Глава 20. Эйнар

После разговора с Ясминой настроение лорда-наместника взлетело до небывалых высот. Для себя он понял одну важную вещь — ведьма, свалившаяся ему прошлой ночью как снег на голову жизненно необходима дракону, и отпускать он ее не намерен. Зверь в душе воодушевленно рыкнул, подтверждая намерения мужчины, и умиротворенно затих.

Эйнар, полный сил и боевого запала, уселся за стол и принялся проверять набившие оскомину отчеты, которые оставил ему на столе еще утром господин Фоули. Ошибок не было, все десять страниц были исписаны аккуратным разборчивым почерком легата, все суммы были выписаны в отдельный столбец, а рядом красовалась подробная расшифровка. Ну, за исключением одной строки, в которой говорилось, что нескольких золотых ушли на таинственные хозяйственные нужды. Эйнар хмыкнул, скривив губы, и как обычно махнул рукой на эти жалкие, отсыпанные в карман Фоули монеты. Закрыл папку и поднялся из-за стола.

Мысли же дракона то и дело обращались к Вильгельмине ин Атей. Перед глазами вырисовывалось ее очаровательное личико с зелеными глазами, шоколадными бровями и россыпью почти незаметных веснушек на носу. Женские губы, обещавшие дракону много чего сладкого и порочного, кривились в улыбке, а на дне глаз демоны плясали румбу.

Эйнар улыбнулся этим своим мыслям и вышел из кабинета. Невидимые крылья любви за спиной несли его в гостевое крыло, хотелось вновь увидеть столь желанную в его замке и жизни гостью, невзначай коснуться ее руки, почувствовать мягкость кожи и тепло ее тела. Сорвать с губ жаркий поцелуй и рваный вздох.

Нога уже стояла на нижней ступеньке лестницы, как дракон досадливо сморщился. Ведьма его с этой самой лестнице спустит, если он заявится на порог ее спальни без веской причины. И почему эта женщина такая горячая внутри и такая холодная снаружи?

Эйнар развернулся на каблуках и двинулся в библиотеку. Вильгельмина хотела карту с потайными ходами замка, она ее получит! А ему представится прекрасный повод побыть с ней наедине. Уж хитрый ящер в его душе найдет что стребовать с ведьмы за такую секретную, не подлежащую огласке информацию!

Мысли Эйнара тут же нарисовали картину, как он бродит по темным коридорам замка рука об руку с госпожой ведьмой, и они вдвоем с любопытством вынюхивают какие-нибудь новые зацепки в их расследовании. Идиллия.

А еще можно будет остановиться в самом темном углу замка, заглянуть Вильгельмине в зеленые омуты глаз и утонуть в жарком поцелуе. От этой мысли у мужчины даже мурашки пробежали по спине, а внутренний зверь издал довольный рык.

Но впереди пока были только двери в библиотеку. Эйнар тоскливо вздохнул и вошел внутрь. Хлопнул в ладоши, и по комнате разлился теплый свет из настенных светильников. Совершил несколько магических пассов, щелкнул пальцами, и над библиотекой возник полог тишины и невидимости.

Размеренными шагами мужчина двинулся к стеллажам с книгами и с самой верхней полки достал толстый кожаный гримуар. Поставил его на пюпитр перед окном, занавешенным плотными шторами, и встал рядом.

Снял с шеи ключ-камень и вложил его в книгу. Слабое золотое свечение окутало гримуар, и он распахнул перед драконом свои страницы:

— Чем я могу быть вам полезна, господин Эйнар Регнволд Сигвальд, четверной наместник Северной провинции? — вопросил вкрадчивый женский голос.

— Мне необходимы чертежи замка со всем его тайными коридорами, лазами, входами и выходами, — ответил мужчина, и книга зашелестела страницами, распахиваясь на нужной.

— Взгляните, господин Эйнар Регнволд Сигвальд, — предложила она. — Имеется так же карта, — в воздухе над страницами гримуара тут же завис сложенный в тубу свиток. Эйнару оставалось лишь протянуть руку и забрать предложенную книгой карту, что он и сделал.

— Спасибо, — поблагодарил гримуар, хотел уже закрыть его, но в самый последний момент драконье чутье подсказало, что пока рано, не все вопросы озвучены. — Скажи, кто еще интересовался этой информацией. И когда.

Книга зашелестела страницами и выдала наместнику пять имен, не считая его собственного. Причем одно имя в списке значилось дважды, и это заставило Эйнара в сомнении потереть подбородок.

— Впервые чертежи замка вложил в меня двести пятьдесят лет тому назад основатель замка и этого гримуара Рюмус Асгардер Вилхелм, — книга продемонстрировала Эйнару портрет основателя драконьего рода Вилхелмов, деда Райнера. С ним лично ни Эйнар, ни Райнер знакомы не были, но слышали много всего хорошего.

— Сто пять лет тому назад чертежи замка запрашивал лорд Адделалф Бодлер Вилхелм, второй правитель замка, — перед Эйнаром распахнулись страницы с портретом отца Райнера. Он прожил счастливую, но недолгую по драконьим меркам жизнь, к сожалению. Истинную пару Адделалфу так и не довелось повстречать. После смерти Рюмуса он взял в жены леди Жюстину, которая согласилась с ним уехать в провинцию, и они вдвоем стали продолжать дело Рюмуса. Умер Адделалф от старости, так и не встретив свою единственную, но оставил настледника и Жюстину за собой на тот свет не утянул.

— Двадцать лет тому чертежами замка интересовалась Жюстина ин Вилхелм, вдова второго наместника Северной провинции и мать третьего правителя драконьей долины, — книга явила Эйнару изображение молодой, совсем юной драконицы, такой он и не помнил мать Райнера. Легкая улыбка тронула губы мужчины, а гримуар вновь зашелестел страницами.

— Восемь лет тому назад чертежи замковых коридоров запрашивала Ясмина ин Вилхелм, супруга третьего правителя северных земель, — на этой фразе брови Эйнара удивленно поднялись на лоб.

Это было очень странно, Ясмина никогда при жизни Райнера не интересовалась замковыми делами. Она не любила ни княжеский титул своего супруга, ни служебные обязанности, выпавшие на его долю. Все, что нужно было молодой драконице в этой жизни восемь лет тому назад — это Райнер, Райнер и еще раз Райнер.

— Год тому назад чертежами замка вновь интересовалась Ясмина ин Вилхелм, вдова третьего правителя северных земель, — закончила книга перечислять имена. — Больше эту информацию никто кроме вас, господин Эйнар Регнволд Сигвальд, четверный князь северных земель, не спрашивал.

Опять Ясмина? Теперь брови на лбу дракона хмуро сошлись над переносицей. Да, сейчас неугомонная драконица развила такую кипучую деятельность, что эта новость уже не казалась Эйнару странной. Но оставалось загадкой… почему Ясмина не воспользовалась той картой, которую брала восемь лет тому назад?

— Благодарю, гримуар. На этом все. — захлопнул Эйнар книгу, достал из нее свой камень-ключ и вернул его себе на грудь.

Устало растер ладонью лоб, убрал гримуар на место и вышел из библиотеки. Слишком много вопросов, и с ответом ему могла помочь лишь Ясмина. Серьезно, зачем ей понадобились чертежи восемь лет тому назад?

Эйнар хотел отправиться в свою спальню, но внутренний дракон тревожно зарычал в груди. Перед глазами возник образ Вильгельмины. Красивой, прекрасной и находящейся в опасности.

— Нет, ну, давай без глупостей, девочка, — устало буркнул себе под нос дракон. Ноги мужчины сами понесли его в гостевое крыло. Костяшки пальцев два раза стукнули по двери госпожи ин Атей, а ответом ему послужила лишь тишина. Ладонь тяжело ударилась о дверь, и драконом прислонился к ней лбом.

— Демоны! — взревел он. — Что же тебе не сидится на ровном месте? Безысходность, тоска и животное чувство страха за свою пару обуяли Эйнара.

Волна ледяной магии пробежала по его коже, закололи кончики пальцев, и он крепко стиснул их в кулак, неуместно выпустив свое раздражение на коридорную стену. Костяшки пальцев болезненно заныли, возвращая мужчине слабую способность думать. Дракон же в его душе бесновался и места себе на находил.

У Вильгельмины же просто чуйка на неприятности, ее к ним магнитом тянет. С ней могло случиться все, что угодно! Особенно, когда на свободе темный маг, с легкостью расправляющийся со всеми, кто встает у него на пути. Особенно, когда пожиратели могут напасть без предупреждения! Особенно, когда пропадают и гибнут сильные маги!

Ну, почему ей не сиделось на месте? Куда она сорвалась на этот раз? Вдруг угодила в ловушку? Вдруг ее вообще просто нет?

Холодный липкий пот покрыл спину наместника, и от неопределенности засосало под ложечкой, а дракон в душе обреченно взвыл. Эйнар просто знал, что его ведьмы нет рядом, не ощущал ее по близости, но сделать ничего не мог. Руки его были связаны, связь с парой по-прежнему не ощущалась, и это выводило из себя. Мужчину изнутри просто разрывало от смешанных чувств, это сбивало с толку и лишало возможности здраво мыслить.

— Ну, почему с тобой так сложно? — вскинул он голову к потолку. — Нужна хотя бы маленькая ниточка.

На этот раз ноги привели его на смотровую площадку, Эйнар, недолго думая, обратился в дракона и воспарил над долиной. Морозные снежинки защекотали дыхание, а северный ветер подхватил его на своих крыльях.

Несколько минут полета над долиной, и зверю удалось почувствовать то, что было недоступно человеку. Вильгельмина была жива. Облегчение прохладной волной разлилось по венам дракона, он вздохнул полной грудью и выдохнул в черное звездное небо ледяную струю.

Вильгельмина была жива, но была где-то далеко.

— И за каким демоном эту женщину куда-то понесло? — зарычал он, вновь приземляясь на крышу замка. — Спокойна, главное, что она жива. А все остальное вполне решаемо.

Быстрыми шагами спустился в столовую, а затем отправился на кухню, где с кухаркой сидела пила чай леди Жюстина.

— Мальчик мой, на тебе лица нет, что случилось? — встрепенулась женщина, подскакивая со своего места.

— Ведьма! — досадливо рыкнул Эйнар и тут же поправился: — Вы не видели случайно госпожу ин Атей?

— Она спускалась сюда часа два тому назад, просила подать ей ужин, — ответила Жюстина, спокойно присаживаясь за стол.

— И? — в нетерпении прорычал Эйнар, а леди ин Вилхелм удивленно приподняла брови.

— И потому куда-то ушла, — спокойно ответила она.

Эйнар вновь всего перекосило от этой неопределенности. Это хорошо, что с Миной все в порядке, но, демоны ее подери, нельзя же вот так, ни говоря ни слова, срываться в неопределенном направлении. Она думает, что ей все можно, но вредный собственник в душе дракона так не считал.

— А где Ясмина? — недовольно буркнул Эйнар.

— Тоже еще не вернулась, но должна скоро прийти, — ответила Жюстина и перевела взгляд дракону за спину. Двери в коридоре хлопнули, раздалось звонкое цоканье каблучков и на пороге кухни появилась Ясмина ин Вилхелм.

— Ясми! — тут же рыкнул Эйнар, оборачивая на девушку свой недовольный взор. — Я бы хотел с тобой поговорить!

— Я бы тоже хотела с тобой поговорить! — резко отозвалась она, отчего хмурые брови дракона зависли на лбу в непонимании. — В кабинете?

Эйнар угрюмо кивнул, и драконица, даже не посмотрев в его сторону, прошла по коридору мимо. Первой вошла в кабинет и села в кресло, гордо распрямив плечи и вскинув ногу на ногу.

Давно Эйнар не видел Ясмину в таком настроении. Наверное, он вообще никогда не видел ее такой злой и раздраженной. Леди ин Вилхелм всегда была мягка и покладиста, и совершено непонятно, что могло так вывести ее из себя.

— Ты что-то хотела мне сказать, Ясми? — начал Эйнар, заглядывая девушке в глаза. Ничего хорошего он там не увидел, но понял, что впору вывешивать штормовое предупреждение.

— Да, хотела. Считаю, что вам, наместник, следует лучше следить за своими подопечными, — отчеканила девушка и высоко вскинула голову.

— Эм… наместник? — неожиданно Эйнар удивился такому необычному обращению.

— Эйнар, — метнула в него колючий взгляд Ясмина, потом прикрыла глаза, глубоко вздохнула и продолжила своим обычным приветливым тоном, хотя на дне ее фиалковых глаз по-прежнему клубился вселенский холод. — Извини, но кое-кто умудрился меня сегодня очень сильно разозлить. Не помню, чтобы злость когда-нибудь вот так кипела в моих жилах, — Тонкие пальчики пробежали по вискам, и Ясмина вымученно улыбнулась. — Эйнар, я знаю, что ты не нянька, но ты должен лучше следить за своими подчиненными. Я знаю, что у меня нет права разговаривать с тобой в подобном ключе, указывать, как следует вести дела, но молчать не могу. Считаю, что если у лордов-смотрителей имеется свободный досуг, то он требует правильной организации!

Проговорила драконица и замолчала. Вновь прикрыла глаза и приложила пальцы к вискам. Руки ее, и правда, чуть подрагивали от эмоций.

— Ясми, расскажи, что случилось, — осторожно попросил дракон, видя, что его собеседница хоть и делает безразличный вид, но все равно злится.

— Я не собираюсь ничего рассказывать. — Резко поднялась она со стула. — Скоро сам все увидишь. Я просто считаю, что лорды-драконы здесь несут службу, и если это им не интересно, то они всегда могут отказаться. А если они не хотят отказываться, то должны выполнять свои обязанности тщательнее! Возможно, мы смогли бы наконец найти пропавших мальчишек!

— Ясмина, — скривился наместник. Каждый вечер разговор их касался двух пропавших магов, каждый раз Ясмина выражала надежду по этому поводу, и каждый раз Эйнар умалчивал, не желая ее разочаровывать.

— Я просто предупреждаю, что тебе следует лучше следить за этой четверкой, во избежание проблем, которые могут возникнуть в будущем, — упрямо вторила Ясмина и, устало опустившись на стул, прошептала: — Возможно, следует увеличить количество дозоров и тренировок, у драконов слишком много свободного времени. Также мне нужны помощники в воскресной школе.

— Хорошо, — кивнул Эйнар. — С воскресной школой и тренировками проблем не будет, — пообещал он ей и с сомнением заглянул в глаза: — Ты все равно не расскажешь, что случилось?

— Нет. Скоро сам все увидишь, — односложно ответила Ясмина и поднялась со своего места, желая закончить разговор. — Ты хотел меня о чем-то спросить?

— Да, — хмуро кивнул дракон. — Ты брала чертежи замка год тому назад? Ясмина замерла на секунду, пробежалась внимательным взглядом по Эйнару и незадачливо пожала плечами:

— Да, брала, — коротко ответила девушка.

— Зачем? — удивился дракон.

— Чтобы быть в курсе всего, что происходит в замке, — резко ответила она и язвительно припечатала: — Чего и тебе советую.

Эйнар поджал губы и метнул в драконицу осуждающий взгляд. Может, он и не самый лучший наместник, но он никогда и не горел желанием занимать столь высокий пост.

— Извини, — тихо произнесла Ясми.

— А восемь лет тому назад ты тоже брала карту замка?

— Нет, не брала, — устало протерла ладонью по лицу девушка и посмотрела на озадаченного дракона. — Что, должна была брать?

— Гримуар говорит, что брала, — задумчиво протянул Эйнар.

— Ну, значит брала, — пожала плечами Ясмина. — Не помню, ты же знаешь, мне тогда не до этого было. Может, Райнер попросил меня взять для него карту. Или Жюстина воспользовалась моим ключом.

— Да, наверное, — кивнул своим мыслям Эйнар.

Ясмина же подошла к двери и резко отворила ее, прислушиваясь к тому, что происходит внизу:

— Иди, полюбуйся своими помощниками! А я буду у себя.

Драконица ушла, а Эйнар неохотно поднялся со своего кресла. Новая волна тоски и одиночества скрутила его на месте. Вильгельмины рядом все еще не ощущалось. Впрочем, мыслей, где она может быть, в голове тоже не было. Дракон внутри тоже сходил с ума: скулил, порывался лететь за своей парой в неизвестном направлении и постоянно терзался сомнениями, все ли с ведьмой в порядке.

Эйнар же, напротив, старался мыслить здраво, но все равно мысли его шли на поводу у эмоций. Порой, на место глухой тоске и волнению приходили досада и раздражение. В голове один за другим вспыхивали не самые приятные вопросы. А если ведьма уехала не по рабочим делам, а по личным? Если у нее в императорском дворце кто-то есть?

Хотелось рвать, крушить и метать. И когда взгляда дракона коснулась картина, разворачивающаяся внизу в прихожей, спокойствия и хорошего настроения ему это не прибавило.

Синего от холода и все еще злого Родерика тройка драконов вносила в гостевую залу. Адделмар, подсмеиваясь и расточая едкие шуточки, шел впереди и распахивал двери, а позади него Вилфред и Бернхард под руки несли друга. Ледяная корка с Родерика слетела, но заморозка не прошла даром. Тело его плохо слушалось, и трудно было переставлять ноги.

— Ш-што произошло? — грозно вопросил лорда-наместник, не в таком состоянии он думал застать своих подопечных. — Очередное нападение? Где госпожа ин Атей?

Сердце опять его болезненно кольнуло, замедлило свой ход и в новом ритме бешено заколотилось в груди, разгоняя по венам кровь. Где, демоны побери, его ведьма? Точно ли с ней все в порядке?

— Да! — зло рыкнул Родерик. — Демоны напали!

— Да, помолчи ты! — возмутился Бернхард, подталкивая друга вперед. — Ничего не случилось, Рей. Так, мелкие неприятности. Да и госпожу ведьму мы не видели.

— Ничего не случилось? — зловеще процедил Эйнар. — Живо все четверо в мой кабинет.

— Уже обо всем доложила, въедливая пиявка! — не в силах контролировать эмоции прошипел Родерик.

Эйнар толком и не помнил, о чем говорил драконам в своем кабинете. Он был зол, а они были виноваты. Знал, что их разговор больше походил на монолог, и проходил он на повышенных тонах. В глубине души Эйнар отдавал себе отчет, что срывается на драконов не столько из-за значимости из вины, сколько из-за отсутствия ведьмы под рукой. И в другой бы раз он строгим тоном зачитал их наказание и отпустил с миром, но только не сейчас. Ему просто необходимо было выплеснуть всю лавину эмоций, что обрушилась на его душу.

Колебание магического контура Эйнар почувствовал через полчаса, камень-ключ на его груди слегка нагрелся и стал светиться тусклым зеленоватым свечением: кто-то строил портал в его замок, но разрешение на его открытие не требовалось.

«Она!» — было единственной мыслью, которая пронеслась у дракона в голове. Зверь радостно завыл, и Эйнар ринулся из кабинета, напрочь позабыв о нашкодившей четверке.

— А мы? — тихо бросил Адделмар ему вослед.

— Спать. Родерику влейте в пасть отрезвляющую настойку. И завтра… нет, уже сегодня жду вас в пять утра на смотровой площадке.

— В пять? Может, в шесть? — нагло вставил Адд.

— В пять! — рыкнул Эйнар. — Не обсуждается! А теперь все брысь из моего кабинета!

Вниз Эйнар сбегал через ступеньку. Его просто разрывало от дикого урагана противоречивых чувств и эмоций. Хотелось ведьму и расцеловать, и убить одновременно. Обнять и отчитать. Рычать от злости и от облегчения. Притянуть ее к себе и больше никогда не отпускать.

Оказавшись в большой каменной зале, Эйнар прикрыл глаза и выровнял дыхание. Он не сорвется, он взрослый уверенный в себе мужчина. Это будет просто непозволительно из-за собственной горячности наломать дров. Он выше всяких инстинктов и предрассудков.

В воздухе появились слабые очертания портала. На другом конце в него влили магию, и помещение озарило ярким белым светом, из которого спустя несколько секунд вышла вполне себе живая, здоровая, а главное — неимоверно счастливая ведьма.

Хотел ли Эйнар срываться на девушку после того, как выпустил на лордов-драконов весь пар? Нет, конечно! Он поэтому и выговорил все, что накипело у него на душе за время ее отсутствия своим парням! И он, вообще-то, переживал за Вильгельмину, беспокоился о ее безопасности, невольно накручивал себя и места не находил. Конечно, же он не собирался вымещать на ней свой гнев и недовольство за столь внезапное исчезновение и длительное отсутствие. Отголоски благоразумия даже нашептывали Эйнару, что Вильгельмина не обязана была перед ним отчитываться, но внутренний дракон с замашками собственника плевать хотел на весь здравый смысл.

И ведьма, сама не зная того, подлила масла в разгорающийся огонь ревности. Она выглядела вполне себе спокойной и безмятежной, на ее лице не читалось ни тени сомнения, ни раскаяния, лишь ее будничная улыбка чуть подергивала уголки губ. Будто это нормально вот так без предупреждения срываться в ночь из замка по своим личным делам! О том, какие именно это были дела, Эйнар себе и вовсе думать запрещал.

— Госпожа ин Атей! — глухо зарычал он и цепко схватил ее руку, рывком притягивая к себе. Вильгельмина от неожиданности качнулась на каблуках и влетела дракону прямо в грудь. Непослушный локон выпился из прически и упал ей прямо на лицо. Она вскинула голову, непонимающе уставилась на дракона и сдула нависшую перед глазами прядь.

— Господин наместник, а что это вам не спится? — невинно пропела она и игриво захлопала ресничками. Докучливая прядь волос не желала удерживаться в прическеи вновь свалилась ведьмочке на лоб.

Вильгельмина была напряжена, но страха Эйнар не чувствовал, лишь на дне ее зеленых омутов глаз читалось удивление и непонимание происходящего. Неужели она всерьез не понимает и даже ни о чем не догадывается?

— Не до сна чего-то было, — зловеще пророкотал дракон, сверкая серебром своих глаз, и протянул руку к рыжей пряди, не желающей слетать с глаз. Уверенным движением подцепил ее пальцем и заправил Вильгельмине за ушко. Ведьмочка лишь нервно хлопнула ресницами, то ли смутившись, то ли в знак благодарности, но так и осталась стоять в волнующей близости от дракона.

Сердце его бешено стучало в груди, с каждым новым ударом так и норовя выпрыгнуть наружу, а ладони с несказанным удовольствием принялись исследовать руки и плечи ведьмочки. Скользили почти не касаясь, но явственно ощущали успокоительное тепло, исходящее от ее тела.

Жива, здорова и, как всегда, не в меру нахальна и заносчива. Пальцы зарылись в ее огненные волосы на затылке и притянули личико с широко распахнутыми глазами к лицу дракона.

— Ваша светлость, — хрипло пролепетала Мина, замерев в руках дракона. Продолжить фразу она не смогла, язык прилип к небу и во рту стало сухо. Ведьмочка нервно сглотнула комок в горле и еще раз хлопнула ресницами, словно таким хитрым способом желала вылететь из объятий дракона.

— Что? — зачарованно выдохнул Эйнар ей в самое ушко и жадно втянул солнечный аромат ее волос. Умиротворение медленно разливалось по его крови. Вот она, самая лучшая награда за все его волнения и переживания. Жива, здорова, цела, невредима и греет его душу и тело одним своим присутствием.

— Это я спрашиваю, что вы делаете? — зажмурив глаза, прошептала Мина дрожащим голосом. Ее ладони легли дракону на грудь, должно быть, она хотела оттолкнуть от себя мужчину, но отчего-то не спешила это делать. Будто ему давала возможность первому отстраниться он нее. Наивная! Какой же дракон отдаст свое сокровище? Все давно уже предопределено самой судьбой.

— А то ты не догадываешься… — ладони еще крепче обхватили ее лицо, большие пальцы нежно огладили скулы и горящие жарким румянцем алые щеки. Нос дракона мазнул по кончику ее носа, и их лбы соприкоснулись. — Никогда больше, — гипнотизировал Эйнар своим взглядом Мину и сам не замечал, как его затягивают в свой водоворот зеленые омуты ведьминских глаз. — Вот так вот, — быстрый поцелуй пронесся рядом с самым уголком ее возмущенно распахнутого рта, — не делай, — выдохнул Мине в самые губы и накрыл ее рот поцелуем.

Осторожным и пьющим, жарким и нежным. Поцелуем, от которого кружилась голова, туманился рассудок и подкашивались ноги. Сердце замирало в груди и становилось трудно дышать.

Ладони принялись увлеченно бродить по чужому телу, пытаясь покрепче ухватиться за него. Скользили по спине, плечам, шее и тонули в волосах. Грудь льнула навстречу другой груди, желая придвинуться настолько близко, насколько это возможно. Одни губы неистово и жадно ласкали другие, а те отвечали им с не меньшим пылом и страстью. Все границы разумного стирались, и дыхание сливалось в одно.

Эйнар чувствовал, как ведьма плавилась в его руках, не сопротивлялась, и первая тонкая, слабая, едва ощутимая нить связи протянулась от его сердца к ее. Сердце больше не молчало. Два сердца забились бились в унисон. Внутренний дракон довольно заурчал, а мужчина медленно отстранился от Мины, с трудом стоящей на ногах.

— Я волновался за тебя, — разорвав поцелуй, признался дракон. Крепко сжал девушку в своих объятиях, не позволяя ей пошатнуться и упасть, и уткнулся своим лбом в ее лоб.

Ведьмочка перевела дыхание, открыла затуманенные глаза и облизала свои горящие после поцелуя губы. Несколько секунд ей потребовалось, чтобы прийти в себя, а потом сердито прошипеть:

— Не вижу связи между вашим волнением и вашим поведением.

— Это успокаивает, — усмехнулся Эйнар, находя забавным ее тон. Не успела она отойти от поцелуя, как сразу же выпустила свои шипы. Только теперь они не казались дракону такими острыми. Мина больше походила на маленького дикого ежа, который испугался чего-то нового и неведомого.

— Вы всегда успокаиваетесь, набрасываясь с поцелуями на вновь прибывших гостей? — ехидно спросила она, и ее бровь выразительно изогнулась.

— Просто ты особенная гостья, — улыбнулся дракон, и Мина тут же смутилась.

— Больше так не делайте, наместник, — прошептала она и вывернулась из его объятий. Сделала пару шагов и напустила на себя неприступный вид, словно она не маленький испуганный еж, а большой и грозный хищник. — На случай излишнего волнения в другой раз лучше попросите у своей невесты какое-нибудь успокоительное.

— А у меня нет невесты, — еще шире оскалился дракон и впился пристальным взглядом в затылок Мины. Она чуть вздрогнула и замерла на месте.

— Буквально вчера ночью вы уверяли меня в обратном! — с укором в голосе воскликнула она, потом передернула плечами и сделала еще шаг по направлению к двери. — Впрочем, меня это не касается.

— Касается, Мина, — догнал ее дракон в два шага и преградил путь. — Хочу тебе обрадовать или огорчить, но теперь это только тебя и касается. Судьба распорядилась так, что ты моя истинная пара, и мне для счастья и душевного спокойствия ничего и никого кроме тебя не надо.

Как тяжелый камень свалился с плеч, и дышать дракону стало легче. Глаза Мины забегали по его лицу, выискивая малейшие признаки лжи и обмана в его мимике, но Эйнар вел себя спокойно и невозмутимо. Смело ловил ее скептический взгляд и был готов отразить любой выпад.

— Неожиданно, — поджала губы ведьма и отвела взгляд. — Ну, теперь мне становятся понятны мотивы вашего поведения. Рада, что мы смогли это выяснить. — отрешенно кивнула ведьмочка и скосила взгляд в сторону дверей, желая как можно быстрее выскользнуть из залы. — Ладно, если мы со всем разобрались, то предлагаю заняться делом. Не знаю, как вам, а мне нужно наведаться в гости в одно очень интересное место.

Не поверила, понял дракон и осторожно схватил ее за плечи, прислоняя к мраморной колонне залы.

— Мина, я не шучу, — проникновенно заявил он.

— Я поняла, — кивнула она еще раз, — Все хорошо.

Потом еще раз кивнула и еще. И для пущей убедительности вообще стала приветливо улыбаться. Вот только Эйнар знал, что все это напускное. Чувствовал, что его честность и прямота испугали ее, и теперь Мина вновь от него закрылась. Тонкая ниточка связи, что так явственно ощущалась при поцелуе, вновь оборвалась. Будто ее и никогда не было. И дело уже не в привороте, а в одной очень упрямой и не в меру сильной ведьме, которая не желала принимать действительное.

— Постарайся мне поверить. Другого варианта все равно нет, — жестче, чем хотелось заявил Эйнар, и Мина снова ему подыграла: задорно кивнула и щелкнула пальцами:

— Безусловно!

— Мина! — склонился над ней дракон и затаил дыхание.

Ведьмочка тоже почти не дыша, внимательно рассматривала глаза цвета плавленого серебра, а потом протянула руку. Хотела осторожно провести кончиками пальцев по щеке дракона, но вместо этого игриво мазнула подушечкой указательного пальца Эйнару по носу. Дракон немного опешил, а ведьмочка, пользуясь его замешательством, отскочила в сторону.

— И что это было? — устало спросил дракон, догадываясь, что сейчас бесполезно что-либо доказывать этой женщине. Ее никакими словами не поймешь. Лишь время и твердость его намерений в отношении нее будут лучшими доказательствами.

— Мне всегда так хотелось сделать. Вы же не рассердились, наместник? — насмешливо спросила она.

Эйнар скрипнул зубами, сдвинул над переносицей брови, и мотнул головой:

— Нет, — хмуро выдавил он.

— Вот и славненько, — послала ему улыбку ведьма и вышла из залы. Несколько секунд дракон простоял в одиночестве, сжимая и разжимая от бессилия кулаки, а потом бросился вдогонку за своей своенравной второй половинкой:

— Мина! А ну, стоять! Куда это ты на ночь глядя собралась?!