Глава 18

Толстое стекло тянулось вдоль всей стены и представляло собой этакий барьер, отделяющий саму комнату от того, что находилось по ту сторону. За стеклом виднелись прутья металлической решетки, толщиной с мою ногу, не меньше. И внутри своеобразного вольера камеры разделялись именно такой решеткой. Их было пять. И они были именно такими, как я их запомнила. Крупные, поджарые, поросшие короткой шерстью, тела застыли в промежуточном состоянии между зверем и человеком, оскаленные морды с устрашающими клыками и вполне человеческие плечи, заканчивающиеся непропорционально длинными руками с пятипалыми кистями… эграш. Только этого мне не хватало.

Звук открывающейся двери заставил меня вздрогнуть и оглянуться. За одним из шкафов располагалась малоприметная дверца, которую я не заметила сразу, поглощенная созерцанием монстров. Теперь же эта дверь была открыта и на ее пороге стоял Ной Де Вил. Он был расслаблен, стоял уверенно, засунув руки в карманы и прислоняясь одним плечом к косяку, на губах блуждала легкая полуулыбка.

— Я так понимаю, что справляться о самочувствии преподобного мне не стоит? — насмешливо спросил он.

— Зачем они здесь? — я напряженно кивнула в сторону вольера с эграш.

— Скажем так, — Ной оттолкнулся от косяка и сделал шаг по направлению ко мне. Остановился, когда заметил, что я попятилась, — это мой основной вид деятельности.

— Что? Как это?

Он небрежно пожал плечами, но пока не спешил приближаться.

— А вот так. Они милые, не находишь?

— Милые?

— Ну да, своеобразные зверушки. А знаешь, как их делают?

Я вздрогнула и посмотрела на мужчину как на ненормального, а он, словно не замечая этого моего взгляда, задумчиво прикусил нижнюю губу и подошел к стеклу, отделяющему вольер от нас.

— В прошлой жизни, каждый из них был человеком. Но человеческое тело так несовершенно. У людей нет запредельной скорости, силы, чтобы сворачивать горы. И пусть они считают себя верхушкой пищевой цепи — это не так на самом деле. Люди слабы, беспомощны. Человека так легко убить, — Ной усмехнулся и приложил раскрытую ладонь к стеклу. Один из эграш, находившийся ближе всего оскалился и прыгнул, врезался в металлические прутья, но не оставил попыток пробить преграду. — А я сделал их почти совершенными.

— Ты считаешь это совершенством?

Он не ответил, продолжая водить ладонью по стеклу и наблюдая за тем, как с той стороны беснуется тварь, пытаясь пробить собственным телом стекло и решетку.

Он псих. Ненормальный. Сумасшедший. Другого определения я не могла подобрать. А еще, я понимала, что он меня не отпустит, и договориться не получится.

Завела одну руку за спину и обратилась к силе. Слабое свечение и едва различимое потрескивание дало понять, что сил не осталось. Воспользоваться магией я не смогу, значит надо искать другой способ и побыстрее.

— Знаешь, — продолжил Ной, по-прежнему наблюдая за эграш, — интересно наблюдать за тем, как они превращаются. Как из никчемного человечишки получается сильное создание, как меняется скелет, растягиваются сухожилия, деформируются суставы, принося невыносимую боль и страдания. Как приятно слышать их крики, переходящие в жалобный скулеж…

— Ты больной, — не выдержала я. — Ненормальный.

— Нет. Я просто другой.

— Зачем тебе это? Для чего? Что будешь делать с ними дальше?

— Все, что мне прикажут, — Ной резко развернулся и посмотрел прямо мне в глаза. — Ты ведь не просто так сюда приехала? Решила найти своего дружка? Он звал тебя, все время называл по имени, словно ждал, что вот-вот ты появишься и спасешь его.

— Джесси, — сердце замерло.

— Не знаю, мне было не интересно, как его зовут.

— Что ты с ним сделал?

— Я? — весьма натурально удивился Ной. — Ничего. Это они, — и он кивнул на все еще взбудораженный вольер. — Выведение и содержание этих красавцев связано с определенными неудобствами, — на губах Ноя появилась мерзкая ухмылка, — для нормальной жизнедеятельности им необходимо правильно подобранное и сбалансированное питание.

Меня затошнило.

— Ты… — я не смогла произнести этого вслух. Боролась со слезами, с тошнотой, подступающей к горлу, с ненавистью, которая захватила все мое существо.

Какой же тварью надо быть, чтобы так поступить?

А Ной смотрел на меня и улыбался.

— Это — необходимая мера, — произнес он, делая шаг по направлению ко мне. — Выживает сильнейший. Твой приятель таковым не являлся.

Я не ответила, лишь напряженно следила за его приближением и пыталась придумать, как выбраться отсюда. На магию рассчитывать пока не приходилось, оружия у меня никакого не было, а Ной был уже близко. Я отступала от него до тех пор пока не уперлась спиной в стену. Дальше хода нет, надо действовать по обстановке.

Ной оказался рядом в считанные мгновения. Навис надо мной, упираясь одной рукой в стену, полностью лишая меня возможности сбежать. Я напряженно следила за тем, как медленно приближается его лицо, щеки коснулось дыхание, глаза оказались на одном уровне с моими.

— Мы ведь можем договориться, — хрипло произнес он, касаясь губами моей щеки. — Если бы ты не была такой недоступной сразу, все могло бы быть иначе.

Я сглотнула, старательно отгоняя тошноту. Страха не было. Лишь отвращение.

— Каким образом? — сама поразилась тому, как хрипло прозвучал этот вопрос, но по-прежнему продолжала смотреть Ною в глаза.

— Ммм… — он провел пальцами по моей щеке, скользнул на подбородок, ниже… накрыл ладонью грудь.

Я не выдержала. Несмотря на то, что уговаривала сама себя не спешить и подождать удобного случая, не смогла спокойно отнестись к его прикосновениям. Резко дернулась и изо всех сил толкнула в грудь. Ной не ожидал от меня такой прыти и потому отшатнулся, давая мне немного больше пространства для маневра. Уроки Ройса и Лекса не прошли даром, я смогла оказать сопротивление и отскочила в сторону. Но это лишь еще больше раззадорило моего противника. Он все же был сильнее меня физически и не собирался сдаваться.

Мы кружили вокруг небольшого стола, стоящего почти у самой стены, не сводили напряженных взглядов друг с друга. И если я чувствовала, что мои силы уходят, то Ной улыбался. Мерзко и предвкушающее. В какой-то момент он сделал выпад, и ему удалось меня схватить. Я боролась, нанесла несколько ударов, а в результате меня изо всех сил впечатали спиной в стену. Что-то щелкнуло, и раздался странный скрип. Я с удивлением заметила, как перегородки в вольере стали подниматься вверх. Эграш заметались по своей камере — теперь их ничто не отделяло друг от друга. А затем открылся скрытый ход и твари один за другим покинули свою тюрьму.

— А вот за это ты ответишь, — зло прошипел Ной и кинулся на меня.

От первого удара мне удалось уклониться, зато второй достиг цели. Голова взорвалась болью, в глазах потемнело, а рот наполнился металлическим привкусом крови. Не упала я лишь потому, что Ной дернул меня за плечо и повалил грудью на стоявший рядом стол.

— Мне надоели эти игры, — прошипел он мне в ухо, навалившись всем телом. — Сначала я сам позабавлюсь с тобой, а затем отдам своим подопечным, — он мерзко хохотнул. — Знаешь, чем они примечательны, детка? Несмотря ни на что, эти особи не утратили инстинкт размножения. И вот что самое интересное, — он сделал небольшую паузу, пытаясь расстегнуть мои брюки, — все особи мужские.

Сглотнув ставшую вязкой от страха слюну, я задергалась, в попытке вырваться, но не преуспела. Ной был намного сильнее, и прижимал меня к гладкой металлической поверхности стола так, что даже дышать было трудно. Паника накатывала волнами, перед глазами расходились радужные круги, я дергалась, пытаясь выбраться, но ничего не получалось. А Ной все-таки смог расстегнуть мои брюки и теперь стягивал их, попутно проводя холодными пальцами по коже, посылая дрожь отвращения по всему моему телу.

Каким-то неимоверным усилием мне удалось оцарапать его, но в следующую минуту, насильник просто перехватил мои руки и сжал запястья одной рукой. Второй же продолжал избавлять меня от одежды.

И тут что-то случилось. Я почувствовала, как обожгло руку, затем была вспышка и толчок, от которого я врезалась животом в край стола и перед глазами потемнело. Зато руки больше никто не удерживал, и я кулем плюхнулась на пол.

Не знаю, сколько я просидела, прижавшись лбом к холодной металлической ножке стола — секунду или час, — но сил подняться или хотя бы оглядеться и посмотреть, куда подевался Ной, у меня не было. Хотелось открыть глаза и оказаться в столице, в собственной постели и понять, что последние дни были лишь сном. Кошмаром, который закончился, стоило солнцу взойти над землей.

Но сколько бы я себя не уговаривала, реальность никуда не делась. Медленно приоткрыв глаза, я огляделась по сторонам. В небольшом подземном помещении ничего не изменилось, за исключением того, что эграш сейчас не было в вольере, а их хозяин или создатель валялся на полу возле стеклянной перегородки. Признаков жизни Ной не подавал, и я перевела слегка ошарашенный взгляд на собственную руку. На мгновение мне показалось, что камень, украшавший обручальное кольцо, надетое мне на палец Лексом, как символ моего согласия и нашей помолвки, нахально подмигнул. Я зажмурилась на мгновение и тряхнула головой. А когда снова открыла глаза, то ничего необычного в кольце не обнаружила. И все же, все же.

Ноя что-то знатно приложило. Перед этим я чувствовала жжение, но никаких следов на моих руках не осталось, неприятные ощущения схлынули как только Де Вил отлетел от меня.

В памяти всплыл момент, когда Лекс, улыбаясь, одевал мне это кольцо на палец. Как он там сказал? Семейная реликвия? Мощный артефакт, который обеспечивает защиту невесты?

Ну-ну… я покачала головой, невольно улыбаясь. Ох уж эти драконы! Чем дальше, тем больше я понимаю, что они те еще шутники и собственники. Пока никто не посягал на мое тело, обручальное колечко вело себя… как и положено украшению, но стоило кому-то покуситься на мою честь, как древний артефакт проявил себя и разобрался с насильником по своему. Надо признать, это пришлось, весьма кстати.

Кряхтя, поднялась на ноги и поправила одежду. Мой взгляд то и дело возвращался к лежащему подле стеклянной перегородки мужчине. Стоит подойти и проверить, жив он или же, просто убраться отсюда? Нет, надо удостовериться, что Ной не очнется в самый неподходящий момент, ведь я же совершенно не знаю, чем это так приложил его семейный артефакт Кантемиресов.

Осторожно приблизившись к мужчине, я присела на корточки и прикоснулась к его шее. Пульса не было. Не могу сказать, что я так уж сильно раздосадована данным обстоятельством.

Странно, эграш — магические создания. То есть не совсем даже так. Ларкин рассказывал мне об этом, после того, как мы столкнулись с ними в первый раз. Изначально в эграш превращались оборотни, застрявшие в промежуточном после обращения состоянии — не люди, не звери, потерявшие разум и существующие лишь инстинктами. Их уничтожали потому что, такие существа были опасны и угрожали раскрыть существование магического мира. Еще Винс упоминал, что были и такие умельцы, которые способствовали созданию эграш ради собственных целей. Вроде как, можно магически подчинить себе сознание вожака такой стаи и управлять действиями монстров по своему усмотрению.

Но такие эксперименты были запрещены советом уже несколько столетий назад и, вроде как все стаи были уничтожены уже довольно давно по приказу того же совета. Как же так получилось, что я уже второй раз наталкиваюсь на то, чего по определению быть не может? Если бы сама не стала свидетельницей того, как в конце лета, Ройс и Лекс уничтожили стаю неподалеку от столицы, то могла бы предположить, что они содержались здесь. Но такого быть не могло — я своими глазами видела то, что осталось от тех тварей, что напали на нас с Ларкиным пару месяцев назад.

Тогда как здесь, в этом забытом богом и людьми захолустье оказалась еще одна стая? Как Ною, который не являлся магом, удавалось их сдерживать? И не слишком ли много мерзости для «маленького тихого городка»?

Вот же демон! Эграш безжалостны и кровожадны и как верно заметил Ной, они предпочитают питаться людьми. И справиться с ним очень сложно, то есть, невозможно. Даже маги не всегда могут победить тварь, обладающую силой и скоростью оборотня, но с полным отсутствием инстинкта самосохранения. Это значит, что жители Лупгрейфа в большой опасности.

Я подскочила, чтобы бежать, но не сделала даже шага. Где-то там, за стенами этого бункера бегает стая хищников, желающих уничтожать на своем пути все живое. Что-то мне не очень хочется попасться им на пути. Но и здесь оставаться тоже не вариант. Кто знает, сколько еще «мирных жителей» замешено во всем этом?

Я в очередной раз осмотрелась по сторонам, но так и не нашла никаких подтверждений тому, что здесь есть еще кто-то. Но сомнения оставались — и Ной, и преподобный Лупгрейф воспринимались мной как смертные. Они не обладали ни магическим даром, ни второй ипостасью. Никто в Лупгрейфе не обладал. Или же просто не попадался мне на глаза. И это настораживало и злило.

Память услужливо подкинула воспоминания недавних событий. Рассказывая про эграш, Ной несколько раз повторил, что люди слабы и беспомощны. Причем он подчеркивал — они. Он не говорил — мы.

Я очень медленно обернулась и пристальнее вгляделась в мертвое лицо лежавшего на полу мужчины. Какова вероятность того, что я ошибалась во всем? От начала и до конца? И если Ной Де Вил относится к какой-либо сверхъестественной расе, то почему я этого не почувствовала?

Очень медленно я присела на корточки рядом, рассматривая мужчину. Внимание привлекла цепочка, спрятанная за воротом рубашки. Следующее мое действие можно объяснить обычным женским любопытством. Я протянула руку и, потянув за цепочку, вытащила ее из-за ворота.

В глазах потемнело. А пальцы, державшие цепочку, сжались сами собой. Я слишком хорошо знала кулон, показавшийся на конце цепочки. Слишком хорошо. И совершенно не ожидала найти его на шее человека, которого и не знала до недавнего времени. Хотя, я снова не права — Ной Де Вил человеком не являлся.

Рванув за цепочку, я подхватила кулон и затолкала его в карман. Выпрямилась и окинула взглядом лежавшего у моих ног мужчину — маг-полукровка.