Глава 37

Открыв глаза, я села на постели и зажмурилась от луча солнца, пробившегося сквозь шторы. Это было ещё непривычнее, чем туман в комнате. Да и воздух, казалось, прогрелся до довольно высокой отметки, отчего даже дышать было сложно. Бросив взгляд на левую руку, я печально улыбнулась и дотронулась до переливающихся камней на пальце. В этот момент слова Яна, сообщающие о важном для нас послании, ворвались в мой ещё сонный разум, отчего я тут же очнулась.

– Джон! – Воскликнув, я вскочила с постели и подлетела к соседней кровати, чтобы растормошить парня.

– Отвали, Лори, дай поспать, – пробурчав, он попытался от меня отмахнуться, но я крепко схватилась за его плечо и трясла.

– Живо поднимайся! Ян приходил ко мне, нам необходимо успеть попасть в замок перед отъездом, – стукнув его ладонью по плечу, я подлетела к одежде, подготовленной для самолёта и наспех начала переодеваться.

– Что? Ты сказала, Ян приходил? – Сипло переспросил он, постоянно кряхтя, приподнявшись на локте.

– Да, так что поднимайся и пошли. За остальными ты потом сбегаешь, как только мы поймём, о чём говорил мне граф. Нам нужно торопиться. Вставай, – быстро ответила я ему, запихав пижаму в чемодан.

– Хорошо, сейчас приму душ…

– На это нет времени, чёрт возьми! Ты не слышал меня? Надевай и пошли, – нетерпеливо перебив его, я вытянула из его чемодана кофту и бросила в него.

– Лори, мне бы зубы почистить, – простонав, он медленно поднялся с кровати и размял спину.

– Никто с тобой целоваться не собирается. Где твои джинсы? – Меня не особо смущало то, что парень стоит в одних боксерах с человеком пауком и футболке, и почёсывает лохматые светлые волосы. Меня, как обычно, волновало другое, только мысли о Яне.

Пробежав взглядом по полу, я нашла его штаны и, подхватив, швырнула в него, затем носки и кеды. Джон постоянно бубнил что-то, пока я осматривала рюкзак и думала, что может мне понадобиться сейчас.

– Всё, я одет, – сообщил он мне.

– Отлично, пошли, – повесив рюкзак на плечо и слегка задев рану на боку, я охнула, но на это не было времени. Подлетев к парню и схватив его за рукав, я выбежала из номера, таща его за собой.

– Сегодня жарко, – хмуро произнёс Джон, пока мы шли к замку.

– Да, очень. И нет больше тумана, нет прохлады, всё стало нормальным, – печально заметила я.

– Мне нравилось просыпаться в пасмурную погоду, она прекрасно подходила под моё настроение, – пробурчал он.

– Проклятье снято и, видимо, летний холод, который окутывал это место, тоже исчез, – пропустив его комментарий с явным подтекстом мимо ушей, я опечалилась. Значит, всё закончилось. Правда, закончилось, и не будет больше приятного покалывания на коже от присутствия призрака.

Мы прошли мимо пустой кабинки охраны и поднялись по лестнице, а Джон продолжал выказывать недовольство, обращённое ко мне, себе под нос.

– Прекрати. Ты меня раздражаешь, – оборвала я его, когда я распахнула дверь.

Он только передразнил меня, искривив и так помятое после сна лицо, и недовольно посмотрел на меня.

Как только мы вошли в освещённое солнечным светом пространство, то моё сердце болезненно сжалось. Да, здесь определённо больше никого не было, кроме нас. Точнее, кроме живых, а я бы всё отдала, чтобы ощутить прохладу. Хотя с моей стороны это было слишком эгоистично, ведь означало, что Ян должен был продолжать терпеть пытки. Нет, пусть будет душно, чем знать, как ему больно.

– И что мы здесь делаем? – Зло процедил Джон, оторвав меня от кощунственных желаний.

– Ян сказал, что послание лежит в том месте, где я, во имя спасения, вытерпела боль, – очнувшись, прошептала я.

– Леос. Он бил меня во имя спасения, а я вынесла всё во имя любви! – Догадавшись, я понеслась в камеру пыток. Сбежав вниз и нащупав выключатель, я щёлкнула по нему, и место озарилось желтоватым светом. Джон последовал за мной, и через несколько секунд стоял рядом, оглядывая тяжёлым взглядом помещение.

– Так, это было примерно здесь, – я встала, ведомая воспоминаниями. – Значит, нам надо посмотреть под полом. Джон, сверни ковёр.

– Конечно, Ваше Высочество, ваш слуга всегда готов. Кофе не подать? – Съязвил он, отчего я лишь закатила глаза и сбросила рюкзак. Но как бы Джон ни противился своему пребыванию здесь, он всё же отодвинул стол с демонстрационным пыточным орудием и, закатав ковёр, обнажил деревянную кладку.

– Так, – осмотрев предметы на столе, теперь стоящем возле стены, я подхватила нечто, напоминающее пилу.

– Вскрывай, – я передала ему свою находку и в ответ получила снова недовольство и колкость.

Джон, продолжая возмущаться себе под нос, подхватил деревянную дощечку и попытался поднять её, но она не поддавалась.

– Лори, я сейчас это сломаю, к чёрту! – Повысив голос, он поднял на меня голову.

– Ломай, мы потом всё спрячем под ковёр, и никто ни о чём не догадается. Только быстрее, сюда могут войти, и нас посадят за проникновение и взлом исторической ценности Чехии, – спокойно ответила я.

– Класс. Нам же мало было больницы, – фыркнув, он надавил сильнее, и дерево треснуло. Парень отложил сломанную часть в сторону.

– Ну что, видишь? – Спросила я.

– Конечно, я же супермен, и могу осветить взглядом темноту, – усмехнулся он.

– Жаль, что это лишь твои фантазии, дело бы пошло быстрее. А ты только, как старик бубнишь и выказываешь своё недовольство, – опустившись на колени, я оттолкнула его и просунула руку. Кончиками пальцев я едва могла коснуться чего-то, и это вызвало сильное сердцебиение.

– Вскрывай дальше, – поднявшись, я указала на пол.

Джон, закатив глаза, подчинился, таким образом, мы выдрали около восьми половиц и теперь смотрели на яму, которую сотворили. Заглянув туда, из-под слоя пыли и грязи я достала шесть свёртков, перетянутых канатом, и на каждом было письмо с именем. Последним мы достали сундук, Джону пришлось забраться вниз, чтобы поднять его, и я помогла вытащить его на неповрежденный пол. Он был невероятно тяжёлым, а от пыли я зачихала.

– Ничего себе, – прошептал Джон, оглядывая нашу находку. – Я решил, что ты хотела подшутить надо мной перед самолётом.

– Конечно, мне же делать больше нечего. Ты только посмотри, Ян сказал правду о том, что они спрятали здесь послания для нас, – последние слова я произнесла с восхищением и теплом.

– Но почему это сохранилось? Ведь с момента их смерти прошло довольно много, – нахмурился Джон.

– Ян сказал, что в их мире время двигалось, когда в нашем оно замерло. И если мы спасли его прошедшей ночью, то за несколько часов прошлое изменилось, и никто бы не нашёл сокровища, кроме нас. Потому что в этом мире время замедлилось, – сумбурно объяснила я. Да какая разница, почему, правда? Главное, что мы нашли подарок от Яна и Перхты.

– Смотри, там моё имя, – парень опустился на колени и подхватил один из свёртков. Стерев пыль, он указал на надпись «Джонатан». Письмо пожелтело от прошедших лет, но прочесть его было возможно.

Вскрыв гербовую печать, Джон развернул лист.

– «Джонатан, в благодарность за наше спасение и вашу храбрость, мы оставляем для вас небольшой подарок. Я и моя жена надеемся, что вы примите его с достоинством и найдёте ему верное применение. Это принадлежит вам по праву, вы истинный владелец этого сокровища. Граф Ян Лихтенштейн и Перхта Рожмберк», – зачитал он и поднял на меня голову.

– Не могу поверить, – тихо произнёс он, вскрыв упаковку на свёртке. Там лежало полотно, обёрнутое тканью, и парень развернул его. От восторга он чуть не задохнулся, его дрожащие пальцы пробежали по рисунку.

– Это же, это…

– Это «Битва при Ангиари», известная ещё как «Потерянный Леонардо», – прошептала я, осматривая фреску. На ней были изображены четыре всадника во время битвы при Ангиари в одна тысяча четыреста сороковом году. Фреска предназначалась для украшения «Зала пятисот». Леонардо да Винчи начал рисовать картину в одна тысяча пятьсот пятом, и она обещала стать крупнейшим и значимым его произведением. К сожалению, впоследствии да Винчи отказался от этого проекта, оставив его незаконченным. В последующие годы, другому художнику по имени Джорджо Вазари поручили нарисовать новую фреску «Битва при Марчиано» на том же месте в «Зале пятисот», и «Битва при Ангиари» была навсегда утеряна. Тем не менее недавно учёные нашли убедительные доказательства, которые позволили им предположить, что картина Леонардо по-прежнему остаётся нетронутой под фреской Вазари. Но сейчас мы видели подтверждение того, что полотно существует отдельно от картины другого художника.

– Откуда она у него? – Всё ещё пребывая в шоке, удивился Джон.

– Не имею понятия. Видимо, Ян решил наградить всех, кто помог ему, и искал то, что станет для каждого путёвкой к богатству, которую предполагала разгадка слов на портрете Перхты. Поэтому кольцо и полотно были утеряны. Они хранились здесь. И я думаю, Ян мог оберегать это место, пока не настало наше время, и ему не позволили встретиться со мной. Не знаю, Джон, но – это подлинник, и объяснений может быть уйма, мы никогда не сможем верно угадать их, – ответила я, а моё сердце наполнилось ещё большей любовью к прекрасному графу.

– И эта вещь теперь принадлежит мне, – радостно заметил Джон, указав на письмо.

– Да, теперь ты можешь продать её и стать тем, кем захочешь, – с улыбкой кивнула ему.

– И мне так стыдно, что я мешал тебе спасти его. Лори, я вёл себя как баран.

– Всё хорошо, Джон, это уже не важно. Сейчас мы должны понять, как это вынести отсюда и… – не успев договорить, я услышала топот наверху.

– Чёрт, выключи свет, – парень подскочил на ноги, но было уже поздно. Нас обнаружили.

– Лори! Джон! – Знакомые голоса принесли облегчение, и мы повернулись к двери, в которую через секунду влетели ребята.

– Ты кричала, и я испугалась, что что-то снова произошло, а потом… – Кейт замолкла, недоумённо посмотрев на дыру в полу и на вещи, разбросанные вокруг нас.

– Что вы натворили? – В ужасе прошептала она.

– Чёрт, вы совсем рехнулись? Вы хоть понимаете, что нас посадят за это? – Возмутился Нори, заглянув в яму.

– Да, понимаем, но Ян указал на подарок для каждого из нас, и мне пришлось быстро разбудить Джона, прийти сюда, чтобы проверить, – объяснила я.

– А нам нельзя было сказать? – Обиженно сложил руки на груди Дэвид.

– Думаю, вы простите меня, потому что я сама не понимала, насколько это может быть правдой. Но сейчас, посмотрите, здесь каждого из вас тоже ожидает нечто невероятное, – указав на свёртки разных размеров, я пропустила к ним ребят.

– Ты уверена, что эти грязные пакеты не мусор? – С сомнением спросил меня Риз.

– А ты сам угадай. Вот это для меня, – Джон продемонстрировал им фреску. И через несколько секунд маленькую комнату наполнил шум от удивления и восхищения.

– Я тоже хочу, – Риз, растолкав ребят, осматривающих фреску, опустился на колени и подхватил один из свитков. Он в нетерпении разорвал упаковку, и перед ним оказалась часть карты, а точнее, четвёртый кусочек.

– Нормально, да? То есть ему миллионы, а мне порванная бумага? – Недовольно возмутился он.

– Идиот, – покачала головой Кейт и присела рядом. – Тебе предлагают найти остальные части.

– Я не совсем идиот, потому что это уж понял, – скривился парень.

– А вот моё, – Морган подхватил свой подарок и, сорвав печать, открыл его. Там лежала вторая часть карты. Нори и Дэвид, уже не ожидая разрешения или же чего-то другого, нашли свои, там находились ещё две части.

Теперь перед нами лежала полноценная карта того времени, где красным цветом были выделены некоторые участки на планете.

– Ян таким образом хотел сказать нам, что мы должны поделить всё между собой, когда найдём свои сокровища, – тихо сделал вывод Дэвид.

– Выходит, что так, – пробубнил Риз.

– А, может быть, он желал скрепить вашу дружбу совместной работой. Ведь поодиночке мы бы не смогли ничего, когда вместе сняли проклятье, – добавила я.

– Мне понравилось с вами работать, парни. И я согласен продолжать, – кивнул Морган.

– Я тоже, хоть научу вас чему-то новому, – самодовольно заявил Нори.

– То есть я вам не нужен? – Насупился Джон.

– У тебя уже есть миллион, так что отвали, – Риз в шутку толкнул его, и парни рассмеялись.

– Но что это за карта? – Хмуро оглядывая сложенные листы, хмуро спросил Дэвид.

– Поэтому я и говорю, без меня вы ничто, – Нори засиял от гордости из-за своих знаний.

– Нет, я передумал, его мы с собой не возьмём, – цокнул Риз.

– Тогда вы не поймёте…

– Да скажи им уже, у нас не так много времени. Скоро сюда кто-то придёт, а нам ещё необходимо это вынести, – устало перебив его, напомнила я.

– Ладно. Отец работал над этим около шести лет, но ничего не нашёл. Потому что карта была здесь! На необитаемом острове Кокос у берегов Коста-Рики, по слухам, спрятано сокровище стоимостью в триста миллионов долларов. В соответствии с данными инвентаризации католической церкви, сокровище, вывезенное из Южной Америки, состояло из: ста тринадцати золотых религиозных статуй, статуи Девы Марии в натуральную величину, двухсот сундуков с драгоценностями, двухсот семидесяти трёх мечей с драгоценными рукоятями, тысячи бриллиантов, золотых коронок, ста пятидесяти чаш и сотни золотых и серебряных слитков. По легенде, первоначально богатства отдали на сохранение британскому торговцу по имени Уильям Томпсон. Церковные чиновники хотели, чтобы он сохранил их на корабле в течение нескольких месяцев, пока не стихнет бунт в испанской колонии. Но Томпсон и его команда поддались искушению, убили охранника и отправились на остров Кокос. Команда якобы закопала все сокровища, намереваясь вернуться за ними позже. Но их корабль был перехвачен испанскими должностными лицами, и весь экипаж, за исключением Томпсона и его первого помощника, повесили за пиратство. В обмен на помилование, Томпсон согласился провести чиновников к сокровищам, но по дороге сбежал в джунгли, после чего, ни Томпсона, ни сокровищ больше никогда не видели…

– Ян оставил нам несметные сокровища и указал место, куда их спрятал Томпсон! – Рассмеялся Риз. – Ни черта себе, вот это граф! Вот это мужик!

– Когда отправимся? – Возбуждённо спросил Дэвид.

– Когда мы вернёмся домой, – ответил Морган и, оборвав возмущение ребят, поднял руку, чтобы продолжить. – Я думаю, что для начала мы должны рассказать историю графа и доказать, если будут сомнения, что он невиновен. Только благодаря ему мы имеем возможность стать известными и богатыми. И с нашей стороны будет отвратительно предать доброту Яна, забыв о том, что стояло нашей первоначальной целью.

– Ты прав, – кивнул ему Нори.

– Кейт, тебе тоже он что-то оставил, – я посмотрела на подругу, которая отошла от ребят и сейчас стояла в дверях.

– Нет, я не могу это принять. Он одарил нас, чтобы поблагодарить. Но разве мы сделали что-то существенное? Это только ты, Лори, спасла его, потому что изначально верила в его невиновность. А мы нет, никто из нас не приложил столько сил, как ты. И я уверена, что Ян это сделал ради тебя, чтобы показать широту своей души. Каждое сокровище принадлежит тебе, а не нам. А вы, как стервятники, налетели и уже планируете, как поскорее прибрать к рукам деньги! Уроды! – Она зло посмотрела на парней.

– Кейт, без вас бы я никогда не смогла добиться правосудия. Каждый участвовал в этом деле и каждый заслуживает награды. Ян это сделал не для того, чтобы мне что-то доказать. Он не из таких мужчин. Он от чистого сердца преподнёс каждому напоминание о себе и том, что вместе мы сила, – мягко произнесла я.

– Да, вообще-то, все мы занимались этим делом. В Джона даже призрак вселился. Поэтому прекрати ломаться, иначе я тебя повалю на пол, – Риз красноречиво оглядел подругу, намекая на более интимные действия, парни рассмеялись.

– Придурок. Ты ко мне даже больше не подойдёшь, – прошипела она, но выхватила свёрток из его рук.

Ей тоже было оставлено письмо, которое она вскрыла и зачитала:

– «Катрина, вы достойны большего, чем я мог бы вам подарить. Вы восхитительная молодая леди, только вы потерялись в своих чувствах. Прислушайтесь к сердцу, оно откроет вам правду и поможет поступить верно. И, прошу вас, оберегайте мою Лорель. Она нуждается в вас, как и вы в ней. Я надеюсь, то, что мы вам выбрали, вызовет улыбку на ваших устах и станет невероятным дополнением к вашей красоте. Граф Ян Лихтенштейн и Перхта Рожмебрк».

Кейт смахнула слезу и, сев на пол, развернула свой свёрток.

Она подняла коробочку, обтянутую кожей, и раскрыла её. Мы все собрались вокруг Кейт, и охнули от величины камня, лежащего внутри. Сочный бордово-красный рубин, переливающийся в искусственном свете комнаты.

– Это «Рубин Принца», – прошептал Морган и поправил свои очки для зрения.

– Можно? – Он протянул руку, и Кейт передала ему коробочку.

– Что за рубин Принца? – Нахмурился Нори, ему сейчас явно не нравилось, что кто-то знает больше его.

– Моя мама очень любит династию Монголов и постоянно изучает её. Она рассказывала, что этот рубин получил своё название от князя Хурама – третьего сына императора Джеганхира из династии Великих Монголов, который взошёл на трон своего отца под именем Шаха Джехана. Этот рубин принадлежал Шаху Джехану, известному тем, что по его велению было создано архитектурное чудо Тадж-Махал. Он владел великолепной коллекцией драгоценных камней, и камень принца являлся её частью. Из четырёх характеристик драгоценных камней, таких как цвет, огранка, чистота и вес, о «Рубине Принца» известны только его цвет и вес. Камень должен иметь красный цвет, какого оттенка было не известно, и весить сто семьдесят четыре и шестьдесят семь сотых карата, на нём вырезана надпись на арабском. Чистота камня тоже должна быть хорошей, так как иначе он вряд ли мог входить в драгоценную коллекцию шаха, так как тот включал в неё самоцветы только исключительного качества.

– Но там нет надписи, – усмехнулся Нори.

Морган тщательнее осматривал камень, достал его и поднял к свету, изучая блеск.

– Есть. Необходимо оборудование, но можно разглядеть и так, – произнёс довольно парень и показал нам. Хотя я не увидела этого, но доверяла познаниям Моргана.

– Здесь ещё что-то, – прошептала Кейт, достав из свёртка ещё одну коробочку, и раскрыла её. На бархате лежал чёрный камень в огранке бриллиантов на длинной золотой цепочке.

– Да Ян тебя умаслить цацками хочет, как будто ты его любовницей была, – ревностно прошипел Риз.

– А это что за камень? – Спросила Кейт, проигнорировав парня, и обратилась к Моргану. Он, взяв его, покрутил в руках.

– Очень похож на сапфир «Чёрная звезда». Но он был найден лишь в одна тысяча девятьсот тридцатом году в Квинсленде. Нужно отдать его экспертам. И если это он и есть, то он представляет собой уникальную историческую ценность. Последний камень в виде кабошона был продан за восемьдесят восемь миллионов долларов. А здесь удивительная форма капли, и видите, – он указал на объёмный низ камня, где на свету переливались белым нити. – Это свечение образует звезду. И вокруг него бриллианты от самого чистого и прозрачного до чёрного. Просто великолепное украшение! Думаю, что это станет сенсацией, потому что раньше не удавалось найти нечто подобное. И эта драгоценность явно не прошлого столетия, качество огранки иное.

С улыбкой Морган передал украшение обратно в руки.

– Лори, а что у тебя? Сундук твой? – Спросил меня Нори.

– Не сейчас, у нас мало времени, чтобы собрать всё и сесть в автобус, – отмахнулась я. Не могла же я признаться, что не в силах дотронуться до вещей, которые когда-то держал в руках Ян. Я боялась, что сорвусь, боль снова затопит сердце, а так, держась подальше от подарка, нежеланного для меня, уберегу себя от давления в груди.

– Но вы же, понимаете, что вывезти просто так украшения нам не удастся. Нас скрутят, – хмуро напомнил Риз.

– Они принадлежат нам, – пожала я плечами. – К тому же у нас есть доказательства как истории Перхты и Яна, так и того, что мы вылетаем с нашей собственностью.

– Но мы рискуем, – покачал головой Дэвид.

– Кто не рискует, тот не ищет сокровища, – улыбнулся Риз. – Нам осталось лишь замаскировать сундук Лори, и всё.

– Да, всё так легко и просто. Только вот мы и шагу не сделаем, нас осудят за воровство. Чтобы вывезти из страны сокровища, их необходимо передать специальной комиссии, которая и решит: наши они или же принадлежат стране, – произнёс Нори.

– Хорошо, и что ты предлагаешь? – Недовольно пробурчал Джон.

– Я позвоню отцу и опишу ему проблему. Он знает, как сделать так, чтобы никто не узнал о том, что мы имеем, и поможет перевезти всё это в Англию. А потом уже нам придётся представить веские доказательства того, что мы имеем право, распоряжаться этими вещами. Но для начала их нужно вывезти, как контрабанду. Я пойду в отель, а вы пока соберите здесь всё и принесите туда, – Нори вышел из комнаты пыток.

– Ну да, а ещё поправить погром, который вы устроили, – заметил Риз, указав на яму в полу.

– Сейчас сделаем всё так, как было, – уверенно ринулся Джон к доскам. К нему присоединились другие парни, пока я собирала бумагу, письма и сокровища, чтобы не оставить ни одного подтверждения нашего возвращения сюда этим днём.

– Спасибо вам, Ян и Перхта, за такую возможность, – я услышала тихий голос Кейт за спиной и повернулась, парни тоже посмотрели на неё. – Вы подарили нам больше, чем богатства. Вы подарили нам самих себя. И я обещаю, Ян, что Лори будет счастлива. Она… я сделаю всё для этого.

– Чёрт, – простонал Риз. – Сейчас она снова будет реветь.