Глава 33. Мыслительный процесс и немного беготни

Есть то, что отнимает у нас много энергии, но голова при этом не занята, так что в неё можно думать сколько угодно. К примеру, это тренировки, особенно бег. И хотя вечером я обычно не бегаю, сегодня отправилась в парк. Надеялась, что буду в гордом одиночестве рысить по хорошо освещённым дорожкам, а вышло наоборот.

Фонари все как один вышли из строя, дорожки были завалены листьями. Атмосферно шурша под ногами и создавая неповторимый осенний уют, они тем не менее мешали бегать! И соответственно, думать, потому что на ходу мне думалось заметно хуже.

К тому же повсюду организовалось какое-то неприличное количество парочек. Скамейки, удобные с развилкой деревья, мостки возле пруда – всё было занято целующимися мальчиками и девочками. Кажется, среди прочих я заметила Лекса и Зои. Интересно, что Лекс на этот раз был в мужской одежде. Наверно, ректор как-то урегулировал вопрос нахождения парня на чистюльском факультете. Теперь, думаю, он там будет как сыр в масле кататься.

Внезапно по аллее, по которой я брела, прокатился долгий-предолгий вздох:

– Ооооох, – как будто выдохнули разом все студенты и студентки.

Я напряглась. Ну, сейчас будет! Новый приступ любовной лихорадки! Или что похуже! Может, дракон настоящий прилетел и неровно дышит к… К инспекторше, например. А? А? Заозиралась в сумерках. Второй вздох пронёсся резче, вызвав небольшой ветер, а затем послышался топот множества ног.

– Всем стоять! Работает любовный патруль! – зазвенел над парком разнесённый множеством глоток, но всё-таки единый голос.

В нём я с трудом узнала голос инспекторши Милси.

И оторопела, когда увидела их целый отряд. Не меньше двадцати, а может, и тридцати Милси, только низеньких, мне по пояс, бегали среди парочек в попытке их арестовать. Студенты разбегались во все стороны, усиливая переполох. Я покатилась со смеху и, чтобы не свалиться напрочь, схватилась за ствол ближайшего дуба.

Но оказалось, что промахнулась и держусь за Айрена.

Как это он тут оказался?

– Месть моя бывает страшна, – сказал он, хмыкнув.

– Что это ты натворил?

– Веселье, – небрежно махнул он рукой. – Сначала я вырубил весь свет, потом применил немножко артефактов и зелий из твоей коллекции, которую прислала тебе Беата.

– А потом сделал много инспекторш и напугал ребятишек? – хихикнула я. – Но они-то тут при чём?

– Она сама размножилась, – пожал плечами Айрен. – Тут я не виноват! А ребятишки пусть учатся получше. Слыхала? Конкурс у них на носу. Кстати, – тут голос его стал ниже, чуть с хрипотцой, – меня в комиссию позвали, так что у тебя есть возможность меня подкупить. Ммм?

– Натурой берёте? – деловито спросила я.

– А как же, – проворковал Айрен.

Тут на нас напрыгнуло аж сразу две мини-инспекторши, ростом даже не по пояс, а ниже.

– Ага! – завопили они. – Вот ты и попался, подлый развратник Кроссемир!

– Дамочка, успокойтесь! Мы все под действием проклятия любовного безумия, ничего с собой поделать не можем, прямо изнываем, как любви хочется, – спокойно сказал Айрен, отцепляя от себя одну из маленьких Милси и держа её за шиворот на вытянутой руке.

– Дайте работу работать спокойно, изверги! Какого хрыса лысого вы тут вечно устраиваете? – огрызнулась другая мини-инспекторша.

– Если бы вы честно работали, – вздохнул Айрен, – а то подговариваете вон полудраконов на пакости. Признавайтесь, любовное помешательство, которое настоящее, тоже ваших рук дело?

– Признаюсь, что не моё, – огрызнулась инспекторша. – О чём вообще речь?

– А может, это дело рук тех, кто вас сюда пригласил? Кто-то же должен был подать заявление на нарушения морального кодекса в учебном заведении, а?

– Никто не оставлял, и вообще, разве вы специалист в инспекциях?

– Да я сам не раз был в составе инспекций, – не моргнув, ответил Айрен. – Так кто вас сюда позвал?

– Понятия не имею, о чём речь! Не мешайте работать! – увильнула от прямого ответа мини-инспекторша.

Но как-то так она увильнула, что мы сразу заподозрили враку. Враки – они такие, человек вроде и честным взглядом смотрит, и говорит уверенно, а чувствуешь: где-то он тебя подставляет, в чём-то он тебе привирает.

– Она появилась позже, чем всё это началось, – напомнила я. – Настоящее помешательство, скорее всего, сотворили… те, кого я принимала за друзей.

– О да, у тебя талант заводить не тех друзей, – сказал Айрен и поставил Милси на землю.

Та немножко пробуксовала лбом в дерево, потом догадалась его обогнуть и убежала. Вторая крутилась рядом, словно думая, что мы её не видим.

– А ну кыш! – в шутку шуганул её Айрен.

– Нас позвала госпожа декан мусорного, – заявила вторая маленькая Милси и поскорее удрала следом за своей копией.

– Через несколько секунд проклятие потеряет силу, – Кроссемир посмотрел инспекторше вслед. – Она соединится в одну Милси и будет помнить этот инцидент довольно смутно.

– Ты довольно зло шутишь, – сказала я.

– Говорю же, это не я подшутил, – ответил Айрен. – Но пока держал её за шиворот, кое-что успел уловить. Любой хороший маг легко диагностирует чужие заклятия-проклятия и прочие воздействия. Милси перешла дорогу не только мне, вот какая-то дамочка её и прокляла. Мелко и одноразово, не серьёзно. Да и проклятие довольно-таки дилетантское. В Чарлемане не учат проклинать.

– Ещё бы, это совершенно не наш профиль, – сказала я задумчиво. – Слушай, следы ведут на мусорный факультет. Сегодня я кое-что услышала от девочек, в том числе от Ярри. Мне надо только упорядочить мысли, а то они лезут в разные стороны, не слушаются и вообще ведут себя плохо.

– Тебе надо перекусить, отдохнуть и расслабиться. А потом уже заняться мыслительным процессом заново, – сказал Айрен. – Мы уже хорошо продвинулись на сегодня. К тому же я не прочь немного задержаться здесь.

– Но почему? Разве у тебя нет других дел? Да и мне надо учиться дальше, и отнюдь не тому, как наводить красотищу, – сказала я.

– Красотища – тоже дело хорошее, – задумчиво не согласился Айрен.

– Потому что мужчины любят глазами?

– Глазами любят неудачники. Мужчины просто любят – всем мужчиной всю женщину без компромиссов, – поделился важным наблюдением Кроссемир.

Студенты постепенно приходили в себя, собирались парочками или разбредались куда-то, и всё успокаивалось, как море после шторма.

– Всё рассасывается, – сказала я.

– Волна отхлынула, но шторм ещё впереди, – мудро заметил Айрен.

– Тебя что-то тянет на глубокомысленные изречения, это последствия какой-то магии?

– Нет, это всё мыслительный процесс. Чем он глубже затягивает, тем больше изречений. Но от этого есть отличное средство, – с этими словами Кроссемир подгрёб меня поближе и одарил вдумчивым поцелуем.

– Отличное начало, – проворковала я. – У всех на виду.

– Нам всё равно скоро отсюда уходить, – пожав плечами, сказал Айрен, – а там у меня служба, у тебя учёба… Будем видеться только на бегу. Так что предлагаю не терять зря времени и уединиться.

– Поддерживаю, – сказала я.

И мы уединились в не очень скромной комнате преподавателя в не слишком аскетском общежитии для таких, как Кроссемир.