Глава 33. Хлеба и зрелищ

— Ты что натворил?! — в ужасе продолжала вопрошать Элли моим голосом. — Что ты такого сделал, что мы умудрились поменяться телами?! — Ничего! Да я просто потер головку орла на посохе... — Эрик, твою мать! — в сердцах воскликнула Элли, швырнув посох на стол. — Тереть головку — это моя прерогатива, запомни это раз и навсегда! Тебе этот фокус лучше не повторять, не твое амплуа! Я расхохотался в голос, запрокинув голову. Не скрою, это был откровенно истеричный смех. — Эрик, чтоб тебя!! Ну вот вообще не смешно! — Переста-а-ань, когда ты так возмущаешься моим голосом и с моим лицом, это выше моего понимания, — простонал я сквозь смех, вытирая тыльной стороной ладони натурально выступившие от смеха слезы. — Проклятье... Кажется, у меня тушь потекла... Слышишь, незабвенная? У меня тушь потекла! — я расхохотался пуще прежнего, не в силах угомонить истерику. Элли тяжело вздохнула и направилась к маленькому бару-холодильнику. Выудила оттуда бутылку огненного эля, откупорила и сделала хороший глоток прямо из нее. — Хэй, незабвенная! Ты заливаешь огненным пойлом мое тело, вообще-то, которое к такой отраве не привыкло! — Я пытаюсь не поехать крышей, — заявила Элли, наливая себе целый стакан огненного эля. — Тебе от такого количества будет плохо. — Будет, — кивнула Элли, залпом осушив половину стакана. — Пусть мне будет плохо. Хуже, чем сейчас, все равно не будет. В такое комичное положение я еще не попадала... — Да ладно тебе! Мое тело — не худший вариант застрять в нем ненадолго! — Очень даже не худший, — со знанием дела кивнула Элли, допивая огненный напиток. — Именно это «не худшее» мне и мешает. Между ног, ага. — Ну я же не жалуюсь на глубокое декольте у меня сейчас, верно? — Ой, молчи, чудовище! — всплеснула руками Элли. — Еще бы ты на него жаловался! Она с размаху поставила опустевший стакан, но грохнула им по каменной столешнице с такой силой, что стакан разлетелся вдребезги. Элли ошалело переводила взгляд со своих рук на осколки. — Это как так? — растерянно спросила она. — Как я это сделала? Я же не использовала сейчас никакой магии... — Не забывай, что ты находишься в моем теле, незабвенная, — с новой подступающей волной истерики в голосе сказал я. — А это значит, что физической силы в тебе сейчас ровно столько, сколько в моем теле. Будь осторожна, пожалуйста. — То есть ты всегда такой, что ли? Но я не замечала за тобой подобных обращений с посудой, ты всегда и во всем очень аккуратный. — Если я не демонстрирую везде и всюду свою физическую силу, это всего лишь значит, что я умею хорошо ее контролировать, незабвенная. — Какой ужас, — искренне выдохнула Элли. — Ну и тяжелые же у тебя руки!.. — Не жалуюсь, — хмыкнул я. — Ну что, попытаемся всё исправить или и дальше будем истерить? Мы попробовали провести разные манипуляции с посохом, но поменяться обратно телами — или сознаниями, чем мы там по факту поменялись, как это правильно назвать? — у нас никак не получилось. Посох вообще как будто заснул, выполнив свою функцию. Мы очень долго крутили его так и эдак, но не смогли добиться от посоха вообще никакой реакции. — Скорее всего, после этих чар посоху требуется что-то вроде перезарядки, — медленно произнесла Элли, крутя посох и внимательно разглядывая потухший опал. — Потому что выброс энергии был очень большой, это заклинание высоких уровней магии, ну, думаю, ты и сам прекрасно это почувствовал. В общем, посоху после этого заклинания требуется как бы заново набраться сил. — Но заклинание обмена телами неизвестным человеком применялось часто, судя по той информации, которую я могу считать с посоха. Именно это заклинание у него было ходовым. С какой именно целью им мог пользоваться неизвестный? — Пока не знаю, — вздохнула Элли. — Меня сейчас больше волнует, как нам вернуть всё обратно... Интересно, насколько длительного действия эти чары? Скорее всего, какое-то время спустя они сами проходят, но какое именно время? Это вполне может быть и несколько дней. А несколько дней разговаривать с тобой и при этом смотреть на тебя как на свое отражение моя психика не выдержит. Видеть тебя в шифоновом платьице и туфельках — это, мягко говоря, очень непривычно... — Мне, знаешь ли, тоже непривычно слышать от тебя баритон, — усмехнулся я. — Не говоря уже о физиологии и всем остальном. — Физиологии... Ох, — с ужасом прошептала Элли, дикими глазами уставившись на свою ширинку. — Надеюсь, мне не придется учиться управлять этим шлангом... Я снова расхохотался, не в силах унять истеричный смех. — А ты чего ржешь? — скептично произнесла Элли. — У меня красные дни календаря скоро должны начаться, между прочим. Если не решим быстро эту проблему с телами, придется тебе учиться пользоваться женскими средствами гигиены. Я аж подавился воздухом, улыбка мигом слетела с лица, и смеяться расхотелось. О Пресвятая Мелия, ну за что мне это?! Я ведь всего лишь отправлялся в отпуск со своей любимой женой!.. — Ладно, кажется, нам нужна помощь, — тяжело вздохнул я. — Попробую связаться с кем-нибудь из наших, кто может помочь с этим посохом, и кто вообще сведущ в делах такого рода... — Не то чтобы столь узких специалистов много, — покачала головой Элли. — Ну как минимум Ильфорте должен знать, что делать, лишь бы только на связь вышел. — А Глэйди не поможет? — кивнула Элли на песца. Я обернулся к зверю, который все это время стоял на пороге и наблюдал за нами. Вернее, не стоял, а катался по полу, активно шевелил хвостом и ушами, смешно прижимал мордочку к лапкам. Поведение песца выглядело так, как будто ему было чрезвычайно весело. Мне кажется, я даже ощущал его веселое настроение каким-то странным внутренним чутьем. — Что, предатель, наслаждаешься зрелищем, да? — догадался я. — Наверняка ты знал, чем для нас обернется проверка заклинаний посоха. Знал и молчал, не сделал ни единой попытки нас остановить. Предатель же, ну! Песец бочком отошел в сторонку, спрятавшись за вазу с цветами. Ваза, однако, была маловата, поэтому по обе стороны от нее сейчас торчали белые ушки песца. — Эрик, а может, он не просто так не стал нас останавливать? — предположила Элли. — Может, Глэйди считает, что нам это полезно? Что так для чего-то нужно? — Ага, нужно. Для развлечения Гладиолуса, — фыркнул я. — Хм, незабвенная... Ты сегодня решила напиться? — уточнил я, наблюдая за тем, как Элли наливает себе еще один целый стакан огненного эля. — Прости, моя психика не справляется с поехавшей реальностью, — криво улыбнулась Элли, быстро осушая бокал янтарной огненной жидкости. — Ни академия магии, ни стажировка в инквизиции не готовили меня к тому, что когда-нибудь я застряну в теле своего мужа и не буду иметь ни малейшего понятия, как из него вернуться в свое тело. Я в таком диком стрессе сейчас, что даже опьянеть не могу. — А по тебе и не скажешь особо, что ты в диком стрессе. Не считая осоловелого взгляда, ты выглядишь и ведешь себя нормально. — Значит, хорошо держусь. Полезное качество для инквизитора, не правда ли? Учусь у тебя держать свои эмоции под контролем. — Что-то не припомню, чтобы я учил тебя заливать стресс огненными напитками, — усмехнулся я. — Наоборот, всегда говорил, что они туманят разум и способствуют потере контроля. — Как могу, так и учусь! — весело произнесла Элли. — У меня, э-э-э, свои методические доработки, да! Она попыталась аккуратно открыть бар-холодильник, чтобы поставить на место изрядно опустевшую бутылку, но дернула за дверцу холодильника так резво, что та с мерзким треском слетела с петель. Элли в шоке уставилась на выдернутую дверцу с покореженными дверными петлями в руках. Перевела ошалелый взгляд на меня. — Слушай, как ты живешь с такими кувалдами? — задумчиво протянула она. — Распрекрасно и спокойно, — хмыкнул я. — Просто контролирую силу, да и всё. Но это мое тело, а не твое, а ты к ощущениям моего тела в пространстве не привыкла. — Знаешь, как-то нет желания привыкать, — буркнула Элли. — Согласен. А ты, — добавил я, зыркнув в сторону явно покатывающегося со смеху песца, с озорным видом выглядывающего из-за вазы с цветами, — изыди, чудовище! Тут тебе не полигон для хлеба и зрелищ! Песец явно был не согласен с этим тезисом, но провоцировать меня дальше на гневную вспышку не стал. Прикрыл мордочку пушистым хвостом, мол, его нет, и бочком выскользнул из кухни. Пока Элли бытовыми чарами приделывала дверцу холодильника обратно, я пытался связаться по связному артефакту с коллегами. Но все нужные мне специалисты, кто хорошо разбирался в теме подобных чар по обмену телами, не реагировали на мои вызовы. — Не отвечают... Они как специально все вне зоны доступа! — я раздосадованно стукнул кулаком по столу. — Значит, не хотят, чтобы их по каким-то причинам беспокоили. На задании ведь могут быть, в такие моменты все артефакты связные отключают, чтобы не фонили. Позже свяжутся, когда смогут. Ну или банально спят уже крепко, и тоже всё отключили, чтобы не беспокоили. Ты на время-то смотрел? — Но мой Наставник тоже не выходит на связь, а это не тот человек, кто не реагирует на ночные тревоги! — Ой, Ильфорте так вообще может иногда пропадать даже не несколько дней, тебе ли не знать об этом? — Но мне-то от этого не легче! Элли тем временем водрузила оторванную дверцу на место, но при этом с такой силой навалилась на нее плечом, пока вставляла дверцу, что плечом оставила вмятину. Элли как-то истерично взвыла, быстро восстановила дверь заклинанием и отпрыгнула в сторону, стараясь ничего не касаться. Очень аккуратно села за стол, тщательно выверяя каждое движение. Подперла щеку рукой и печально уставилась в одну точку. — Ничего страшного, подождем, пока коллеги выйдут на связь. А чего ты такой нервный? — спросила Элли, наблюдая за тем, как я нервно вышагиваю по периметру кухни туда-сюда. — Как — чего? Я сейчас женщина! — Весьма симпатичная, прошу заметить, — хмыкнула Элизабет. — Если ты думаешь, что меня это может сейчас приободрить и поднять мою самооценку, то ты глубоко ошибаешься, незабвенная. Я вновь попытался добиться какой-то реакции от посоха, но тот заснул крепко, магия в опале не отзывалась вообще ни на какие манипуляции. Интересная штуковина, не доводилось мне с такими раньше в работе сталкиваться. Опал работал как некий накопитель и сейчас был полностью опустевшим. Для чего же тот человек обменивался с кем-то телами? И с кем?.. — Слушай... А как твой организм реагирует на крепкое спиртное обычно? — спросила Элли подозрительно заплетающимся языком. — Крепким сном, — хмыкнул я. — А-а-а, понятно. То-то меня так титанически рубит спать, — широко зевнула Элли. — Потом спать будешь, когда разберемся, как нам телами обратно поменяться. Давай мы с тобой еще попробуем... Но поздно: Элли отключилась за какие-то секунды, заснула как по команде. Прям так и заснула — сидя, подперев щеку рукой, закрыв глаза и сладко засопев. С ровной, как штык, спиной. Хм, смотрите-ка, мое тело даже с другим сознанием сохраняло стойкость. Попробовал потрясти ее за плечо и разбудить, но, кажется, Элли сходу провалилась в такой глубокий сон, что будить ее было пока бесполезно. Я вздохнул и посмотрел на часы. Была уже поздняя ночь. Что за сумасшедший день... Ну хоть до Айлиарха добрались! — Ладно, спи, чудо, — усмехнулся я. — Честно говоря, я тоже вусмерть устал... В принципе, решение нашей проблемы подождет до завтра. Тем более, вдруг за ночь чары пройдут сами по себе? И тогда нам даже не придется лихорадочно искать спасение. Попробовал поднять Элли на руки, чтобы донести ее до кровати, но потерпел сокрушительный провал. Нет, ну, поднять спящее тело смог и даже с пыхтением протащить на себе несколько метров до лестницы, но у подножия лестницы с грустью взглянул наверх, пошатнулся и завалился на пол вместе с беспробудно спящей Элли. Н-да, это тело совсем не привыкло к перетаскиванию тяжестей, мышцы не чета моим. Что логично, но, честно сказать, давненько я не чувствовал себя таким слабым и беспомощным. Вздохнул и прищелкнул пальцами, левитируя Элизабет в спальню, игнорируя звуки подглядывающего за мной песца, которые подозрительно напоминали гомерический смех. Утро вечера мудренее, в конце-то концов. Может, мы проснемся уже в своих телах, а? Ну а вдруг повезет, и всё само как-нибудь разрешится? *** Однако утро было не то чтобы добрым. Лучики яркого солнца прокрались в спальню, разбудив меня, и я с надеждой открыл глаза, чтобы оценить обстановку, но тут же со стоном закрыл их. Увы, за ночь наши тела не вернулись, и я с тоской посмотрел на свою ладонь. Все еще изящную женскую ладонь, Маргс бы ее побрал. — Эрик! Мне нужна твоя помощь! — донесся из ванной комнаты истеричный мужской баритон Элизабет. О, а она храбрая, эта моя Элли. Аж до душа решила добраться. Я вот даже переодеваться не рискнул и заснул вчера прямо в одежде. С одной стороны, мог бы воспользоваться уникальным опытом и как следует изучить каждую клеточку тела своей возлюбленной, по воле случая оказавшись в ее теле, но нет, моя психика оказалась к этому не готова. Я вообще предпочитал не смотреть на себя, ни в зеркало, ни просто вниз. Наверное, следовало хотя бы причесаться, но мне было страшно запустить руку в свои волосы и вместо довольно коротких белых волос почувствовать длинные черные кудри. Зевая и сонно потирая глаза, сел на кровати и в первую очередь обратил внимание на сообщение, которое пришло от Ильфорте на связной артефакт: «Не знаю, что у тебя там случилось, но судя по твоему количеству попыток достучаться до меня в ночи, нечто отвратное именно случилось, даже стряслось, а не просто произошло. Я, кстати, пытался связаться с тобой, но не вышло. Там рядом с тобой, случаем, нет какого-то мощного артефакта, который создает помехи для связи? До часу дня буду находиться в „Лунном гнезде“ в А́йрен-Шо́те, можешь поймать меня там». Глянул на настенные часы. Всего семь часов утра. Отлично, значит, собираемся и немедленно выдвигаемся в «Лунное гнездо», там и позавтракаем. — Э-э-эри-и-ик! — снова жалобно взвыла Элизабет. А забавно мой голос звучит на истеричной ноте, однако. Я еще раз зевнул и потопал в ванную, отмечая, как непривычно быть ниже ростом. — Э-э-эри-и-ик! Мне очень нужна твоя помощь! — продолжала истерично звать Элли. — Скорая лекарская помощь прибыла, — хмыкнул я, зайдя в ванную комнату и с тоской глядя на Элли, моющейся в душевой кабине. — А в чем, собственно, должна заключаться моя помощь? — Как унять эту штуку?! — возмущенно воскликнула Элизабет дурным голосом. Она смотрела на гордо стоящее мужское достоинство и тыкала в него пальцами так, будто боялась, что эта «штука» может в любой момент взорваться. В принципе, в каком-то смысле так и было. — Утренний стояк, обычное дело, — со вздохом произнес я. — Просто мужская физиология. — А мне-то что делать?! — Ничего страшного, подожди — и пройдет, — ехидно произнес я. — Рассосется, да? — фыркнула Элли. — М-м-м, нет, незабвенная, рассасыванием занимаешься обычно ты, а тебе сейчас придется воспользоваться прохладным душем. Он не только бодрит, но и немного остужает пыл. Иных вариантов у тебя все равно нет. Пока Элли ругалась, как портовый грузчик, развлекаясь с контрастным душем, я чистил зубы рядом, склонившись над раковиной. Хорошо, что зеркало было запотевшее, и мне не пришлось как-то специально уворачиваться от своего отражения, к которому я все еще был не готов. Мне хватало того кривого отражения, которое можно было рассмотреть на отполированном кране. — А как ты с этой щетиной ходишь? — продолжала возмущаться Элли, вылезая, наконец, из душа и гневно вытираясь полотенцем. — Никак. Она меня раздражает, так что я бреюсь каждое утро. — Прям каждое? Прям обязательно? — Ага. — И тебе не надоедает? — А что делать? Мне не нравится щетина на моем лице. Она придает мне слишком небрежный вид, не соответствующий моему статусу. А от всяких зелий для бритья у меня раздражение на коже. — Кошмар какой... А мне-то что делать?! — вновь взвыла Элли. — Ну, можешь тоже побриться, — ехидно предложил я. Элли грозно сверкнула на меня глазами. — Только после того, как ты в моем теле сделаешь себе эпиляцию зоны бикини. Я чуть зубной щеткой не подавился. — А брюки-то мне как застегнуть? — продолжала жалобно подвывать Элли. — Ну потихоньку, помаленьку... — Но они не застегиваются!! Слушай... А может, не застёгивать полностью, а торчащий конец просто сверху чем-нибудь прикрыть? — Чем, стесняюсь спросить? — нет, я всё-таки подавился — зубной пастой. — Пластиковым стаканчиком из-под кофе, — буркнула Элли. — Будем считать, что это новый модный аксессуар. Я не выдержал и заржал в голос, представив себе такую картинку. Когда с утренними процедурами было покончено, а Элли, кряхтя и возмущаясь, все-таки запрыгнула в брюки и кое-как застегнула сопротивляющуюся ширинку (к счастью, обошлось без прикрытия в виде стаканчика), я рассказал про весточку от Ильфорте и предложил немедленно отправиться к нему. Элли чрезвычайно обрадовалась и поддержала мое желание позавтракать в «Лунном гнезде», а не дома. — Отлично, одеваемся и выходим тогда. И мы будем телепортироваться, Эрик! Никаких развлечений с экипажами и прочим! Я не хочу собрать по пути к мистеру Брандту еще какие-то новые неприятности на свою голову! — Я тоже, поверь. Мне сейчас максимально некомфортно, и я обниматься с тобой не могу, так что в моих же интересах как можно скорее решить эту проблему. — Оу, да ладно? Ты даже на оленях не предложишь до мистера Брандта добраться? А что это так? Вполне за пару недель доехали бы!.. Я предпочел промолчать, гневно раздувая ноздри. — Только для начала приведи себя в порядок, — добавила Элли. — Я уже почистил зубы. — Это что, достаточно, что ли, с твоей точки зрения? — Элли изящно выгнула одну бровь. — За своей щетиной ты следишь исправно, значит, а мне можно и чучелом расхаживать? Ну уж нет! Расчешись как следует и смой косметику, чтобы я могла накрасить тебя заново. — Издеваешься? — устало вздохнул я. — Нисколечко. Я не пойду на встречу с Ильфорте в таком непотребном виде, — Элли скептично оглядела меня с головы до ног. — Ну, ты — не пойдешь, а я — пойду, — хмыкнул я. — Незабвенная, если ты не хочешь, чтобы я окончательно поехал крышей, то твоя косметика не должна меня коснуться. Пожалей мою психику, а? Ей и так несладко с самого начала нашего так называемого отдыха. — Ну дай хотя бы тушь на тебе поправить! — смешно заламывая руки, произнесла Элли. — Она же вся потекла! — И что с того? — Я... то есть ты — похож на панду! — И что с того? — снова произнес я. — На лохматую помятую панду! — топнула ножкой Элизабет. — Будем считать, что это новая мода такая, — криво улыбнулся я, с опаской поглядывая на косметичку в руках Элизабет. — Даже не думай. Под косметику не дамся. — Ах так, да? — Элли поставила руки в боки, что в ее амплуа и в моем теле выглядело ужасно нелепо и смешно. — Если ты отказываешься приводить себя в порядок и в нормальном виде являться к мистеру Брандту, то я отказываюсь одеваться в твои идеальные белые одежды. Нацеплю что попало — будешь знать! Видимо, она хотела этим меня запугать и таки заставить действовать по ее намерению, так как Элли прекрасно знала, как щепетильно я отношусь к внешнему облику на людях. Но вместо этого я задумчиво потер подбородок и произнес: — Хм-м-м... Знаешь... А это идея. Как насчет того, чтобы немного разыграть моего Наставника? Элли заинтересовано на меня посмотрела, и я кратко обрисовал ей свою идею. Выслушав ее, Элли расплылась в лукавой улыбке. — Ничего не имею против небольшого развлечения, — она в предвкушении потерла руки.