Глава 25

Я не поняла, как это произошло и с чего началось.

Джиба просто в один момент широко раскрыл глаза и отлетел от меня к противоположной стене. Сам он отпрыгнул или что-то его утащило, я не знаю. Но выглядело это так, словно он спиной вперёд на бешеной скорости врезался в бетон, оставив на стене приличную выбоину.

В следующий же миг я увидела мужчину в чёрной военной форме, который бьёт Ирга основанием биты в кадык, а тот оседает на пол, хватаясь за горло и жутко тараща глаза.

Оценив незавидную участь товарищей, Гобз попытался убежать, но кара настигла его, в виде той же биты. С одного мощного замаха она была послана через всю мастерскую ему точно в затылок.

Забавно, как долго в моём ушибленном мозгу созревала логическая цепочка: военный в чёрной форме и мой знакомый имперец – это один и тот же человек.

Он был словно не похож на себя. Черты лица его стали жёстче, хищнее. Фиолетовые глаза – ярче, и, кажется, начали светиться. Но самые серьёзные метаморфозы произошли с его телом. Я никогда не видела, чтобы кто-то так быстро двигался. Обычное течение времени будто стало для него слишком медленным – он преодолевал его, подобно пловцу, рассекающему воду в бассейне.

А может быть, это просто Джиба ударил меня по голове слишком сильно?

Безразличный взгляд скользнул по поверженным противникам и обратился ко мне. Пробежался по ногам, рукам, немного задержался на испачканном кровью комбинезоне и, наконец, остановился на опухшем лице. Надолго остановился. Неужели залюбовался? Хороша?

Имперец нахмурился, стянул перчатку с руки и протянул мне свою белую руку.

Я на мгновение прикрыла глаза. Почему-то мне стало стыдно, что он увидел меня такой… слабой и избитой. Я оттянула рукав футболки, осторожно провела им под носом, стирая кровавые потеки, и только потом всё-таки приняла его помощь.

Снежно-белая ладонь мужчины оказалась горячей на ощупь, хотя вызывала ассоциации со льдом и снегом Йеголя. Ещё один контраст, который сложно было предугадать, как и его глубокий низкий голос. Этот имперец не переставал меня удивлять.

– Выглядишь не очень. Как себя чувствуешь?

Я болезненно поморщилась.

Да, комментарий о поганом внешнем виде – это именно то, что любая девушка желает услышать после того, как бандиты разбили ей нос и разнесли вдребезги рабочее место.

Неподалеку застонал Джиба. Имперец сделал шаг в его сторону, но я инстинктивно прижалась к его руке, пытаясь остановить.

Он замер. Обернулся ко мне и посмотрел таким взглядом, словно проснулся утром, обнаружив в ногах сладко урчащего песчаного кота.

– Не надо… пусть уходят. Если могут.

– Уверена?

Нет, я не была в этом уверена. Но сейчас мне только трупов рубак в моей мастерской не хватало для полного счастья!

Джиба, шатаясь, кое-как поднялся с пола. Увидев имперца и меня, повисшую на его руке, он чуть не свалился обратно. К счастью, стена вовремя попалась под его руку и позволила сохранить равновесие.

Ничего не говоря и стараясь больше не поднимать головы, он помог подняться хрипящему, едва дышащему Иргу. Вместе они, спотыкаясь и оскальзываясь на разбитых стёклах, подхватили бессвязно мычащего Гобза, и, наконец, покинули мою мастерскую.

Только после этого я отпустила руку имперца. Не сказать, что он был против нарушения его личных границ, но это же было очевидно неправильно. Я и он… между нами не было никаких отношений, чтобы я могла касаться его когда вздумается.

Конечно же, в этом не было ничего такого. Он просто остановил несправедливость, свидетелем которой стал, а я… Я всего лишь испугалась, что он зайдёт слишком далеко, и не придумала ничего лучше.

– Кто такие?

Резонный вопрос, если подумать. Но это не значит, что мне хотелось на него отвечать. Я решила отшутиться.

– Разве не заметно? Недовольные клиенты.

– Чего хотели?

– Деньги вернуть. На прошлой неделе починила им вибромассажёр для спины, но кто ж знал, что они его не по назначению использовать станут!

Имперец нахмурился, став немного похожим на недовольную полярную сову.

– Какой грубый юмор для такой нежной девушки.

Я прыснула от смеха.

– В каком это месте я нежная?

Он не ответил.

Я вздохнула. Пошерудила носком ботинка стеклянное крошево на полу и развела руками. Никакой работы, кроме уборки, очевидно больше не предвиделось, а я обещала Эггеру избавиться от имперца сегодня раз и навсегда.

Но мне почему-то не хотелось.

И всё же Эгг был прав. Эту дурную, порочную связь между нами, нужно было рубить на корню.