Глава 26

Я проснулась раньше будильника в два часа дня и разочарованно повернулась на бок. Я не видела снов, ничего, ни брат Перхты, ни Ян не пришёл. От этого в груди разрослась печаль.

Кейт спала глубоким сном, видимо, они всю ночь искали что-то новое, пока я просто провела время без пользы.

Тихо встав с постели, я отправилась в ванную комнату, в надежде, что, если повторю первую ночь после пробуждения Яна, то он придёт. Но всё было тщетно, я лежала в воде так долго, что кожа превратилась в сморщенное яблоко. Тяжело вздохнув, я вылезла из остывшей воды и переоделась.

Спустилась в кафе, где было так же тихо, как и в моей душе. Я просидела там около двух часов, ожидая ребят. Они спустились только в восемь вечера, когда я уже не знала, что делать, и просто разглядывала буквы в дневнике Перхты.

– Ты сегодня рано, – улыбнулся Нори и, плюхнувшись рядом со мной, поставил на столик свой ужин.

– Что-то видела? – За стол сел Риз, а я отрицательно покачала головой.

– Ничего, не переживай, у нас доказательств достаточно, – ободрил меня Морган.

– Здесь появились новые записи, – я показала на тетрадь. – Джон, сможешь прочесть?

– Давай попробую, – жуя, ответил он, и я пододвинула ему дневник.

Полчаса прошли в ожидании, когда же Джон оторвётся от текста. Кейт спустилась последней и одним взглядом спросила меня о том же, что и Риз, я ответила так же.

– Ну, в общем, всё, что я смог понять, что здесь идёт речь о смерти какого-то ребёнка…

– Младшего брата Перхты, она уехала от Яна, чтобы провести с ним время, но он погиб раньше. Она не успела с ним даже попрощаться, – перебила я Джона.

– И ещё здесь пишется о дружбе с девушкой, женой брата. Перхта описывает как она рада, что в замке появился человек, который к ней относится с добротой и пониманием…

– То есть, Анет втёрлась в доверие к ней и узнала о том, что она влюблена в Яна, – теперь перебил Джона Нори.

– Получается, что так, – недовольно пробубнил Джон.

– И когда она узнала, что Перхта верит Яну, любит его, и у них может быть настоящий брак, ревность взяла своё, – подытожил Морган.

– Она могла отвлечь Яна и хладнокровно убить Перхту. Ведь она уже прокляла его, влюбила в себя её брата, и это было в её силах, – продолжил рассуждение Дэвид.

– Ян говорил, что пил в тот вечер алкоголь, потому что жена призналась ему в любви, а он не смог ответить взаимностью. Это его омрачило, и он хотел забыться, – вспомнила я.

– Вот! – Воскликнул Риз с куриной ножкой в руке. – Это всё и объясняет. Алкоголь плюс какой-то наркотик или зелье, и вуаля – мёртвая жена и обвинённый Ян.

Пока он говорил, размахивая курицей в руках, а мы уклонялись, от летящих капель масла с неё, и хихикали, кроме Кейт, сидевшей, понурив голову, и о чём-то думающей.

– Ты чего? – Спросила я её, и она печально посмотрела на меня.

– Я ругалась с Яном сегодня. Снова. Он работал с какими-то украшениями, что ли, я не поняла, но внутри чувствовала ужасную ревность. Я кричала на него, обвиняла в том, что у него есть женщина, в которую он влюблён. И так хотела иметь это кольцо, что схватила его…

– А он забрал кольцо обратно и выгнал Анет вон. Я тоже это видела, но не сегодня, а несколько ночей назад, – помогла я Кейт, и она кивнула.

– Но потом я оказалась в замке и видела светловолосого парня, который знакомил меня с Перхтой, она была очень печальна. Я вернулась в комнату в башне и достала сундучок, где был кулон со снадобьем. Я улыбалась, веря в то, что теперь всё будет хорошо, – поделилась Кейт.

– Выходит, она, действительно, опоила Яна и убила Перхту, чтобы быть вместе с графом. Но, зачем тогда она подставила его и наблюдала, как мучали её возлюбленного? – Недоумевала я.

– Не знаю. Видимо, что-то пошло не так или же он ей, действительно, отказал. Она разозлилась и решила, что Ян заслужил такую участь. Боже, как противно, что я потомок этой женщины, – скривилась Кейт.

– В каждом роду бывают паршивые овцы, – усмехнулся Нори. – Ещё что-то было?

– Да, – кивнула Кейт и опустила голову.

– Ну, – толкнул её Риз, чтобы она заговорила.

– После этого, я видела знакомство Яна и Анет, как он ухаживал за ней и каким любовником был. Картинки постоянно менялись, словно мне торопились это всё показать и убедить меня в том, что сейчас я могу обладать им. Открыв глаза, в голове было одно слово «мой».

– Я чувствовала вчера её, она как будто пыталась напугать меня, но я показала ей, что не боюсь её, – поделилась я.

– Выходит, Анет не теряет надежды подтолкнуть Кейт к Яну и не дать Лори вмешаться в ход событий, – и снова мы пришли к тому же выводу, что и раньше.

– Скорее всего, так и есть. Ведь зачем ей насылать на меня дурман, когда я не привлекаю Яна? – Подруга кивнула Джону после его слов. – Но я не собираюсь этого делать. Ян, конечно, великолепный мужчина, но он увлечён Лори. Вы бы видели, с каким трепетом он целовал порезы на её руках, это так романтично…

– Прекрати, – грубо оборвала я её. – Он просто чувствовал вину за этот случай и не более.

– А в спальне вы оказались случайно, – усмехнулся Джон.

– Господи, я же говорила тебе… а ты не помнишь. Я пыталась найти что-то, что помогло бы нам. Ян пришёл, когда учуял угрозу от тебя, – соврала я, чувствуя, как краска приливает к щекам.

– Интересно, а трахаться он может? – Рассмеялся Риз.

– Можешь проверить, – предложила я, и все ребята захохотали, развивая эту тему. Мне стало неприятно от этого, и я поднялась со стула.

– Ладно, я пойду снова в замок, может быть, узнаю, что происходит, – натянуто улыбнувшись, я подхватила рюкзак, висевший на спинке стула.

– Будь осторожна, – пожелал мне Нори, и я кивнула ему.

По пути до замка я пыталась не думать и не бояться того, что Яна там не будет снова. Но у меня сосало под ложечкой, когда я поднималась по лестнице. Сделав глубокий вдох, я открыла дверь и вошла в тёмное пространство.

– Ян? – Тихо позвала я, но мне никто не ответил.

Да что же это такое?! Войдя в основной зал, я остановилась и решила ещё раз произнести его имя, как неожиданно в камере пыток включился свет.

Моей радости не было предела, сердце от счастья заколотилось быстрее, и я понеслась по лестнице вниз. Последнее, что я запомнила, это была вспышка боли в голове, звёзды в глазах и ночь, завладевшая моим сознанием.

                                                    ***

Моё лицо окатили водой, и я, вздрогнув, приоткрыла глаза. По ним резанул свет, а голова взорвалась от пульсирующих островков боли. С моих губ сорвался стон, тело только просыпалось после случившегося. Я попыталась двинуть руками, но ощутила их высоко поднятыми и онемевшими.

Я подняла голову, и мои глаза расширились от ужаса, когда я увидела, что мои запястья были скованны, как у Яна каждую ночь. Паника и страх накрыли меня волной, и я дёргала руками, пытаясь высвободиться, но мои ноги так же были связаны. Опустив взгляд, заметила, что я в одних джинсах и бюстгальтере.

Нервно сглотнув, я поморгала. Это, наверное, сон, ведь не может же быть это правдой?! Или кто-то так зло шутит? За что?

Ощутив, как по спине провели чем-то холодным, я вновь вздрогнула, и сердце забилось в страхе, требуя избавиться от опасности.

– Ян? – Мой голос хрипел, пока перед глазами ещё бегали чёрные точки.

Расслышав тяжёлое дыхание и поступь шагов, я попыталась повернуть голову, но это было невозможно из-за режущей боли в затылке. Но через пару мгновений я увидела того, кто сотворил со мной эту омерзительную шутку. Передо мной стоял барон Леос Рожмберк, и его лицо скривилось в подобии улыбки. Он был доволен произведённым на меня эффектом неожиданности.

Он что-то произнёс, но я не поняла. В его руках была длинная тонкая плеть без шипов, которой он постукивал по ладони.

– Что вы хотите от меня? – Спросила я его, воинственно двигая руками, и цепи заскрипели, а мужчина только указал на выход.

– О, нет, не дождётесь! Я не уйду, потому что вы осудили невиновного! Вы все ответите за это, – зло прошипела я. Мне захотелось плюнуть в его сальное лицо, настолько отвратительным он был.

Барон обошёл меня, а в следующий момент я услышала щелчок плети, и спину окатила горячая болезненная мука. Выдохнув от боли, я закричала:

– Ян! Помогите!

Последовал новый удар, отчего мне пришлось закусить губу до крови. Я ни за что не покажу, как остро кусается плеть. Яна не было, он не пришёл, а меня подвергали наказанию, за то, что я хочу спасти того, кого люблю.

Следующий удар причинил невыносимую боль, мне даже показалось, что разум мой отключился, и я закатила глаза. Больше не было возможности терпеть, и я разомкнула губы, издав тихий стон. Холодное прикосновение подняло мой подбородок, и я приоткрыла глаза, в которые всматривался барон, что-то требуя.

– Да пошёл ты, – процедила я и дёрнулась так, что цепи звякнули.

– Прощение даровано любимому, – прошептала я, но Леос не исчез, а с грязной улыбкой провёл плетью между полушариями груди.

– Ян! – Закричала я, делая жалкую попытку освободиться.

Изречение больше не работало или работало только для Яна, но не для меня. И в этот момент я ощутила, что паника не даёт мыслить здраво, заставляя кричать, и звать на помощь. И тело отвечало ей, оно извивалось, пока голос не осип. Леос лишь громко рассмеялся, и, замахнувшись, ударил, отчего я сглотнула, ощутив железный привкус, и застонала.

Разум отключался от пережитого, и сквозь полыхающие следы на теле я расслышала громкие голоса и стук. Кто-то развязал мои ноги и освободил руки. Я, не имея возможности держаться, упала в руки спасителя.

– Ян, – одними губами прошептала я, прижимаясь к прохладному бархату и вдыхая знакомый аромат.

– Лорель, моя Лорель, что он сотворил с вами. Он будет наказан, обещаю, – да это был он, его голос, его боль и мука, сквозившая в призрачном тембре. Меня несли куда-то, но было так больно даже от его прикосновений, что я сжалась в комок.

Из глаз потекли слёзы унижения, облегчения и пережитого ужаса. Запоздалая реакция организма на животное незаслуженное наказание, которое только и могло творить такое животное, как барон Леос Рожмберк.

Меня бережно положили на постель животом вниз, а в следующий момент каждую пульсирующую нить промокали прохладным полотенцем.

– Лорель, любовь моя, единственная моя, простите меня, я опоздал. Услышал ваш крик, и внутри меня буквально всё замерло, – шептал Ян, а я продолжала беззвучно плакать.

– Всё хорошо, – скомкано ответила я и попыталась приподняться, но руки не подчинялись, они просто лежали, онемевшие от сковывающих их ранее наручников.

– Нет, это нехорошо, Лорель, – зло ответил Ян, и, приподняв меня, перевернул на спину в полусидячее положение, свернув под спиной покрывало. Это заставило меня ощутить боль от каждого удара.

– Где вы были? – Хрипло спросила я, наслаждаясь видом Яна, его синими глазами, которые с сочувствием и заботой смотрели на меня.

– Я подал прошение, чтобы встретиться с судьёй, как и Перхта. Никто не имеет права манипулировать людьми и использовать их разум без разрешения, как это сделал Леос с вашим другом. Но очередь очень долгая, я как раз обсуждал этот вопрос, когда услышал вас, вернее, почувствовал боль в груди. Я был уверен, что это вы, моя Лорель, вы зовёте меня, и я нужен вам. Я так разгневан, мы оказались здесь вместе с судьёй, и он увидел всё, что сделал этот мерзавец. Насколько же надо быть низким существом, чтобы использовать вас для мщения мне?! Моя милая Лорель, простите, что не смог уберечь вас, – он покачал головой и приблизился ко мне, осторожно касаясь ладонью щеки.

– Я думала, вы ушли, обиделись на меня, – прошептала я.

– Что вы, Лорель, я… Матерь Божья. Я никогда бы даже не помыслил таить на вас обиду, – улыбнулся Ян. – Вам необходимо уйти, ваши раны нуждаются в лекарстве, иначе будет заражение.

– Ничего не будет, синяки сойдут, – уверила я его, но покривилась от новой вспышки на спине.

– Ох, Лорель, я вам принёс столько боли, – печально произнёс он.

– Это ничто, поверьте. Ради вас я готова переживать такое хоть миллион раз, лишь бы знать, что вы есть и придёте, – призналась я, а граф нахмурился.

– Нет, Лорель, я такой жертвы недостоин, – через минуту ответил он.

– Достойны, Ян. Мы знаем, кто убил Перхту. Это Анет. Она вышла замуж за её брата и была в замке. Вы её не видели? – Быстро сказала я, боясь, что сейчас уйдёт, исчезнет и оставит меня горевать в одиночестве.

– Анет? – Изумился он. – Нет, я приехал ночью и видел лишь барона и Перхту. Я знал, что брат моей жены женился, но не видел девушки. Мы не приняли приглашения на праздник, потому что я был занят переговорами насчёт земель. Да и имя у неё было другое. Вы уверены, что это она?

– Да, Кира, это та, кто звала вас, она также хотела вам помочь, как и все в её роду. И они проследили линию жизни Анет. Она родила пятерых детей, но только двое выжили, – ответила я ему.

– Я пригрел на груди змею, разрушившую мою жизнь. Она убила Перхту, а теперь и вы пережили боль из-за меня, – шумно выдохнул он.

– Вы понимаете, что это означает, Ян? Что теперь вы больше не будете мучиться, вы будете свободны. Вы должны быть рады, – нежно произнесла я, хотя от расставания сердце сжалось.

– Но я не испытываю радости, Лорель. Ведь это также означает, что я больше никогда не увижу вас. Я не готов с вами проститься, – в его голосе было столько горечи, что из моих глаз покатилась одинокая слеза.

– Не плачьте, Лорель, прошу вас, – он приблизился и стёр дорожку от слезы со щеки.

– Это от счастья, что вы, наконец-то, обретёте покой, – солгала я, смотря в синеву глаз.

– Я никогда не обрету покой, душа моя, потому что моё сердце отдано вам. Я не желаю спасения. Я готов к такому существованию, но только бы знать, что вы будете рядом. Я хочу увидеть, какой может быть жизнь, когда ты влюблён и вкушаешь то, ради чего появился на этом свете, – жарко прошептал он.

– Не говорите так, – покачала я головой. – Я была рождена для того, чтобы приехать сюда и встретить вас. Помочь вам и вашей жене разгадать тайну, и я это сделала…

– Вы хотите сказать, что только это заставляет вас приходить сюда? – Ян отстранился и сурово сжал губы.

– Нет, к сожалению, не только это, – печально усмехнулась я, и, заметив у ног свою футболку, потянулась к ней, превозмогая боль в спине.

– Это запретное чувство, вы были правы, – продолжила я, натягивая на себя одежду. – Между нами не может быть отношений, ведь вы призрак, а я человек. И когда вы уйдёте, мне будет тоскливо и одиноко, но меня будет согревать мысль, что я знала вас, что я полюбила вас, и что вы нашли свой покой…

– Вы правы, Лорель. И я прошу извинить меня за мою несвоевременную вспышку. Я никогда не чувствовал так много эмоций ни к одной девушке, как к вам. Я обесчестил вас, и не могу дать вам жизнь достойную принцессы. Я всего лишь дух, который поплатился за свои грехи. А вы невинное создание, и я использовал вас. Я занимался с вами любовью, потому что слаб. Не сумев перебороть в себе это чувство, и теперь же я раскаиваюсь. Но вы, как всегда, совершенно правы, у нас нет с вами будущего, – его голос резал меня, причиняя моральную боль.

Мне было нечего сказать, а глаза наполнились слезами, и они выкатывались из глаз, мне хотелось кричать от несправедливости.

– Лорель, моя милая Лорель, не плачьте, мне так больно, когда вижу ваши слёзы. Они разрывают меня, – Ян подскочил ко мне и обнял, осторожно касаясь спины.

– Это нечестно, – проплакала я, наслаждаясь его близостью.

– Лорель, любовь моя, ну, тише, – шептал он и целовал меня в волосы. – Я совершил глупость, попросил приблизить ночь суда, чтобы уберечь вас от себя. Но сейчас не желаю этого, я только и жажду эгоистично быть с вами. Держать вас в объятьях и наслаждаться вашим теплом и живостью. Вы алмаз, моя родная, вы достойны столь многого, и мне жаль, что я не могу вам подарить это. Я бы всё отдал за возможность прожить с вами жизнь, сделать вас счастливой и никогда не позволять плакать, только улыбаться.

– Ян, да мне не нужно…

– Выслушайте, меня, Лорель. Прошу, я так хочу вам признаться, – перебив меня, он отклонился назад, и я увидела в его глазах невероятную нежность и одновременно муку.

– Я проклят, и моё проклятье не в вечной каре за убийство, как я думал ранее. А в том, что встретил самое прекрасное видение, которое создано для меня, а я был создан для неё. С первого взгляда, с первого прикосновения я ощутил эту магию, ожившую во мне. Это было невероятно, но Перхта подсказала, что это любовь. И она неподвластна ни эпохе, ни препятствиям. Я люблю вас, Лорель. Я недостаточно хорош для вас, но вы уверили меня, позволив проявиться лучшему во мне. Свою любовь я не могу выразить словами, но я знаю наверняка, что ваше сердце разговаривает с моим, а моя душа с вашей. Вы именно та, кого я воображал себе и пытался найти при жизни. А нашёл только сейчас. Вот моё проклятье – знать, что когда-то родится девушка, и я никогда не встречу её вновь.

Он замолк, прижав меня к своей груди, и я слышала его сердце, действительно, я слышала его. Оно сбивалось с ритма, заставляя моё отвечать тем же.

– Ян, – я теснее прижалась к нему, – вы не совершили глупость. Вы сделали всё правильно. Всё верно, вы не можете больше терпеть наказания за то, чего не совершали. Я не могу смотреть, как над вами издеваются. Возможно, когда моя жизнь окончится, мы встретимся…

– Лорель, – он поднял моё лицо к своему, – вы всегда видите только хорошее в будущем, даже если оно так ужасно. Обещаю, я всегда буду вас ждать, где бы ни был, и никогда не позволю себе предать вас. Потому что тогда я предам себя. Моя нежная, открытая и невероятная Лорель, вы песня моей земли, вы моя гордость, которую у меня забрали. Я не боюсь склонить перед вами голову и встать на колени, чтобы молить о прощении за то, что вы пережили из-за меня. Вы такая сильная, храбрая, как маленький воин, я, не думая, взял бы вас в свой отряд, и уверен, что вы бы перебили всех моих врагов одним только взглядом ваших колдовских глаз, схожих с золотом. И сейчас я вновь прошу прощения за то, что принял решение за вас. Но забота о том, кто стал для меня важнее самой жизни, это долг, который я не имею права отвергать.

Ян замолчал и отстранился, тогда же я услышала торопливые шаги и громкие голоса, приближающиеся к спальне.

– Ян, что вы сделали? – В ужасе спросила я у мужчины, стоявшего поодаль от кровати.

– За что вы забрали у меня возможность побыть с вами? – Поняв его поступок, заскулила я.

– Я позвал ваших друзей, потому что вам требуется отдых, и у вас раны, которые должны быть моими, но вы приняли их на себя. И сейчас вам помогут, а я буду с болью в сердце принимать настоящее, в котором не могу облегчить состояние любимой женщины, и мне приходится отдать её в чужие руки. Если бы я мог, Лорель, если бы я только мог быть вам полезен, то никогда бы не отпустил, – с горечью произнёс он, и его глаза блеснули от боли.

– Вы помогаете мне тем, что вы рядом. Как вы этого не понимаете? – Успела я тихо произнести, как в комнату уже ворвались все ребята.

– Лори, Ян пришёл и сказал… – начала Кейт и остановилась на полуслове, смотря то на меня с бледным лицом и красными глазами от слёз, сидящую на постели, то на Яна, стоявшего в противоположном конце комнаты.

– Доброго здравия, молодые люди, – произнёс Ян и поклонился. – Я сердечно прошу вас забрать Лорель и оказать ей необходимую помощь.

С этими словами он испарился, а друзья, ещё окаменевшие от шока, стояли в дверях, ведь ребята первый раз встретили его.

– Пойдёмте, – тихо сказала я и, кривясь от боли, поднялась с кровати. Оставив на постели полотенце, разлитую воду, я лишь затянула в печали тесёмки рюкзака и повернулась к ребятам.

– Лори, что случилось? – Напряжённо спросил Джон.

– Не сейчас. Нам нужно уйти, пока никто не завладел вашим разумом. Скорее, – покачав головой, я указала им, что нужно идти.

– Давайте, шевелитесь, – Нори толкнул Дэвида, а тот задел Риза и Моргана, отчего они оказались в коридоре.

– Ты мог бы взять его? – Дойдя до двери, я показала на рюкзак в руке, и Нори с улыбкой закинул его себе на плечо.

Я подхватила свою куртку, и все мы в тишине вышли из замка.