Глава 29

Следующий день в университете проходит как в густом, липком тумане. Я физически нахожусь в аудитории, механически записываю лекции, киваю преподавателям, но мыслями я далеко. Я все еще там, у старого ореха, чувствую запах табака и мужчины — запретного плода, который мне недоступен, слышу обещание, от которого кровь стынет в жилах.

«Я заберу тебя».

Как? Когда? Прямо со свадьбы? Или ворвется в дом раньше? Я прокручиваю разные варианты развития событий и понимаю, что увязла во всем этом, как в болоте. Позволить — опозорить семью, разорвать нашу связь (я все еще надеюсь, что это возможно) — отдать себя во власть старику.

От этих мыслей меня бросает то в жар, то в холод. Я вздрагиваю от каждого громкого звука, от каждого скрипа двери. Мне кажется, что сейчас войдет отец и скажет, что знает все. Или появится Роман и исполнит свою угрозу прямо здесь, на глазах у всех.

— Ами? — Дария трогает меня за локоть, и я едва не подпрыгиваю на месте, роняя ручку.

— Что? — выдыхаю я, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение.

Подруга смотрит на меня с тревогой. Она сегодня особенно красивая, сияющая. Счастье идет ей, делает ее лицо мягче, а глаза ярче. Она вся в предвкушении своей свадьбы, которая состоится уже в эти выходные. Она живет в сказке, где прекрасный принц спас ее от злого дракона — старого соседа.

— Ты бледная, как полотно, — шепчет она, наклоняясь ко мне ближе, пока лектор что-то чертит на доске. — И молчишь весь день. Случилось что-то?

Я смотрю в ее обеспокоенные глаза и чувствую, как к горлу подступает ком. Мне так хочется рассказать ей! Вывалить все: про Салима, про Турцию, про то, что мой никах будет сразу после ее торжества. Рассказать про Романа, про его безумные глаза и ночные визиты.

Но не могу произнести и слова. Как я могу омрачить ее счастье? Как могу напугать ее сейчас, когда она так верит в свое будущее?

И есть еще кое-что… Страх. Животный, липкий страх. Если я расскажу Дари про Романа, она не поймет. Испугается и подумает, что я сошла с ума, связавшись с таким человеком. А вдруг проговорится? Случайно, из лучших побуждений, желая меня спасти? Тогда мне конец.

— Нет, ничего, — лгу я, отводя взгляд. — Просто… голова болит. И дома суета на фоне всех этих событий.

— А, понимаю, — Дари сочувственно кивает, но в ее голосе слышится облегчение. Ей не хочется проблем, ей хочется праздника. — Ты все-таки переживаешь, что и тебе отец начнет искать жениха?

Уже нашел.

Но эти слова я держу при себе и сухо киваю.

— Перестань, — она сжимает мою руку. — Все будет хорошо. Вот увидишь, как только моя свадьба пройдет, все уляжется и мы будем смеяться над этими страхами. Все будет, как и всегда, мы будем важно ходить по магазинам, встречаться в кафе…

Я слабо улыбаюсь, не желая ее разочаровывать. Я буду в Турции, запертая в золотой клетке с чужим мужчиной. А она… будет здесь с Рустамом.

— Ты даже не представляешь, как я счастлива, — продолжает шептать Дари, мечтательно глядя в окно. — Рустам… он такой…

Она замолкает, подбирая слова, а я чувствую укол совести. Я скрываю от лучшей подруги, что моя жизнь летит в пропасть. Я предаю нашу дружбу молчанием.

— Я рада за тебя, Дари, — говорю я искренне. Хоть у кого-то из нас должно быть все хорошо. — Правда рада.

Весь остаток дня я избегаю серьезных разговоров, ссылаясь на плохое самочувствие. Когда пары заканчиваются, я почти бегу домой, чтобы спрятаться в своей комнате.

Дома, как обычно, пахнет едой и напряжением. Отец еще не вернулся, мама возится с портнихой, которая пришла снимать мерки для моего свадебного платья. Я стою, как кукла, пока женщина с булавками во рту крутит меня из стороны в сторону, цокая языком и обсуждая с мамой фасон.

— Скромно, но дорого, — командует мама. — Салим любит роскошь, но без вульгарности.

Я терплю. Закрываю глаза и представляю, что меня здесь нет. Что я где-то далеко, может быть, у моря. Там, где песок щекочет ступни, а сильные руки держат меня так, словно я самое драгоценное сокровище в мире.

Когда пытка заканчивается, я ухожу к себе. Падаю на кровать и достаю телефон. Не тот, секретный, а свой обычный. Мне нужно отвлечься. Нужно забить голову чем-то пустым и незначительным, чтобы не думать о Романе и его пугающем обещании.

Я листаю ленту новостей, просматриваю фотографии знакомых, рецепты тортов, рекламу косметики. Все это мелькает пестрым калейдоскопом, не задевая сознания.

И вдруг мой палец замирает.

Я моргаю, думая, что мне показалось. Возвращаю ленту назад.

Новость в паблике светской хроники нашего города. Фотография сделана, судя по всему, вчера вечером или сегодня днем. Качество не очень хорошее, снято издалека, словно папарацци прятался за кустами, но лица видны отчетливо.

На фото — Рустам. Жених Дарии.

Он стоит возле своей машины, склонившись к открытому окну. А в машине сидит девушка. Красивая, светловолосая, с тонкими чертами лица. Она смеется, запрокинув голову, а Рустам держит ее за руку. Его лицо… на нем написано такое обожание, какого я никогда не видела в его взгляде, когда он смотрел на кого-то другого.

Подпись под фото гласит: "Бизнесмен Довлатов снова появился с Екатериной Белозубовой, неужели скоро появится новая пара?"

У меня перехватывает дыхание.

Екатерина Белозубова. Та самая фигуристка, о которой Дари говорила с такой ревностью. Та, которую он должен был забыть, потому что у них вот-вот свадьба с моей подругой!

Я приближаю фото. Их руки переплетены. Это не просто дружеская встреча. Это не прощание. Это близость, которую невозможно сыграть.

— О, Аллах… — шепчу я, прикрывая рот рукой.

Бедная Дари. Моя наивная, влюбленная подруга. Она готовится к свадьбе, выбирает цветы, мечтает о счастливой жизни, а ее «принц» все еще держит за руку другую женщину.

Что мне делать? Показать ей?

Я смотрю на счастливое лицо Рустама на экране и чувствую, как внутри закипает злость. Почему? Почему мужчины в нашем мире могут делать все, что хотят? Почему они могут любить одних, а жениться на других, ломая жизни всем вокруг?

Мой отец продает меня Салиму ради выгоды. Рустам берет Дарию, потому что так нужно его семье, но сердце его принадлежит другой.

— Ненавижу, — шепчу я в тишину комнаты и все же открываю мессенджер, чтобы отправить новость Дарии.

Она читает его почти сразу. Не отвечает несколько минут, а потом присылает сообщение:

«Все в порядке, я знаю, что он был с ней»

Смотрю на сообщение, перечитываю несколько раз.

Такое ощущение, что писала не она. Сухо, спокойно, словно она действительно приняла тот факт, что человек, которого она любила, принадлежит другой.

Я зачем-то достаю другой телефон из-под подушки. Смотрю на сообщение от Романа, которое он прислал пару часов назад, и мир уходит из-под ног.

По логике моего мира, я должна поддерживать Дарию и бояться Романа. Но в тишине комнаты приходит страшное осознание.

Жених Дарии любит другую. Жених, которого нашел мне отец, любит себя и свой комфорт.

И только сердце этого опасного, неправильного мужчины принадлежит мне.