Глава 7

Портал перенес меня прямо в длинную палату, в которой я раньше не бывала. Что удивительно, с учетом того, как часто мне приходилось за два месяца учебы навещать в лечебнице друзей. На крайней кровати лежал Радагат Виррас. Бледный, с закрытыми глазами и обескровленными губами. Всегда блестящие светлые волосы теперь казались сухими и безжизненными – проректор совсем на себя не походил.

На следующей кровати полусидел Хантер. Он выглядел нормально – кроме синяка на скуле, никаких повреждений я не заметила. Более того, Дангвар заметно скучал и только что не зевал.

– Ляля! – он обрадовался, увидев меня, и вскочил с кровати, а я замерла, не в силах отвести взгляд от безжизненного Радагата. Было больно. Так больно, что я не могла пошевелиться – сердце разрывалось, а глаза заволокло пеленой. Слезы не текли, нет. Они бились где-то внутри, и мне хотелось закричать, чтобы стало легче.

– Что с Виррасом? – голос мой звучал безжизненно. Казалось, что говорю вовсе не я, а кто-то чужой.

Хантер подошел ближе и остановился в шаге от меня.

– Магическое истощение, его в сон погрузили.

Я почувствовала, как в груди что-то щелкнуло, и получилось сделать глубокий вдох. Я провела рукой по лицу и посмотрела на Хантера.

– То есть он в порядке?

– Настолько, насколько это вообще возможно при таком выбросе магии, как получилось у Вирраса, – Дангвар криво улыбнулся. – А не хочешь спросить, как я себя чувствую?

– Я же вижу, что все нормально, – я пожала плечами и опять посмотрела на Радагата. Надеюсь, я не выгляжу так же, когда сплю. – Что вообще произошло?

– На ресторан напал какой-то идиот. Ты помнишь, как все попадали? Ресторан под землю ушел. Я вообще не понял, как это получилось, – улетел вниз, на меня еще какой-то мужик сверху рухнул и кричал так, будто его режут. Я из-под него выполз – вокруг паника, вещи на нас летят, тебя найти не могу. Потолок начал рушиться, а Радагат завис в воздухе и светится. Такого мне еще видеть не приходилось. У следователя потом спрашивал, он сказал, что, если бы не Радагат, ресторан бы к ядру провалился. Молодец мужик, а я со своим огнем… – Хантер расстроенно вздохнул.

Из рассказа Хантера я уловила главное – следователь уже здесь, да еще и с Дангваром успел пообщаться. Так сколько же времени прошло? Этот же вопрос я задала Хантеру и узнала, что мне пришлось просидеть в кабинете ректора не меньше четырех часов. В тревогах время пролетело незаметно.

– О, Тиррос, хорошо, что ты уже здесь, – в палату зашел Виктор. – Пойдем, тебя нужно осмотреть.

Я запротестовала было, но Заррис быстро наложил на меня немоту.

– Уговаривать не собираюсь! – рявкнул добрый декан целителей. – Это не ночь, а кошмар какой-то! Не пойдешь сама – понесет Дангвар, а у него еще вывих до конца не прошел.

Напоследок я оглянулась на Радагата. Судя по его ужасному состоянию, бегать, как выразился ректор, в поисках любимой мсье Виррас не мог, а значит, искал меня Хантер.

Я надеялась, что осмотр будет быстрый, но не тут-то было. Сначала все было стандартно: Виктор посадил меня на стул, сам сел напротив и сосредоточился. Меня окутало легкое сияние, означающее, что декан начал проводить диагностику. Я скучала, наблюдала за Заррисом и мыслями витала далеко, но вдруг все изменилось. Виктор нахмурился, придвинулся ближе, а сияние вокруг меня уплотнилось и стало синим.

– Чего там?

Декан не отвечал, а я начала волноваться.

– Мсье Заррис, что происходит?

Я хотела было встать, но магия Зарриса двигаться не позволяла.

– Я еще не закончил, Тиррос! – по рычанию декана стало понятно, что следует помолчать. Я и помолчала, как послушная студентка, ровно до того момента, как сияние исчезло.

– Что случилось?

– Тиррос, у вас когда-нибудь проблемы со здоровьем были?

– Насморк измучил, – резко ответила я. – В детстве сопли постоянно вытирали. Вы что-то увидели, ведь так?

– Увидел, – Заррис медленно кивнул. – Честно сказать, удивлен. У вас куча начинающихся болячек, которые в вашем возрасте очень странны.

Я села обратно на свой стул.

– Например?

– Вам что-то скажут названия болезней? – с сомнением взглянул на меня Виктор. – В общих чертах – проблемы с сосудами, сердцем, позвоночником… Я слышал, что у вас много тренировок, скорее всего, это они повлияли.

Мы оба поняли, что последнюю фразу Виктор произнес для моего успокоения – звучала она настолько фальшиво, что декан замолчал. Пауза длилась несколько минут – Виктор раздумывал над чем-то, разглядывая стену за мной.

– В любом случае все это можно вылечить. С тренировками у Караката пока следует повременить, его я предупрежу. Будете ходить ко мне каждый день, постепенно все пройдет.

Я шумно сглотнула.

– Как возможно, что я ничего не чувствую? Вернее, чувствую себя хорошо.

Виктор развел руками, демонстрируя, что и сам не понимает.

– Изменения на начальной стадии, возможно, поэтому.

А вот и нет, хотелось сказать мне, но я промолчала. Странное совпадение – абсолютно здоровая молодая девушка приобретает вдруг магию и вместе с ней проблемы со здоровьем. Следовало обсудить это с кем-то, но с кем?

– У вас есть догадки насчет этого? – внезапно спросил Виктор. За мной он внимательно наблюдал и, разумеется, задумчивость заметил.

Ответить я не успела – в кабинет для осмотра заглянул уже знакомый мне следователь Огарт Лирс.

– Вы уже закончили? Мне с Лилианой нужно поговорить.

– Конечно, – я спрыгнула со стула и бросилась к следователю.

Виктор покачал головой и напомнил, что вечером я должна быть у него. Словно намекнул, что от расспросов сбежать не удастся.

Я была уверена, что мне предстоит допрос, но, как ни странно, следователь повел меня в учебный корпус. Коридоры были темные и пустынные – студенты еще крепко спали в своих кроватях и о произошедшем в городе не знали. Вряд ли Хантер будет всем вокруг рассказывать новости, но некоторые, такие как Аагард Ларсон, имеют минибук, так что с представителями внешнего мира пообщаться смогут.

– Вас уже ждут, – сказал следователь, когда молчание между нами стало уж совсем неприличным. – Думаю, Вы будете приятно удивлены встречей.

– Боюсь представить, – хмыкнула я. Следуя за Лирсом, я едва переставляла ноги – адреналин уже перестал бушевать в крови, и на меня свалилась жуткая усталость. Еще мучали мысли насчет моего здоровья, и я стала прислушиваться к каждому покалыванию в ноющих мышцах. – Я приятно удивлюсь, только если Вы найдете того, кто напал на Лиссу, а теперь еще и на ресторан. Вы объясните мне, что вообще произошло?

– Нечего объяснять, еще ничего не известно, – уклончиво ответил следователь. – Кто-то безумно сильный заставил огромное двухэтажное здание просто уйти под землю. Больше всего пострадал нижний, поварской, этаж, но жертв, к счастью, нет.

– Хантер сказал, что жертв нет только из-за того, что Виррас противостоял этому… – я замешкалась, подбирая слово, – злодею.

– Тяжело судить об этом, все-таки загнать целое здание к ядру – непосильная задача даже для сильного мага. Но такая теория имеет место быть. Если мы чего-то не можем сделать, это не значит, что не будем пытаться, верно?

Мы подошли к кабинету Радагата Вирраса, и я вопросительно взглянула на следователя.

– Вы здесь меня будете допрашивать?

– Я не буду Вас допрашивать, Тиррос. Этим займутся другие люди.

Он распахнул дверь в приемную, и я шагнула вперед, жмурясь от яркого света.

– Лилиана! Рад тебя видеть!

– Папа! – я бросилась вперед, в объятия мсье Тирроса так же, как делала это много лет подряд. В приемной проректора Вирраса меня ждал министр внутренних дел Империи собственной персоной.

Куда делась усталость? Я готова была скакать от радости, взбудораженная удивительной встречей. Прав был следователь – я не просто приятно удивилась, а была счастлива наконец-то увидеть собственного отца.

– Как дела у тебя? – мы сидели на диване в обнимку. Я вдыхала знакомый запах – запах мужского одеколона и дорогих сигарет – и представляла, что опять дома и эти два с половиной месяца мучений, а теперь еще и покушений, мне привиделись.

– Я боевик, но ты, наверное, это знаешь.

– Знаю, – отец хмыкнул. – И совсем не удивился.

– Почему? Я вообще не представляла себя учащейся Академии власти, но раз уж это произошло, то, думаю, должна быть знатоком, но никак не боевиком. Все эти полигоны, бе-е-е-е, – я сделала вид, что меня тошнит.

Отец недовольно поморщился.

– В тебе гораздо больше от меня, чем ты думаешь. Так что я был уверен, что ты станешь боевиком – не в целители же тебе идти. А знатоки… все эти эфемерные правила, которые они соблюдают, – не для нас. Мама говорила, что к тебе привязали мантию?

Мне показалось, или в голосе отца прозвучала неприкрытая гордость. Я искоса взглянула на него – хмурится, но на самом деле доволен.

– Да, и не раз. Я теперь ее до конца года должна носить, – я тяжело вздохнула.

– Нельзя так себя вести, – голос отца строг и суров, но я не сдержалась и расхохоталась. Папа не выдержал и присоединился.

Разговаривали мы не меньше часа – отец расспросил обо всех моих друзьях, о каждом из уроков, которые мне пришлось посетить, и, по-видимому, остался доволен. Наконец, мы перешли к главному событию сегодняшней ночи.

– Как ты вообще оказалась в этом ресторане? Зангирад же за много километров от Академии, да и комендантский час все-таки.

Я засмущалась.

– Так получилось.

– Кто это такой сообразительный, что после первого покушения не успокоился и опять подставил тебя под удар?

– После первого покушения? – удивилась я. – Ты тоже думаешь, что убить хотели меня, а не Лиссу.

Отец недовольно забарабанил пальцами по подлокотнику дивана. Я знала это его выражение лица – ничего не скажу, ничего не покажу.

– Речь сейчас не об этом. Кто тебя повел в город? Это важно, Лилиана. Вполне возможно, что он связан со злоумышленниками.

– Хантер? – возмутилась я. – Да это невозможно, папа. Он же был в ресторане, сам пострадал. Да и ему-то как раз ничего не стоило украсть мою одежду.

Я увидела, что глаза папы наливаются кровью, и постаралась объяснить свою мысль как можно скорее.

– Это не то, о чем ты подумал, папа! Он просто часто бывает у нас в комнате, так что мог бы как-то отвлечь меня или Лиссу и забраться в шкаф. И уж точно не мог создать портал.

Я осеклась. Сам портал Хантер создать не мог, но вот заплатить кому-то – вполне. Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли.

– Да и в момент нападения на Лиссу он был рядом со мной.

– Вполне себе созданное алиби, – не согласился отец. – Кто бы его тогда заподозрил в том, что он пытался тебя убить? Так как фамилия этого Хантера?

– Не скажу, – разозлилась я. – Ты бы лучше присмотрелся к помощнице Лиззи – этой девице Ольги. Она тоже была в ресторане и очень удивилась тому, что я жива. Кстати, это еще почему? Откуда ей знать, что меня пытались убить, если она в этом не участвовала?

– Опять ты о Лиззи! Это я распускал слухи о том, что ты пострадала при покушении. Есть версия, что это нападение – месть мне, так что пришлось распространять ужасные слухи в моем окружении. Чтобы защитить тебя и чтобы заставить злодея себя проявить.

– Все равно, я считаю, что Ольги замешана, – упрямо сказала я. – Поговорила с ней, а через пятнадцать минут ресторан под землю ушел. Вышла, наверное, из здания, и давай устранять злейшего врага своей нанимательницы.

Отец громко расхохотался.

– Молодец, что не сдаешься, но Ольги вовсе не владеет магией, а к тому же во время нападения была в том же ресторане, что и ты, еще и ранена оказалась. Ее отправили в столичную лечебницу.

– Почему? – удивилась я. – У нашего декана целителей недостаточно квалификации?

– Достаточно, но полевой помощи, которую организовала Академия власти, оказалось недостаточно, а пускать постороннего человека на территорию запретил ректор.

– А как же ты?

– Вообще-то, я – министр, – возмутился отец. – А еще – родитель студентки, пострадавшей при происшествии. И если честно, это главная причина, по которой мне разрешили появиться здесь при таких обстоятельствах.

– У меня столько вопросов, – призналась я. – Но расскажи же, что произошло в ресторане?

– Об этом ты знаешь лучше меня, как очевидец.

– Мсье Виррас почти сразу перенес меня к ректору, так что я вообще не поняла, что произошло.

Отец вдруг отстранился от меня и серьезно посмотрел в глаза.

– Лилиана, о том, что проректор куда-то перенес тебя, лучше никому не говорить.

– Почему? – удивилась я. – Он же герой, спас всех. Откуда бы ректор узнал о происходящем?

– Официальная версия – у Вирраса была встреча с ректором в этом самом ресторане. Ты не сбежала из ресторана, а тебя завалило мебелью. Хотя в той суматохе, что творилась, об этом никто бы и не вспомнил.

Я так и сидела с открытым ртом, не понимая, что происходит, а отец продолжал.

– Я благодарен Виррасу за то, что он тебя спас, и потому поддерживаю эту легенду, хоть и понимаю, что все зыбко. Кто-то что-то мог увидеть, но ваш ректор меня убедил… Ты не понимаешь, Лилиана, но маги уровня Вирраса не могут быть проректорами Академий, не могут быть хозяевами самому себе. Они должны состоять на государственной службе, они обязаны защищать императора, Совет пяти. Люди, которые способны вот так вот просто, в любой момент открывать портал, не могут быть свободны.

Я неверяще уставилась на собственного отца.

– То есть Империя лишает людей свободы только из-за того, что они сильнее других? Тогда что с тем магом, который отправил нас под землю? Давайте его еще и наказывать не будем, на защиту императора сразу поставим. Вы не для этого его ищете, нет?

– Я не представляю, что будет, если наш убийца действительно так же, как Виррас, владеет всеми стихиями, – папа сокрушенно покачал головой. – Нет такого закона, Лилиана. Формально все мы свободны, но при желании и на Вирраса можно повлиять. Потому я и буду молчать. Он спас тебя, он спас тех людей в ресторане, хотя мог дождаться помощи, даже находясь у ядра земли, – не имею права подставить его.

Теперь понятно, почему проректор послушался, когда я просила оставить Кисьяка в Академии, – он действительно боялся, что я кому-нибудь скажу о его уровне силы. Надо же, а у меня на секунду промелькнула мысль, что он просто хотел сделать приятное красивой девушке, которая его спасла. Какие глупости.

– Кто еще знает? – хмуро спросила я. – Кто может его сдать?

– Много кто, – отец вздохнул. – Целитель, ректор, ты, я и следователь, но его я связал приказом, да и вроде бы с Виррасом он в хороших отношениях – не разболтает.

– Хантер может догадываться.

– Как?

– Твой следователь сказал ему, что, если бы не проректор, все бы погибли у земного ядра.

– Проверю, – отец задумался. – Вполне возможно, что это произошло еще до моего приказа, или… Я проверю.

– Папа, как все было на самом деле? Ректор первый прибыл на место, кто был возле ресторана? Неужели нет ни одного подозреваемого? Как Радагат спас всех?

– Все запутанно и оттого достаточно глупо, Лилиана. Когда ректор прибыл, у ресторана уже собиралась толпа, и сильный маг, а нападающий действительно силен, вполне мог затеряться в ней. Причем никто бы не обратил на него внимания: стоит себе и стоит человек, молчит – в темноте многого не разглядишь. Убийца направлял ресторан прямо к ядру, сквозь толщу земли, и расчет, скорее всего, был на то, что вы или задохнетесь, или сгорите. Виррасу приходилось и замедлять движение, противодействуя магии земли, и обеспечивать людей воздухом. Люди паниковали, кричали – воздух должен был закончиться очень быстро, и, когда прибыл ректор, убийца остановился, уверенный, что люди, которые были в ресторане, уже мертвы.

– Может быть, все-таки совпадение? – я с тоской посмотрела на отца. – Вдруг убить хотели кого-то другого?

– Мы разберемся, Лилиана. А сейчас иди, тебе нужно отдыхать, завтра учебный день.

– То есть как? – опешила я. – Ты не заберешь меня с собой?

– С чего бы это?

– Но, папа!

– На самом деле, здесь самое безопасное место, Лилиана. Разумеется, если ты не будешь гулять ночью за пределами Академии. Ты делаешь успехи, так что учись, пока мы будем искать того, кто хочет твоей смерти.

– Вполне возможно, что она будет скорой, – язвительно сказала я, а рука отца, обнимающая меня, сжалась. – Я только что от целителя – у меня проблемы со здоровьем.

– Насколько серьезные? – голос отца звучал глухо.

– Вылечить возможно. Но ты ничего об этом не знаешь? А еще о том, как я обрела магию?

– Не знаю.

– Насколько не знаешь? – не верить отцу причин не было, но как-то странно, что его вопрос обретения мною магии нисколько не интересует.

– Я пришлю целителей из столицы. Какие тут, к черту, правила Академии, если моя дочь заболела.

– Не надо! – испугалась я. – Или забирай домой, или пусть меня декан лечит, но не надо, чтобы все узнали о том, что у меня какие-то проблемы.

– Я поговорю с вашим целителем.

– А что насчет магии? – напомнила я. Отец на секунду сжал меня в объятиях, отпустил и встал с дивана. Сразу стало понятно, что разговор окончен, так что я насупилась и в папину сторону даже смотреть не стала.

– Я разбираюсь с этим вопросом. Пока результата нет.

Я молчала. Отец тяжело вздохнул, рассматривая меня, как вдруг:

– Ну, хорошо. Давай, проси, чего хочешь, – и тут же добавил. – Кроме отъезда из Академии.

Я взвизгнула и бросилась отцу на шею – моя обида всегда безоговорочно действовала в ситуациях, когда нужно было что-то купить.