Глава 11

Администратор отказывалась оформлять рассрочку платежа по счету. Мы очень долго пытались ее уговорить, но без толку. Нам предложили помыть посуду и полы после закрытия ресторана, но проблема заключалась в том, что тогда мы не успели бы вернуться в Академию. А мытье предполагалось и завтра, и послезавтра… Лисса уже не скрываясь плакала, когда меня наконец осенило.

– Лисса, иди ищи Таматина.

– Зачем? – Лисса даже всхлипывать перестала.

– Он собирался встретиться с Хантером перед отправлением. Уже шесть часов, карауль их у портала. У члена императорской семьи явно хватит денег заплатить за наше шампанское.

– Сбежать надумали? – хмуро спросила администратор. – Думаете я поверю, что вы вернетесь?

– Пила шампанское я? Я остаюсь. Уйдет только моя подруга – найдет нашего друга.

Администратор согласилась после того, как мы в качестве аванса отдали все имеющиеся у нас деньги. И только тогда Лисса отправилась на поиски непризнанного гения.

В ожидании освобождения я прогуливалась по залу, делая вид, что рассматриваю картины. Сама же размышляла. Появление Лиззи в этом городе очень смущало. Слишком удален от столицы, слишком уж мал для ее запросов, сходных с императорскими. Пейзажи? Насчет пейзажей не уверена: все-таки я их не видела, мне и академических за этот месяц за глаза. Но неужели нельзя было отыскать что-то поближе к столице? Если я все-таки права, то зачем Контас следить за мной? Из вредности? А что, решила отомстить за случайное облысение и подсыпала что-то в шампанское, чтобы я опозорилась. Но тогда почему рядом не было моментографов? Или были, но из-за того, что я была не одна, Лиззи не стала светиться? Вопросов было больше, чем ответов, и моя и так пострадавшая голова ныла и кружилась, требуя, чтобы ее хозяйка наконец успокоилась и отдохнула. Пришлось выбросить все мысли из головы, сделав себе мысленную заметку при случае узнать, действительно ли Паннекс организовал приезд Лиззи в Зангирад.

Я едва успела успокоиться и присесть за столик, как вдруг услышала, что в зал кто-то вошел. Так как сидела задом к входу, поспешила развернуться, уверенная, что пришли мои спасители. Но нет. Лисса и Хантер на помощь не спешили, зато в зал вошел проректор отделения воздуха Радагат Виррас. Выглядел он великолепно. Черную мантию, которая делала его старше, бледнее, и… изможденнее что ли, он снял, и теперь щеголял в темно-зеленой рубашке и светлых брюках, что необычайно ему как блондину шло. А какой у нашего проректора оказался размах плеч… Мне бы еще ночью в кабинете его разглядеть, но я тогда больше пол от стыда изучала. В общем, я рассматривала проректора, приоткрыв рот, и не сразу заметила висящую на нем мадам. Когда заметила, придирчиво рассмотрела и осталась недовольна. Нет, не ее внешним видом – дамочка была более чем хороша: платье в пол силуэта рыбки с глубоким декольте и открытой спиной подчеркивало идеальные округлые формы и тонкую талию, а его бежево-бронзовый цвет идеально смотрелся с загаром. Платье, на мой взгляд, было вычурно для такого места, но зато смотрелось эффектно. Да и понятно, что девушка не покрасоваться в нем вышла, а спутника своего соблазнить. На это же и ее макияж указывал, в котором сочные яркие губы я рассмотрела с двадцати шагов.

Посмотрела я на эту девушку, вспомнила, как выгляжу, и отвернулась. Сижу за столом с недопитым шампанским, которое не в состоянии оплатить, в старой мантии, которую не могу снять, и с остатками макияжа на лице, потому что Лисса меня умыть пыталась. Красотка, что уж тут. Как раз мне и критиковать вычурность платья девушки.

Боковым зрением я видела, что парочка проплыла мимо и спряталась в одну из ниш, которую мне было не видно из-за штор. Оказалось, что у дамочки еще и шлейф на платье имелся. Все-таки, не удержавшись, я тихо фыркнула.

– Студентка Тиррос, – раздался над моей головой голос проректора. Я от неожиданности подскочила и ойкнула. – Добрый день.

– Добрый день, – я кивала ровно до того момента, как Радагат не обогнул меня и не оказался в зоне видимости.

– Приятно, что вы даже в выходной день соблюдаете правила Академии и не снимаете мантию.

Я еле удержала на лице милую улыбку.

– А мне-то как приятно. Родное учебное заведение, как-никак.

– Да уж, – проректор опустил взгляд на шампанское. – Отмечаете получение стипендии?

Издевается он что ли? Моей стипендией даже половину этой бутылки не оплатить. Но вслух.

– Да, отмечаю.

– Почему в одиночестве? Где студент Кряхс?

Я чуть было не ляпнула «при чем тут он», как вспомнила, что мы вообще-то пара. Смотреть на проректора не в условиях Академии было почему-то неудобно: взгляд тут же отмечал и ширину плеч, и закатанные рукава рубашки, и легкую небритость, которая очень уж мужчине шла. Разозлившись на себя за такие мысли, я опустила взгляд вниз и нехотя пробурчала:

– Ненадолго отошел. Жду его и… наших друзей.

– Как вам город? Понравился?

Я односложно кивнула, не поднимая взгляда, но внезапно Радагат схватил меня за подбородок и приподнял лицо вверх, поворачивая к свету.

– Что вы делаете, – заверещала я.

– Сколько вы выпили, Лилиана? – рявкнул вдруг проректор, а я замотала головой, пытаясь вырваться. – Что с вашими зрачками?!

– А что с ними? – я судорожно вспоминала: отражалось ли что-то странное в зеркале. Да вроде нет. Страшное было. Я, например. А вот странного не было.

– Вы сколько выпили? Мне у официанта спросить?

– Бокал, один бокал!

Я даже подняла вверх бокал, демонстрируя, что говорю правду, но проректор не поверил. Наклонился вниз, рассматривая мои глаза, а я так испугалась, что даже дыхание затаила. Что за день-то такой ужасный? Видеть так близко мсье Вирраса я уж точно не планировала.

– Приветствую, – вновь раздался за мной знакомый голос. Проректор отпустил меня и выровнялся. Я потерла подбородок и опять уставилась в стол – не знаю, что там с моими глазами, но рассматривать их не надо.

– Добрый день, Дангвар, – сухо, и я бы даже сказала недовольно, поздоровался Радагат. – Вы тоже отмечаете?

– Отмечаем? – Хантер стоял сзади меня, положив обе руки на спинку кресла. – Нет, вырвались с моей девушкой провести вместе вечер. Романтический.

Я поперхнулась и медленно подняла испуганный взгляд на проректора. Лицо его было непроницаемо, но я уже догадывалась, о чем думает руководитель воздушного отделения. Как минимум о том, что его студентка ведет беспорядочные половые связи и в большом количестве употребляет спиртное, а может быть, и чего похуже. Как бы ко мне еще с обыском не пришли.

– Вот как, – Радагат смотрел прямо на меня, и клянусь, еле сдерживался, чтобы не засмеяться. Во всяком случае, в светлых глазах искрилось что-то такое нетипичное для замороженного проректора. А я почувствовала, как у меня начинают алеть уши. – Ну что ж, не буду вам мешать. Вот только, Дангвар…

– Да, мсье Виррас.

– Вы же понимаете, что не следует спаивать студенток моего отделения?

Хантер заверил проректора, что даже не собирался этого делать. Проректор, естественно, не поверил, но удалился за свой столик. Нам опять принесли счет, Дангвар внес оставшуюся сумму, и меня наконец-то выпустили на свободу.

– Романтический вечер? – возмутилась я, когда мы покинули ресторан. – Ничего другого не мог придумать?

– Я просто предвосхитил события, – хмыкнул парень. – У нас же он все равно будет, так заранее похвастался. Пойдем скорее, скоро портал закроют.

Я принялась активнее шевелить ногами, но недовольно бурчать не перестала.

– Кто тебе сказал, что он будет? Я против.

– Будет-будет, только давай не в этом месте, меня от такого обилия золота в интерьере воротит.

– А где? – заинтересовалась я. Не то чтобы я действительно собиралась на свидание с Хантером, но он все-таки меня выручил, да и интересно ведь!

– У-у-у, рассказывать не интересно, – Хантер хитро взглянул на меня. – Давай я тебе лучше покажу.

– Даже боюсь представить, что ты там собрался показывать, – фыркнула я.

– Это значит «согласна»?

Мы как раз достигли портала. Темнело рано, и яркая световая арка на площади была заметна издали. Вокруг нее совсем уже не было студентов, по-видимому, все, кто хотел, уже вернулись в Академию, остались только мы с Хантером. Я улыбнулась в ответ на вопрос парня и шагнула в портал.

***

Уже в комнате Лисса рассказала о том, как поймала Хантера возле портала и объяснила, что я сижу в ресторане и мне нужно помочь заплатить по счету. К чести Хантера, он сразу же отправился в ресторан, только Лиссе сказал вернуться в Академию, чтобы не опоздала. По-видимому, парень считал, что могут возникнуть какие-то проблемы со счетом, и мы не успеем оказаться на площади вовремя. Я же в свою очередь рассказала о встрече с проректором, и новость о том, что неживой Радагат встречается с какой-то девицей, перевесила в нашем личном рейтинге даже тот факт, что меня отравили. Мы с Лиссой не могли взять в толк, что же на самом деле произошло в ресторане. В конце концов пришли к тому, что я просто приболела и надо бы мне обратиться к целителям, а вина Лиззи состоит только в том, что она жуткая дрянь.

Проблема состояла только в том, что денег в нашей комнате теперь опять не было, а мантия все еще с меня добровольно не снималась.

– Надо искать работу, – хмуро сказала я. – Только я ничего не умею.

– Официантом можно поработать. В том же ресторане, в котором мы чуть на проживание не остались, – Лисса взглянула на мое озверевшее лицо и поспешила исправиться: – Или зайти в другие кафе и поспрашивать.

– Очень хороший совет, – съязвила я. – Только вот в город нам можно выбираться по выходным и строго до семи часов вечера. Кому такой работник нужен будет?

– Верно, – пригорюнилась соседка, и мы принялись дальше ломать голову над способами подзаработать.

Наутро головокружение совсем уже прошло, осталось только отвратительное настроение. Поэтому за завтраком, в то время как Лисса, Таматин и Хантер что-то бурно обсуждали, я лениво ковыряла кашу и молчала. Лисса теперь примкнула к нашему гению в вопросе дружбы с Дангваром. Еще бы, так выручил нас вчера.

Следствием того, что за столом уже стало оживленнее, чем раньше, к нам вдруг присоединились два парня, которых Дангвар представил своими друзьями: Олеф и Эдит. Олеф был смуглый, небольшого роста, но с очень развитой мускулатурой, как будто тело его росло только вширь, а парень тренировками просто придавал необходимые формы. Эдит же оказался высоким, худощавым, с рыжими волосами, торчащими непослушным ежиком, и ямочками на щеках.

– А мы все думали, когда уже можно будет с вами сесть, – поведал Эдит, когда все познакомились. Парень выглядел очень жизнерадостным, милым и, вообще, при взгляде на него хотелось улыбнуться. – А Хантер все говорит: подождите, не пугайте людей.

Я даже поперхнулась. На мой взгляд, это нашей компанией людей пугать можно: Таматин только про себя разговаривать может, я мантию снять не могу и периодически на людей бросаюсь. Самая нормальная Лисса, но под нашим влиянием она тоже начала приобретать какие-то шизоидные черты.

– Он нас стесняется, – басом добавил Олеф. Разговаривал он неспешно и лениво, выпуская слова с паузами.

– Еще бы не стесняться, – фыркнул Хантер. – Из-за вас в том году мы половину лабораторного корпуса спалили.

А я вспомнила, что уже слышала что-то подобное на приветственной речи проректора огненного отделения.

– Так это вы были?

– Это был Хантер, – рассмеялся Эдит. – И не верь, когда он говорит обратное. Мы тушить помогали.

– Расскажите, – загорелась я, но прозвенел звонок, возвещающий, что начинаются занятия. Пришлось разделиться и бежать в кабинеты, но Эдит пообещал, что позже я услышу все подробности.

Уже покидая столовую, я вдруг обернулась и заметила, с какой ненавистью смотрит мне вслед Амалия.

***

Изучать названия и свойства растений мне не нравилось. Не нравилось настолько, что я даже конспект писала через слово, периодически подглядывая у Таматина, а к середине занятия по ботанике и вовсе положила ручку и вытянула вперед ноги. Такими темпами я скоро перестану настолько уж сильно ненавидеть физические тренировки и превращусь в копию Адель.

Преподаватель ботаники, пухлощекая и миловидная Миранда Окополус, самозабвенно вещала что-то, демонстрируя нам ростки какого-то растения. Я пыталась ее слушать первые пять минут урока, а теперь лениво смотрела по сторонам и думала о том, где бы заработать денег. Бояться того, что меня накажут, смысла не было, так как Миранда не видела ничего дальше метра и не слышала ничего в радиусе больше полутора. Говорили, что это последствия долгой работы с пыльцой дико ядовитого растения, которое имело труднопроизносимое официальное название, а в народе именовалось Колючка злопупырчатая. Не знаю, правда ли, но вот приверженность преподавателя к работе с растениями привела к тому, что на ее занятиях было чуть тише, чем на рынке.

– Ты почему вертишься? – наконец и Таматин заметил, что мне скучно. – Сейчас очень важная тема! И если ты ее не выучишь, не сдашь экзамен.

– Тему я записала, – я сверилась с тетрадью. – Способы разведения, прополки, полива, осмотра, лечения и использования… а, нет, не записала.

– Venomous vorax interfectorem, – важно продиктовал мне гений, а я кивнула, так ничего и не поняв. – Это же самое важное растение! С помощью него можно кучу ядов приготовить.

Я с сомнением покосилась на Кряхса.

– Таматин, ты, может, и забыл, но вообще-то это я боевик. Знатоку не идет быть таким кровожадным.

– И противоядий, – не уступил парень и опять с обожанием уставился на Миранду.

– Э-э-э, Таматин, ты же все знаешь, – решила я подлизаться к гению. Гений важно кивнул и даже снизошел к тому, чтобы повернуться ко мне вполоборота, показывая, что внимательно слушает. – Ты не знаешь, где можно денег заработать в Академии?

На положительный ответ я не надеялась: Таматин серьезно считает, что работа – это выше его достоинства. Он призван в этот мир учить и творить. Все это мы не раз с Лиссой слышали и могли уже воспроизвести дословно, текст у Кряхса не менялся. Даже более того, наш гений даже во сне умудрялся его проговаривать.

– Знаю, – неожиданно ответил Таматин. Я даже рот приоткрыла от удивления. Продолжения не последовало, и я решила уточнить.

– И где же?

– На соревнованиях.

– По ботанике?

– Почему по ботанике? Нет, к сожалению, до такого уровня развития Академия не дошла, хотя… – Таматина задумался. – Стоит предложить нашему декану нормальный вариант поощрения студентов. А что? Внутриакадемическая олимпиада по ботанике. Победителю – лекция от самого Таматина Кряхса. Хотя стоп. Победителем же буду я. Тогда победителю – практика в королевском дендрариуме.

– На каких соревнованиях?! – не стерпев, рявкнула я так, что на секунду в кабинете возникла тишина, нарушаемая лишь монотонным рассказом преподавателя.

– Чего ты кричишь, – поморщился Таматин. – Ежегодные соревнования по силовому ориентированию. Начинаются в конце ноября, и игры продолжаются до весны. В мае финал.

– А как можно денег заработать? – не понимала я.

– За каждую выигранную игру призовой фонд, – гений задумался. – Нелегальный: ставки делают, взносы. Не знаю, как это работает, но слышал, что суммы доходят до 20 000 квилей. Но мне кажется, что это неправда. Кому интересно смотреть, как кучка недоучек шныряет по стадиону?

– 20 000! – задумалась я. Действительно, мало похоже на правду, скорее такая сумма выплачивается за победу в финале, но стоит все-таки узнать, что это вообще за соревнования такие.

Как назло в этот день Хантер с друзьями за обедом отсутствовали, а к кому бы я еще могла обратиться с вопросом о соревнованиях, неизвестно. Как было неизвестно, будет ли компания Хантера еще с нами общаться, мало ли, вдруг уже со своей Амалией помирился и сбежал. Пришлось искать Дангвара самостоятельно. Нашелся он быстро – боевики в свободное время предпочитали посещать спортзал. Все-таки я какой-то неправильный боевик, потому что мне вполне хватало официальных тренировок с Каракатом, и место с железками я посетила в первый раз за время обучения в Академии.

Хотелось бы сказать, что, когда я пересекала зал, полный железок и полуголых боевиков, на меня смотрели как на жемчужину, свистели вслед, и вообще, всячески демонстрировали, что я великолепная красавица. Я бы, конечно, задирала нос, морщилась и всячески демонстрировала, что не нужны мне такие сомнительные знаки внимания, вот только их не было. Были недоуменные взгляды, перешептывания и смешки, что показалось очень странным.

В углу зала на высокой перекладине почти без усилия подтягивался Хантер. Большая часть боевиков тренировались в шортах и майках, и только Дангвар позволил себе надеть штаны, но не футболку. Он висел на перекладине спиной ко всему миру, и я чуть не задохнулась, когда эту самую спину рассмотрела. Бугры мышц, перекатывающиеся при каждом движении, идеально ровная спина, мощная шея. Я и раньше видела полуголых мужчин: не в своей постели, разумеется, а в журналах, на презентациях одежды, но они все были женственные, миловидные. А парень напротив… Я полюбовалась спиной Хантера с минуту и только решила его окликнуть, как вдруг вперед вышла Амалия. Блондинка, по-видимому, тоже пришла на тренировку: короткие шорты, больше походящие на нижнее белье, маечка, открывающая идеальный пресс, и перчатки с обрезанными пальцами. Да я к завхозу ночью в более приличном виде приходила. Неудивительно, что она не столько тренируется, сколько перед Хантером вертится, вроде как ему помогая.

Амалия легко потянулась, демонстрируя идеальные формы, а я, вспомнив во что одета, поморщилась. Можно подумать, я сюда соблазнять кого-то пришла. Мне просто нужна информация.

– Эй, Ляля, – помахал мне Эдит. Он занимался с гантелями и махал как раз ими. – Я здесь, привет.

– Ляля?! – Хантер решил обернуться через плечо и чуть не упал. Я подождала, пока он станет на ноги, и окажется передо мной. Плохая идея – спереди Дангвар выглядел еще восхитительней. Я даже начала понимать мужчин, которых так привлекает женская грудь. В грудные мышцы Хантера, так же как и в идеальный пресс с кубиками хотелось хотя бы пальчиком потыкать, чтобы понять, настоящие или нет.

– Привет, – я нахмурилась, чтобы моя растерянность была не так заметна. – Я на секунду.

– Решила наконец собой заняться? – пропела Амалия и, подплыв к Хантеру, облокотилась на его плечо. Весь вид ее демонстрировал: он мой. Но Дангвар сердито дернул плечом и отстранился. Я хмыкнула, не сдержав злорадства.

– Я собой занята постоянно, не переживай. Хантер, я поговорить хотела.

– Говори, – кивнул парень, затем кое-что вспомнил и обернулся на блондинку, которая отходить не спешила. – Амалия, я сам вполне способен подсчитать, сколько раз подтянулся, так что можешь идти. Ты же вроде приседать собиралась.

– Я думала, что только боевики здесь тренируются, – я задумчивым взглядом проводила Амалию.

– Никому не запрещено, – пожал плечами Хантер, но я заметила, что он немного волнуется. – Что ты хотела?

– Может быть, ты сначала оденешься? – я вздохнула и опять нахмурилась, а то что-то мне подсказывало, что взгляд основательно такой поглупевший.

– А что такое? – Хантер расплылся в улыбке, а мне отчаянно захотелось его треснуть. – Смущает что-то?

– Смущает, – рявкнула я.

– Жаль. А вот я был бы совсем не против, если бы ты разделась.

Я несколько раз открыла и закрыла рот, не зная, что сказать. Идея прийти в спортзал уже не казалась мне настолько хорошей, более того, я начала злиться на себя, на Хантера, на Амалию, которая выглядывала из-за угла. Можно было просто подойти к Дангвару или Эдиту на следующей перемене, но нет, мне приспичило узнать все немедленно.

– Вы чего на обед не пришли? – хмуро спросила я. Точно все беды как раз из-за этого.

– Да просто с парнями решили позаниматься. Ты соскучилась?

– С чего бы это, – фыркнула я. – Мне Таматин сказал, что есть какие-то соревнования по силовому ориентированию, хотела тебя расспросить поподробнее.

Хантер растерянно провел ладонью по волосам, из-за чего они встали коротким ежиком.

– Да я даже не знаю, что сказать. Есть такие соревнования: команды соревнуются в том, кто быстрее захватит точку. Пользуются не только магией, но и физической силой. Дерутся бывают.

– А призовой фонд какой? – я чуть не подпрыгивала от нетерпения.

– Ну, официальный – никакой. На интерес играют. А неофициальный зависит от того, какие ставки на победителя. Команде процент отчисляется.

– А в среднем?

– 4000 – 5000, точно я даже не знаю.

– Подходит, – обрадовалась я. – То есть просто нужно просто добраться до точки?

– Ну да, – Хантер с подозрением на меня уставился. – Ты участвовать собралась что ли?

– Нет-нет, а какое количество участников в команде?

– Ляля! – Дангвар нахмурился. – Мне не нравятся твои вопросы. Тебе деньги нужны?

– Деньги всем нужны, – хихикнула я, но как-то неуверенно.

– Это из-за мантии? Так я могу помочь.

Прозвучал первый звонок, возвещающий, что начинается занятие. Хантер инстинктивно было дернулся в душевую, но остался стоять на месте. Я равнодушно пожала плечами.

– Ты мне уже предлагал, я условия помню, и они меня не устраивают.

– Мы можем договориться.

О чем он там собирается договариваться, я слушать не пожелала, а отправилась на очередное занятие с проректором.

На ужин Хантер пришел и о правилах соревнований мне рассказал. Для того чтобы вступить в турнир, необходима команда из пяти человек. Как правило, это два боевика, знаток, создатель и целитель. Возможны варианты, так как состав правилами не оговорен. На моем любимом полигоне устраивается полоса препятствий, и каждый раз она разная, в зависимости от того, какой вид вытянут капитаны на жеребьевке. Может быть заброшенный город, может быть голое поле, может быть лес или болото. Участники должны прорваться в заданную в начале игры точку и установить свой флаг. При этом приходится максимально мешать соперникам и демонстрировать высокий уровень владения магией. При том что на каждом шагу ждешь нападения соперника, есть еще и ловушки от преподавателей.

– А команды формируются по принципу владения стихиями? – заинтересовалась Лисса. Ответить ей поспешил Эдит.

– Чаще – да. Но опять же, если объединятся огневики и водники, – я закашлялась, поняв, на что намекает рыжеволосый парень. Лисса же ничего не заметила. – То никто не будет против.

– А уже есть сформированные команды? – запив компотом удивление, спросила я.

– Еще бы, – фыркнул Хантер. – К ним так просто не влезешь.

– А ты почему не участвуешь?

Хантер лениво потянулся.

– Мне не нужно демонстрировать свою силу.

Я закатила глаза, демонстрируя свое отношение и к словам Хантера, и к его силе.

– Чем ты занимаешься сегодня вечером? – я посмотрела на Хантера, приподняв бровь, и парень тут же исправился. – После отработки у Караката.

– Пытаюсь не умереть, – честно призналась я. – Он гоняет меня просто зверски.

– Обещаю тебя не загонять, – широко улыбнулся парень. – Предлагаю тихое мирное свидание под луной.

Участники нашей уже расширенной компании замолчали, ожидая, что я отвечу, а мне хотелось посмотреть на себя со стороны и сделать тоже самое: подождать. Потому что я совершенно не знала, что отвечать. Хантер мне нравился – не мог он не нравиться, и отлично я понимала, что за стол он к нам подсел не из-за того, что мы такие хорошие собеседники. Но вот войны с Амалией совершенно не хотелось, да и не чувствовала я в себе столько эмоциональных и физических сил, чтобы с парнем встречаться. К тому же его предложение при первой встрече более чем смущало меня даже сейчас, как Хантер так быстро перевоспитался, искренне не понимала. Пауза затягивалась, я все не могла придумать повод отказаться, и тут Таматин пришел мне на помощь:

– Какая луна – холодно уже! Ляля, не вздумай соглашаться: ты простудишься и пропустишь все занятия.

– Ты все слышал, – я с трудом сдержала смех. – Луна отпадает.

Хантер криво усмехнулся и красноречиво посмотрел на Таматина. Вот только непризнанного гения нельзя было так легко смутить.

– Предлагаю вам заняться со мной опытами: это лучше бесполезных прогулок под луной. Я тестирую новый элексир, и если все получится, то я получу премию, всеобщее признание и…

– Что за элексир? – оборвала его Лисса. – По выведению новых видов прыщей?

– Ошибаешься! – Таматин поднял вверх палец. – Я придумал элексир, который позволяет людям хотя бы ненамного приблизиться к моему гению. То есть повысить уровень работы мозга.

Мы с Лиссой переглянулись.

– И как ты понимаешь, что он работает?

– Хм, я провожу опыты на мышах.

Таматин заметил, что Лисса наливается багровым румянцем и закричал, пока не стало слишком поздно:

– Ни одна мышь не пострадала!

Я покосилась на Хантера. На свидание мне пока не очень хотелось, а вот Таматин весь не соответствующий ему мозг съест, пока не продемонстрирует свое гениальное изобретение. Поэтому я подтвердила, что согласна поучаствовать в демонстрации. Вслед за мной откликнулся Хантер, а уже Эдиту и Олефу ничего другого не оставалось. Отказалась только Лисса, она же и задала провокационный вопрос:

– Таматин, а твой сосед уже разрешает тебе проводить в комнате опыты?

– Нет, – смутился Таматин. – Потому я и позвал вас на демонстрацию, чтобы вы у себя разрешили это сделать.

Лисса в голос застонала: не участвовать в опытах у нее не выходило.

***

В 9 часов вечера к нам в комнату по очереди начали стучаться все желающие приобщиться к гению Таматина. Первым пришел Хантер и сразу же сел рядом со мной на кровати. Пришедшим уже позднее Эдиту и Олефу взглядом было указано присесть на другую сторону – на кровать к Лиссе. Эдит сделал это с удовольствием, а вот Олеф оказался лишним на этом празднике жизни и сел прямо на пол. Последним в комнату заявился сам маэстро сегодняшнего вечера и первым делом поставил на стол бутылку шампанского. Все свои колбы и склянки он сложил у двери.

– Ооооооо, – оживились парни, а мы с Лиссой с недоумением уставились на Таматина.

– Считаю, что мой прорыв нужно отметить, – пояснил для нас парень, хозяйской походкой отправился к шкафу и достал оттуда чашки. К чашкам добавил и стаканы, которые предусмотрительно принес с собой. – Сначала тост, а потом демонстрация.

Хантер открыл шампанское с негромким хлопком и налил всем по глоточку бурлящего напитка. Я отказалась, так как совсем свежи были воспоминания из ресторана, и при взгляде на шампанское меня замутило, еще не хватало напиться и разнести здесь все.

– Итак, тост, – выставил вперед руку со стаканом Таматин. – Вот мне уже восемнадцать лет,

– И три месяца, – шепотом добавила Лисса.

– Я стою перед вами, и весь мир пока еще не знает обо мне.

– И хорошо, – опять Лисса.

– Но я рад, что сладость самого главного моего открытия, но не первого могу разделить с вами, – Таматин взглянул на Лиссу, но она молчала, раздумывая, что сказать. Парни же со страданием взирали на стаканы и чашки. – Нам предстоит еще много работы, но первый шаг к развитию способностей мозга человека сделан сегодня.

– Можно уже пить? – не выдержал Олеф. Его-то как раз в комнате держал только авторитет Хантера, и парень по-настоящему маялся. Таматин величественно кивнул.

Все отпили по глотку (больше ни у кого и не получилось бы, Таматин пожадничал) и уставились на гения. А он с ожиданием во взгляде поочередно рассматривал каждого гостя.

– Таматин, ты будешь нам что-то показывать? – напомнила я, кивая на ворох склянок у двери. – Мы же на демонстрацию собрались.

– Так она уже началась.

– Когда?

Гений взглянул на часы.

– 30 секунд назад.

Лисса и я больше всех общались с Таматином, а потому первые сообразили, что произошло, и с ужасом взглянули на стаканы. Лисса на свой, а я на стакан Хантера: Дангвар все ж таки очень близко сидит, вдруг лопнет.

Парни же пока не понимали, что происходит: удивленно переглянулись, а потом Хантер вдруг провел рукой по лицу.

– Жарко.

– Но бутылка же была закрыта, Таматин, – не выдержала я. – Ты же открыл ее при нас.

– Я просто ее заново потом запечатал, – с радостью поведал Таматин. – После того, как добавил элексир. Ну, чтобы вы раньше времени не догадались. Не правда ли гениально? Я про задумку – само запечатывание очень просто сделать, хочешь расскажу?

Лисса вскочила и бросилась в ванную. Я услышала, как полилась вода. Олеф вдруг поднялся с пола и принялся разминаться, а Эдит потер руками виски и уставился на Таматина.

– Слушай, Кряхс, давно хотел у тебя спросить: ты почему постоянно эту чушь про непризнанного гения несешь?

– Хм, – растерялся Таматин и ничего не ответил, а Эдит продолжил:

– Ты ж просто заучка, ничего из себя не представляешь. Я тебя и без особых способностей переломаю. Оценки у тебя хорошие? А как они в жизни пригодились?

Я онемела и с тревогой смотрела на Таматина, а он, о чем-то раздумывая, вдруг достал блокнот и принялся делать какие-то пометки. Олеф лег на спину и, глядя в потолок, сказал:

– Мне кажется, Таматин очень счастливый человек. Живет в своем мире иллюзий и не понимает, что в настоящем мире все не так уж и радужно. Нам бы эту способность. Я же каждый день осознаю, что мой рост 160 сантиметров, а нравятся мне девушки-жирафы. И как быть? На меня ни одна девчонка ростом выше 170 сантиметров даже не смотрит. И в иллюзиях скрыться не получается.

От такого откровения мы все рты открыли. Дверь ванной распахнулась, и в комнате показалась разъяренная Лисса с мокрыми волосами.

– Ты! – она обличительно ткнула пальцем в Таматина. – Ты что мне подсыпал?! Да я сдержаться не могу от желания тебя убить! Сейчас весь твой элексир в глотку тебе же и затолкаю! И бутылкой утрамбую!

– Полегче-полегче, – попятился Таматин. Лисса надвигалась на него, не замечая, что под ногами у нее лежит Олеф. А Эдит вдруг произнес:

– Талисса, ты так классно выглядишь, когда злишься!

Лисса вдруг смутилась и про подлость Таматина и думать забыла.

– Правда?

– Конечно. Я вообще сюда пришел только, чтобы с тобой поближе познакомиться, а то ты вечно молчишь. Разговаривает только он, – Эдит зло кивнул на Таматина.

– Что происходит? – Хантер обернулся ко мне, и так как он был близко, я заметила, что глаза парня заливает изумрудной яркостью. Я испуганно придвинулась и взяла его лицо в свои руки.

– Не шевелись.

– Ммм, я надеюсь, что ты хочешь меня поцеловать, – промурлыкал Хантер. – У тебя очень красивые губы… и глаза… и нос… фигура у тебя вообще блеск.

– Таматин! У тебя есть противоядие? – закричала я. Глаза Хантера начали светиться. При этом глаза светились уже и у остальных членов нашей компании, кроме меня и Таматина. Эдит что-то мурлыкал на ухо Лиссе, а она звонко хихикала. Олеф же вполголоса рассуждал о справедливости распределения силы.

– Противоядия нет, – почесал затылок Таматин. Но теоретически действие элексира пройдет через час.

Я попыталась встать с кровати, но Хантер меня удержал.

– Я хотел извиниться насчет того, что предложил тебе в первую нашу встречу…

– О как, – растерялась я. – Хантер, сейчас не лучший момент для разговоров, у тебя глаза светятся.

Хантера это не остановило.

– …на самом деле, я просто поспорил на тебя.

– Вот это откровение! – я даже рот открыла от неожиданности. Щеки мои покраснели, и я заполыхала от стыда.

– Мы с парнями видели твое фото на сайте и решили, что все вы модельки доступные, и если тебе предложит переспать член императорской семьи, то ты тут же согласишься.

– Огонь, – разозлилась я. – Ну конечно, ты же целый Дангвар! Как я не умерла-то от счастья, не понимаю!

– И мантия еще эта, – Хантер поморщился. – Не знаю я, как ее снимать. Слышал только, что некоторые умеют, и собирался заплатить парню с пятого курса. Ну если бы ты согласилась.

– А я не согласилась, – я сбросила с себя руку Хантера и вскочила с кровати. – Таматин, что за дурацкий элексир правды ты придумал?! Не хочу я все это знать!

– Но это же ничего не значит, – Дангвар тоже встал и двинулся за мной. – Ты мне сейчас очень нравишься. Я с Амалией даже расстался…

И тут в дверь кто-то громко постучал. Все правдолюбы как по команде замолчали, и переглянулись.

– Кто там? – тоненьким голоском спросила я и чертыхнулась, когда услышала своего старого знакомого.

– Открывай, Тиррос, – в голосе завхоза звучало плохо скрываемое раздражение.

– Зачем?

– Дружбана твоего ищем, Таматина, – язвительно ответил завхоз. – У вас он? Опять гадость всякую варите?

– Нет его у меня!

– Есть! – пискнула Лисса, но Эдит вовремя сориентировался и закрыл ей рукой рот.

– Открывай, я сказал!

– Сейчас открою, Лисса одевается, – пропищала я и испуганно обернулась к друзьям. Правдолюбы сбились в кучу и мигали как свечки. Светящиеся глаза, честно сказать, выглядели жутковато. Виновник торжества принялся бегать по комнате, высоко вскидывая худые коленки.

– Это точно мой сосед! – шепотом верещал он. – Видел, что я ухожу куда-то. Он выжить меня хочет.

– Быстро в шкаф! – зашипела я. – И если ты опять там что-то прольешь – задушу.

Таматин быстро отправился на уже знакомое место, я туда же зашвырнула его склянки и плотно закрыла дверь.

– Теперь вы! – я посмотрела на команду со светящимися глазами. – Если вас завхоз в таком виде увидит, то сердечный приступ обеспечен. И думаю, что мой. Так что быстро в ванную!

Правдолюбы, держа в руках свои стаканы, бросились в ванную. Я затолкала всех четверых прямо в чашу.

– Воду включите!

– Я считаю, что это разумно, – кивнул Олеф.

– И рты закрыли! – рявкнула я. – Чтобы ни одного звука.

– Почему так долго не открывала? – с подозрением спросил Окань, когда я наконец открыла дверь. Завхоза я впускать не собиралась и общалась с ним через небольшой проем.

– Лисса к купанию готовилась.

– Ты же сказала, что она одевается! – завхоз впился в мое лицо внимательным взглядом.

– Так и есть, – я с облегчением услышала, как в ванной зажурчала вода, и выдохнула. – Вы знаете, сколько девочкам нужно всего сделать перед купанием? Обертывание, обмазывание, маски, пенки. А выбрать белье? Ооо, столько дел, столько примерок.

– Пусти меня, Тиррос.

Я немного больше приоткрыла дверь, чтобы завхоз видел комнату.

– Видите, никого здесь нет.

Окань чертыхнулся и толкнул дверь. Я сразу же отпустила ручку и развела руками, демонстрируя, что не больно-то и хотелось.

– Ты, Тиррос, нарушитель высшей степени. Так что я сам все проверю.

– Пожалуйста, – улыбнулась я и будто бы невзначай отошла к двери в ванную. Если завхоз будет пытаться прорваться, то придется применить силу. К моей невменяемости все уже привыкли, а вот к светящимся глазам студентов – нет.

Завхоз вошел, с подозрением оглядываясь по сторонам. Метровый размер комнаты плохо способствовал тому, чтобы осматривать что-то долго, и потому взгляд Окань сразу же устремился на стол. Я за его взглядом проследила и чуть не застонала: прямо посреди стола высилась начатая бутылка шампанского. Хорошо хоть стаканов не было, иначе объяснить их количество я бы не смогла. Завхоз повернулся ко мне с налитыми кровью глазами и обличительно ткнул пальцем на стол.

– Ты совсем обнаглела что ли?

– Вы о чем? – удивилась я.

– О шампанском!

– Где? Ой, и правда.

– Алкоголь в комнатах запрещен! Ты с соседкой своей выпивала? Отмечала что-то? Удачные опыты с ненормальным побочным эффектом? Хотя нет, Кряхса нет, значит… Вы убили его что ли?!

– Вы с ума сошли? – возмутилась я. – Мы ничего не отмечали.

– А шампанское что здесь делает? Зови свою соседку быстро.

Окань шагнул было к двери в ванную, но я заступила ему дорогу. Не хватало только завхозу рассмотреть результат опытов Таматина. Я, конечно, на Окклео Окань обижаюсь, но смерти от испуга ему не желаю.

– Лисса тут ни при чем, я сама выпивала. Видите – даже стаканов нет. Прямо с горла потребляла.

– Вот это да, – завхоз уставился на меня почти с восхищением. – Я таких еще не видел, ты вообще обнаглевшая. Быстро пошли к проректору!

– Пожалуйста, только не к нему! – испугалась я. – Куча же других преподавателей. Пусть на меня декан боевиков повлияет, Каракат, я все-таки режим нарушила, это в его компетенции находится, с ректором я еще ни разу не встречалась, в конце-то концов! Только не к мсье Виррасу!

– Нееет, – кровожадно протянул завхоз. – Именно к нему. Ты как с Радагатом пообщаешься, так хоть чуть-чуть пакостить перестаешь. Пусть на тебя повлияет.

Я с тоской взглянула на шкаф, раздумывая над тем, стоит ли сдать Таматина с его подопытными кроликами, но решила, что наказание все равно последует, так лучше пусть наказан будет всего один нарушитель спокойствия. В конце концов, с юным гением все попали в одну компанию исключительно из-за меня. Не надо было мне в первый день с ним знакомиться – надо было бежать в другой корпус Академии.

– Ну, к проректору так к проректору.