Экспресса и которым оплавили кухню как раз подо мной. Твари широко разинули свои хищные рты и дыхнули на меня этим смертельным фиолетовым пламенем. Меня спасла только полностью раскрывшаяся благодаря укусу песца демоническая магия: я инстинктивно выставил на себе ледяную броню, которая ощущалась просто энергетической подушкой, а со стороны выглядела как тонкая корка льда, которая в секунду покрыла все мое тело. Корка тонкая — но о-о-очень прочная. Сейчас я был совершенно уверен в том, что эти зубастые твари меня не поджарят и не смогут закусить мной при всем желании, поэтому бесстрашно кинулся навстречу ревущему пламени, чтобы подобраться ближе к тварям. Фиолетовое пламя, достигнув меня, накрыло с головой и любого другого волшебника на моем месте уже превратило бы в пепел. Но я лишь ощутил приятный жар, окутавший меня, не более. Тонкая ледяная броня завибрировала при соприкосновении с огнем, но держалась крепко. Удобная вещь, однако. Приходилось только лавировать между тварями и стараться не допускать прямого касания с ними, потому что тогда ледяная защитная броня начинала вибрировать слишком сильно, и мне становилось сложнее сосредоточиться на нужных заклинаниях. Разговор у меня с тварями был короткий: один взмах руки — и из рук лилась потоком белая стужа, которая на лету превращала тварей в кусок льда. Еще один взмах — и белая вспышка превращала эти ледяные статуи в горстку медленно тающих снежинок. Я стоял на крыше поезда, широко расставив ноги и разбрасывая свои ледяные чары направо и налево, жестом заправского фокусника. Так называемые заклинания Ледяного Поцелуя — особые замораживающие чары, которыми могли пользоваться только высшие демоны. Правда, обычно эти заклинания действуют не так быстро, но в моем исполнении чары замораживали моментально, буквально за несколько секунд. Действие заклинания тут напрямую зависело от силы мага. Меня раньше всегда забавляло название этого боевого приема высших ледяных демонов, но я только сейчас понял, почему оно так называется: при правильном исполнении заклинания в высшем его проявлении нужно было издать губами звук, очень похожий на чмоканье. И тогда ледяная стужа, направленная на врага, становилась максимально опасной. Вот уж действительно, Ледяные Поцелуи. Внутренним чутьем я знал точно, что кто попало замораживать и так легко избавляться от этой нечисти не может, с этой нечистью вообще трудно иметь дело. И никакие мои коллеги-инквизиторы тут не справились бы уже хотя бы потому, что просто не могли увидеть нечисть, а для сражений с ней было необходимо направленное магическое воздействие. Демоническая магия во мне пела от удовольствия. Я дал ей волю и позволил проявиться более полно, поэтому энергией от меня било во все стороны. — Никогда. Не злите. Голодного. Демона! — рычал я, замораживая одно за другим черное зубастое пятно. С удовольствием сражался с нечистью, не сдерживаясь в эмоциях, громко ругаясь, рыча, скрежеща зубами и вообще всячески сбрасывая зудевшую агрессию. Голова стала болеть чуточку меньше, но зверский голод только усилился, и меня это злило. Вообще всё вокруг злило. Какого Маргса вообще нам с Элизабет не дают нормально отдохнуть?! В кои-то веки я выбрался на отдых, на заслуженный отдых, между прочим, но всё вокруг будто против этого отдыха! Что за несправедливость?! Я с женой своей уединиться в спальне на месяц хочу, а не вот это вот всё!! Свою злость я вкладывал в сгустки заклинаний и пускал их в темных тварей. Отводил душу, так сказать. Повезло, что этот тоннель был с высокими сводами, так как предназначался в том числе для двухэтажных экспрессов, поэтому я вполне спокойно мог стоять на крыше, выпрямившись во весь рост. Потихоньку продвигался вперед, к локомотиву, но очень медленно... Тварей было слишком много, не меньше тысячи так точно, но мне некогда было считать количество замороженных черных сгустков. А мне хотелось скорее покончить со всем этим и добраться уже с Элизабет до места нашего отдыха. Да и внутреннее чутье подсказывало мне, что где-то там, в начале локомотива находится некто, кто управляет этими тварями... Потому что ими нельзя управлять слишком уж издалека — это я сейчас тоже знал. А еще знал, что человек, контролирующий тварей, полностью сосредоточен на моем уничтожении. Для него это важно, критично важно. Почему? Кто он? И как бы мне ускорить процесс уничтожения тварей? Пока что тот некто не сбежал, но если зачистка нечисти затянется, то он просто бросит всё и сбежит, пока не прибудут инквизиторы, которых наверняка скоро позовет, если еще не позвала Элизабет. Мне нужно застать этого некто врасплох... Но как? Подумал: а как насчет воздушного Ледяного Поцелуя? Интересно, если немного видоизменить заклинание и совместить его с белым заклинанием ледяного вихря... Может, попробовать? И я попробовал. Сконцентрировал свою силу в руке, плотный энергетический сгусток завис на кончиках пальцев. Я сделал жест как при воздушном поцелуе, направив ладонь вперед, в сторону локомотива. При этом издал звук, похожий на громкое чмоканье, и добавил к демонической магии заклинание ледяного вихря двухсотого уровня. Делал это инстинктивно, доверяясь каким-то глубинным ощущениям, понятия не имея, какой получу результат по факту. А результат впечатлил даже меня. Ледяной вихрь, сорвавшийся с ладони, оказался таким мощным, что он за несколько секунд сдул и заморозил всё вокруг. Весь туннель, весь поезд быстро покрылись толстым ледяным панцирем, резко упала температура, стала ощутимо холоднее, изо рта вырвалось облачко пара. Но самое главное: все зависшие в воздухе зубастые твари не успевали даже щупальцами тьмы всплеснуть, как леденели на лету и рассыпались тысячами снежинок. Это произошло так же быстро, как если бы я пару-тройку этих тварей уничтожил. А тут — рассыпались снежинками все разом. На короткие мгновения весь туннель оказался в снегу, который медленно падал и так же медленно таял. Мой внутренний эстет не преминул отметить, что это было очень красивое зрелище. Я коротко выдохнул и пошатнулся от резкой слабости в теле. Охо-хо, а заклинание хоть и очень действенное, но магический резерв сожрало сразу почти весь подчистую. Учитывая то, какой я могущественный маг, представляете энергозатратность такого Ледяного Поцелуя, да? Зато голова болеть перестала, аллилуйя! Правда теперь она начала нещадно кружиться, даже не знаю, что и хуже. Но сквозь пелену слабости и еще более усилившегося голода я сначала почуял, а потом и увидел то, что искал, — фигуру человека, замершего в самом начале поезда. Человек стоял, воздев руки к небу, в руках у него имелся посох, который все еще светился сине-фиолетовым свечением. Лица человека не было видно, так как его голову скрывал капюшон, человек был облачен в обычный черный балахон. Сомнений не было: именно эта дрянь управляла нечистью. И именно этот человек зачем-то очень хотел избавиться от меня. Он совершенно точно был огорошен всем произошедшем, весь его язык тела говорил о том, что человек не ожидал, что его верных тварюшек вот так вот возьмут и сметут одним заклинанием. Для меня вообще стало загадкой, как в таком случае самого человека моим вихрем не снесло, но, видимо, он успел этим своим посохом защититься. Я ожидал от него чего угодно: воплей, криков, испуганных визгов, попыток договориться... Но вместо всего этого человек гневно так пробасил мужским голосом: — Ты что натворил? Ты на кого пасть разеваешь, бешеная сосуля?! Я аж поперхнулся воздухом. Это я-то — бешеная сосуля?!! Не знаю, кто ты, человек с посохом, но ты однозначно труп. Я ринулся вперед, намереваясь перехватить неизвестного мужчину. Использовать очередной Ледяной Поцелуй не рискнул: пока не умел контролировать силу этого боевого заклинания и замораживать не смертельно, а лишь частично, а этот человек в балахоне был нужен живым. Ну, как минимум не развеянным по ветру россыпью снежинок. Я был быстрым, очень быстрым... демонически быстрым! Использовал особый способ ускоренного перемещения, которому нас, фортеминов, обучают в академии Армариллис, и помножил эти чары на демоническое ускорение. Теоретически я должен был достигнуть человека всего пару секунд спустя. Но человек с тростью оказался быстрее: он попросту выбросил перед собой заранее подготовленную телепортационную пентаграмму прямо в воздух и прыгнул в нее, придав себе ускорение дополнительными чарами. — Стой, тварь, не уйдешь! — зло рыкнул я. Сделал чудовищный рывок вперед, но успел только ухватить за деревянный посох. Он остался в моих руках, а вот его обладатель исчез в воронке, которая тут же захлопнулась, прямо перед моим носом. Ар-р-р, на какую-то долю секунды не успел!! Злость и досада во мне опять начали будоражить магию. Ну, хоть посох перехватил, по нему тоже можно попытаться что-то узнать. Судя по воплю ужаса, который напоследок издал неизвестный, посох ему был очень нужен, и расставание с ним представляло собой большую беду. Вот и славненько. Не одному же мне в беды влипать в нашем безоблачном свадебном путешествии. Посмотрел на посох в руке. Сделан из орехового дерева, набалдашник исполнен в виде головы орла. В клюве орла имелся большой лакорский опал, вот он и был основным проводником магии. Сильная штука. Но, подозреваю, этот посох еще может хранить какие-то секреты хозяина, надо только разобраться, что к чему. Но не сейчас, а потом, в спокойной обстановке. И в спокойном разуме, до которого мне пока было далеко. Я досадливо цокнул языком и занялся разморозкой поезда и всего туннеля. Никакого чувства удовлетворения не испытывал. Вроде перебил кучу тварей, освоил новый эффектный и эффективный прием, шагнул на ступеньку выше в магическом развитии — да на добрый десяток ступеней сразу! — но ускользнувший тип в балахоне и это его пренебрежительное «бешеная сосуля» подлили мне ложку дегтя в бочку меда. Проклятье! Сейчас я остро ощущал себя охотником, у которого из-под самого носа убежала аппетитная добыча. И ведь даже пройти по следу этого человека сейчас не представлялось возможным. Дело в том, что у телепортационных пентаграмм, брошенных так в воздух, есть большое и очень важное отличие от нарисованных на поверхности: такие пентаграммы почти невозможно отследить, нельзя пройти по их следу. И хоть висящие в воздухе телепортационные пентаграммы чрезвычайно сложны в создании, и далеко не каждый темный маг может их осилить, только настоящий мастер, вроде моей милой Элли, но вложенные труды стоят того, дают больше свободы передвижений, если говорить об анонимности. Я раздраженно пнул заледеневшую железяку под ногами. На всякий случай все равно попробовал отследить путь человека в балахоне, но у меня ожидаемо ничего не получилось. Ар-р-р! Аж кипел от злости. Хорошо, что рядом никого не было: можно было вдоволь грязно поругаться от души, не беспокоясь о психике окружающих. Связной браслет-артефакт на моей руке пиликнул, я нажал кнопку приема вызова. Это со мной неожиданно связалась мама. — Мам, я сейчас очень занят, что-то срочное? — Да, слушай, я тут вспомнила одну вещь и подумала, что тебе может быть важно знать: из тех воронок на изнанку мира, откуда приходят призванные Поднебесные Тотемы, могут также вырваться наружу аримаджа́лы, — быстро заговорила Эльза. — Это такая нечисть, которая способна разгонять свой магический уровень и меняться в размерах соответственно своим энергетическим изменениям. Чем больше энергетической пищи поглощают аримаджалы, тем сильнее и опаснее они становятся. И больше в размерах, и в перспективе могут объединяться. Выглядят они, как что-то вроде черного пятна с зубастым ртом, умеют плеваться черно-фиолетовым пламенем. Когда высасывают из кого-то энергию, то из-за вспышки магии создают вокруг себя шумонепроницаемый фильтр, поэтому тварь можно не услышать непосредственно в процессе нападения на кого-то рядом. Но ты наверняка сможешь почувствовать их темные вибрации, их способны улавливать только высшие демоны с ледяной структурой магической Искры. Ты хоть и белый маг, но верховный маг с демонической магией, так что, скорее всего, сможешь почуять приближение таких тварей. Убить такую нечисть могут только волшебники с магией высших ледяных демонов, так что если аримаджалы где-то появятся, имей в виду, что справляться с ними нужно будет именно тебе. Ну или меня зови на помощь. — Спасибо, мам, — немного истерично усмехнулся я, глядя на всё еще витающие в воздухе снежинки. — Очень, хм... своевременная информация. — М-м-м, мне кажется, или ты иронизируешь? — с сомнением протянула Эльза. — У тебя там все в порядке, сынок? — Лучше не бывает, — шмыгнул носом, наблюдая за тем, как когти на демонической руке втягиваются обратно, и ладонь принимает обычный человеческий вид. — У тебя голос какой-то истеричный и запыхавшийся. Что-то случилось? — Да так... Размялся слегка. Поспешил перевести разговор в другое русло: — А этой нечистью можно управлять? — При желании — наверняка можно что-нибудь придумать для управления ими. Не интересовалась подробно техникой, никогда не было нужно. — А лако́рские опалы могут в этом как-то помочь? — спросил я, задумчиво покручивая в руках посох с уже погасшим камнем. — Конечно, у них же есть свойство, усиливающее как раз заклинания по части контроля. — Понятно... Спасибо, мам! Попрощался с Эльзой, пообещав связаться позже, а сам продолжил размораживать поезд. Пришлось спуститься внутрь и ходить по коридорам, потому что там, оказывается, тоже всё заледенело, и снаружи этот лед у меня убрать не получилось. Ходил, водил руками по воздуху, и лёд быстро и бесследно исчезал, словно бы его и не было вовсе. Ходил и переваривал все последние стремительные события. Аримаджа́лы, значит... Ну да, сейчас припомнил, что, кажется, читал о таких, но сталкиваться в работе с этим видом нечисти не приходилось пока что. Что ж, всё когда-то бывает в первый раз. Особенно если ты боевой маг, тогда «первый раз» может случаться хоть каждый день в особо трудные периоды раскола мироздания. В какой-то момент понял, что совсем устал. Я давно уже был голоден, меня здорово потрясло всплесками магии, а сейчас еще и очистка поезда от ледяной корки добила, отняв последние силы. Мрак. Поняв, что больше не могу стоять на ногах, свернул в ближайшее купе, благо они тут сейчас все были пустые, и где угодно можно было присесть и перевести дух. С облегчением плюхнулся на диванчик, прислонился затылком к шершавой стене, часто дыша и пытаясь прийти в себя. Огляделся и нервно хохотнул. О, кстати, это как раз было наше купе! Забавно, что я только сейчас в нем оказался. Ну, вернее, мы в него заглядывали при входе, но потом сразу отправились в вагон-ресторан. Как-то нам с Элли феерично не везет на спокойные путешествия в этом виде транспорта. Пожалуй, стоит отказаться от поездок на поезде в ближайший месяц... Будем путешествовать исключительно в экипаже, да! «Ну или, может, просто телепортироваться уже в нужную точку, а?» — ехидно пропел внутренний голос. Я возмущенно засопел. Нет-нет, я давал самому себе обещание провести этот месяц без телепортации вовсе, если на то не будет острой нужды. А неприятности с поездами — это не острая нужда, это так, непредвиденные обстоятельства негативного характера. Или все-таки, может, ну его, эти обещания самому себе?.. Как там поживает мой внутренний кодекс чести и правильности? Внутренний кодекс не подавал признаков жизни, потому что меня продолжало лихорадить. Кажется, слегка поднялась температура... Или мне так казалось просто из-за внутреннего жара? В любом случае, дела мои были так себе. После всех этих сумасшедших энергетических прыжков нужно было время для восстановления. И плотный ужин, Маргс всех раздери. Стейк из говядины. Минимальной прожарки. А лучше — два стейка. А еще лучше бы... Голод прямо-таки зудел и мешал спокойно обдумывать всю ситуацию. Правда, к этому голоду примешивалось и другое чувство... Из коридора послышались торопливые шаги, и несколько мгновений спустя в купе ворвалась запыхавшаяся Элизабет. — Эрик! — она радостно кинулась мне на шею. — С тобой все в порядке? Боже, я так переживала!.. Я болезненно поморщился. Разумеется, был очень рад видеть Элли и убедиться в ее целости и невредимости, но сейчас ее звонкий голосок резал мне слух и бил кувалдой по вискам. — Нет... Я... Не в порядке... Ну, точнее, в порядке, но не совсем... И, немного подумав, честно ответил: — Крови хочется. Не в фигуральном смысле того слова. Трудно было себе в этом признаться, но да: крови действительно хотелось. И мяса. Сырого. Подумал вегетарианец, ага... Элли отстранилась, обеспокоенно посмотрела мне в глаза, провела ладонью по моей щеке. — Я могу тебе как-то помочь? Если надо, могу сбегать за парой-другой литров крови твоих верных врагов, — с усмешкой произнесла она. — Но, может, есть еще способы как-то твою жажду из-за демонической вспышки магии поумерить? Переключить на что-то? Все еще тяжело и часто дыша, посмотрел на Элли, но взгляд мой быстро скользнул на ее декольте. Соблазнительное такое декольте, которое ни одного мужчину не могло оставить равнодушным. А меня — так тем более. Облизнулся — как-то даже хищно, наверное. В висках продолжала стучать кровь. При взгляде на грудь Элли во мне поднималось всё, что только могло подняться. А еще при взгляде на нее лютая страсть медленно вытесняла из сознания жажду крови. — А знаешь, да. Можешь. Ты действительно можешь мне помочь, — произнес я чуть сиплым от возбуждения голосом. — И чем же? — с готовностью спросила Элизабет. — Что мне делать? Я ответил не сразу. Провел большим пальцем руки по нижней губе Элли, огладил ее шею, плечи... Потом надавил ей на плечи, заставляя опуститься. — Ну для начала — встать передо мной на колени... Элли понимающе хмыкнула, не став сопротивляться. — Мистеру Ходячему Айсбергу срочно требуется разрядка? — с лукавой улыбкой произнесла она. Даже ответить не смог, только пробормотал что-то нечленораздельное. Желание было таким сильным... мир временно сузился до одной точки по имени Элизабет. Ее длинные пальчики прошлись по моему торсу подразнивающими движениями и скользнули к ремню. Взгляд у Элли был такой хулиганский и чарующий, такой соблазнительный, что, если бы я ее не хотел, то сейчас возжелал бы незамедлительно. Она так эротично облизывалась, глядя на меня снизу вверх и ловко разбираясь с пряжкой ремня... Как вообще можно не хотеть такую прекрасную девушку? Демон-собственник во мне пел от удовольствия, когда теплые ладони Элли коснулись жаждущей внимания плоти. — Возьми его в рот, — сиплым голосом произнес я. — И губами обхвати плотнее. Да-а-а, вот так. А теперь поработай как следует язычком и заставь меня забыть обо всем на свете... О да... Прикрыл глаза, наслаждаясь интимными ласками, наматывая на кулак длинные волосы Элли. С уст невольно слетел тихий гортанный стон. Ощущения были такими острыми, словно долгожданными после длительного воздержания. Впрочем, на языке демонов несколько часов вполне можно было назвать длительным воздержанием, если уж на то пошло. Язычком Элли работала так хорошо, что лишние мысли очень быстро повылетали из головы. Осталась только голая страсть и стремление скорее достичь пика наслаждения, и одновременно — длить вечно эту сладкую пытку и никогда ее не прекращать. Ну до чего же приятно, ох... Надавил на затылок Элли, заставляя ее глубже вобрать в рот член, и зашипел от удовольствия, когда она увеличила амплитуду ласк, то почти выпуская член изо рта, то вбирая его до самого основания и приятно сжимая губами. Она посасывала головку с такой чувственностью, что очень быстро подвела меня к предоргазменной черте. Ласкала меня так самозабвенно, что аж постанывала от удовольствия, будто не она меня, а я ее ласкаю. Такая восхитительная картина не могла оставить равнодушным. Впрочем, до равнодушия мне сейчас было очень далеко. — О да... Повтори это движение, — попросил я, когда Элли как-то особенно удачно провела языком. Она улыбнулась, не выпуская член изо рта, и этот ее порочный взгляд приковал меня магнитом. Ее грудь тяжело вздымалась, и я дотянулся до ее одежды, чтобы стянуть немного с плеч и оголить соблазнительно покачивающуюся грудь. Элли еще специально одной рукой потянулась поласкать свои соски, прекрасно зная, как меня гипнотизирует такое зрелище. От этой картинки в голове стало совсем звеняще пусто. До чего же восхитительная девушка, м-м-м. И, что самое главное, — она только моя. Ее кончик языка вновь запорхал быстро по всему стволу, вверх-вниз, и обратно к основанию. Короткие движения языка были хаотичными, но доставляли какое-то особенное удовольствие, дарили новые ощущения. А когда после этого Элли плотно обхватила член губами и начала двигаться в одном ритме, то из глаз разве что искры не посыпались от зашкаливающего удовольствия. — Быстрее, — шептал я, лихорадочно дыша и толкаясь в рот Элли, чтобы войти глубже, удерживал ее за затылок, не давая выпустить член. — Еще быстрее... Вот так... Да... Да-а... Да-а-а-а!... Едва успел вытащить член изо рта Элли, потому что очень хотел кончить ей на лицо. По ощущениям, я не просто кончил, а буквально взорвался спермой, излившись с глухим сладострастным стоном. Спермы было так много, что она аж капала на грудь Элли, и это только заводило меня еще больше, хоть я и был сейчас полностью опустошенным, во всех смыслах. Элли тяжело дышала и выглядела весьма довольной собой, тем, как быстро и качественно довела меня до кондиции. О да, моя милая Элли, моя реакция организма на тебя — это вполне конкретная и неизменная константа. — Ну? Теперь ты расслаблен и доволен? — с улыбкой спросила она, глядя на меня исподлобья. Она потянулась за полотенцем, лежащем на столике, и усмехнулась, глядя на меня, протягивающего ей простыню. Ну а что? С моей точки зрения, простыни для вытирания такого количества спермы как раз должно было хватить. Элли удивленно вскинула брови, когда я резковато развернул ее за подбородок к себе и хмуро всмотрелся в лицо. — Что-то не так? — Капли спермы... несимметрично как-то по лицу стекают, — медленно протянул я недовольным голосом. — Нужно будет переделать. В смысле — повторить потом еще раз и... Последние мои слова потонули в хохоте Элизабет. Смеялась она так громко и заразительно, что я и сам улыбнулся, чувствуя, что напряжение, наконец-то, спало, и ко мне вернулась способность адекватно мыслить. — Так, ну, судя по твоим эпичным придиркам, тебе стало легче, — сквозь смех произнесла Элли. — Как там поживает Ваше Леденейшество? Крови больше не хочется? — Крови — нет... А вот тебя — все еще хочется, — подумав, ответил я. — Но в более уютной и романтичной обстановке. Знаешь... Я, кажется, больше не хочу ездить в поездах. Зато хочу нежиться с тобой в большой кровати на нашей вилле в Айлиархе и не выпускать тебя оттуда пару дней как минимум. — Ты только не заставляй меня стонать в определенном темпе и определенным тоном, как требует того твой идеальный музыкальный слух, хорошо? — весело произнесла Элли, приводя себя в порядок и с усмешкой наблюдая за тем, как я пытаюсь справиться с ширинкой ослабшими непослушными пальцами. — Перфекциониста еще и в постели я не перенесу.