Глава 18

Я застыла, глядя невидящим взглядом в окно. Ни мелькающие за стеклом здания, ни проезжающие автомобили, ни пешеходы — никто меня теперь не интересовал, я их просто не видела. Мне стало холодно и неуютно, несмотря на разгар лета и палящее солнце. Принадлежность? Они и в самом деле считают, что я вот так просто стерплю? Смолчу и сделаю вид, будто ничего не поняла? Какое они все имели право так со мной поступать?

— Лиза, только вот не надо теперь придумывать себе то, чего нет на самом деле, — мои размышления прервал нетерпеливый голос стража. — Все совсем не так.

— Откуда ты знаешь, что именно я подумала? — мой голос был таким глухим, что я и сама его не сразу узнала.

— У тебя на лице все написано. Нам необходимо было спрятать тебя ото всех и быстро. Изначально, было решено, что тебя под свою опеку возьмет Трик, но, как оказалось, он не смог бы сдержать твой выплеск и запечатать силу. Потому и обратились к Алексу. Он, правда, упирался немного, но согласился. В любом случае, это и в его интересах тоже.

— А это в моих интересах? — я смотрела на стража, пытаясь разгадать его игру, понять по выражению лица, по движению губ и бровей, по мимике, в чем они все меня обманывают. Но, видно моих знаний не хватало, что и понятно, меня же учили проводить допросы с обычными подозреваемыми, на оборотней все те правила могут и не распространяться.

— Поверь, все что делается, делается с целью защитить, в первую очередь, тебя. Это было главное условие Трика. В участке, кроме нас троих и Вацлава с Ларкиным, никто не знает, кто ты. Даже Марк, — Ройс продолжал вести машину, время от времени поглядывая в мою сторону.

Я закусила нижнюю губу, а рука сама собой потянулась к волосам. Мне хотелось ему верить. Очень хотелось, но я еще много чего не знала и не понимала, а никто из стражей не спешил просветить меня. Кроме Ларкина, который предложил книги.

— Зачем нужно было запечатывать мою силу? — спросила я, понимая, что впадать в истерику и начинать угрожать или что-то требовать все равно бесполезно. Лучше просто собирать информацию, по крупицам складывать картинку, как мозаику. Так у меня больше шансов докопаться до правды.

— Потому что ты бы не справилась, — мне на мгновение показалось, что страж расслабился после этого вопроса, напряжение ушло из его тела, и он больше не хмурился. — Выплеск был очень сильным, его даже парни в управлении почувствовали. А научить и проконтролировать тебя пока некому. Вот Алекс и запечатал пока твои способности. А чтобы это не бросалось в глаза, прикрыл все сверху обычной меткой. На тебе это никак не отразиться, поверь мне, — и он мне улыбнулся, по-доброму так. И мне поверить захотелось сразу же, но пока не знаешь всех обстоятельств дела, не стоит делать выводы. — К тому же, с тобой что-то не так.

— Что не так? — я снова напряглась.

— Не знаю. Но даже не учитывая все манипуляции Алекса, мы воспринимаем тебя всего лишь как полукровку. В тебе нет магии, Лиза, твой дар скрыт. С одной стороны — это очень хорошо, пока ты не овладеешь им в полной мере, никто не поймет, что именно ты собой представляешь, а вот с другой… — Ройс дернул уголками губ, раздумывая, как именно сказать мне о том, что я какая-то невиданная до сих пор зверушка.

— А что именно я собой представляю. Кто я? Мне же так никто ничего и не рассказал. Я даже не знаю, к какому виду принадлежу. Это вы все безоговорочно решили считать меня какой-то заклинательницей. Но никто! — я повысила голос, внутри меня снова все клокотало от ярости. — Никто, так и не удосужился рассказать мне, что все это значит!

— Не кричи, — осадил меня. — Тебе стоит особое внимание уделить концентрации и собственным эмоциям. Твоя сила не стабильна, выплеск может произойти в любой момент и никто не знает, что именно станет толчком.

— И ты всерьез считаешь, что такое объяснение меня успокоит? — слова Ройса о том, что мне надо держать себя в руках подействовали с точностью до наоборот — я стала закипать еще сильнее. — Ты, правда, уверен в том, что я просто молча проглочу все, что ты мне только что наговорил? Что вот так вот возьму и забуду обо всем? Вы на меня свое клеймо магическое навесили. А я должна молчать и верить вам?!!!

В этот момент что-то случилось. Я распалилась настолько, что казалось, еще немного и просто взорвусь, воздух в машине стал закручиваться в спирали и, самое страшное было то, что я это видела. Он был словно создан из разноцветных лент, которые кружились с неимоверной скоростью и образовывали что-то наподобие маленьких воронок.

— Прекрати! — крик Ройса долетел до меня сквозь шум в ушах, затем раздался визг тормозов, меня тряхнуло, а в следующий момент на голову словно обрушился поток ледяной воды, перед глазами на мгновение потемнело.

Наверное, я отключилась, потому что когда открыла глаза, оказалось, что мы находимся уже возле участка, дверь с моей стороны распахнута и Ройс стоит возле машины, пытаясь отстегнуть на мне ремень безопасности.

— Не трогай меня, — голос прозвучал глухо, я все еще чувствовала себя не слишком хорошо, но настроена была решительно.

Резко оттолкнув руки стража. Самостоятельно отстегнула ремень безопасности, втайне радуясь, что это получилось у меня с первого раза, и выбралась из машины.

Ройса я старалась обходить стороной. Не то чтобы я чувствовала опасность или боялась его, но не желала повторения того, что произошло несколькими минутами ранее в машине.

— Лиза, — страж выглядел немного обиженным, он явно не понимал, почему я злюсь и это еще больше подстегнуло меня.

— Не прикасайся ко мне, — я отошла еще на шаг, глядя на Ройса с подозрением. — Я тебе не верю. Я уже никому не верю и не хочу… не хочу… — я не знала, что сказать, сама себя не понимала, мне нужно было хоть что-то, какой-то ориентир, якорь, который позволял бы мне удержаться на плаву.

Слишком много всего свалилось на меня в последнее время.

— Лиза, — Ройс не делала попыток приблизиться, но смотрел настороженно, — я не угрожаю тебе, и не меня тебе стоит опасаться. Поверь, это на самом деле так.

— Я не знаю, Ройс. Я просто уже ничего не знаю, не понимаю, что происходит и как мне себя вести дальше. А ты ничего не можешь мне рассказать.

— Я действительно не могу помочь тебе с даром, — страж запустил пальцы в волосы, ероша светлые пряди. На солнце его шевелюра отдавала золотом, и создавалось ощущение размытого ореола вокруг его головы. Я зажмурилась на мгновение, чтобы прийти в себя, а страж продолжал, не делая попыток приблизиться. — Пойми, у нас все происходит иначе. Совсем иначе. Я не специалист по магам и не могу тебе рассказать ничего полезного. Но это не значит, что мы не можем быть друзьями.

— Не значит, — согласилась я, — но я все же не могу пока доверять тебе, как раньше. Прости, мне надо разобраться в себе, понять и многое переосмыслить.

Этот разговор заходил в тупик, и мне надо было сделать что-то, чтобы остановить бессмысленные выяснения отношений, и именно поэтому, а не потому, что я хотела убежать от Ройса, резко развернувшись, направилась к участку.

— Лиза, — позвал Ройс вдогонку и когда я, не оборачиваясь, остановилась, добавил, — тренировки никто не отменял. Я все еще твой инструктор и должен принять зачет в конце месяца.

— Я помню. Сегодня после смены.

В холле участка я остановилась в растерянности. Что дальше делать пока представляла смутно. Мне нужно было поговорить с капитаном, а также стоило бы прояснить несколько моментов со штатным патологоанатомом восьмого участка. И вот теперь стоило выбрать — к кому отправится в первую очередь.

С одной стороны, во мне еще клокотала злость на то, что Александр Варант посмел поставить на меня какую-то там метку и таким образом определить мою принадлежность. А с другой — разговор с Триком тоже был не менее важен.

И вот тут-то в дело вступила моя нерешительность. Я не хотела встречаться с доктором Варантом. Вернее не так, я очень хотела его увидеть, во мне буквально все сжималось от предвкушения и ладони потели, и сердце начинало стучать, словно сумасшедшее, стоило только подумать о нем или вспомнить серые, словно пасмурное небо, глаза. А вот здравый смысл нашептывал, что такая реакция на совершенно незнакомого мужчину ненормальна и прежде, чем бросаться в омут с головой, стоит подумать и хорошенько все взвесить.

Как там говорил Ройс? Мне стоит держать свои эмоции в узде и под жестким контролем? Так и поступим.

И я решительно стала поднимать по лестнице на второй этаж. Первым делом — разговор с капитаном, а вот потом… потом, возможно, я соберусь с духом, и отправлюсь устраивать разборки с наследником славной династии Кантемиресов. Но это будет потом… как-нибудь.

Восьмой участок встретил меня тишиной и прохладой. Страж на посту лишь кивнул, не говоря ни слова. Здесь всегда было так: тихо и пусто. Ни посетителей, ни задержанных, ни спешащих по своим делам стражей, словно и нет никого.

Первое время меня это тревожило, слишком уж не похоже все это было на атмосферу, обычно царящую в подобных местах. Но теперь, когда мне стала известна специфика работы восьмого участка, я перестала удивляться. Ведь и в самом деле, кого можно посадить в камеру предварительного заключения, если все большая часть преступников и подозреваемых обладают определенным даром или силой и решетка для них не проблема? А вот интересно, а как сами стражи справляются со своими подозреваемыми и преступниками?

Я прошла через холл, к лестнице на второй этаж, направляясь в зал управления, как вдруг тишину, нарушаемую лишь моими практически бесшумными шагами, нарушил несвойственный этому месту, звук. Чьи-то каблуки весело цокали по вымощенному плиткой полу и я, даже не оборачиваясь, прекрасно поняла, кто именно пытается догнать нас. В этом месте только один человек мог позволить себе носить обувь на шпильке, учитывая, что я предпочитала на работе ходить в удобных туфлях или сандалиях.

— Лиза, подожди минутку, я тебя искала! — раздался веселый голос помощницы доктора Варанта. — Почему ты не отвечаешь на звонки? Я тебе несколько раз пыталась дозвониться?

— Черт, — прошипела я, вспомнив, что мой телефончик отключен и беспечно засунут в задний карман брюк. — Вечно про него забываю.

— Это непростительная беспечность, — продолжала распекать меня Камилла, приблизившись.

— Прости, я просто про него забыла, — я виновато улыбнулась подошедшей женщине. — Что ты хотела?

— Напомнить тебе, что сегодня вечером у нас встреча, — непререкаемым тоном сообщила она и улыбнулась мне, ну вот просто очень очаровательно. — Не забудь. В десять часов. Я перезвоню тебе позже и скажу куда подъехать. Все, больше ничего. До свидания! — и она развернулась вокруг своей оси и, звонко цокая каблучками, скрылась в коридоре, ведущем в морг.

Незапланированная встреча с Камиллой вернула мне трезвость мышления. Как бы там ни было, мир не вращается вокруг меня, а значит, не стоит делать поспешных выводов и впадать в отчаяние. Тряхнув волосами, я решительно потопала на свое рабочее место. У меня еще будет время подумать над тем, что происходит в этом мире и какая именно роль отведена во всем этой действе именно мне. Пока же передо мной стоят несколько иные задачи. С них и начнем.

В зале управления тоже все было, как всегда. Только в отличие от холла здесь было немногим более шумно.

Я остановилась на пороге, невольно вспоминая свое первое появление в восьмом участке. Не так уж много времени прошло с тех пор, а у меня такое ощущение, будто это было в прошлой жизни. Беззаботной и лишенной проблем жизни. Нет, так не пойдет. Мне стоит вернуть себе душевное равновесие или я просто сойду с ума.

Пришло время пообщаться с главным интриганом восьмого участка. И неважно, что предательское сердце в груди обмирает от страха, мне жизненно необходимо задать вопросы и получить на них ответы.

Слегка помедлив на пороге, я подняла руку и решительно постучала. Да, знаю, что здесь это не принято, но даже малейшее промедление сейчас для меня подобно глотку свежего воздуха. Надо было собраться с духом, набраться храбрости….

— Войдите! — резкий окрик из-за закрытой двери сразу же развеял всю мою с таким трудом собираемую по крупицам смелость. Я была уже готова позорно сбежать, даже оглянулась в поисках путей к отступлению, но натолкнулась на насмешливый взгляд Браславски и, глубоко вдохнув, решительно нажала на ручку.

То, что капитан знал, о том, кто стоит за дверью, я поняла, лишь только его увидела. Он стоял спиной ко входу и смотрел в окно и вся его массивная фигура буквально говорила о нешуточном напряжении, испытываемом хозяином этого кабинета.

— Проходи, — не оборачиваясь, произнес капитан, — присаживайся.

Я так и поступила. Аккуратно прикрыла за собой дверь, осторожно прошла вглубь кабинета, села в кресло для посетителей и нервно сцепила пальцы рук. Говорить было страшно. Это когда я одна и сама с собой рассуждаю, я смелая и храбрая, а когда вот так вот один на один, я трусиха. Вот о чем я буду с ним сейчас разговаривать? Что у него спрашивать? И почему я так уверена, что имею на это право? Ведь он мой начальник, всего-навсего. Я закусила губу и, расцепив пальцы, потянулась за локоном, уже давно выбившимся из прически. Что-то много я сегодня думаю, так никаких волос не напасешься.

— Как бы это не глупо звучало, — глухим уставшим голосом начал капитан, — но я знаю, зачем ты пришла, и какие вопросы желаешь мне задать. Прежде чем ты начнешь, я хочу сказать. Выслушай меня внимательно, не перебивай. А еще лучше, постарайся услышать и понять то, что я буду тебе говорить.

Он обернулся и посмотрел на меня. Выжидающе так посмотрел. А я? А что мне оставалось делать? Выпустила локон, снова сцепила пальцы рук и кивнула, уставившись взглядом на собственные колени.

— Все что я делаю, направлено на твою защиту, Лиза, — начал капитан и, заметив, как я вскинула голову и приготовилась возразить, тут же добавил. — Не перебивай. Просто послушай. Я защищаю в первую очередь тебя, но было бы лицемерием с моей стороны утверждать, что я делаю это только ради тебя самой.

Он замолчал и снова подошел к окну, уставившись на городской пейзаж. А я немного призадумалась, попыталась переварить услышанное, но пока совершенно не понимала, что конкретно все это значит и как мне реагировать на такое откровение.

— В мире сверхъестественного, так же как и у смертных, много подводных течений. Мы все разные и борьба за власть — всегда была одним из основных инстинктов, наряду с продолжением рода и всем остальным. По большей части, мы ведь мало чем отличаемся от смертных. Только наличием особого дара или второй ипостаси. Нам присущи все те же слабости, мы испытываем те же чувства. Но сейчас речь не об этом. Уже очень давно, никто даже и не помнит когда это произошло впервые, во главе всего магического населения стоит Совет. В него входят главы всех сильных и древних семей и кланов. Но реальную власть имеет только глава совета. Тот единственный, кому позволено принимать решения не спрашивая одобрения или согласия у остальных.

Он снова замолчал, переводя дыхание, и я рискнула задать вопрос:

— Из того, что мне стало известно, во главе вашего Совета сейчас стоят драконы Кантемиресы, то есть, некий Виктор?

— Ты уже много знаешь, за такое короткое время успела сделать правильные выводы, — Трик развернулся, прислонился спиной к подоконнику и посмотрел куда-то поверх моей головы. — Да, в этом ты права. Мы уже давно отдали всю власть драконам, Кантемиресам, если точнее. Да этот род и остался последним. Драконов больше нет, кроме них. А Виктор до недавнего времени был сильнейшим, да и прожитые тысячелетия сделали его мудрейшим из всех.

— Тысячелетия? — мой голос дрогнул.

Трик улыбнулся уголками губ, но продолжал свой рассказ, не отвечая на этот мой вопрос:

— Ты, наверное, уже знаешь, что являешься представительницей своего рода. От некогда могущественного и многочисленного магического семейства осталась ты одна. И не важно, чей именно дар ты унаследовала, как представитель Эльдонарров, носитель древней крови, ты имеешь все права на то, чтобы претендовать на место в Совете.

Заметив, что я собираюсь что-то сказать, возразить, Трик поднял руку, делая мне знак не перебивать его.

— Нам очень важно, чтобы ты это осознала и поняла, что, несмотря на свой дар, ты уже ценна. Очень ценна.

— Но если я являюсь заклинательницей, то моя ценность увеличивается в разы, — не сдержала я язвительности. Они что, всерьез считают меня полной идиоткой?

— Ты не дослушала меня, — покачал головой капитан, никак иначе не реагируя на мою реплику. На его губах застыла слабая, какая-то извиняющая улыбка и мне сделалось не по себе. Вот так вот улыбаются, когда наблюдают за несмышленым ребенком. — Ты действительно уникальна и очень ценна, вне зависимости от того, каким именно даром обладаешь, хотя бы потому, что с гибелью Эльдонарров, магический мир утратил не только сильный род, но и ценнейший дар видящих. Если ты унаследовала силу отца, то это не значит, что ты менее полезна, чем заклинательницы. Хотя, не скрою, всем нам хочется, чтобы в тебе заговорило наследие матери.

— Я все равно ничего не понимаю. Мне нет разницы, видящая я или заклинательница. Я ровным счетом ничего не знаю ни о тех, ни о других. И, насколько мне известно, никто не горит желанием просвещать меня по этому поводу, — язвительность так и выплескивалась из меня. Почему-то хотелось уязвить Трика, заставить его задуматься, впечатлиться, не знаю, что именно, но молчать и просто слушать не получалось.

— Дело не в том, что никто не хочет просветить тебя, а в том, что никто не может этого сделать, Лиза, — капитан оттолкнулся от подоконника, медленно пересек кабинет и уселся в свое кресло. Сложив руки на столе, он посмотрел на меня, — маги обычно не делятся своими секретами друг с другом. И сейчас в этом мире нет никого, кто мог бы научить тебя быть видящей или заклинательницей. Тебе придется всему учиться самостоятельно. Именно поэтому и было принято решение запечатать твою силу. Ты не сможешь ею управлять, а научить тебя пока некому. Если что-то изменится, мы снимем печать, но в настоящее время — это было единственно правильным решением.

— Я понимаю, — моя рука снова потянулась к выпущенной из прически пряди волос. — Ройс мне говорил об этом, и я приняла этот факт и даже немного рада. Я не привыкла к мысли, что в мире, в котором я прожила всю свою жизнь, существуют оборотни, маги, инкубы, суккубы и так далее, потому мне будет трудно принять, что я тоже что-то могу.

Трик кивнул, как мне показалось с облегчением. Возможно, они все беспокоились, что я начну упрямиться и требовать вернуть мне мою силу. Но нет, она мне не нужна, по крайней мере, пока я не пойму, что вообще происходит вокруг.

— Но это не единственная причина. Есть еще одна. Двадцать два года назад, теневые охотники уничтожили последнюю, как тогда считалось, заклинательницу и весь род Эльдонарров.

Я вздрогнула от этого откровения. Браславски говорил мне о том, что род моего отца был вырезан подчистую, но тогда я не придала этому почти никакого значения. Не хотела об этом думать, принимать близко к сердцу, а теперь, в свете нового дня, мне стало нехорошо. Слишком ярко предстала передо мной картинка гибели неизвестных мне магов, которые, как выяснилось, являлись моей семьей.

— Кто такие теневые охотники? — я старалась не думать о том, что никогда не узнаю ничего о своих предках.

— Даже не знаю, как объяснить это тебе. В нашем мире, все об этом знают и воспринимают их как необходимое зло. Тени — это палачи и охотники. Они бесстрастны и неумолимы. Хищники, звери, убийцы и… так можно перечислять до бесконечности, но суть не только в этом. Самое главное — они не оставляют следов и надежды, всегда находят свою жертву. Могут пройти сквозь пространство и время. От них нет спасения.

— Почему они уничтожили моих родителей? — я не надеялась на правдивый ответ, но спросила. Мне стоило начинать вживаться в роль и ощущать себя частью этого мира.

— В том-то все и дело. Тени — они существуют за гранью реальности. Им нет хода в наш мир, пока их не призовут. А вот уже тогда, они выполняют приказ. Это самые верные убийцы.

— Подождите! — я подняла руку, призывая Трика к молчанию. Мне нужно было немного времени, всего пара минут, чтобы поймать мысль, которая все время ускользала. И я была уверена, что капитан специально недоговаривает немного, чтобы я поняла это сама. — Как их можно призвать? Если им нет хода в этот мир? Я, хоть и не понимаю и половины из того, что и как происходит у вас, но если эти Тени находятся за гранью реальности, то они не настоящие? Тогда как они могут убить кого-то настоящего?

По лицу капитана, я поняла, что он ждал от меня совершенно других вопросов и не очень доволен моей несообразительностью, но отступать, не намерена. Он хочет от меня аналитических выводов? Так пусть выдает всю имеющуюся информацию.

— Их можно призвать с помощью жертвы, — несколько сухо обронил капитан, усаживаясь за свой стол. — И особого ритуала. Тогда они ломают грани и приходят сюда, обретая материальную форму. После выполнения приказа, Тени снова уходят за грань. Они питаются магией и энергией живых. Потому и не оставляют следов. Просто иссушают материальную оболочку и выпивают душу своей жертвы, не оставляя шанса на перерождение.

Меня передернуло от такого откровения. Как-то сразу стало неуютно, и даже легкие шорохи по углам кабинета мерещиться стали.

— Значит, кто-то «заказал» моих родителей? — выдала я очевидную догадку. — Раз эти Тени не умеют ошибаться, получается, что кто-то специально натравил их?

Трик грустно улыбнулся, и отвел глаза. Он словно уменьшился в размерах, ссутулился и теперь выглядел намного старше, чем еще несколько минут назад.

— В этом была моя ошибка, Лиза. Твой отец был моим лучшим другом. Мы были очень близки, но я не сумел его спасти. Не смог ничего предпринять, чтобы вывести его из-под удара и в результате, весь род Эльдонарров исчез. Теперь ты понимаешь, как важно, чтобы о тебе не узнали? Тени, в отличие от меня, не допускают ошибок и они не ушли после того случая. Они все еще здесь, а значит, и тот, кто их призвал, знает, что остался кто-то, в ком течет кровь древнего рода.

— Кто это? Кто призвал убийц?

Трик покачал головой и запустил пальцы рук в волосы.

— Ты очень похожа на отца, — невпопад произнес он. — Те же черты, тот же цвет волос, глаз, даже жесты. Джардан тоже всегда тянулся к волосам, когда задумывался и не мог сразу решить проблему. Именно поэтому тебе придется быть очень осторожной. Джинал поступила верно, когда спрятала тебя и никому не сказала. И, хоть, я был против такого поворота, тогда, то теперь вижу, что только благодаря ей, ты все еще жива и теневые охотники тебя не нашли раньше. Никому и в голову не пришло бы искать последнюю представительницу Эльдонарров среди смертных. Хотя, и не понятно, как они тебя упустили.

— Вы не ответили, — упрямо произнесла, глядя на капитана. — Кто призвал этих теневых охотников? Кому так мешали мои родители, что он приказал уничтожить целый род?

— Я не знаю. Никто не знает, — Трик поджал губы и перевел взгляд на окно, помолчал немного, я не спешила прерывать его раздумья, у меня еще оставалось куча вопросов, требующих ответа, стоило хорошенько подумать о том, какой из них задавать следующим. — Но это кто-то сильный. Он не пожалел части своей души.

— Не поняла? Что значит не пожалел части своей души? — удивленно приподняла брови, глядя в упор на капитана.

— Для призыва Теней нужна не только жертва. Тот, кто призывает палачей, должен откупиться кусочком своей души, иначе он просто не сможет приказывать охотникам. А такое обычно всегда заметно со стороны. И, поскольку, до сих пор ни у кого не было замечено изменений, то в тот раз Теней вызвал кто-то очень сильный, кто смог откупиться магической силой.

— И так можно? — я что-то совсем запуталась во всех этих сверхъестественных заморочках. Где там тот Ларкин со своими книгами? Мне пора снова учиться, чтобы хоть немного понимать, о чем со мной разговаривают.

— Давай поговорим о чем-нибудь другом, — устало произнес Трик. — Эта тема является для меня болезненной вот уже двадцать два года. У тебя же остались еще вопросы, я уверен.

Я кивнула, собралась с духом и спросила то, о чем уже знала, но чему мне очень не хотелось верить. В глубине души еще теплилась надежда, что Браславски и Ройс ошиблись.

— Тетя Джинал… она… — как же было трудно задать этот вопрос, но я все же произнесла его. — Она же мне не родственница? — спросила с затаенной надеждой.

— Нет, кровной связи с Джинал у вас нет, — очень грустно произнес капитан. — Она даже не принадлежит нашему миру, смертная. Но, единственная смертная, на которой нет метки.

Я отпустила локон и снова сцепила руки на коленях. Было горько и обидно. Возникало еще море вопросов, но мне уже не очень хотелось их задавать, не хотелось знать на них ответы. Это больно — узнать правду. Знание, как оказалось, не всегда приносит мир и покой, удовлетворение и радость. Трик тоже молчал, по его лицу было невозможно прочитать, о чем он думал, но глаза были грустные. Да и весь внешний вид капитана говорил о том, что он нешуточно устал. Непроизвольно, я задумалась о том, каково ему? Он же страж. Ройс рассказывал, что Трик целых сорок лет занимается расследованием преступлений и руководит участком. Даже представить себе боюсь, сколько ему лет на самом деле.

Мои мысли перескочили на возраст. Ройсу ведь тоже намного больше тех тридцати лет, на которые он выглядит? Да и, если судить по тому, что я услышала от того же Трика сегодня, сверхъестественное население живет намного дольше, чем обычные люди. А это значит… это значит… что и я тоже?

Дверь в кабинет резко распахнулась. Вздрогнула от неожиданного звука и обернулась. На пороге стоял Ройс и по его лицу, я прекрасно поняла — случилось что-то из ряда вон выходящее.

— Убийство в парке, — коротко доложил страж. — Мы выезжаем немедленно. Тело нашли в воде.

Трик кивнул, и мне не оставалось ничего другого, как встать с кресла и направиться на выход. Лишь в дверях я обернулась, желая спросить еще об одной немаловажной детали, но увидела, как капитан закрыл лицо руками. Воспоминания и разговор со мной не принес ему ничего хорошего. Я явно почувствовала его горе, отчаяние и что-то еще, чему у меня не было ровным счетом никакого объяснения. Откуда взялись все эти ощущения и знание того, что капитан искренне переживает смерть моего отца, я не знала, поэтому молча вышла из кабинета и аккуратно затворила за собой дверь.