Глава 33

Из квартиры девушек мы вышли спустя несколько часов.

Молча спустились по лестнице и вышли на улицу. Только здесь, Ройс выдохнул немного облегченно и, прислонившись спиной к своей машине, закрыл глаза.

— Это пытка какая-то, — процедил он сквозь зубы.

Там на верху, он что-то сказал Ирме, отчего та надулась, как мышь на крупу, но не стала возмущаться оттого, что ее модель вот так просто собралась и сбежала. Мне показалось, что если бы ей дали волю, то она не выпустила бы Ройса никогда.

— Что вообще с тобой происходит? — я остановилась рядом и сложила руки на груди. — Что это за показательное выступление ты устроил утром? Едва мне все не испортил. Зачем ты начал рычать на Алиру?

Оборотень не спешил отвечать, лишь улыбнулся невесело и открыл глаза. Сделал несколько глубоких вдохов, потер руками лицо.

— Ройс, — позвала я, начиная переживать. — Все настолько плохо? Мне казалось, что вы не чувствуете ведьм. Сами же говорили, что они воспринимаются, словно обычные смертные, так почему ты…

— Потому что эта конкретная ведьма — сводит меня с ума, — отозвался Ройс. — Это тяжело. Так тяжело. Никогда бы не подумал, что все будет происходить именно так.

— Да что происходит?! — сорвалась на крик.

— Это сложно.

— У вас все сложно. Только почему-то никто ничего не хочет рассказывать, — съязвила я в ответ. — А потом, я же и виновата, когда по незнанию, попадаю в неприятности.

— Мой волк чувствует в этой ведьме свою самку, — упавшим голосом произнес Ройс, а я едва не села прямо на асфальт.

— Т…. ….! — ругательство вырвалось само собой.

— Ты это очень верно подметила, — усмехнулся оборотень. — Мне говорили, как это происходит. Но я никогда не думал, что чувства окажутся настолько….ммм…яркими, сильными, сводящими с ума. Я едва сдержался, чтобы не отметить ее на месте.

— Ты себе не представляешь, как попал, — выдохнула я, прислоняясь к машине рядом с Ройсом. — Мне тебя даже чуточку жалко.

— С чего это? — непонимающе уставился на меня оборотень.

— Да так, — пожала плечами я.

Не объяснять же ему, что страх Алиры перед оборотнями вполне даже осознан, что она ненавидит не его конкретно, а саму его суть? Впрочем, все это не мое дело. Да и потом, оговорка Алиры относительно ее отношений с Ирмой…хм… да… Из всего этого можно сделать только один вывод, но я лучше промолчу. Пусть сами разбираются. В подобных случаях, третий лишний однозначно.

— Нет уж, — Ройс не был намерен сдаваться без боя, — я хочу услышать все, что ты знаешь и думаешь, и….

Вспышка…

Злость! Ярость! Ненависть! Дикое желание убивать….

Я была уже не я. Мной завладели настолько сильные чувства и эмоции, что отделить их от своей сущности не было ровным счетом никакой возможности. Я смотрела не своими глазами, ощущала чью-то злость и ненависть, и меня буквально разрывало на части от желания убивать!!! Разрывать руками податливую плоть, купаться в чужой крови…

Помещение, в котором я оказалась, напоминало студию: большое, светлое, с огромными окнами, заваленное картинами и набросками. Они были везде, но я не могла ничего рассмотреть…

…перед глазами стояла красная пелена ненависти и злости, дикой неуправляемой ярости…

Совершенно безумный рык вырвался из моей груди. Я смотрела на собственные руки, и они сжимались в кулаки, что бы со всей силы впечататься в стену, разорвать на множество мелких кусочков какой-то набросок…

Я хотела смерти… хотела убивать… рвать чужую плоть собственными руками, сжимать со всей силы чью-нибудь шею, чувствовать на языке привкус крови…

Вспышка…

Очнулась я на коленях. Рядом суетился Ройс, который пытался подхватить меня на руки. Внутри все было завязано узлом. Во рту отчетливо ощущался привкус крови, а слезы лились из глаз неуправляемым потоком.

Как же я ненавижу свой дар!

— Лиза, — оборотню все же удалось подхватить меня на руки и усадить на пассажирское сидение. — Посмотри на меня. Как себя чувствуешь?

Он тряс меня за плечи, что-то говорил, пытался достучаться, но я не реагировала. Перед глазами все плыло, душу разрывало на части от той злобы и ненависти, что пришлось испытать на короткое мгновение. Как же мне было больно, плохо, как хотелось сжаться в комочек, забиться куда-нибудь поглубже и просто выть от жалости к себе, от собственной ничтожности и безнадежности…

— Лиза! Да посмотри же на меня! — Ройс нервничал, он не понимал, что происходит и не знал, что делать.

А я ничего не могла ему ответить, лишь покачала головой, давая понять, что слышу, слезы пеленой застилали глаза, сердце рвалось на части, но не могла произнести ни звука, даже рыдания не вырывались из груди — мне просто было очень больно.

За что мне этот дар? Как научиться управлять им? Как…избавиться от него? Почему каждое видение — это маленькая смерть в прямом и переносном смысле? И сколько я еще так продержусь?

Ройс не дождавшись моего ответа, уже сидел на водительском месте. Я не обращала ни на что внимания, совершенно не смотрела по сторонам, не слышала, говорил ли он мне что-нибудь, впала в прострацию, оказалась замкнута в своем внутреннем мире наедине с чужой ненавистью и безумием. Да, именно безумием, потому что по-другому я не могла назвать то, что пришлось пережить.

Знакомые руки обняли меня и сжали в объятиях, такой родной голос зазвучал рядом, успокаивая, возвращая меня в мир живых, вырывая из чужих эмоций, неповторимый запах окутал с ног до головы.

Началась истерика. Настоящая, с рыданиями и всхлипами. Неконтролируемая и несдерживаемая. Я ревела белугой, вцепившись пальцами в его рубашку с такой силой, что руки онемели.

Алекс просто обнимал, ничего не говоря, гладил по волосам, плечам, спине, прижимал к себе, давая мне возможность выплеснуть все, что накопилось, со слезами избавиться от чужих чувств, эмоций, от грязных желаний и низменных страстей.

Я всхлипнула в последний раз и немного отстранилась. Странно, мне было совершенно все равно, что он может увидеть мои опухшие и покрасневшие от слез глаза, что мой далеко не презентабельный вид может оттолкнуть. Он был рядом и как никто понимал меня.

— Я хочу домой, — это все что я смогла сказать.

Алекс отвел в сторону прядь волос, выбившихся из прически, и погладил меня по щеке. Потом завел машину.

Оказывается, Ройс привез меня к участку и здесь они поменялись местами. Как и когда — я совершенно не заметила. Но это было не важно. Он рядом и мне больше ничего не нужно. Пока. А потом…потом пусть делает, что хочет, но я больше не хочу испытывать ничего подобного. Очень сильно сомневаюсь, что смогу пережить еще раз такое безумие.

Всю дорогу до дома, я просидела, сжавшись на пассажирском сидении, и обхватив колени руками. Жалела себя, судорожно всхлипывала, но постепенно приходила в норму. Ну, относительно в норму. Хотелось принять ванну, спрятаться под одеяло и ничего больше не делать. Спать тоже не очень хотелось, если честно. Оставалась вероятность, что во сне ко мне опять придет очередное видение, и тогда я точно не выдержу. Сойду с ума или сама кого-нибудь убью. И почему я не испугалась последней мысли?

Алекс остановил машину возле нашего с Джинал дома, и я мысленно поблагодарила его за это — говорить все еще не хотелось, а вот домой — хотелось со страшной силой. Прав был тот, кто утверждал, что в родном доме и стены лечат. В особняке Александра Варанта мне было бы не так спокойно.

До двери меня несли на руках. Сопротивляться сил не было, да и я была не уверена, что смогла бы идти самостоятельно. На этот раз входная дверь распахнулась сама. Несколько ступенек на второй этаж, дверь моей комнаты тоже распахнулась без каких-либо усилий с нашей стороны.

Меня не оставили в покое, Алекс понес меня дальше — в ванную. Поставил на ноги и принялся раздевать.

— Я сама… — слабая попытка сопротивления с моей стороны, не привела ни к какому результату.

— Ты на ногах не стоишь, — ответил Алекс, стаскивая с меня рубашку. — И ледяная вся. Тебе сейчас нужна горячая ванна, чай и сон. Так что не сопротивляйся.

— И не думала, — я закрыла глаза и позволила ему делать со мной все, что он собирался.

К черту стеснительность, самостоятельность и все остальное. Мне плохо — он рядом, вот пусть и заботится.

Но стоило Алексу подхватить меня на руки и опустить в ванну, уже полную воды, как я вылетела оттуда и буквально запрыгнула на него.

— С ума сошел! Это же кипяток! — я вцепилась в его плечи и даже ноги поджала, чтобы они не доставали до воды — она и в самом деле была невыносимо горячей.

— Вообще-то, вода нормальной температуры. Это ты холодная, потому так кажется, — меня не собирались слушать и уже почти снова окунули в ванну.

— Я тебе уже надоела, и ты решил избавиться от меня подобным образом? — слова вылетали сами. Я не задумывалась о том, что говорю и лишь старалась сделать так, чтобы снова не оказаться в обжигающе-горячей ванне.

— Думай что говоришь! — зло рыкнул доктор Варант.

— Прости, — я всхлипнула и посильнее уцепилась за его рубашку. — Но вода и, правда, слишком горячая.

— Лиза, — Алекс посмотрел на меня, вздохнул и открыл кран с холодной водой. — Тебе сейчас лучше слушаться. В конце концов, я врач и лучше знаю, что тебе надо.

— Ты патологоанатом, — буркнула я, пробуя пальцем большой ноги воду. Температура показалась мне уже приемлемой, и я осторожно соскользнула с рук Алекса, погружаясь в воду.

— И, тем не менее, — нисколько не обидевшись, произнес Лекс, присаживаясь на корточки рядом с ванной. — Тебе лучше слушаться и делать все, что я скажу. Это уже не шутки. Ты почти полностью истощена энергетически.

- Как мне от этого избавиться? — я сидела в ванне, по шею в горячей воде.

Только сейчас, когда тело стало расслабляться, поняла, насколько была напряжена все время.

— Пока не знаю, — Алекс грустно улыбнулся, затем потянулся и поцеловал меня в висок, осторожно провел рукой о щеке, — посидишь здесь, пока я кое-что сделаю? Я чувствую тебя, так что если станет хуже, тут же приду.

Я кивнула и, откинув голову на бортик ванной, закрыла глаза. Посижу, здесь тепло, хорошо, спокойно. Главное, чтобы меня еще каким видением не накрыло, а то боюсь, не выдержу я еще раз такого накала.

— Я быстро, — повторил Алекс и вышел.

Думать не хотелось, плакать уже тоже не хотелось. Я просто наслаждалась относительным покоем и теплом. Вода, кстати, оказалась и в самом деле не такой уж горячей. Сейчас, когда тело стало расслабляться, мне подумалось о том, что можно было бы сделать температуру повыше, но двигаться было лень. Лучше так полежать.

Из ванной я выползла где-то через полчаса. Сама, Алекс еще не появился. Насухо вытерлась, замоталась в полотенце и дотопала до шкафа в спальне. Вытащила свою любимую пижамку. Не слишком новую, но теплую, мягкую и удобную. Я всегда спала в ней, когда болела. Оделась и поплелась к кровати. Плевать на все — сейчас я хочу забраться под одеяло.

Алекс появился на пороге комнаты с подносом в руках, когда я пыталась устроиться поудобнее. При одном взгляде на гору тарелок, почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

— Я есть не буду, — упрямо поджала губы и попыталась накрыться одеялом с головой.

Ага, так меня и послушали. Поставив поднос на стол у кровати, доктор Варант, безапелляционно стащил с меня одеяло.

— Мне казалось, что мы договорились. Ты слушаешься и делаешь все, что я скажу.

— Я не хочу, — все еще попыталась возражать, но не тут-то было.

Алекс поставил поднос мне на колени и уселся рядом, скрестив руки на груди. Спорить с ним было бесполезно — это было видно по упрямо поджатым губам и сверкающим серым глазам. Тяжело вздохнула и потянулась к вилке.

— Ты готовишь? — удивленно приподняла брови, но не сказать, что ответ на этот вопрос меня сильно волновал. Так, спросила для проформы.

— Ну, — он слегка замялся, а потом, улыбнувшись, покачал головой, — я в любом случае знаю, где готовят. Так что ешь.

Пришлось подчиниться. Аппетита не было совершенно, каждый кусочек приходилось буквально силой запихивать в себя, пережевывать и проглатывать. Но я старалась. Очень старалась. Почему-то не хотелось его разочаровывать. А еще я не чувствовала вкуса того, что ем. Странно.

— Все, — я отодвинула от себя поднос. — Больше не могу. Правда. Это пытка какая-то.

— Лиза, у тебя энергетическое истощение. Еда — это самый простой способ возобновить баланс.

— Я, правда, не могу больше, — хотела состроить жалобное выражение лица, но не вышло. Поняла это по тому, как нахмурился мой личный дракон.

Он согласился, не сразу, но все же отобрал у меня поднос и вышел.

Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на собственных ощущениях. Понятия не имею что такое энергетическое истощение, но вот конкретно сейчас мне стало немного лучше. Мышцы расслабились, ярость, злость и весь тот набор чужих эмоций полностью отступил. Правда, теперь мне казалось, что отступили не только чужие чувства, но и мои собственные ушли куда-то погулять. Я была словно замороженная. Все видела, все слышала, могла говорить, но ….чувства проявлялись с опозданием и какие-то распыленные, что ли? Словно они и не мои совершенно. Может быть, это и есть то самое энергетическое истощение, о котором говорил Алекс? Надо будет расспросить его поподробнее.

Алекс вернулся буквально через несколько минут. В руках у него была большая чашка с чем-то горячим.

— Выпей, — он протянул мне напиток и, дождавшись пока я возьму, уселся на кровать, притянув меня к себе.

Теперь я опиралась на него спиной, грела руки о горячую чашку и блаженно жмурилась от удовольствия. Хорошо, тепло, уютно и, если я действительно могу чувствовать его эмоции, то и сам доктор Варант сейчас полностью расслаблен и умиротворен.

Сделала глоток из чашки и закашлялась.

— Там алкоголь! — получилось как-то уж слишком возмущенно.

— Совсем немного. Не захмелеешь, лишь согреешься. Не сопротивляйся, — Алекс погладил мои руки, поцеловал в висок, — просто выпей все.

Я глубоко вздохнула и допила весь чай, сдобренный доброй порцией чего-то горячительного и высокоградусного. Теплая волна прошла по пищеводу, я полностью расслабилась, откинулась на грудь своему дракону и закрыла глаза.

— Лиза, — меня снова поцеловали, отобрали чашку и провели ладонями по обнаженным рукам. Дрожь родилась сама собой. Предательские мурашки побежали по всему телу, расслабленность исчезла куда-то. — Я хочу кое-что попробовать. Не уверен, что получится, конечно, но возможно…

Хм…очень интересно и настолько двусмысленно, что я, занятая своими не совсем приличными мыслями, совершенно прослушала концовку. Вот странное какое-то у меня состояние. Совсем. Вроде как я очень устала, чувства появляются с опозданием, желаний нет никаких…

Я прислушалась к себе…точно нет или все же?

— Лиза? — тихонько позвал Лекс, пощекотав дыханием кожу у меня на шее, отчего предательские мурашки забегали еще быстрее. — О чем ты сейчас подумала?

— Эм…не о чем таком…я… — почувствовала, что краснею. Повернулась в его объятиях, чтобы посмотреть в лицо и… — И вот совершенно нечего так самодовольно улыбаться!

— Даже не думал, — и взгляд честный-честный, но губы расплываются в улыбке.

— Вы, доктор Варант, просто… просто… — я замялась, подбирая подходящее выражение.

— Я полностью с тобой согласен, и даже готов выслушать все ваши претензии и, обязательно, — здесь он сделал ударение, — все предложения, но… — Алекс снова коснулся губами моего виска. — Я хочу попробовать кое-что другое…

— Интригуешь? — я лукаво улыбнулась.

— Ну, если только совсем немного, — мне ответили не менее лукавой улыбкой.

Алекс развернул меня, стал медленно поглаживать плечи, шею, руки. Я расслабилась полностью, едва не замурлыкала словно кошка.

— Что ты имел в виду? — я зацепилась за уплывающее сознание и вынырнула на поверхность.

— Энергетический обмен, — Алекс провел ладонями по моим рукам и легонько сжал запястья. — Никогда раньше такого не делал, но если получится, то возможно удастся передать тебе немного моей магии. Это может помочь отсрочить появление твоих видений, пока я не придумаю, как сделать так, чтобы они вообще тебя не мучили.

Вот умеет же он вот так, всего одной фразой и с небес на землю. Только что я была полностью расслаблена, слегка заинтересована, чуточку смущенна. Но одна лишь фраза Алекса и все опять возвращается в рабочее русло и мысли мои поворачивают в совершенно ином направлении. Кстати, когда наоборот, у него получается еще быстрее. Я озабоченная? Или я просто настолько влюбилась, что уже плохо понимаю, что происходит вокруг?

— Что за обмен и почему ты не уверен?

— Потому что это не просто ритуал. Это обмен магической энергией. На какое-то время ты будешь полностью открыта, если согласишься. Все чувства, мысли, желания, эмоции — все будет полностью обнажено. И прежде чем начинать…я должен быть уверен в том, что ты мне полностью доверяешь.

Он замолчал. Я тоже задумалась. Вопрос доверия? Полностью открыться перед ним? Обнажить душу? Я готова к этому?

Молчала я долго. Думала, сопоставляла, размышляла и… ничего хорошего не вырисовывалось в результате. Алекс поглаживал мою шею, плечи, руки. Не торопил, не давил, ничего не говорил, но я уверена, что прислушивался к тому, что происходило у меня внутри. Внимательно прислушивался, потому что, несмотря на двухстороннюю связь, он намного лучше чувствовал меня. А я даже не знала природу всей этой связи, не знала, чем лично мне все это грозит. Он постоянно пытался оградить меня.

— Знаешь, — я сама не понимала всего, что собиралась сказать, но чувствовала всю потребность выговориться. Выплеснуть все, что накопилось. Давно пора было, — я ведь, в самом деле, наивная, молодая, неопытная и так далее. Я совершенно ничего не смыслю, как страж. Еще меньше понимаю в магии и вообще плохо ориентируюсь во всей этой сверхъестественной ерунде, но даже вся такая необразованная и наивная я, прекрасно понимает, что вы на пару с оборотнем знаете намного больше, чем стараетесь показать.

— Лиза, — Алексу совершенно не понравилось то, что я собиралась сказать, но сдаваться сейчас я не собиралась. Раньше я не хотела говорить на эту тему, теперь же он сам меня спросил.

— Не перебивай, — отмахнулась я. — Ты сам спросил. Сам сказал, что все дело в доверии. Так вот, с моей стороны может прозвучать тот же вопрос, Лекс. Насколько ты мне доверяешь?

Я вывернулась из его объятий и посмотрела прямо в глаза мужчине, которого любила. От его дальнейшего ответа сейчас зависело очень многое. Как он там сказал? Вопрос доверия?

Он молчал. Молчал и смотрел на меня. В серых глазах стали появляться красные всполохи. Хоть врать не пытается и то хорошо.

— Ты не удивился совсем, когда узнал, что Сибил Альторро уже столько лет мертва. Нет, теперь я больше чем уверена, что удивление с твоей стороны имело место тогда, когда Марина Драгониш назвала ее имя. Ты уже тогда знал, что Сибил нет в живых. И про этот ритуал, о котором рассказывал Сольвейг, ты тоже знал, и про Кавальски, да про все! И я больше чем уверена в том, что ты знаешь, кто стоит за этими убийствами. Ты и Ройс. Вы ведете свою игру. Игру, в которой все остальные просто пешки и вы двигаете их, не оставляя выбора. Ты же знал о том, что рассказала мне Марсия. Я уверена! — я ткнула Лекса пальцем в грудь, я больше не могла сдерживаться, не могла носить это в себе. Он говорил мне о доверии, просил меня открыться перед ним, а сам в то же время просто использовал меня в темную.

А ведь не далее, как сегодня утром мы вроде как договорились о взаимодействии, он сам согласился с тем, что я имею право знать. А теперь получается, что все его слова и та видимость доверия и откровенности, это всего лишь способ запудрить мне мозги.

— Ты знал, что этот убийца убивает не просто девушек, он убивает ведьм, причем убивает для того, чтобы завладеть их силой. И Марк…Марк, — эта догадка родилась у меня вот только сейчас, возможно все это было притянуто за уши и я просто поддалась панике, и у меня обострилась паранойя, не знаю, но… — Марк слишком вовремя впал в эту свою спячку…

— Довольно! — всего лишь одно слово заставило меня замолчать. Я сдулась, словно воздушный шарик и теперь просто сидела на коленях на собственной кровати и во все глаза смотрела на Алекса. А он улыбался. И в его глазах разгоралось самое настоящее пламя. — Про Марка ты не угадала.

У меня даже мурашки по коже побежали от его тона. От ледяного спокойствия и полной невозмутимости, с которой, он смотрел на меня. Боялась ли я его в этот момент? Нет, но опасалась, точно.

— И знаешь что? — очень медленно произнес он, вставая, огибая кровать и приближаясь ко мне с другой стороны. Я так же медленно поворачивалась вслед за ним, не в силах отвести взгляда от его фигуры. Нарочито спокойные, плавные, размеренные движения сейчас как никогда придавали Алексу хищности. — Ты во многом права. Почти во всем. Только вот, вы, госпожа страж, забыли об одном.

— О чем? — я задала вопрос одними губами, голос мне отказал совершенно.

— О том, кто я, — произнес он, приближаясь ко мне почти вплотную и наклоняясь так, чтобы наши лица были приблизительно на одном уровне. Серые глаза уже давно сменили цвет и теперь полыхали кровавым огнем. — Я не собираюсь смотреть на то, как моя женщина рискует своей жизнью, Лиза. Я двадцать лет тебя искал. Двадцать лет знал, что ты где-то есть, но не мог найти. Это бесило. Ты себе не представляешь, насколько меня это бесило! Я не люблю собственной беспомощности, терпеть не могу неосведомленности. А Джинал очень хорошо тебя спрятала. Замечательно просто. Она обратилась за помощью к той единственной, у кого я никогда бы не стал искать содействия. Но вот, спустя двадцать лет, ты появляешься почти в обнимку с Ройсом и ведешь себя как… — он замолчал, глубоко вздохнул и продолжил. — Начинаешь встревать в какие-то передряги, привлекаешь к себе внимание Диса, влезаешь в расследование с темными ритуалами. Ты хоть можешь себе представить, как тебе повезло, что ты до сих пор жива?!

— Но… — попыталась возразить, — откуда я могла знать? Я же не специально во все это влезла!

— В этом все и дело, Лиза. Ты хуже ребенка, ты уязвима, и сама же нарываешься на неприятности. Всего за несколько месяцев, тебя едва не порезала на кусочки чокнутая ведьма, потом ты встряла в эту историю в заброшенном поместье Кавальских. Я ума не могу приложить, как вы там нарвались на эграш. Их уже почти не осталось, а ты вот так просто встречаешь целую стаю! И после всего этого, ты еще пытаешься сопротивляться? — он не кричал, но каждое слово, сказанное с ледяным спокойствием, резало меня словно ножом. — Ты себе представить не можешь, что я чувствую, когда ты просто злишься или раздражаешься на что-нибудь. Да меня наизнанку выворачивает от беспокойства, когда я тебя пять минут не вижу!

Он снова замолчал, сверкая алыми глазами. А я вдруг поняла, что боюсь его, вот такого, просто боюсь и не понимаю. Смотрела в эти глаза, которые давно сменили цвет, заметила, как удлинились клыки, и понимала, что совсем ничего не знаю об этом мужчине. Вот ни капельки. Сама себе придумала образ, сама в него поверила и что дальше?

— Я же, в самом деле, запру тебя, — уже спокойнее, словно выдохнув, произнес Алекс. Он быстро взял себя в руки, клыки исчезли, глаза, правда, еще отсвечивали красным, но уже не так ярко. — Ты не знаешь, что происходит сейчас вокруг. Даже представить себе не можешь, насколько все это опасно, но с постоянством бабочки летящей на огонь, впутываешься все глубже и глубже. И поверь, я сделаю все, чтобы ты оказалась как можно дальше любой опасности. Не тот случай, Лиза. Я не намерен рисковать тобой. Не намерен просто смотреть на то, как ты каждый раз впутываешься в то, чего не понимаешь, и что может стать для тебя фатальным. Этого не будет. Ты можешь меня возненавидеть, но если появится, хоть малейшее подозрение, что ты в опасности, я запру тебя в родовом гнезде. И это мое последнее слово.

— А мои желания тебя совершенно не волнуют? — мне стало так обидно от его слов. До слез просто обидно. Я же не делаю ничего плохого, я просто хочу реализовать себя. Поверить в свои силы, доказать себе самой в первую очередь, что я стою немногим больше подружки дракона.

— Не тот случай, Лиза, — устало вздохнул Алекс, опускаясь на кровать рядом со мной. — Когда дед рассказывал про вои чувства к Елене, я не верил, — он усмехнулся и продолжил говорить, будто сам с собой, словно меня и не было рядом. — Я не понимал, как можно настолько сильно чувствовать кого-то другого, не верил, и всегда думал, что Виктор просто устал, просто стал сдавать позиции, и потому у него пропало желание жить дальше, после ее гибели. А теперь я его прекрасно понимаю, — он обернулся ко мне, взял в ладони мое лицо, заставляя смотреть себе в глаза. — Не думаю, что смогу справиться, если с тобой что-нибудь случиться. И потому, сделаю все, чтобы уберечь тебя.

— Я… — я не пыталась вырваться, но возразить все же решилась. Мне не дали даже слова сказать.

- Нет, Лиза. От тебя уже ничего не зависит. И от меня тоже. Я не смогу без тебя и не позволю себе тебя потерять.