Глава 46

Я сидела на подоконнике, ожидая, когда обеденный перерыв закончится, чтобы вернуться в аудиторию.

Утром Яна не было, как и отца. Последний, скорее всего, раньше выехал сюда, как это обычно и бывало. А сегодня предстоял бал, на который я решительно не собиралась идти. Меня очень волновало то, что происходило с Яном. Это безумно сложно – ждать вердикта от него и не знать, о чём он думает, как воспринял мои выводы и случившееся.

У меня вновь была бессонная ночь, в которой я пребывала в подвешенном состоянии, прислушиваясь к любому шороху. Но ничего не было, кроме возвращения отца, и всё. Я не слышала, чтобы Ян вернулся в свою спальню, а может быть, он оттуда и не выходил. Это сводило меня с ума.

Для себя я решила, что не хочу заставлять его быть со мной, он должен сам выбрать то, к чему рвётся его душа, и никак иначе.

– Лори, привет, – тихий голос раздался рядом со мной. Отвернувшись от окна, я увидела Кейт, переминающуюся с ноги на ногу.

– Привет, – натянуто улыбнулась ей.

– Прости меня, я вела себя ужасно, – она приблизилась ко мне и положила тетради рядом со мной.

– Я была не лучше, – усмехнулась я.

– Просто Риз столько наговорил, и я поддалась его словам, даже возненавидела тебя на несколько минут, а потом… – она замялась и закусила губу.

– Ничего…

– Подожди, я должна это сказать, потому что мы старались не замечать ничего, что происходило с тобой, а только нашу славу. Мы купались в ней и продолжаем, и это так отвратительно, ты права. Нам Нори передал твои обвинения и вернулся очень злым, снова наболтал невесть что, а затем появился он, – сделав паузу, подруга тяжело вздохнула.

– Он? – Переспросила я.

– Ян. Он подошёл к нам и отчитал нас так, что, кажется, я никогда не чувствовала такого стыда. Он обличил каждого из нас. Его речь была такой жаркой и правдивой, что мне стало страшно. Я словно видела графа перед собой, и всё внутри сжалось от ужаса, что он сейчас сотворит с нами безумное. Он сказал, что лучше тебе жить без таких друзей, для которых ты была лишь средством, чтобы получить богатство и известность. Что такие, как мы, недостойны познать настоящую дружбу, и не ощутим это, потому что прогнили изнутри. И ведь он был прав, кто мы такие, чтобы обвинять тебя в минутном порыве разочарования? Никто. Мы должны были понять тебя и поддержать, а сделали всё наоборот. Конечно, для тебя любовь сейчас – самое ужасное и страшное, что есть в этом мире. И мы… мне стыдно за то, что устроили парни вчера. Это было отвратительно.

– Я не хочу потерять тебя, Лори. Не могу снова быть одна без тебя. Я была так рада, что мы снова стали подругами, считала, что ничего не сможет изменить этого. А вон оно как вышло. Но я люблю тебя и прошу прощения за то, что не подумала о том, как сложно тебе вспоминать всё, а сейчас ещё хуже, потому что он вернулся, – быстро добавил она и взяла мои руки в свои.

– Он… боже, снова влез, – тяжело вздохнула я.

– Он защищал тебя перед нами, как и раньше. Правда, Лори, я отчего-то поверила, что это граф. Хоть и в другой одежде, но тембр голоса, сила и что-то необъяснимое остались в нём прежними. Это так удивительно, и я хочу сейчас поддержать тебя, жалею, что не сделала этого раньше. Я тоже отказалась от конференций и от книги, – улыбнулась Кейт.

Я не знала, что ответить ей, ведь даже не предполагала, что Ян пошёл к ребятам и высказал всё, а затем попытался вновь оскорбить меня. И это ещё раз убедило меня в том, что вернувшийся мужчина, и есть мой граф, только вот сейчас мне не было радостно от этого.

– Ещё он упомянул о том, если кто-то из ребят хотя бы попытается причинить тебе боль, то будет иметь дело с ним. И с нашей стороны некрасиво нападать на тебя даже словесно, независимо от того, что ты сказала. Так друзья не поступают, – произнесла девушка.

– Он решил, что Нори хотел физически на меня как-то воздействовать, вот и выдумал себе бог весть что, – пожала я плечами.

– Прямо как граф, – шире заулыбалась Кейт.

– К сожалению, это никак не повлияет на него, – печально ответила я.

– Так это он? Ну… есть вероятность, что это граф? – Тихо спросила она.

– Я уверена, что это он, но…

– Боже! Да, я знала, что он так просто не оставит тебя! Как здорово, Лори! И что…

– Тише, пожалуйста, – перебила я её визг, на который начали обращать внимание, проходящие мимо студенты.

– Прости. И что он? А ты? Он сделал тебе предложение? Ты поедешь с ним? – Прошептала она.

– Нет, Кейт, нет. Никакого предложения, никаких поездок, никакой любви, – покачала я головой, а с лица подруги сошло веселье.

– Но как? Вы же… боже, да вы созданы друг для друга, – шёпотом возмутилась она.

– Он не помнит ничего, понимаешь? Только отрывки, и я вчера поделилась с ним своими догадками, так он поцеловал меня и унизил, но это не оскорбило меня, я просто смирилась с тем, что моего Яна больше никогда не будет.

– То есть душа Яна в этом человеке, да? И авария, кома всё это было для того, чтобы он вернулся?

– Думаю, да, но это ничего не значит. Сейчас он другой, – грустно улыбнулась я.

– И ты оставишь всё так? Не будешь требовать… не знаю, я бы тут же рассказала ему всё, чтобы он понял, кто он на самом деле, – недоумевала подруга.

– Верно, я оставлю всё так, как есть. Знаешь, я долго думала и увидела, что тоже изменилась в худшую сторону. Моя любовь превратилась в удушливую петлю, которой я сама себя убивала. Нет, это не означает, что мои чувства погасли или же совсем исчезли, нет. Сейчас я не имею права притягивать к себе Яна, потому что у него другая жизнь и, возможно, она никогда не должна была пересечься с моей, – тихо произнесла я.

– Но… не понимаю я, Лори. Как так? Он здесь, ты здесь. Он защищает тебя, поцеловал тебя, а ты хочешь его отпустить? – С ужасом спросила она.

– Он отвергает возможность переселения души, а я настаивать не буду. Я и так сказала ему лишнего, чего не должна была, и это может усугубить его состояние. Ты только представь, как ему сейчас сложно принимать себя вот такого, с воспоминаниями, надеждами его родственников, попытками вернуть себе графство, да ещё и я. Наверное, пришло время отпустить, потому что я его люблю. Сейчас я прекрасно понимаю Перхту, которая боролась за его спасение и наши с ним чувства. Она помогала нам, хотя испытывала боль от безответной любви и от происходящего. Но она была сильной и смогла жить дальше, освободив его от себя, и позволив самому двигаться вперёд. И теперь моя очередь. Проклятье до сих пор во мне, и на мне оно должно завершиться. Я не буду заставлять Яна любить меня. Он должен сделать выбор сам, сердцем, а не из-за моих слов и фактов. Я не хочу видеть его измождённым, поэтому отпущу, как бы мучительно это ни было. Но знать, что он живёт так, как желает, и как подсказывает ему сердце, лучше, чем бессмысленно надеяться на невозможное.

– Ох, Лори, мне так жаль. Столько усилий, и всё впустую, – Кейт погладила меня по плечу, а я улыбнулась.

– Нет, не впустую. Я поняла многое, и хочу просто жить дальше. Мне не нужно богатство, с ним я расстанусь, как только пройдёт волна жажды узнать про нашу историю. Я приняла решение, что передам всё в музеи. Так вещи обретут вечность, но у меня останутся воспоминания, какой я могу быть. И с этого момента должна стремиться к этому, вновь обрести друзей, не быть лишней по собственному желанию из-за страха предательства. Я узнала об этом много, чтобы уверить других, всё можно пережить, даже горе и боль. И именно любовь к Яну, которую я буду хранить в сердце, поможет мне стать лучше, – ответила я и внутри ощутила слабое и забытое спокойствие, потерянное с уходом графа. Дело было не в нём, а во мне. Я так желала быть кем-то любимой, что растеряла достоинство, честь и уподобилась низшим существам, оплакивая разбитое сердце. Но сейчас я кристально ясно увидела многое, и в моих силах было начать другую жизнь, где я повзрослею, и научу кого-то не зацикливаться на страхах. И я больше не виню графа за его решение оставить меня, потому что верю ему и его мыслям о том, что я могла не справиться в его эпохе. Скорее всего, именно боль от грозящего расставания и одиночества затмила мой разум, и я не могла осознать катастрофы, которую могла совершить. Мы оба были потерянными душами, проклятыми любовью, но теперь каждый из нас имел шанс, чтобы прожить эту судьбу иначе. Я никогда не смогу забыть его, как и чувства навсегда останутся в моём сердце, но именно я должна поставить точку в мучениях, на которые нас обрекли.

– Это так печально, – подала голос Кейт, а я, моргнув, посмотрела на неё, уже расположившуюся рядом со мной на подоконнике.

– Печаль – это неотъемлемая часть любви, без этого чувства никогда не понять настоящая она или же нет, – мягко ответила я.

– Но это не означает, что любовь всегда подразумевает в себе боль и проклятье. Я виню себя за те слова, что сказала на эмоциях, у вас с Ризом другая история, в которой будет всё иначе, – быстро добавила я.

– Это вряд ли, Лори, это вряд ли, – покачала она головой.

– Забудь о том, что я тогда сказала, ведь я, ещё не разобравшись, ощутила ревность к тебе, унижение и разочарование. Слишком много отравляющих чувств было во мне, – я придвинулась ближе, но в голубых глазах подруги увидела, что она не злится, в них было нечто странное, отчего мне стало тяжело внутри.

– Я не виню тебя, и меня это не тронуло, веришь? Я даже не обижалась, а думала над тем, что ты сказала. Я тоже погрузилась в себя и не придала значения тому, что сделали ребята. Их это оскорбило, потому что это было правдой. Они зазнались, как и я, мы стали ужасными, отвергаем дружбу других, ругаемся со студентами и демонстрируем свой статус, но ведь никакого статуса и нет. Мы просто ухватились за популярность и возможность быть у всех на слуху, найти новые приключения, когда это всё неправильно. Да, и я рассталась с Ризом сегодня утром, – от её слов я удивлённо приподняла брови.

– Кейт, зачем? У вас же было всё хорошо, – прошептала я.

– Нет, Лори. Я знаю, что такое любить до боли, я это чувствовала. Помнишь, я тебе рассказывала про Роннана? Так вот, сравнив свои ощущения, я поняла, что пала очень низко, из-за нежелания переживать до сих пор обиду от его исчезновения. Я до сих пор вспоминаю о нём и плачу, и тогда внутри вскипает злость, наверное, она подтолкнула меня к Ризу. Секс, но не чувства, а мне этого мало. Я хочу быть, как ты, Лори. Хочу быть верной тому, кого выбрало моё сердце. Ты не сдалась, верила в невиновность Яна и шла до конца даже с ранами, и ты выиграла. Я всегда брала с тебя пример, а потом просто плыла по течению, не думая о том, в кого превращаюсь. Я стала грязной изнутри, но я не такая. Я верю, что Ян вернулся не просто так к тебе, и он сделает выбор в твою пользу. И, наблюдая со стороны, насколько любовь сильна, сегодня я загорелась идеей найти Роннана, и самой узнать, почему он бросил меня. Благодаря тебе, Лори, я хочу стать лучше, и я так рада, что ты у меня есть. Мне плевать на этих парней, кроме любви, существует другая ценность – это дружба, а я её ни за что не потеряю, – в глазах Кейт заблестели слёзы, и в моих тоже. Кейт, действительно, желала поддаться зову сердца, и это было невероятно.

– Боже, – выдохнула я и рассмеялась. – Ты сумасшедшая.

– Как и ты, но мы так прекрасны в этой безумной любви, что другими никогда не будем, – кивнула она расхохотавшись.

Мы сидели на подоконнике и смеялись, а в груди распространялось тепло и лёгкость. Студенты оборачивались на нас, но нам было всё равно. Я вновь обрела подругу, у которой была мечта, и я буду помогать ей, как она это делала для меня. Дружба, действительно, важный аспект в жизни, без неё невозможно быть полноценным человеком. Это невидимые частички, из которых состоит душа и сердце. И когда они собираются, то находятся силы верить в лучшее.

Услышав звонок, мы ринулись в аудиторию и заскочили в неё последними, ещё хихикая, добрались до свободных мест и перешёптывались, пока нам не сделали замечание. Пришлось оставить обсуждение планов Кейт до завтра, потому что затем меня вызвали к отцу. Попрощавшись с подругой, я нехотя направилась в кабинет. Постучав и получив разрешение войти, я вздохнула и закрыла за собой дверь.

– Что ты хотел, папа? – Спросила я, сидящего за столом и перебирающего какие-то бумаги отца.

– Я не успеваю заскочить домой перед балом, поэтому буду ждать тебя здесь в восемь часов. Сегодня мы всех отпускаем пораньше, чтобы они успели подготовиться и собраться. Да, я знаю, что ты забыла о наряде, поэтому я заказал его для тебя. Забери его в молле, я оставил квитанцию на столе у себя в спальне, – произнёс он, подняв на меня голову.

– Тебе не стоило так беспокоиться, потому что я не иду на бал, – покачала я головой.

– Почему? Ты приглашена, и ты должна быть там, как главная фигура, и моя дочь, – с досадой возмутился он.

– Мне очень приятно, что меня пригласили, но я не фигура, а человек, и у меня есть свои желания. Я отказываюсь идти и проведу этот вечер дома, – категорично заявила я.

– Но, Лорель, бал даётся в честь истории, которую вы привезли с собой. Тебя будут ожидать, и даже слово должны предоставить…

– Ничего, думаю, они как-нибудь смирятся с моим отсутствием, а поглядят на меня завтра и послезавтра, – перебила его. – Я не собираюсь на бал, это моё последнее слово.

– А что мне сказать ректору и другим приглашённым? – Папа поднялся с кресла, обескуражено, смотря на меня.

– Заболела, у меня недомогание, и я не в силах куда-то идти. Мой обморок поможет тебе найти разумное объяснение, – спокойно ответила я.

– Хорошо, – тяжело вздохнул он. – Но это…

– Хорошо достаточно. Я домой, потом расскажешь мне, как всё прошло, – не дав ему убедить меня идти на этот бал, я выскочила из кабинета.

Это было верным решением, потому что я не смогла бы смотреть спокойно на Яна, как бы себя ни уверяла, что должна его отпустить. Я это сделаю, но не сразу. Слишком глубоко люблю его, и мне необходимо время, чтобы всё обдумать. Я была уязвима сейчас, а лишние вопросы, терзания и спектакль, могут изменить мои мысли. Поэтому мне предстоит провести этот вечер в одиночестве и понять, что я обязана сделать дальше.

Я быстрым шагом направлялась к парковке, надеясь, что никто меня не остановит. Но видимо, мои желания больше не засчитываются, и я увидела, облокотившегося о мою машину, Джона. Он явно дожидался меня. Вот этого я точно не хотела и не мечтала, потому что вновь услышать обидные слова, вонзающие в моё сердце нож с ядом, и вытерпеть это, было выше моих сил.

Хмуро остановившись напротив него, я ожидала, когда он объяснит мне, что здесь делает.

– Привет, – поправив рюкзак на плече, Джон улыбнулся.

– Привет, – кивнула я.

– Ты можешь меня подвезти домой? Отец не успевает забрать, – от его вопроса мои брови поползи вверх, но ничего не оставалось, как указать на машину.

– Садись.

Разблокировав «Мини Купер», я забралась в водительское кресло и ожидала, пока Джон сядет рядом. Раньше это было нормой, потому что отец запретил Джону водить и забрал права из-за случая, произошедшего в восемнадцать лет, когда он сильно напился и решил нарушить пару законов. А потом как-то это стало неважным, ведь была я и всегда могла подбросить его дома, который, к слову, находился по соседству с моим.

– Пойдёшь на бал? – Нарушил молчание парень.

– Нет, – сухо ответила я.

Наверное, я всё же обижалась на него и не хотела разговаривать, ведь он поддержал Риза и унизил меня, когда я этого не заслужила.

– Понятно. А Ян придёт?

– Спроси у него.

Снова воцарилась тишина, некомфортно сказывающаяся на моём состоянии. Я нервно дёрнулась, когда зажёгся зелёный, и слишком резко нажала на газ. Ну что я могла ему ещё сказать? Ничего, верно? Да и извинений его мне не нужно.

– Лори…

– Нет, – перебила его, предполагая услышать именно то, о чём я думала.

– Что нет? – Удивился он.

– Я не хочу обсуждать то, что было в столовой, – отрезала я.

– Да я и не собирался. Я не чувствую вины, – от его слов внутри взбурлило возмущение, и я бросила на него злой взгляд.

– Тогда и я не чувствую его за то, что произойдёт сейчас, – показав подворотником, что двигаюсь к обочине, произнесла я, – ты пойдёшь пешком, потому что я не желаю терпеть тебя в своей машине.

– Ты обалдела? Это ты наговорила гадостей, ты…

– Хватит, – резко оборвала я его и остановилась. – Довольно. Почему ты так ненавидишь меня? И это началось с тех пор, как мы приехали в Чехию, и я познакомилась с графом? Из-за своих чувств? Ты не заслужил ничего, чем сейчас кичишься. Ты мелочный и ужасный человек, вызывающий во мне лишь отвращение. Ты больше не тот, кого я бы хотела знать, как и остальных. Вы настолько возвысили себя над другими, что это вернётся вам с двойной силой. Ничего не остаётся безнаказанным. И ты будешь рад узнать, что моё сердце разбито, я чувствую себя гадко и плохо. А теперь выходи. Живо!

Я кипела от злости на него, от его наглой ухмылки, в нём не было ничего искреннего. Я ужаснулась тому, что никогда не замечала за ним этого, списывала на популярность, на красоту и многое другое, но не потому, что у Джона гадкий характер. А это было именно так. Я не требовала от него извинений, но хотя бы из вежливости и былого товарищества он должен быть со мной другим. Или же я это снова себе выдумала?

– Знаешь, я рад, что Ян оказался не твоим великолепным графом. Ты тоже не заслужила ни любви, ни прощения, потому что предала меня. Ты…

– Предала? Когда? – Возмутилась я.

– Когда полюбила его, а я ведь тебя поддерживал, пытался понять, но нет, я не могу. Ты не принцесса, Лори, очнись, никакого замка и графа больше не будет. Ты обычная и не королевских кровей, но, конечно, куда нам смертным до такой, как ты, да? Ты тоже не лучше, чем я. Из-за тебя Кейт бросила Риза, и он выплеснул всё на нас, даже с Нори подрался из-за тебя. Ты создаёшь только проблемы, – прошипел он с такой яростью, отчего я подалась назад.

– Кейт бросила Риза не из-за меня, а потому что поняла, что она не будет счастлива с таким, как он. И я не против их отношений. Возможно, я ничего хорошего не заслужила, да у меня ничего и нет, чтобы отдать взамен за любовь, но я стараюсь оставаться человеком, который входит в чужое положение. Хоть ты меня и обидел, но я прощаю тебя, ведь каждый достоин этого. Ты прав, у меня нет ни графа, ни замка, но ты ошибся, я этого и не искала. Только любовь, которой меня обделили, в том числе и ты. И теперь я понимаю, что никаких чувств у тебя ко мне не было, потому что у любви огромная сила – уметь отпускать. И я отпускаю тебя, Джон, и желаю добра и счастья. Прощай, – я отвернулась от него и ощутила внутри, как будто нить порвалась, соединяющая прошлое и настоящее. Наши отношения с Джоном были провальными с самого начала, и сейчас я готова была отрезать это от себя, потому что другого не видела, он никогда не простит меня за то, что я выбрала Яна, и буду всегда склоняться в его сторону. А этим парнем ведёт лишь обида, которую он не может побороть.

От силы, с которой Джон захлопнул за собой дверь, машина качнулась. Я смотрела, как он быстрым шагом удаляется от меня, и только прикрыла глаза. Оказывается, прощаться это так сложно. Не словами, а внутри. Возможно, мне очень льстило его отношение ко мне и ревность, как и чувства Нори, но разве это честно по отношению к ним? Нет. А я хочу быть другой, в первую очередь очистить совесть перед собой, чтобы двигаться дальше.