Глава 9

Юсальфхейм, резервация диплодоков. Хижина отшельника.

В предрассветном полумраке комнаты, ещё не донца пробудившая ото сна Пандора с беспокойством лихорадочно оглядывалась по сторонам, силясь понять, откуда доносится смутно знакомый голос.

— Ора! Да просыпайся же, Ора! — нетерпеливо снова и снова требовал голос. — Ну куда ты смотришь? Если я здесь! — ворчливо прикрикнули на неё.

— Руса-ал? — удивленно уточнила Пандора, остолбенело уставившись на стоящий на ночном столике стакан, вода в котором вела себя так как, если бы она кипела на большом огне: она активно булькала и вздымалась большими пузырями. Разница был лишь в том, что огня не было: ни большого, ни маленького, никакого.

— Ну а кто ж ещё⁈ — ворчливо поинтересовались у неё.

— Ого! — мгновенно проснувшись, воскликнула девушка. — Ты и так можешь?

— Пришлось поднапрячься! И, поверь мне, это была настоящая ордынская задача! — тоном великомученика пробулькал Русал. — И теперь, кому я только не должен! — продолжил сетовать он. — И Аквариону — хранителю вод. И Фламеиру — духу огня. И Эолу, повелителю ветров и Люминесу, элементалю света. И я даже уже и не припомню, кому ещё! Клянусь морскими глубинами, я столько должен, что вряд ли рассчитаюсь до конца моей бесконечно длинной жизни! — тоном, в котором явно звучало: «впечатлись и восхитись принесенной во имя тебя жертвой, о недостойная!», с тяжким вздохом резюмировал он. — Но дело было слишком срочное и важное, чтобы экономить на затратах. Мой брат передал, что Мириэль попала в расставленную Хель ловушку. Она устроила сход каменной лавины и замуровала её в жерле действующего стратовулкана[1]. В этой реальности он известен как Тенегор, а в нашей как Везувий. В этой реальности он является одной из вершин большой горной дуги средиземноморского пояса, отделяющего Юсальфхейм от Свартальвхейма[2].

— Она жива? — сцепив руки, обеспокоенно уточнила Пандора.

— Жива-жива! — заверил Страж. — И неплохо себя чувствует. Более того, насколько я понял, она ещё не знает, что не сможет выбраться. За эту информацию я тоже, кстати, по век жизни кому-только не обязан. — У неё там провизии ещё на несколько дней.

— Не знает, что не сможет выбраться? — удивленно переспросила Пандора. — Что же она там делает? Как Мириэль вообще оказалась в жерле вулкана? — задала следующий вопрос Пандора.

— А я откуда знаю! — фыркнул Русал. — Нашла у кого спрашивать! О том, что происходит в этом мире, я знаю ненамного больше твоего! Что брат мне расскажет, то и моё! –объяснил Русал. — Ты, кстати, с этим… как его? А-а! Тенегором не шути! Он только притворяется мирно посапывающим, а, на самом деле, никакой он не мирный. Даже и близко! Ты ж про Помпеи[3] читала?

— Читала-читала, — заверила его Пандора.

— О-т-о-ж, — булькнул Русал. — Ну пошел я, в общем… Но ты, пожалуйста, того… будь осторожна. Хель — она…

— Совершенно отмороженная? — подсказала Пандора.

— Ну ты и выражаешься! — неодобрительно фыркнул Страж Пространства. — Хотя да, суть ты поняла правильно. Она совершенно отмороженная. Что делает её очень и очень опасной. Но ещё… Ора, помни о том, — продолжил Русал и голос его при этом стал таким серьёзным, что даже вода замерла. — Что Хель не просто коварна и безжалостна, и не просто мастер манипуляций, она способна обратить твои собственные страхи и сомнения против тебя. Поэтому, — Страж Пространства сделал паузу, чтобы подчеркнуть важность своих следующих слов, — будь на чеку, не позволь Хель использовать против тебя твои же слабости. И ещё… Этот мальчик, которого ты должна спасти. Он очень важен. Очень важен как для будущего нашей реальности, так и для сохранения межреальностного равновесия. Он даже более важен, чем Ганимед…

При этих его словах взгляд Пандоры потемнел, а руки невольно сжались в кулаки.

— Ты на что это намекаешь, мерзость чешуйчатая⁈ — угрожающе спросила она.

— Ой! Что-то я расчувствовался… Береги себя, Ора! — булькнул на прощение Русал, и вода в стакане снова стала лишь водой в стакане и ничем больше.

— Ну уж нет! Ганимеда я в нашу реальность и в его время доставлю в целости и сохранности! Чтобы эта подлость чешуйчатая там не вещала! — клятвенно пообещала себе Пандора, разорвав в тишину библиотеки своим звонким голосом.

«Однако в одном мерзость чешуйчатая прав. С Хель шутки плохи. Нам нужно быть очень осторожными… Очень-очень осторожными!».

Вслед за чем исполненная тревожных мыслей, она погрузилась в беспокойный и нервный сон.

И снова её разбудили странные звуки, на сей раз то ли крякающие, то ли гавкающие. Выглянув в окно и увидев, полощущих горло, диплодоков, она поняла, что это доисторические гиганты таким образом приветствуют то ли начало нового дня, то ли первые лучи солнца.

Решив, что раз выспалась не только она, но и диплодоки, то и все остальные тоже выспались, Пандора решительно принялась всех будить.

— Подъем!!! Подъем!!! — идя по комнатам домика отшельника громко энергично провозглашала она. — Подъем!!! Подъем!!!

Ответом ей стали четыре сонные, явно недовольные ранним пробуждением физиономии.

— Ты вообще нормальная⁈ — совершенно искренне вопрошали все четверо. — Ты видела сколько сейчас? Ещё нет даже шести утра!!! А мы только в два часа ночи легли!!!

— А я и того позже! И ничего! Как видите, бодра и полна энергии! — сообщила невозмутимая Пандора. — И ещё я знаю, где Мириэль! Поэтому П-О-Д-Ъ-Е-М!!! — заорала она, имитируя рев сержантов в армии.

— Зачем же так орать? — схватившись за голову, застонали все четверо. — Никто ж не против. Все уже встали, — добавила Ирэн.

— Ты, и в самом деле, знаешь где Мириэль? Или просто хотела встряхнуть нас? — раздраженно уточнил Ганимед.

Пандора цокнула языком, округлила глаза и возвела их к потолку.

— Ты это серьёзно сейчас у меня спросил? — язвительно парировала она. — Мне что пять лет?!!

— Хорошо-хорошо! Прости-прости. Я не прав, — выставив перед собой ладони, покаялся блондин. — Просто не выспался. — Вслед за чем почти заискивающе попросил: — Можно мне кофе?

Всё ещё пышущая негодованием, Пандора ещё сильнее изогнула бровь.

— Ты намекаешь на то, что я должна ПОДАТЬ ТЕБЕ КОФЕ?!!

— Ни в коем случае! — поспешно заверил Ганимед. — Говорю же не выспался, — оправдался он и тут же, во избежание дальнейших недоразумений, предложил свои услуги: — Как ты смотришь на то, что я всем нам сейчас приготовлю кофе… Или может ты не хочешь кофе? — уточнил он у взирающей на него из-под нахмуренных бровей подопечной.

— Хочу! — уведомили его и дали наивысочайшее позволение: — И смотрю положительно. Так что можешь приступать!

— А я хочу знать, где моя сестра? Если мне, конечно, позволено будет подать голос, — одновременно с беспокойством и лёгкой иронией в голосе нервно спросил Ингвэ.

Пандора перевела на эльфа одновременно потеплевший и слегка виноватый взгляд.

— Ты только не волнуйся. Я знаю, как это прозвучит, но с ней всё в порядке, — предупредила она. Вслед за чем, не зная, что ещё сказать, просто выпалила как есть: — Она в жерле вулкана Тенегора! — И снова заверила: — Но с ней всё в порядке. Она не ранена. У неё есть многодневный запас провизии. И, если брат Русала ничего не напутал, она ещё даже не поняла, что в ловушке. По крайней мере, два или три часа назад она этого ещё не поняла. — Вслед за чем добавила с извиняющимися нотками в голосе: — У меня была мысль сразу же разбудить вас, но потом я подумала, что Мириэль пока ничего угрожает, а мы только легли…

— Страж Мгновения не мог напутать, — выдохнув с облегчением, сказал Ингвэ. — Ты всё правильно сделала, Ора. Мы вчера преодолели довольно большой путь. И прежде, чем двигаться дальше, нужно было отдохнуть.

— Ора, а мой отец? Страж про него ничего не сказал? — спросила Ирэн.

— О-х! — выдохнула юная богиня. — Прости, Ирэн. Русал сообщил мне только о том, где Мириэль. И ничего не сказал про твоего отца. А я… я… забыла спросить, — прошептала она, виновато посмотрев на подругу: — Прости.

— Не извиняйся, я всё понимаю, — грустно улыбнувшись, ответила Ирэн. — Ты же не с обычным смертным разговаривала, а со Стражем. А они, насколько я слышала, не любят, когда им задают вопросы.

— Нет, не любят, — подтвердила Пандора. — Но это всё равно меня не извиняет… Я должна была спросить.

— Ора, правда, я всё понимаю, — заверила Ирэн.

— Я обязательно спрошу в следующий раз, — пообещала Пандора.

Амазонка в ответ на благодарно улыбнулась и, дабы сменить тему, потянула носом.

— Уммм… Как вкусно пахнет, — блаженно улыбнулась она, вдыхая аромат, исходивший от кофе и булочек с корицей, которые как раз в этот момент принёс Ганимед. — Им, ты ещё и булочки печешь? — с улыбкой риторически уточнила она. Вслед за чем добавила: — Не мужчина, а мечта!

— Может и печет, но эти булочки точно не он спек! Он просто не успел бы! — тоном эксперта объявил Дубрев.

— Нет, не успел бы, — согласился Ганимед. — Поэтому я решил просто подогреть уже имеющиеся.

Пандора вдруг осмотрелась по сторонам, словно прислушиваясь к чему-то.

— Им, мне кажется или сегодня в домике, словно бы светлее и веселее?

— Нет, не кажется, — улыбнулся блондин. — Я дал дереву слово сделать всё от себя зависящее, чтобы его хозяин вернулся к нему живым. И оно мне поверило.

— Конечно, оно тебе поверило, — улыбнулась девушка. — Я бы тебе тоже поверила. Есть в тебе что-то внушающее доверие. Возможно, дело в том, что ты — Верховный хранитель равновесия во Вселенной?

— Возможно, — не стал спорить Верховный хранитель. И тут же обеспокоенно всмотрелся в лицо своей подопечной: — Есть ведь что-то еще? — сведя брови на переносице и нахмурив лоб, спросил он. — Что-то ещё, о чём ты нам не рассказала? — уточнил он.

— Да нет, — покачала она головой. — Всё то же. Хель и её повышенный интерес к тебе… Но ты не переживай! Я не отдам тебе ей! — заверила она его. И хотя голос её при этом был шутливым, в глазах её светилась решимость, которая говорила о том, что она вовсе не шутит.

— Договорились, — усмехнулся Ганимед. — Я рассчитываю на тебя! — В его голосе, как и в голосе Пандоры, при этом прозвучали шутливые нотки, а вот глаза….

Глаза тоже, как и её случае, говорили совсем другое. Они говорили о том, что он и в самом деле на не неё рассчитывает. Что он доверяет ей свою жизнь. И ещё они говорили, что он не считает её страхи безосновательными.

Ни Афина, ни Гестия, ни даже Лета никогда бы не доверили ей свои жизни. Они бы даже не раздумывая отдали за неё свои… Но не наоборот. А он доверяет… Он доверяет ей свою жизнь и рассчитывает на неё!

Только сейчас Пандора впервые поняла, что имел в виду Ганимед, когда сказал, что её тетки и сестра видели в ней маленькую, несмышленую девочку, а он видит не девочку, а взрослую женщину.

«Да уж, как бы я ни относилась к Зевсу, опекуна он всё же назначил мне самого лучшего!» — пришла вдруг к неожиданному умозаключению юная богиня. Она даже нахмурилась, настолько ей не понравилось это её умозаключение. И всё же факт оставался фактом: Зевс не пытался её контролировать, а проявил о ней заботу.

— Э-эй! Вы двое, вы всё ещё с нами? — окликнул друзей Ингвэ, которые, по его мнению, слишком уж долго неотрывно смотрели друг на друга.

— Да с вами, — ответили хором Пандора и Ганимед. При этом первая выглядела смущенной, а второй — сбитым с толку.

— Тогда, если никто не возражает, может пойдём уже спасать мою сестру? — предложил он.

И, разумеется, никто не возражал.

[1] Стратовулканы характеризуются крутыми склонами, образованными несколькими слоями лавы, пепла и других вулканических отложений.

[2] Свартальвхейм — один из девяти миров скандинавской мифологии, населённый гномами и/или темными эльфами, известными своим мастерством и умением кузнечного дела.

[3] Помпеи — древний римский город, который был погребён под слоем вулканического пепла и лавы в результате извержения Везувия в 79 году нашей эры.