Глава 38. Маргс знает что

Собрались мы действительно быстро. Я надела джинсы и любимый свитер желто-песочного цвета, потому что Эрик попросил одеться потеплее и поудобнее. Долго недоумевала, зачем тепло одеваться в жаркой южной стране, и собиралась сделать выбор в пользу удобного платья, которое не будет сковывать движения, но Эрик переубедил: — Я, скорее всего, сегодня буду активно использовать ледяную магию. Помнишь, как в поезде было холодно от моих чар? Так вот, здесь будет еще холоднее. В разы. Ну да, ледяной поезд мне тогда совсем не пришелся по вкусу. Пришлось внять совету и лезть за единственной оставшейся тёплой одеждой, благо я кое-что припрятала в свою женскую сумочку в уменьшенном виде. Вот как чувствовала, что с собой взять надо! И запасная одежда для Эрика у меня тоже имелась, поэтому некоторое время я жестом фокусника вытаскивала из маленькой сумочки разную одежду и выкладывала ее перед ошалелым Эриком. Оказавшись вне сумочки, одежда и прочие предметы быстро принимали свой обычный размер, так что со стороны я, наверное, выглядела весьма впечатляюще, продолжая вытаскивать содержимое из недр сумочки. — А у нее там дно есть вообще? — задумчиво протянул Эрик, кивнув на сумочку. — Где-то должно быть, теоретически, но я ни разу до дна еще не добиралась, — весело отозвалась я. — Женская сумочка — поистине волшебное место, — со знанием дела произнёс Эрик. — Волшебное и страшное. — Почему страшное-то? — прыснула я от смеха. — Я там дилмонов не таскаю, честное слово! Ну, подумаешь, третье измерение в сумочке периодически открывается... — Да вот как подумаю, что будет, если я в твою сумочку каким-то диким образом упаду? Меня ж там даже мой Наставник вовек не найдет! Я рассмеялась, представив себе Ильфорте Брандта, который с факелом ходит по бесконечной свалке содержимого моей сумочки в поисках Эрика, застрявшего где-то между горой косметики и запасной одеждой. Нарисованная воображением картинка была такая комичная, что улыбка никак не сходила с моего лица, хоть мы и находились на грани серьезного мероприятия, вообще-то. Но какая уж тут серьезность, когда перед внутренним взором мистер Брандт ныряет с головой в мою сумочку и откапывает оттуда одичавшего за неделю пропажи Эрика? Голодного и насмерть перепуганного, в обнимку с каким-нибудь моим средством для снятия макияжа. Тем временем, Эрик накинул на плечи белую мантию и приладил к поясу эльфийский меч из заговоренного эльфийского серебра. Это оружие в уменьшенном варианте Эрик выудил уже из недр своих карманов, чем вызвал у меня недоумение, когда вернул оружию его обычный размер. — А меч тебе зачем? — удивилась я. — На всякий случай. Не всегда против нечисти магия работает. Иногда заговоренное эльфийское серебро поэффективнее будет. Когда идешь непонятно куда, лучше на одну только магию не рассчитывать. — Да, у тебя вообще весь наш замечательный безмятежный отпуск проходит под негласным девизом «долой магию!», я заметила, — фыркнула, покачав головой. — А с песцом что делать будем? С собой берем, или как? Эрик не ответил мне, но сел на корточки перед как раз вернувшимся песцом, ласково потрепал его за ушком. — Покажешь нам дорогу к тем, кто потревожил твой поднебесный покой? Мы хотим раз и навсегда покончить с этими негодяями, которые посмели затолкать тебя в чемодан. Поможешь нам? Песец вместо ответа сжал в зубах очередную резиновую уточку, та издала громкий протяжный писк. Некоторое время зверек очень внимательно к нам присматривался, будто бы раздумывал, стоит нам помогать или нет. Потом песец блеснул синими глазами, как-то по-особенному махнул хвостом, и в воздухе несколько секунд спустя образовалась телепортационная воронка. Ого, песец и такое умеет, оказывается? Глэйди тем временем деловитой походкой шагнул в воронку, глянув на нас через плечо. Мы с Эриком без промедлений шагнули следом, и миг спустя обнаружили себя около моря на опушке леса, куда уверенно шагал наш странный проводник. — А мы так и пойдём в лес, да? С уточкой? — ехидным шепотом уточнила я. — Доведем до белого каления громким писком всех злодеев? — Заставим их пищать от страха, — поддакнул Эрик. — Представляешь, какую психологическую травму мы им сможем нанести с помощью резиновой уточки? Мы шагали по густому лесу, и я никак не могла избавиться от чувства всё нарастающей тревоги. Лес был какой-то... Подозрительно мертвый. Ни пения птиц, ни привычного лесного шума. Казалось, тут даже воздух застыл, и дышалось тяжеловато. Стремительно темнело, и идея углубиться в лес нравилась мне всё меньше. Вдобавок ко всему, лес прямо-таки утопал в густом тумане, прям в полном соответствии с какими-нибудь мистическими ужастиками, которые я иногда любила почитывать на досуге во время обучения в академии магии, чтобы пощекотать себе нервы. Сейчас-то, на работе в инквизиции, мне щекотки нервов хватало сполна и без подобных нетривиальных сюжетов. — Куда он нас ведет? — шепотом спросила я, кивая на Глэйди, уверенно шагающего впереди. — Понятия не имею, — так же тихо ответил Эрик. — Но надеюсь, что он выведет к нужному месту. — Слушай... А почему ты раньше не попросил Гладиолуса показать тебе дорогу к источнику проблем? — Да потому что я на отдыхе, Элли, — устало вздохнул Эрик. — И голова у меня забита не работой, а желанием не выходить из тебя пару суток кряду хотя бы. Мои губы невольно расползлись в широкой улыбке, весьма диссонирующей с обстановкой вокруг. — Вообще не собирался лезть в лес, хотел оставить все эти разборки на коллег. Но вся эта ситуация с аримаджалами меня взбесила, теперь уже я сам хочу как можно скорее закончить с этим делом. А я... Мне попросту в голову не приходило, что Гладиолус может показать нам путь. Вообще не знал, что он так умеет. Ни Эльза, ни Ильфорте о подобных вещах касательно Поднебесных Тотемов не говорили, они сами о таком не знают. Ну а сам Гладиолус... Он своенравное существо, которое само помощь такого рода не предложит. — Интересно, почему сейчас тогда согласился помочь? — Потому что я разозлился, — хмыкнул Эрик. — По-настоящему разозлился, песец внял моему настроению, увидел, что я сильно злюсь, когда прерывают наши с тобой милования, сделал выводы, что неудовлетворенный хозяин грозит тяжёлой и неприятной давящей аурой, потому и решил помочь. Экое своенравное существо, а... Ну ладно, пусть хоть так, что поделать. В конце концов, песец вполне мог решить, что мы сами как-нибудь разберемся, мог и сейчас ничем не помогать, так что спасибо ему за то, что вообще не проигнорировал. Поднебесные Тотемы вообще лучше почаще благодарить, как я понимаю. Любящие лесть существа. В лесу начало стремительно темнеть, и Эрик достал из кармана маленький брелок в виде фонарика. Шепнул над ним короткое заклинание, и фонарь увеличился до обычных размеров. Еще одно короткое заклинание — и фонарь загорелся теплым желтым светом. — У меня всегда с десяток самых важных артефактов при себе имеется, на разные случаи жизни, — пояснил Эрик в ответ на мой вопросительный взгляд. — Конкретно этот артефакт нужен для того, чтобы разгонять туман, а не только освещать путь. — По-моему, твой артефакт как-то не так работает, — хмыкнула я, глядя на всё тот же густой туман вокруг. — Вернее, он не работает вовсе, — кивнул Эрик. — А это значит что? — Что? — Туман не настоящий. Он искусственный, имеет магическое происхождение. — Как ты это понял? — С помощью фонаря-артефакта как раз. Отличный индикатор туманной обстановки вокруг. Видишь, как мерцает огонек фонаря? Это он таким образом как раз сигнализирует о том, что туман не природного происхождения. — Надо мне тоже таким обзавестись... — Да, было бы неплохо. Инквизитору вообще полезно иметь под рукой разные способы колдовства и различные волшебные помощники. Тем временем, мы продолжали углубляться в Кантонский лес. Почва стала неожиданно болотистой, и нам приходилось ступать четко по следам песца, который бодро шагал впереди нас, периодически попискивая резиновой уточкой, которую так и продолжал держать в пасти. Дорожка становилась всё сложнее, а с учетом быстро сгущающихся сумерек и густого тумана даже яркий свет фонаря не помогал легко ориентироваться на сложной местности. — Откуда тут вообще взялись болота? — недоумевал Эрик. — Их же тут не было раньше никогда... — Видимо, наши товарищи с посохами что-то учудили, повлияв на местную почву и не только почву. Колебания магии же тут ого-го какие мощные были, а такое не проходит бесследно. — Видимо, — тяжело вздохнул Эрик. — Нужно будет направить потом сюда магов-природников, чтобы они занялись восстановлением поврежденного леса... Извилистая дорожка между болотистой почвой всё никак не кончалась, мы шли по ней не менее получаса. Туман, кажется, стал еще гуще хотя, казалось бы, куда уж еще больше?.. Приходилось идти медленно, осторожно скакать по кочкам. Кое-где на деревьях я замечала какие-то зарубки, похожие на отметки на единственной тропинке. Болотистая почва тут не сохраняла ни следов, ни чужих отпечатков магии, но, кажется, кто-то ходил тут регулярно. Неестественная лесная тишина давила на уши, слышно было только тихое бульканье болотной жижи. Не провалиться бы в нее, не оступиться бы... Приходилось каждый шаг делать вдумчиво и напряженно. Чем дальше, тем больше покорёженных деревьев нам попадалось на пути. Выглядели они вроде обугленными, но как-то странно обугленными. Я бы сказала — скорее под влиянием какого-то магического пламени. — Лес выжгли аримаджалы, — уверенно сказал Эрик. — Чую, что это их магия тут поработала. Бр-р-р, какая мерзость... В какой-то момент я уже начала беспокоиться. Мы всё шли и шли, доверившись песцу, а путь наш никак не кончался. — Может, он утопить нас в болоте решил? — шепотом спросила у Эрика. — Разве что тебя — за неверность своему самцу, — ехидно произнес Эрик. — Или в качестве профилактики от неверности. Я прыснула от смеха. А что, чудесная причина была бы. Она бы великолепно завершила весь этот сумасшедший день, который начался в теле Эрика в розовом камзоле и заканчивается на каких-то невнятных туманных болотах. — Слышишь? — тихо обратился ко мне Эрик. Поначалу я не слышала ничего, кроме наших шагов. Всё-таки слух у Эрика был сильно острее моего. Но через пару минут услышала и я: отдалённый шум, напоминающий шум какой-то битвы. По мере продвижения по тропинке шум и чьи-то выкрики становился всё громче, а еще стали видны разноцветные вспышки заклинаний. Мы и так шли почти бесшумно, а теперь стали еще аккуратнее. Я увидела, как Эрик, идущий впереди меня, положил руку на рукоятку эльфийского меча, приготовившись в любой момент вступить в бой. Фонарь убирать не стал, так как без него нам вообще не видно было тропинки. К тому же, впереди мелькали такие ослепительные вспышки заклинаний, что вряд ли там кто-то в этой аляпистой круговерти мог заметить наш теплый фонарный огонек. Вместе со вспышками заклинаний спереди до нас стали долетать резкие порывы ветра. — Чувствую магию посоха, — тихо произнес Эрик. — Того самого, второго? — Угу. Идентична с магией того посоха, который мы передали Ильфорте. Приготовься, Элли, я не знаю, что нас ждет впереди. Там и без нас творится что-то странное. Эрик мог бы и не говорить мне о готовности, так как я и так была напряжена и готова к сражению хоть с нечистью, хоть с людьми. Я сформировала в руке энергетический шар, который в синеве ночи поблёскивал опасной белизной. Готовая ко всему, в том числе к смертельно опасному бою. Хотя мне меньше всего хотелось сражаться с кем-то на болотистой местности. Так себе перспектива. Опыта у меня такого ещё не было и приобретать его не особо хотелось. Эрик поднял фонарь выше, освещая тропинку, которая наконец-то вышла на большую полянку в лесу. Деревья здесь выглядели особенно страшными и обугленными, словно бы покрытыми какой-то черной застывшей смолой. Но деревья сейчас интересовали меня в последнюю очередь. Потому что всё мое внимание было приковано к происходящему на лесной прогалине действу. Мы с Эриком подошли к ее краю и застыли, с недоумением глядя перед собой. Картина, представшая нашему взору, повергла меня в глубокий шок... и истеричный хохот. На лесной поляне творилось Маргс знает что. Ну правда, Маргс знает что! В центре полянки сражались двое мужчин, оба в длинных черных балахонах. Капюшоны давно уже слетели, являя нашему взору одного рыжеволосого кудрявого мужчину среднего возраста и немолодого лысого мужчину с козлиной бородкой. Сражались мужчины больше ногами, нежели руками и магией. Потому что руками они вцепились в деревянный посох, с резным набалдашником в виде головы орла, в клюве которого небольшой опал сиял ярким белым светом, подсвечивая перекошенные лица противников. От постоянной тряски и выкриков смешанных заклинаний из посоха, в который намертво вцепились два волшебника, во все стороны отлетали заклинания, напоминая причудливые фейерверки. Отлетали они в аримаджалов, которые вились жутковатой черной туманной тучей над волшебниками и ловили своими зубастыми ртами энергетические сгустки заклинаний, продолжая кружиться в странном хороводе над полянкой. Ну, это по описанию Эрика я представляла себе бурно всю эту картинку, потому что аримаджалов видеть пока не умела, могла разглядеть лишь неясные туманные тени над полянкой. Эрик сказал, что это и есть аримаджалы, только он, в отличие от меня, видел их во всей красе и был весьма впечатлен увиденным. Твари пока ни на кого не нападали и вели себя так, будто находились в ожидании некоего исхода событий. И судя по тому, как отчаянно сражались за посох волшебники, аримаджалы явно собирались радостно сожрать того, кто первый даст слабину и отпустит посох. — Отдай посох! Он мой! — надрывался рыжеволосый кучеряшка, пытаясь ногой ударить противника под колено. — Нет, мой! — не менее визгливо орал лысый козлобородик, пытаясь отдавить ноги рыжеволосому. — Это я придумал формулу закрепления лакорских опалов в этих посохах, тварь ты неблагодарная! — А я догадался перевести его поближе к столице, чтобы активировать весь потенциал опалов! Я мессир, я главный! Я, я, я главный! — Да конечно, это мы методом тыка обнаружили, чего ты брешешь-то, олух?! Отстань от меня! Хресси́р ты, а не месси́р! — Это ты отстань! А-а-а-а, ты сдурел кусаться?! — На войне все методы хороши! — осклабился мужчина, вновь пытаясь вцепиться зубами в руки противника. Но тут же взвыл — потому что теперь зубами впились уже в него. И нет, это был не противник мессира — тот самый уже знакомый нам Брендон Штайн, видимо? — а внезапно... варлайны. Маленькие грибы-оборотни прямо-таки заполонили полянку и пытались своими смешными маленькими оружиями тыкать обоих сражающихся за посох мужчин. Грибы что-то там вопили про месть за геноцид варлайнов, но, учитывая их очень писклявые голоса, их воинственные выкрики звучали ужасно смешно. Правда их укусы были совсем не смешными, судя по периодическим повизгиваниям двух сражающихся магов. Отважные варлайны хоть и были в меньшей весовой категории и теоретически не имели ни малейшего шанса на победу, но их было так много, и они были столь воинственно настроенными, что их решительность с лихвой восполнила маленький рост и неумение колдовать, как обычные маги. А, ну и варлайны, кажется, были одеты в кольчугу, которая позвякивала при каждом движении. А учитывая, что варлайнов тут было огромное количество, равномерное металлическое позвякивание сливалось в единый гул и было непередаваемо прекрасной музыкой для разворачивающейся битвы. Вся эта картинка сражающихся посреди полянки магов в окружении сотен злых грибов-оборотней была столь феерична, что я совершенно опешила и растерялась, а что нам делать вообще? В принципе, мы могли повязать всю эту братию прямо сейчас просто по щелчку пальцев. На нас вообще не обращали никакого внимания, так как были слишком увлечены разборками между собой. Ну, точнее, нас заметили, но даже не сделали попыток куда-то дернуться в сторону или наслать на нас заклинание покрепче. Только с еще пущей злобой стали драться за несчастный посох, который начал подозрительно потрескивать и выпускать в воздух еще больше густого тумана. Но я была не уверена, стоит ли сейчас вмешиваться. А что будет, когда кто-то из этих двоих таки отпустит посох?.. Вьющаяся над полянкой жуткая нечисть меня изрядно нервировала. И это я ее еще толком не видела. — Никогда еще не сталкивался с такими нелепыми злодеями, — высказал Эрик вслух мою же мысль. Я согласно хмыкнула. О да-а-а-а. Если бы существовал какой-нибудь межмировой призовой кубок за самое нелепое злодейство, то эти двое сейчас разделили бы первое место на двоих. Они были настолько увлечены своими разборками, что наше присутствие их не то чтобы смущало. Даже, напротив, в свои ругательства друг на друга волшебники охотно добавили проклятья на наши головы. — Это ты на своем хвосте нового хозяина Андениора принес!.. — Да если бы не ты, он бы вообще не стал хозяином!.. — Да это из-за твоего нелепого подрыва он нас отследил, тварь ты поганая! — Ах ты-ы-ы!! Это из-за тебя и твоих развлечений с поездами белобрысый на нас вышел, будь ты проклят, срань варла́нья!.. — Не смейте оскорблять варлайнов, мерзкие алчные людишки!.. — гневно пищали грибы-оборотни. Сюр, да и только. Мне очень хотелось шлепнуть себя по лицу от всей нелепости ситуации. — Они оба выглядят совершенно сбрендившими и помешанными, — криво улыбнулась я. — Еще бы, они за оставшийся посох дерутся, — хмыкнул Эрик. — Посох, который позволяет им контролировать эту странную нечисть. У кого посох останется — тому нечисть и будет дальше подчиняться. Второго сожрут, и не подавятся. Вопрос жизни и смерти, так сказать. Вот они и дерутся за право быть не сожранным. Проблемы с нами и инквизицией в целом для них уже вторичны. — Ну да, всё-таки в темнице Инквизиции Генерального Штаба сидеть всяко приятнее, чем быть сожранным нечистью, — ехидно заметила я. — Именно. В темнице хотя бы живым останешься. — Прервать их не хочешь? — А зачем? Мне даже интересно, как они самостоятельно друг друга перебьют. И Эрик уселся прямо на землю, в самом деле приготовившись выжидать нужного момента, с огромным интересом наблюдая за всем происходящим. Ему разве что попкорна не хватало. Я тяжело вздохнула и тоже уселась рядом, выбрав место посуше. Только я села не на землю, а на кривой обугленный пенек, торчащий из странно почерневшего мха. — Ладно, на самом деле мне нужно оценить обстановку и как следует продумать свои дальнейшие действия, — уже серьезно произнес Эрик. — Тут энергетический эпицентр такой мощи, что в него влезать страшно. Бездумно лезть напролом будет грубой ошибкой с моей стороны. Песец, весьма довольный собой и тем, что привел нас аккурат к нашим цирковым злодеям, отошел в сторонку, улегся на место почище и продолжил увлеченно пожевывать резиновую уточку. Кажется, его совершенно не волновало и не интересовало всё происходящее. Поднебесный Тотем был занят — он играл с резиновой уточкой! А потому весь мир обязан был подождать и не мешать. — Я правильно понимаю, что где-то здесь и совершался обряд призыва? — уточнила шепотом, всматриваясь в деревья вокруг и примечая особые ритуальные руны, вырезанные на стволах. — Вон там Поднебесные Тотемы призывали, — Эрик указал в противоположную сторону лесной полянки, где было сооружено что-то вроде ритуальной каменной арки. — Чувствую оттуда конкретную энергетику Гладиолуса, он явно там долго топтался. И это было первое место, куда ступила лапа песца после призыва. — И нечисть из этой же арки повылетала, получается? Эти, как их... Аримаджалы. — Верно. Опасные непредсказуемые вечно голодные твари. Эти клоуны, — Эрик кивнул на сражающихся за посох магов, — решили, что с помощью контроля над этой нечистью смогут стать «властными пластилинами», завоевать парочку-другую стран, добиться всеобщего признания, все дела... Чем они думали, хотел бы я знать... — Твари так и вьются тут над полянкой, да? Я вижу только мутные тени. — Вьются, причём вьются как-то странно и заклинания ловят непросто так, а... О боже мой!!! Эрик вскочил на ноги и схватился за голову, уставившись куда-то в небо. В его глазах застыл ужас, рот приоткрылся в шоке. Примерно так же выглядели сейчас и мессир с Брендоном, которые вдруг замерли на месте, перестали вырывать друг у друга посох и тоже в ужасе уставились куда-то в небо. Все трое видели что-то, чего не могла видеть я. И это здорово раздражало, если честно. — На что вы все с таким ужасом уставились? — подозрительно сощурилась я. — На кошмар наяву, — почему-то шепотом ответил Эрик. — А подробнее? — я тоже перешла на заговорщический шепот, да и общая тревога мне передалась. — Что происходит, Эрик? — Происходит то, о чем предупреждала Эльза: аримаджалы способны развиваться, расти и объединяться. А эти товарищи обожрались чужой силой до такого состояния, что окончательно обнаглели и решили объединиться в прямом смысле того слова: слились в одного аримаджала. Он сейчас завис над всеми нами. Пока что не предпринимает попыток кого-то сожрать, но это вопрос времени. Я, честно говоря, не знаю, что с этой громадиной делать. Чтобы Эрик — и не знал, что делать? Что же это там за дрянь такая восхитительная нависла? — Я могу как-нибудь увидеть эту нечисть? — вздохнула, уныло всматриваясь в небо и не видя ничего, кроме тумана. — Очень сложно сражаться с тем, что не видишь, и даже не понимаешь, что ты должен видеть... Вместо ответа Эрика ко мне внезапно подскочил песец и лизнул меня по ладони. Легонько так лизнул шершавым языком, но меня как током ударило, и странный внутренний холодок пробежался по всему телу. Я вздрогнула от этого внутреннего холода, а потом... а потом я увидела. И немедленно прокляла свое желание обрести возможность видеть эту зубастую чухню. Нечисть... этот аримаджал проявился так, будто медленно выплыл на меня из тумана. Хотя на самом деле никуда он не уплывал и оставался на месте, просто я наконец его увидела, так как песец как-то повлиял на мою магию, усилил мое видение темных материй. Да только лучше бы он этого не делал... — О боже мой, мать твою Пресвятую Мели́ю под хвост дилмона, что это такое?!! — в ужасе взвыла я. Тихонечко так взвыла, шёпотом. Чтобы не спровоцировать нечисть на скачок в мою сторону. Не взвыть хотя бы шепотом было невозможно. Ну потому что зрелище впечатляло: в воздухе зависла колоссальных размеров громадина черного пятна с зубастым ртом. Жуткие сероватые зубы были со средних размеров дерево. Тварь будто состояла из плотного черного тумана, и в нее продолжали вливаться другие клочки «тумана» — аримаджалы, которые вдоволь насытились вспышками заклинаний от посоха и теперь медленно вливались в одного большого аримаджала. Объединялись, сливались в единого монстра. Чтобы вы понимали масштаб бедствия: эта тварь была примерно с десятиэтажный дом. И вот эта безглазая огроменная тварь не издавала ни звука и не шевелилась, только приоткрывала жуткую пасть и как будто принюхивалась, решая, кого сожрать первым. Ну, во всяком случае у меня возникло именно такое впечатление. А можно это теперь как-то развидеть, пожалуйста?! Осознаю свою ошибку и прошу вернуть мне темную слепоту!