Глава 23 · Экзамен

Утром я шла на экзамен с чувством приговоренного к смертной казни. Я уже знала, что провалюсь. А как иначе? Вся суть испытания в том, чтобы призвать сателлита и отдать ему приказ использовать магию. А я даже первую часть выполнить не в силах.

Призвать дракона перед всеми означало поднять небывалый переполох. Морока вмиг узнают. Посыплются вопросы, на которые у меня нет ответа. Нас с Вэйдом тут же возьмут в оборот. И хорошо, если будут просто изучать, а то вовсе обвинят непонятно в чем. Естественно, меня. Даморри неприкосновенен.

Прощай, спокойная жизнь. Нет уж, лучше провалить экзамен. Сразу в любом случае не отчислят, дадут шанс все исправить. Хотя бы один. У меня будет время что-то придумать. В общем, я решила сказать, что не могу призвать сателлита. Проверить это все равно невозможно. Экзаменаторам придется поверить мне на слово.

Первый курс менталистов собрался возле аудитории, где проходил экзамен. Входили по одному. Само испытание длилось недолго. Студенты выходили в основном с улыбками. Хмурились только те, у кого проблемы с магией. Но совсем не сдавших не было. Видимо, я стану первой. И единственной…

Трина заняла мне очередь где-то в середине, рядом с собой. И вот настал ее черед. Подруга вошла в аудиторию и вышла минут через десять, сияя как звезда на небосклоне.

— Сдала, — выдохнула она. — На средний балл.

Я кое-как выдавила из себя поздравления. Радость за подругу затмевала тревога за собственное будущее.

Следом за Триной должна была идти я, но я была совершенно не готова, а потому пропустила вперед Тронта.

— Ты чего? — удивилась Трина.

— Перенервничала. Пойду чуть попозже.

Одного за другим я пропускала студентов и так до тех пор, пока в коридоре не осталась только я. Дальше откладывать было некуда, и я пересекла эту черту — порог экзаменационной аудитории.

За длинным столом, лицом к студентам сидели трое. Седой мужчина лет за шестьдесят — декан Менталистов. Я видела его раньше на портрете, что висит в холле кафедры, поэтому сразу узнала. Плюс два преподавателя с нашего курса — господин Эриссон, ведущий основы менталистики, и госпожа Эрей.

— Не волнуйся, Диондра, — подбодрила она. — У тебя все получится. Начни, как обычно, с призыва сателлита.

Легко сказать. Как раз этого я сделать никак не могу, и мне предстоит заявить об этом вслух. Воображаю, что обо мне подумают. Этому учатся еще в раннем детстве. Любой маг с закрытыми глазами и даже во сне в состоянии материализовать сателлита. Меня оправдывало только то, что мы с Кати вместе всего три года.

У меня есть все шансы стать худшей студенткой Главной Магической Академии! От надвигающегося позора щеки горели похлеще, чем от непристойного предложения Вэйда. Ненавижу его за то, что он заставляет меня проходить через все это.

Три пары глаз выжидательно смотрели на меня. Терпение экзаменаторов было на исходе. Господин Эриссон поерзал на стуле, а декан кашлянул, напоминая о своем присутствии. Еще немного — и меня поторопят.

Тянуть дальше было некуда, и я пробормотала:

— Я не могу… — и умолкла, не решаясь произнести фразу целиком.

— Без своего куратора, — за меня ее закончил до боли знакомый голос.

Резко обернувшись к двери, я увидела Вэйда. Он вошел в аудиторию без стука, как к себе домой. Руки в карманах, плечи расслаблены. Разве что не улыбался, так как нижняя губа распухла после моего укуса и наверняка болела. Я все-таки стерла улыбку с лица Вэйда Даморри, пусть и таким экзотическим способом. Но даже теперь он умудрялся выглядеть так, будто ничего из ряда вон не происходит.

Я покосилась на Вэйда. То, что он пришел, несмотря на наши разногласия, поражало. Но сомневаюсь, что он защищает меня. В этом деле у него свои интересы. Никто не должен знать, что великолепный Даморри остался без дракона.

И все же он здесь, а значит, будет вполовину легче. Я хотя бы могу призвать сателлита. Точнее, сделать вид, что призываю. А вот с применением магии по-прежнему беда.

Я все еще не рассчитывала на высший балл. Хоть бы какой-нибудь получить! Сейчас Катастрофа разнесет пол-аудитории и все, отправят на пересдачу…

Естественно, все внимание сразу же переключилось на Вэйда. Но я была даже рада, получив небольшую передышку.

— Что с вашим лицом, Даморри? — нахмурился декан.

— Неудачная боевая тренировка, господин Лемарр, — ответил мажор.

— Вам бы обратиться к врачевателю…

— Ерунда, — отмахнулся Вэйд. — Само заживет. Не хочу тревожить их по пустякам. И вообще шрамы красят мужчину, не так ли?

При этих словах он взглянул на меня. Понятно, что камень в мой огород. А еще я знала, почему он не обратился к врачевателю. При магическом лечении видно, как именно была получена рана. Вэйд берег репутацию. Только непонятно чью — мою или свою? Я ставила на второй вариант. Слух о том, что лучшему ученику Вышки отказала беспризорница вызовет кучу насмешек в его адрес.

— Не совсем понимаю, зачем вы пришли. Чем вы поможете студентке Арклей? — спросил декан.

— Исключительно моральной поддержкой, — ответил Вэйд. — Студентка Арклей сильно нервничает. Это ее первый практический экзамен, а у нее были проблемы с магией…

— В самом деле, — поддержала госпожа Эрей. — Мы даже занимались дополнительно. При этом Даморри, как ее куратор, оказывал всяческую помощь. Пусть останется. Не думаю, что он помешает ходу экзамена.

Декан махнул рукой. Мол, делайте, что хотите. Шел третий час экзамена, он уже хотел поскорее все закончить.

— Итак, Диондра, — снова обратилась ко мне госпожа Эрей, — призови, пожалуйста, своего сателлита.

В итоге я повторила все то же самое, что мы делали на дополнительных занятиях госпожи Эрей. Нам с Вэйдом снова удалось провести преподавателей. Когда появилась Кати, все решили, что это мой сателлит. Просто потому, что привыкли так думать.

— Прекрасно, — похвалила госпожа Эрей, взявшая на себя проведение моего экзамена. — А теперь попроси сателлита сделать что-то простое…

Она кивнула на стол перед собой, где лежали разные предметы. Их использовали на экзамене в качестве рабочего материала. Деревянный брусок, свеча, металлический стержень, лист бумаги и еще куча подобной мелочи.

Из рассказов сокурсников, сдавших экзамен передо мной, я знала, что лист бумаги нужен для демонстрации направленного порыва ветра. Студент должен был сдуть его со стола, не задев другие предметы. Из деревянного бруска создавали фигуры, а металлический стержень сгибали. На первом курсе задания были элементарными, но Кати даже с ними может напортачить.

Госпожа Эрей осторожничала, помня прошлые «успехи» Кати. Порыв ветра точно не наш вариант, сдует всех. С деревом у Кати тоже не заладилось. Может, стержень?

Я сомневалась, что выбрать. Надо же еще поберечь силы. И мне, и Вэйду за использование магии расплачиваться физическим недомоганием.

Но пока я соображала, за меня выбор сделал декан:

— Зажги свечу, — велел он.

Я похолодела. Огонь… не самый лучший вариант для Кати. Как бы не спалить Академию. Но делать нечего, декан озвучил мое экзаменационное испытание, надо выполнять.

Жаль, Морок не может действовать вместо Кати. Другой источник магии преподаватели вмиг почувствуют. С их-то опытом. Наверняка студенты не раз пытались провести их на экзаменах.

Вздохнув, я произнесла:

— Зажги, пожалуйста, свечу, — и зажмурилась. Потому что банально было страшно.

Я ожидала услышать треск пламени. Была уверена, что загорится как минимум стол, за которым сидят экзаменаторы, а то и вовсе вспыхнет вся Академия. Зато одной проблемой меньше. Меня точно не отчислят. Неоткуда будет. При этой мысли я едва сдержала нервный смешок. Вот уж воистину шутка смешная, а ситуация — страшная.

Но что-то криков не слышно. Или у преподавателей настолько крепкие нервы, что возгоранием их не удивишь?

Я осторожно приоткрыла один глаз, а следом за ним открылся рот. Челюсть сама упала вниз. Свеча горела. Но самое поразительное, что помимо нее огонь ничего не коснулся.

Это походило на чудо, и я, не удержавшись, перевела изумленный взгляд на Вэйда. Уголок его губ дернулся в едва различимой усмешке, но он тут же поморщился из-за боли в губе.

— Замечательно, Диондра! — больше всех обрадовалась госпожа Эрей. — Ты проделала огромную работу со своим сателлитом. Я в тебе не сомневалась. Полагаю, экзамен сдан на высший балл, — декан и господин Эриссон согласно кивнули, подтверждая ее слова.

А я все не могла оторвать взгляд от Вэйда. Я проделала огромную работу? Нет же, это он ее проделал. Пока я ненавидела и проклинала Вэйда, он занимался делом — тренировал Кати пользоваться магией… И ведь справился! Сделал то, что я не смогла — научил Кати управлять магией. Это ли не чудо?

Меня захватило сразу два мощных чувства: стыд за плохое отношение к парню и благодарность за его помощь. Вэйд Даморри далек от идеала, это факт. Он самовлюбленный, заносчивый, невыносимый тип, но он небезнадежен. Это открытие поразило меня до глубины души.

* * *

Вэйд полагал, что в разлуке с Беспризорницей, отдохнет. Ага, как же. Даже не встречаясь с ней лично, он повсюду слышал ее имя. Девчонка его преследовала!

Для начала ему пришлось решать проблему с бунтом хвостов. Надо же, как назвали. Бунт, не меньше! И, конечно, Беспризорница была в числе зачинщиков.

Золотокрылые организовали целое совещание по этому поводу. Собрались в общей гостиной кафедры и, дрожа от ярости, призывали наказать виновных.

— Пусть теперь не только посуду убирают, но и полы в наших комнатах моют! — громче всех возмущалась Грэйс. — Будет им расплата за непослушание.

— Для этого есть уборщицы от Академии, — напомнил Вэйд.

— И что с того? — фыркнула она. — С хвостов не помешает сбить спесь. Ты вообще на чьей стороне?

Вэйд устало потер переносицу. Он на стороне здравого смысла, но Грэйс, как и ее подругам, это не объяснить. Впрочем, парни тоже промолчали. Никто не хотел ссориться с девчонками. Давать же перестанут. А у хвостов сговорчивых еще меньше.

Никакой дружеской поддержки. Хотя о чем это он? Среди золотокрылых дружбы не существует, максимум взаимовыгодное сотрудничество. Вэйд впервые осознал, что за четыре года учебы не обрел друзей, так и остался одиночкой. Неприятное открытие.

То ли дело хвосты. Они вон какие сплоченные. Видимо, на пару с золотой кровью по наследству передается одиночество.

— Так ты собираешься что-то предпринять? — уперла руки в бока Грэйс.

— А что, по-твоему, я должен сделать?

— Наказать их. Пусть знают свое место.

— Да ничего он не сделает, — вмешался в разговор Адэйр. — Ты разве не знала, что он спит с зачинщицей?

Вэйд скрипнул зубами. Первокурсник, а лезет туда же. Хозяева сателлитов-драконов почему-то уверены — им позволено все. Неужели он такой же невыносимый? И как его еще не прибили…

— О ком ты говоришь? — Грэйс вмиг переключилась на Адэйра.

Она все строила планы на счет Вэйда, не подозревая, насколько далека от их реализации.

— С этой, как ее, — Адэйр щелкнул пальцами, припоминая. — Да с твоей сестрой! Он ее на бал приглашал, я слышал.

Получив внимание Грэйс, парень окончательно распушил хвост. Кажется, она ему нравится. Что ж, пусть забирает. Вэйд только «спасибо» скажет.

— Будешь отрицать? — повернулась к Вэйду Грэйс.

Он пожал плечами:

— Отчего же? Приглашал.

— И спал с ней?

— А вот это не твое дело, — разговор перестал его забавлять.

Но польза в нем все же была. Раз уж чертов Адэйр представил все так, будто Беспризорница его девушка, то пусть все так и думают. В конце концов, это веский довод не наказывать хвостов. Бессмысленный альтруизм и доброту золотокрылые не поймут, им подобное несвойственно. А вот покровительство — другое дело. Протекция, фаворитизм, продажность — куда более понятные им вещи.

Плюс это оградит девчонку от чужих посягательств. Может, и Крис поумнеет. Не хватало еще, чтобы рядом с Беспризорницей кто-то крутился, пока у нее дракон Вэйда. Мало ли что он заметит. Студенты весьма наблюдательны и охочи до сплетен.

— Забыли о бунте, — велел Вэйд остальным. — Отныне каждый сам убирает за собой посуду в столовой.

В ответ раздались сальные смешки и намеки на него с Беспризорницей, но никто не стал спорить. Решение куратора приняли без возражений. Убедившись в этом, Вэйд пошел к выходу, но Грэйс, конечно, не могла позволить ему уйти вот так. Последнее слово должно было остаться за ней.

— Я была о тебе лучшего мнения, Вэйд, — произнесла она. — А ты, оказывается, любитель копаться в грязи.

— Вообще-то она твоя сестра. Хочешь сказать весь род Арклеев замаран? — не остался он в долгу.

Грэйс молча хлопала ресницами, не найдясь с ответом. Вэйд смотрел на нее и не понимал, как она могла ему нравиться. Недалекая, самовлюбленная эгоистка, как и все ее подруги. Передернув плечами, он поскорее покинул гостиную, пока их общение не переросло в ссору.

Едва он вышел в коридор, как в голове раздалось:

— Это хорошее решение.

Впервые на памяти Вэйда сателлит Беспризорницы с ним согласилась.

— Похвала из твоего клюва? — хмыкнул Вэйд. — Ты там здорова?

— Просто ты поступил правильно. Мне не тяжело это признать.

— Как тебя зовут, напомни.

— Кати, — осторожно ответила она.

— Но ведь это не полное имя. Как оно звучит целиком?

— Катастрофа, — Вэйд не видел сателлита, но по голосу понял, что курица смущена. Вся в хозяйку.

— Имя тебе подходит, — не сдержал он смешок.

Вот уж точно Катастрофа. По крайней мере, в том, что касается магии. А все потому, что не умеет правильно контролировать силу. Проще говоря, перегибает. Там, где надо приложить совсем чуть-чуть, она бахает со всей дури.

У Морока была схожая проблема, но лет в семь, когда они только начали тренироваться. Впрочем, курица, то есть Кати, сейчас немногим старше. Она ведь появилась у Беспризорницы после встречи в подворотне. Значит, ей всего-навсего три года.

У Вэйда ушло пару лет на то, чтобы научить Морока правильно соизмерять силу, но он тогда и сам был ребенком. Сейчас другое дело. Он бы справился намного быстрее.

Прежде чем призвать сателлита, Вэйд поднялся к себе в комнату. Заперся там, задернул шторы и только после этого велел Кати появиться. Никто даже случайно не должен видеть, кто приходит на его зов.

Сателлит выбрала насестом спинку кресла. Вцепилась крючковатыми когтями в обивку и нахохлилась. В полумраке комнаты ее перья отбрасывали золотой отсвет. Вэйд прежде не замечал, что она светится, не до того было, но сейчас он пристально изучил сателлита. Никакая она не курица, скорее пташка.

Беспризорница была права: сателлиты страдали без подпитки хозяина. Пташка выглядела потрепанной, но все еще оставалась бойкой.

— Зачем призвал? — поинтересовалась она и тут же предупредила: — Ни в какой схватке я участвовать не буду.

— Ты видишь здесь противника? — оглянулся Вэйд.

До пташки дошло, что они наедине, и она еще сильнее занервничала. Пока она не раскудахталась, Вэйд назвал причину призыва.

— Будем тренировать твою магию, — заявил он.

У пташки аж клюв приоткрылся.

— Но как же энергия? Без ее пополнения нам обоим будет плохо, а вы с Диондрой в ссоре. А твоя комната? Я же ее разрушу!

Сплошные вопросы и сомнения, как обычно у девчонок. Но у Вэйда на все был один, чисто мужской ответ:

— Разберемся.

— Для начала тебе надо прочувствовать свою магию, — терпеливо объяснял Вэйд. — Чаще всего используют сравнение с водой. Оно самое наглядное и простое. Представь, что твой магия — река или озеро, или…

— Водопад, — выпалила пташка.

— Отлично, — кивнул он. — Теперь следует научиться управлять этим водопадом. В зависимости от силы, которую тебе нужно применить, ты черпаешь из своего источника либо каплю, либо пригоршню, а если необходимо, то целое ведро. Понимаешь?

Пташка закивала золотой головой, отчего хохолок на ней смешно затрясся. Какая она все-таки забавная. И маленькая.

— Видишь на столе ваза с фруктами? Она будет твоим испытательным полигоном. Допустим, я попросил тебя спечь яблоко. Ответь сначала устно, сколько магии на это понадобится?

— Задание пустяковое хватит и капли, — фыркнула она.

— Именно! Ты уловила суть, — похвалил Вэйд. — Теперь от теории перейдем к практике. Сделай это — возьми каплю магии и запеки яблоко из фруктовой корзины.

— А вдруг не получится? — оробела пташка. — Я разнесу всю комнату…

— Не переживай, — махнул он рукой, — эти стены не только звукоизолированы, но и магонепроницаемы. Дальше них ничего не выйдет. Тебе все равно надо где-то тренироваться. Это самое безопасное место для подобных занятий.

Чуть подумав, пташка кивнула. Отчаянно так. Видно, что решилась. После чего она полностью сосредоточилась на яблоке, но действовать не торопилась. Все выверяла эту самую каплю магии.

Вэйд наблюдал за ней с усмешкой. Тренировка пташки отлично укладывалась в план по очарованию Беспризорницы. Если из этого что-то выйдет, девчонка будет в восторге. Путь к ее сердцу можно проложить через сателлита. Недаром их еще называют «душой мага». Получит душу, а там и вся она сдастся.

Когда пташка все-таки отважилась на магию, яблоко буквально взорвалось изнутри. Брызги разлетелись в разные стороны, испачкав стены и потолок.

— Я говорила, что ничего не выйдет, — понурила голову пташка. — Прости.

— Ты не права, — возразил Вэйд. — Получилось неплохо.

— Но я взорвала яблоко, если ты не заметил.

— Но только его, если ты заметила, — передразнил он. — Раньше ты бы разнесла весь стол.

Пташка задумчиво склонила голову на бок. Похоже, дошло.

— Давай попробуем еще! — воодушевилась она.

— Конечно. В вазе полно фруктов. Тренируйся.

Она не остановилась, пока не перевела все фрукты. Под конец даже что-то получилось: одно из яблок подгорело снаружи, оставшись сырым внутри. Неидеально, но хоть что-то. Магия такое дело, ее можно освоить только постоянными тренировками.

— Все, больше не могу, — пробормотала Кати.

Вэйд и сам чувствовал, что это предел. Им обоим нужна подпитка. Он прикинул, где искать Беспризорницу. Для этого пришлось свериться с расписанием курса. Благо оно у него есть, он все-таки куратор.

Прямо сейчас у первого курса кафедры Менталистики проходило занятие у чокнутой Эрей. Недолго думая, Вэйд направился к аудитории.

Пока добирался, испытал на себе все прелести нехватки энергии. Онемение конечностей, испарину от слабости, губы и те похолодели. Так паршиво он себя не чувствовал, даже когда в детстве болел ангиной.

Но что интересно — чем ближе он был к Беспризорнице, тем лучше ему становилось. Он легко мог ее найти, не сверяясь с расписанием. Просто доверившись своим ощущениям. Она была для него энергетическим маяком. Он шел на ее свет, даже не видя его, но улавливая всем своим существом.

Добравшись до аудитории, Вэйд не торопился входить. Не хватало еще Беспризорнице знать, что он нуждается в ней. Она точно будет хохотать до упаду.

Вэйд остался в коридоре. Прислонился спиной к стене аудитории и просто стоял. Мимо проходящие студенты поглядывали на него с недоумением. Повезло, что их было не так много.

Так он и провел эту неделю — занятие с Кати, затем поиски Беспризорницы и дежурство подле дверей аудитории, где у нее проходит занятие. В конце концов, эта подпитка нужна не ему одному. Девчонка тоже загнется без него. Так что он помогал обоим.

В итоге девчонка была уверена, что они продержались врозь неделю, но он-то знал правду. Без его дежурств под дверями ее аудиторий, она бы прибежала намного раньше.

Наконец, она пришла сама, и все, прощай разумный спокойный Вэйд. Нормально же все было! Но стоило ее увидеть и понял, как соскучился. До одури. План по медленному захвату сердца Беспризорницы сразу перестал казаться дельным. Это же так долго! А хочется прямо сейчас…

В итоге с наскока предложил переспать. Но как удержаться, когда она села на диван, и юбка приподнялась, открывая острые коленки? Те самые, вид которых так редко радовал его взор. Вэйд смотрел на длинные девичьи ноги и представлял, как они обхватывают его бедра. Он просто должен был рискнуть. А вдруг? Но «вдруга» не случилось.

Он снова напоролся на отказ. Беспризорница в очередной раз его отшила. Как ни странно, в этот раз он не разозлился. Привык, что ли.

И даже укус не вызвал отторжения, а больше раззадорил. Вот так, значит? Что ж, посмотрим, чья в итоге возьмет. А еще появилось странное ощущение, будто она его отметила. Глупость, конечно, но вроде как теперь он принадлежит ей. И что с этим делать, непонятно.

Отчасти Вэйд даже испытал облегчение. Девственница… значит, Крис еще не добрался до лакомого кусочка. Оставил на потом? Ждет бала? Похоже, что так. Крис не из тех, кто привык к долгим ухаживаниям. О его победах ходило не меньше слухов, чем о победах самого Вэйда. Он отлично понимал, что это тоже соревнование. Просто в этот раз приз — Беспризорница. Кто его получит? Вопрос…

Жаль только, что с тех пор, как Вэйд сделал Беспризорнице свое особое предложение, пташка с ним не разговаривала. Тогда она заклеймила его последними словами — распутник, подлец, хам — и замолчала. В целом ему нравилась тишина в мыслях. Наконец-то! Но немного волновало, как бы она не сдохла. Ведь тогда можно забыть об обратном обмене.

И только на экзамене она подала голос. Надо же, снизошла. А уж когда она зажгла свечу… у Беспризорницы было такое удивленное лицо! Похоже, он выбрал верную тактику.

— Что ты сделал с моим сателлитом? — первое, что она спросила, как они вышли в коридор.

— Всего-навсего научил твою пташку магии, — пожал он плечами.

— Ты больше не называешь ее «курица», — улыбнулась девчонка и добавила от всего сердца: — Спасибо!

Из шести слов она подметила именно это, далеко не самое важное. Он на правильном пути. Вэйд отчетливо услышал воображаемый грохот. Это рухнула часть защиты, что Беспризорница выстроила вокруг своего сердца. Еще немного — и она точно в него влюбится.