Глава 20

— Джинал, дорогая, я ведь не просто так просила вас приехать. У меня есть важное дело, которое требует детального рассмотрения и внимания. А время уже позднее, вы обе, судя по внешнему виду, явились вовсе не из дома. Мне бы не хотелось, чтобы жажда или чувство голода отвлекало нас всех. Поэтому не стоит отказываться.

В это время отворилась дверь и на пороге появилась Лаура. Перед собой ведьмочка толкала сервировочный столик. Судя по всему, наше согласие на позднее чаепитие вовсе и не требовалось — все было решено заранее.

Несколько минут, пока Лаура сервировала стол, разливала чай по чашкам и выставляла вазочки с различными лакомствами, все молчали. Марсия усиленно помогала своей… ммм… ученице? А мы с тетей просто перемигивались. Меня не покидало чувство какой-то настороженности. Откуда оно взялось и что именно обозначало, понять я не могла, но подсознательно ожидала гадости. И дело не в том, что сама Марсия не внушала мне доверия, вовсе нет, наоборот даже, главная ведьма выглядела очень доброжелательно, но моя интуиция подготавливала меня к тому, что скоро будет весело.

Когда же, наконец, с сервировкой было покончено, и Лаура удалилась, Марсия опустилась в кресло напротив дивана, на котором устроились мы с тетей, и внимательно посмотрела на меня.

— Я знаю, что ты хотела поговорить со мной, — начала ведьма, — но пригласила тебя сейчас по другому вопросу. И с твоего позволения, я начну первой, — дождавшись моего кивка, продолжила. — В этом городе происходит что-то странное, ужасное по своей сути. Мы потеряли уже двух сестер и мне очень не хочется, чтобы необратимое произошло еще с кем-нибудь. Простите мою прямоту, но я просто боюсь. Да, было время, когда нас уничтожали, как бешеных тварей, сжигали на кострах, топили, издевались. Но в последние годы все немного устаканилось. Совет перестал отдавать распоряжения относительно охоты на ведьм. Нас, конечно же, не полюбили и не признали за ровню, — Марсия скривила губы в презрительно гримасе, — но травить и уничтожать перестали. До недавнего времени.

Она замолчала, видимо пытаясь справиться с эмоциями, а я… я смотрела на эту уже не молоденькую, но все еще красивую женщину и чувствовала, что мне становится дурно. От мыслей и догадки, которые посетили после пламенного монолога Марсии.

Никто из нас даже предположить не мог, что объяснение настолько очевидно. Никто даже не задумался об этом и ладно еще Ройс или тот же Антон — они априори подвержены влиянию совета, пусть и не одобряют действия властей. Но Алекс или Ларкин, да даже я сама! Я должна была предположить, что отгадка находится на самом виду. Мы пытались искать ответы, цеплялись за любую мелочь, а не увидели очевидного. И сейчас мне было стыдно, и плохо от осознания своей ошибки, от собственной недальновидности и недогадливости.

— Простите, — я была настолько поражена своей догадкой, что не обратила внимания на то, что прерываю Марсию, — Луиза Ирадо была… ведьмой?

— Да, — несколько удивленно кивнула Марсия. — И она, и Синтия Мэйр. И теперь я просто теряюсь в догадках. Уже несколько столетий, как показательной охоты на ведьм не устраивали. Мы смогли вздохнуть спокойно, снова воссоздали свой ковен. И тут… — главная ведьма всхлипнула, словно по волшебству в руке у нее возник платок, и она промокнула им глаза.

— Вторую девушку звали Синтия Мэйр? — я подскочила с дивана и принялась мерить комнату шагами — мне так думалось лучше. — И кто-то целенаправленно убивает именно ведьм?

— А как еще это можно объяснить? — воскликнула Марсия, которая, не отрываясь, следила за моими лихорадочными перемещениями. — Этот зверь, который выпотрошил моих сестер — он один из приспешников совета! Я в этом уверена. И я подозреваю, что теперь, когда все эти маги не могут договориться друг с другом, снова во всем обвинят нас. У них всегда во всем виноваты ведьмы!

— Простите, — я перебила гневный монолог Марсии, совершенно не обращая внимания на ее недовольство. Сейчас мне было намного важнее разобраться с убийствами, чем выслушивать стенания и негодования о вечной борьбе и ненависти. — А когда умирает ведьма, ее душа… она… медиум может связаться… или как там все это называется, я не знаю.

- Милая, — меня передернуло от такого обращения — терпеть не могу подобные «милые» словечки, но Марсия не обратила на мою гримасу никакого внимания, — когда рождается ведьма, сама природа отдает ей частичку себя. Люди называют это душой, сверхъестественное население — своей силой, хотя это и не так, но не будем сейчас вдаваться в такие подробности. Так вот, эта частица — она наш светоч. Именно из-за этого дара, ведьма является проводником сил земли. А в остальном, мы ничем не отличаемся от обычных людей. Совершенно. Нам не подвластны силы и законы магии, мы не можем менять свой облик или воздействовать на окружающих иначе, чем силой самой природы. Я надеюсь, это понятно? — и, дождавшись моего кивка, главная ведьма продолжила. — Когда ведьма умирает, то ее душа растворяется в окружающем пространстве, таким образом, возвращаясь туда, откуда пришла. Природа всегда забирает свое, как бы кто не стремился этого избежать.

— Все это замечательно, — упрямо продолжала гнуть свою линию я, — но вы так и не ответили мне о том, может ли медиум общаться с духом умершей ведьмы.

— Да почему нет?! — всплеснув руками, вскликнула Марсия. — Я же говорю, что кроме наличия дара земли, мы ничем не отличаемся от обычных человеческих женщин и над нами властны те же законы мироздания.

— Тогда, как вы можете объяснить тот факт, что наш медиум не смог отыскать в потустороннем мире души Луизы и этой второй девушки, Синтии? В каких случаях такое возможно?

Я задала свой вопрос и внимательно уставилась на Марсию, отмечая, как та стремительно бледнеет. Теперь она уже не выглядела ровесницей тети Джинал, даже близко. Мне показалось, что главная ведьма столичного ковена постарела прямо на глазах.

— Это… это… невозможно, — наконец выдавила из себя Марсия. — Вы ошиблись. Такого просто не может быть.

— Такое есть, вернее, было уже дважды, — отрезала я. — И сейчас мне необходимо узнать, что все это значит и по возможности, кто на такое способен.

— Я… я не знаю, не знаю, — Марсия тоже поднялась на ноги и несколько раз прошлась по ковру. Главная ведьма была взволнована, она то и дело порывалась растрепать идеально уложенные волосы, кусала губы и что-то бормотала себе под нос.

— Марсия, мне необходима информация. Вы ведь позвали меня сюда, чтобы узнать и пресечь дальнейшие попытки. И я вижу, что вы знаете намного больше, чем пытаетесь показать.

— Нет, — ведьма остановилась посреди комнаты и покачала головой, ни на меня, ни на Джинал она не смотрела. — Я ничего не знаю и даже не могу предположить, что все это означает. Пожалуйста, уже поздно и… мне необходимо…

— Марсия, вы понимаете, что происходит что-то ужасное? На самом деле страшное. А мы в корне неверно приняли всю информацию. Мы изначально построили расследование на том, что жертвы были обычными людьми и просто не принимали в расчет иные варианты. Но теперь… — я старалась говорить спокойно и очень тщательно подбирала слова, помощь со стороны ведьм была необходима в расследовании, а если сейчас эта главная… хм… откажется от сотрудничества, очень сомневаюсь, что нам вообще удастся, хоть что-либо прояснить в этом деле. — Марсия, поймите, ведь охота велась именно на ведьм. Мы изначально считали, что преступник хорошо знал своих жертв, тщательно их выбирал, следил, узнавал о них все, что только возможно. Но мы не приняли во внимание, что все жертвы — ведьмы. Теперь же эта информация может привести нас…

— Нет, — верховная ведьма резко повернулась ко мне, теперь ее глаза сверкали от едва сдерживаемого гнева. — Я не буду разговаривать ни с одним из этих приспешников совета! Не собираюсь ни в чем помогать тем, кто на протяжении веков устраивал гонения и показательные охоты на моих сестер! Этого от меня никогда никто не дождется!

— Но тогда может погибнуть кто-то еще! — я тоже практически сорвалась на крик, но постаралась быстро взять себя в руки и добавила уже тише, — я тоже маг, и вам об этом прекрасно известно. Если вы не хотите разговаривать со стражами из участка, что же, пусть так, но мне-то вы можете рассказать все, что касается дела?

— И об этом больше никто не узнает! — подвела итог Марсия.

Но лично меня такое положение вещей совершенно не устраивало. Я не могу вести расследование самостоятельно, не имею права утаить от Ройса и остальных настолько важную информацию. Да я себе никогда не прощу, если из-за моего молчания преступник уйдет или убьет еще кого-нибудь.

— Этого не будет, — я неосознанно расправила плечи и встретилась взглядом с ведьмой. — В любом случае, я расскажу в участке все, что мне стало известно, но… — я выждала небольшую паузу, чтобы Марсия прочувствовала ситуацию до конца, как нас учили в академии, и продолжила. — Мы могли бы договориться и тогда, та часть вашего рассказа, которая не будет иметь непосредственного отношения к расследованию не выйдет за пределы этой комнаты.

— А вы умеете торговаться, — усмехнулась Марсия, она как-то вдруг резко успокоилась, вернулась к своему креслу и уселась, скрестив руки на груди.

— Я не торгую жизнью ни в чем неповинных людей.

— Хорошо, слушайте, — вдруг согласилась ведьма и, дождавшись пока я снова займу место рядом с Джинал, которая за все время нашего разговора даже позу не изменила и только взгляд переводила с меня на свою знакомую, продолжила, — как я уже говорила, ведьма — это проводник чистой природной силы. В каждой из нас есть частичка сил самой земли, и стоит ведьме умереть, эта самая частичка возвращается туда, откуда взялась — растворяется в самой природе, чтобы потом переродиться уже в другой ведьме. А как вы себе представляете, если кто-то вдруг заполучил эту искру и не отпустил ее обратно.

— Слабо представляю, — честно призналась я, потому, как и в самом деле, совершенно не понимала, о чем мне толкует Марсия.

— Природа начнет терять свои силы. Перестанет обновляться. Равновесие будет нарушено и тогда произойти может все, что угодно. От ураганов, сметающих все на своем пути, до наводнений и извержений вулканов. Представьте себе, если все это будет происходить повсеместно. Если зимой вдруг начнутся проливные дожди, а летом — снежные бураны, если реки выйдут из берегов в одном месте и полностью начнут пересыхать в другом, если сама земля станет нашим врагом?! Сколько в таких условиях просуществует человечество? Вы можете возразить, что маги или те же драконы с оборотнями практически бессмертны, но… — Марсия все-таки не усидела на месте и снова принялась расхаживать по ковру взад-вперед, — но и их магия тоже питается от природы. И если сама земля взбунтуется против нас — не выживет никто!

— Я поняла, — мне стало плохо от картинки, нарисованной сейчас Марсией. И если ведьма и преувеличила опасность и последствия, то даже в малой части, то, что она описала, может привести к необратимым последствиям, — кто мог такое сделать, Марсия? У кого достаточно сил, знаний, умений, чтобы лишить ведьму не только жизни, но и той искры, про которую вы мне сейчас рассказываете?

— А вот это, — усмехнулась ведьма, — очень интересный вопрос. Но у меня, к сожалению, совершенно нет на него ответа. Убить ведьму легко. Так же легко, как и любую смертную женщину, мы мало чем от них отличаемся. А вот отобрать искру? Я не могу ответить на этот вопрос. Про это знают лишь посвященные ведьмы — больше никто. Каждая верховная передает эти знания по наследству своей преемнице. Так что, здесь я вам не помощник.

— Подождите! — теперь была моя очередь подскакивать. — Сейчас вы пытаетесь сказать мне, что кроме вас больше никто не знает способа…

— Именно так. Но, поверьте мне, Лиза, я никоим образом не замешена в том, что происходит сейчас. Я не рассказывала эту тайну никому. Верно хранила ее с тех самых пор, как Сибил Альторро передала мне эти знания вместе с постом верховной ведьмы.

Упоминание имени Сибил Альторро заставило меня вздрогнуть. Этого просто не могло быть — так в не бывает в жизни! Мы с Ларкиным столько времени убили на то, чтобы найти хотя бы малейшее упоминание об этой ведьме — и все впустую. Ничего. Ни слова, ни полслова про неуловимую Сибил мы не узнали. Ровно, как и про жену Фолье. Но, родственница Аарона Кавальски по крайней мере существовала на самом деле, и если мы не смогли узнать о ней никаких подробностей, то все равно знали о том, что она была. А вот таинственная и загадочная Сибил Альторро, имя которой назвала Марина Драгониш незадолго до того, как ей стерли личность — она вообще представала в качестве призрака или несуществующего человека. И тут, такая удача…

— А кто такая эта Сибил? — я постаралась задать вопрос Марсии как можно более беспечным тоном, в глубине души надеясь на то, что она не заметила мою реакцию или не обратила внимания на мой интерес.

— Бывшая верховная ведьма нашего ковена, — пожала плечами Марсия. — Вообще, обычно у нас так не принято. Верховная передает свои знания и уходит в другой мир, перерождается и возвращается на эту землю в совершенно ином качестве с новыми возможностями и знаниями, но Сибил… — Марсия вздохнула и снова опустилась в свое кресло, — двадцать лет назад она просто решила уйти. Она была еще достаточно молода и полна сил, но не захотела и дальше жить в ковене. Выбрала меня своей преемницей, передала мне все свои знания и ушла.

— Куда?

— У нее была какая-то собственность, — Марсия вновь неопределенно пожала плечами. — Я не видела ее с тех самых пор.

— Возможно, ее уже нет в живых?

— Ну почему же? — кажется, Марсия была удивлена этим вопросом, — Сибил жива. Ведьмы могут чувствовать смерть своей сестры. Именно так я и узнала о том, что произошло с Луизой и Синтией…

Договорить она не успела — из коридора раздался какой-то шум, грохот, а затем дверь в кабинет распахнулась, с силой впечатавшись в стенку, и на пороге появилась молодая женщина. То, что она тоже ведьма, я поняла сразу. Почему — не знаю, ни, каких бы то ни было ощущений, как при встрече с оборотнями или магами, я не испытала, ни других признаков (если они в принципе существуют) тоже не наблюдалось. Я просто знала, что она — ведьма!

Девушка была красива. Очень. Высокая, с потрясающим телом, которое бесстыдно было выставлено напоказ — ее серо-голубое платье совершенно ничего не скрывало: ни длинных ног, ни тонкой талии, ни высокой груди (у меня даже зародились подозрения, что все это не совсем, чтобы настоящее, природой-матушкой ей подаренное). Копна светлых кудряшек была уложена в замысловатую прическу на затылке и лишь несколько прядей, крупными локонами спускались к самой талии. Нежная кожа, даже издалека казалась бархатистой, румянец — натуральным, а глаза… Очень светлые, практически бесцветные, пугающие и одновременно жутко интригующие.

«Линзы, — мелькнула у меня злорадная мысль, — и волосы наращенные, и грудь тоже силиконовая». Честно говоря, я никогда не считала себя хуже других или лучше, но рядом с этой ведьмой почему-то почувствовала себя ущербной, как полевая ромашка рядом с королевской орхидеей.

— Ну, вот она я! — выдало вдруг это создание, зло уставившись на Марсию. — Давай, рассказывай, чего хотела!

— Э… — верховная ведьма местного ковена была обескуражена и даже не сразу нашлась, что ответить. Она лишь переводила растерянный взгляд с незнакомки на нас и обратно. — Я не одна, если ты не заметила, — наконец произнесла Марсия.

— Я тоже была не одна, когда твой дятел появился и не дал мне нормально работать. И вот я здесь, ты здесь, так в чем тогда проблема?

— Простите, — Марсия постаралась взять себя в руки и извиняющее улыбнулась почему-то мне. — Эта крайне невоспитанная особа — моя племянница Алира.

Со стороны невоспитанной племянницы донеслось какое-то, то ли хмыканье, то ли покашливание. Девушка прошлась по комнате и со всего размаху плюхнулась в кресло, скрестила длинные ноги в потрясающих туфлях, на не менее сногсшибательной шпильке и принялась скучающе разглядывать ногти, при взгляде на которые мне захотелось сжать собственные руки в кулаки и никогда никому не показывать. Маникюр у Алиры был под стать всему остальному — длинные, выкрашенные в кроваво-красный цвет… ммм… нет, назвать это когтями я не могла, смотрелось и в самом деле просто сногсшибательно.

— Алир-р-ра! — прорычала Марсия, вперив в свою племянницу испепеляющий взгляд. — Что ты себе позволяешь?

Та вздохнула, страдальчески возвела глаза в поток, затем села ровно, сложила ручки на коленках и с милой улыбочкой повернулась к нам.

— Добрый… ммм… доброй ночи, Джинал. Рада видеть тебя в добром здравии, ты потрясающе выглядишь, — затем немного помолчала, окинув тетю оценивающим взглядом, и продолжила. — В самом деле, потрясающе. Мне нравится, только не приходи ко мне, когда твой мужик начнет пропадать на работе или срываться в командировки. Я скидок знакомым не делаю.

— Алиррра!!!! — на этот раз Марсия даже приподнялась с кресла, но больше ничего не успела, ее перебила моя тетя.

— Спасибо, дорогая. Ты тоже великолепна, впрочем, как и всегда. И нет, я к тебе не приду.

— Все так говорят, — пожала плечами ведьмочка и перевела взгляд васильковых глаз на меня.

— Ой, а я тебя знаю! — вдруг воскликнула она, чем ввергла меня в недоумение, потому что я точно видела ее впервые в жизни. — В академии видела пару лет назад и сегодня, на выставке Сореля в компании младшего Кантемиреса.

— Алекс — Варант, — привычно поправила я, недоумевая от такого высказывания.

— А, — тоже привычно отмахнулась ведьмочка, пожав обнаженными плечами, — все одно, Варант, Кантемирес. Дракон он и есть дракон, как ни назови. И мой тебе совет, поосторожнее с ними. Драконы только о своих женщинах заботятся, холят и лелеят. Все остальные для них — так… — и она сделала неопределенный жест кистью правой пуки.

— Ну, мы пойдем, — вдруг поднялась с места Джинал. — Я думаю, что если у кого-нибудь возникнут вопросы, то вы сможете связаться и переговорить позже. А сейчас уже поздно…

— Да, конечно, — Марсия поднялась с кресла, еще раз окинула племянницу уничижающим взглядом и направилась к выходу, намереваясь нас проводить.

У самой двери она остановилась и обернулась ко мне.

— Мы так и не выяснили, зачем ты хотела встретиться со мной в прошлый раз.

Я задумалась. С одной стороны мне, конечно, хотелось задать ей вопросы относительно жены Фолье и Марины Драгониш, узнать побольше о том кулоне, что сгинул где-то в «сокровищнице» одного дракона, но, в свете выяснившихся сегодня обстоятельств, у меня появилось намного больше поводов для раздумья.

— Я думаю, что оставлю за собой право обратиться к вам с вопросом, — нашла выход из положения. — И скажите, а эта Сибил Альторро, вы уверены, что она до сих пор жива? Где ее можно найти?

— Лиза, ты подозреваешь, что Сибил могла сделать нечто подобное? — мне показалось, что в голосе Марсии прозвучало удивление и… испуг.

— Она могла рассказать обо всем кому-то еще. Ее могли заставить, напугать, пригрозить… да много разных вариантов. И в данном случае, мы не можем сбрасывать ее со счетов.

— Ну… — верховная ведьма замялась, но потом все же ответила. — Где-то на окраине у нее был дом. Недалеко от южных болот.

Я едва не споткнулась от такой новости. Да что ж такое-то! Снова упоминание этих болот. Мне необходимо срочно узнать о них как можно больше или Ларкина надоумить. А еще лучше — самой туда наведаться.

— Спасибо Марсия, всего доброго, — выдавила из себя. — До свидания, Алира, было приятно познакомиться, — попрощалась я и с племянницей-ведьмой, на что та лишь помахала мне рукой.

Мы с Джинал вышли, двери за нами закрылись, в коридоре, словно из неоткуда, появилась Лаура, и с вежливой улыбкой попросила следовать за ней. Я успела сделать лишь один шаг от закрытой двери в кабинет Марсии, как мой все еще нестабильный и пробуждающийся дар, снова решил проявиться во всей своей красе.

— Что это за представление ты устроила? — услышала я раздраженный голос верховной ведьмы, приглушенный закрытой дверью.

— А что такое? — пропела ей в ответ Алира. — Ты чем-то недовольна?

— Прекрати себя так вести, деточка. В противном же случае, я найду на тебя управу…

— Да ты что? — голос Алиры звучал уже далеко не безразлично, скорее предупреждающе. — Не надо мне угрожать, тетя, — последнее слово она буквально выплюнула. — Или Кантемиресы могут узнать твой маленький секрет.

— Ты не посмеешь… — Марсия даже зашипела, а мне вдруг стало так любопытно, вот просто до дрожи в коленях и мурашек на спине, я замедлила шаг и старалась не упустить ни слова из того, о чем говорилось в кабинете.

— Я, может, и нет, но эта девочка, что сейчас вышла отсюда, была сегодня с наследником драконов и поверь мне, смотрел он…. — а вот дальше, я уже не услышала. То ли стало слишком далеко, то ли мой дар в очередной раз подложил мне свинью, но я едва сдержалась, чтобы не вернуться обратно и, честно говоря, уже почти повернула, но тут в нашу сторону обернулась Лаура, и мне пришлось продолжить путь, кусая губы от досады на себя, свой еще не окрепший и не сформировавшийся дар и племянницу Марсии, которая не могла пояснее выражаться, угрожая своей родственнице.