Глава 26. Время мести

Территория АйнКрада. Академия Покорителей демонов «Деймос». Местонахождение – покои Правителя Стронга

Тайрен Зерхо

Никогда бы не подумал, что Лай так быстро сойдётся с моей Юбублей. И если при первой встрече Староста испытала страх и недоверие, то моя летающая злыдня, напротив, быстро осознала, что девушка в моих руках «моя» и обижать её не стоит. И Корсара сделал всё, чтобы к концу нашей прогулки карательница перестала опасаться её грозного вида и потеплела к ней душой.

Сначала Юбубля вела себя смирно, образец порядочности прям, но ревность и азарт взыграли всё же на первом привале в чудовище другого мира. Мы опустились на горный хребет, чтобы Юбля передохнула, а мы насладились открывшимся видом.

«Кто же знал, что моя любимица, стоит мне отвернуться, ударит Лай под колени хвостом и будет смотреть, как Староста, поминая бездну, покатиться вниз по склону?!»

Но Корсар не желал моей Выбранной зла. Лишь играл. Юбубля спикировала вниз и, раскрыв лапы и устрашающую пасть, игриво пыталась словить девушку. Но Цербер не промах, проверено не раз! Создав в руке сосулину, Лай воткнула её, как кирку, в склон, а второй вырвала скалистый отросток, чтобы ухватиться наверняка и не попасть в пылкие объятья Корсара.

Переместившись к ним, я и застал их за красочной картиной – Лай вся в снегу, что налип на одежду, держится обеими руками за лёд и камень, а буквально в пяти метрах ниже, развалившись на пузе, лежит Юбля с раскрытой пастью и "приглашающими" объятьями. Бросив на любимицу строгий взгляд и поймав лукавый золотой взор, осознал, что это была проверка – подходит ли мне девушка по силе и ловкости. И Лай её проверку прошла. Убедив Цербера, что это была игра, мы полетели дальше. Я стремился показать Правительнице Сальярии свой мир. Свой заснеженный дом с другой, не виданной ей, стороны.

В следующий раз мы остановились в долине гейзеров, и месть Лай не заставила себя долго ждать. Юбубля прыгала от воронки к воронке, из которых с равной периодичностью, под давлением, к небу вырывались струи воды. Корсар пытался их поймать и укусить горячую струю, и вот никак не ожидал, что горячая волна попадёт ей прямо под хвост. Сомнений в том, что это сделала довольно улыбающаяся карательница, у меня не было. Вода вырывалась с чётким перерывом, а тут… Юбля встала хвостом к только что функционирующему жерлу и вот… подстава под стать Церберу. Юбубля прикусила кончик ошпаренного хвоста и зло посмотрела на нас, ну а я взял и выдал ей Лай, качнув головой в её сторону. Юбля, сверкнув золотыми глазами, прищурилась и явно запомнила выходку девушки. И да, ответ Корсара, не заставил себя ждать.

Стоило нам залезть на её спину и взять в руки поводья, паршивка перестала слушаться. Она резко взлетела вверх и набрала огромную высоту, а после сложила крылья и стала пикировать вниз вместе с нами. Ни мои приказы, ни крик Лай её не остановили. Мы неслись к земле. Лай орала так, что звенеть будет ещё долго. Порывалась даже отстегнуться и выпрыгнуть из седла, пытаясь открыть экстренный портал. Всё лучше, чем смерть. Но буквально в двадцати метрах от земли Юбубля раскрыла крылья и ловко ушла в сторону, снова набирая высоту.

А дальше началась веселуха!

Корсар пикировал вниз, уходил в штопор, переворачивалась в полёте, заставляя Лай орать всё громче и крыть Корсара отборным матом. Долго Юбля издевалась над нашими желудками и вестибулярным аппаратом, но стоило Лай тихо признаться, что седло моей злыдни сейчас будет испорчено обеденной стрепнёй – Корсар тут же выровнялся и полетел ровно. Эта зараза даже решила нас взбодрить – пролетев около водопада с отвесной скалой и нырнув в поток, окатив нас, к слову, ледяной водой.

А после очередных угроз от Старосты, снять с моей любимицы скальп, Юбля приземлилась у входа в пещеры, где мы смогли перевести дух. Лай рассматривала грот, усыпанный драгоценными камнями, что переливались от лучей попадавшего сюда солнца, одновременно просушивая себя стихийным огнём и косясь на мою любимицу с жаждой очередной мести в глазах. Её же совсем не трогал её искрящийся молниями взор, и она ни в какую не желала отставать от девушки. Лай настолько пришлась ей по вкусу, что Юбля приподнялась на задние лапы и отломала от свода пещеры сталактит, желая поиграть в апорт.

«Впервые я стал ревновать Корсара к кому-то, ведь моя летающая злыдня бегала вокруг не менее любимой злючки и упрашивала Старосту покидать ей "палочку"!»

Цербер запустила кусок породы в сторону, стараясь отделаться от навязчивой летуньи и, развернувшись ко мне, стала расспрашивать про драгоценные камни, что переливались здесь, как звёздное небо. Юбля подошла к нам со спины и мордой пихнула карательницу, желая, чтобы та обратила на неё своё внимание, но силушку моя детинушка не рассчитала, и Лай влетела в мои объятья. Потирая плечо, Лай зло посматривала на Корсара, затем отняла "палочку" и швырнула её в сторону, да непросто швырнула. Воздушная волна, вырвавшаяся из её руки, заметнула камень неизвестно куда. Довольная Юбля убежала искать игрушку, а я приобнял Лай и поцеловал. Вкус малиновых губ просто сводил с ума. Весь день я только и мечтал о них. Поэтому и вломился в примерочную, как Дикарь, не в силах больше ждать вечера. Поэтому и прижимал к себе в седле, нарушая все границы приличия.

Юбубля, вернувшись, нарезала вокруг нас круги, задевая случайно массивным телом, то крылом, то хвостом. А мы всё не могли отлипнуть друг от друга, оставшись наконец одни. Почти одни. Когда разорвали поцелуй, Юбля лежала возле нас и хрумкала отломанный соленный сталогнит, делая вид, что ничего не замечает. Лишь вечером мы вернулись в «Деймос». И то только потому, что поднялась метель.

Отводя Юбублю в стойло, я не мог угомонить летающую зверюгу, та всё порывалась облизать Лай и оторвать, на память, от её накидки кусочек.

– Ты ей понравилась! – видя, как ластиться к ней моя вредно-характерная летунья, что заставила даже в академии всех остальных матёрых Корсаров уважать себя – малявку по сравнению с ними, я честно недоумевал. – Она воспринимает тебя как маму! Словно ты обладаешь демоническим магнетизмом! – выдвинул я теорию, заставляя Юблю зайти в уютно обустроенный загон.

– Животным… – послышалось со спины.

– Что, прости?

– Животным магнетизмом, говорю. Меня любят животные! – спокойным голосом пояснила карательница.

– И не только животные… – смотря в глаза Цербера, прошептал, заставляя её понять, что я тоже один из очарованных существ.

Проснувшись следующим утром, попытался притянуть мою девочку к себе, но рука прошлась по простыне, и настроение немного притухло. Лай рядом не оказалось, зато оказался "будильник". Шипик двумя листьями приподнял свою колбу и тянул сейчас ко мне свою шипастую лиану, желая разбудить. Хотя было похоже, что всё же сожрать. О чём и говорил его зубастый рот и капающая слюна.

«Некормленый цветочек значит!» – пронеслось в голове.

– Жрать хочешь? – спросил растение, и оно, качнув соцветием, с удвоенной силой потянуло ко мне свою ядовитую лазу. – Не меня жрать!! Забыл, что я несъедобный? – гаркнул я на него, видя, как Шипик пытается дотянуть до моего горла.

Подняв кулак, призвал пламя и погрозил им растению. Шипострел тут же отдёрнул "лапу" и, как послушный мальчик, опустил свою колбу.

– Веди себя хорошо, тогда будет тебе колбаска! – вставая с кровати и натягивая форму, напомнил я ему условия нашего совместного проживания.

А эта зараза послушно закивала и, приподняв листики, как руками, показала, какой шматок колбасы оно хочет за моё спокойное пребывание ночью рядом с Лай.

– Да у тебя губа не дура, обжорка! – отозвался ему и, застигнув китель, поспешил вниз за угощением для любимца Лай.

«С моим любимцем она нашла общий язык! И даже не прибила к концу вечера за все выходки! Вот и мне нетрудно её малыша покормить!»

До пары у ректора Сайленса оставалось двадцать минут, и надежда увидеть Старосту до занятия всё ещё теплилась во мне. Лишь Мрак подсказывал, что наша девочка очень далеко от нас. В аудитории Лай не оказалось, зато нашлась Мисс Грин, что вовсю беседовала с Сальярийцами, слушая их впечатления о прошедших днях.

– А где Лай? – опередила меня с вопросом Терра, усаживаясь за гостями на втором ряду.

– Скоро прибудет! – отозвалась Дебора, видимо, зная больше остальных.

– Она в Сальярии? – спросил у аспирантки, понимая, что внутри ощущаю пустоту, а значит Староста на родине.

– Ага. Мстит! – озорно хихикнула Дриада.

– Кому? – тут же вопросил Луррус, заглядывая в карие глаза Грин.

– У неё спросите! – отозвалась девушка и посмотрела в проход.

Буквально через мгновение закрутилась огненная воронка и послышались неизвестные голоса, и первым узнаваемый был, как ни странно, голос Правителя Сальярии:

– Что за крики? Кого насилуют и без меня?

– Ой, что-то так мороженого захотелось с селёдкой! Пойду-ка я! – второй голос явно принадлежал его сестре, что не скрывала веселья в интонации.

После этих слов из крутящегося портала вышла Староста. Её стан будто облизало огнём. И я замер, приподнимаясь со скамьи, смотря на неё, и не веря своим глазам.

В портал ещё неслись голоса:

– А ну, стоять, Цербер! – рычал Динар.

– Не кричите на девушку, она беременна! А я, похоже, скоро стану мужем и… отцом!

– Ага, тройни! – подсказал кто-то ему, и тут же последовал грохот и причитания скрытых от нас порталом людей.

– Нашатырь тащи, Дан!

– Какой нашатырь? Водки ему надо стопарик! – отозвался, кажется, тот самый Дан.

– Тащи сразу бутылку! Авось оклемается!

– ЦЕРБЕР!! – заревел Динар Эолзер, как раненый зверь, но проход, от щелчка Лай, свернулся, отрезая нас от неизвестных людей. А довольная девушка сложила руки на круглом животе и обвела аудиторию взглядом.

– Что вы так смотрите? Я что на лекцию опоздала? – невинно поинтересовалась она, заботливо оглаживая беременный живот и сжимая в руке пергамент с гербовой печатью.

ЛайЛиоНетти

Утром, проснувшись в хорошем настроении, под боком Тайрена, я поняла – пришло время мести. Не стоит откладывать каверзу в долгий ящик и взрывать магический снаряд нужно сегодня, пока Вейлд не сможет до меня добраться и накрутить себя в моё отсутствие больше прежнего. Поцеловав Зерхо, что вновь спал без спроса в моей постели, в висок, убежала вершить кару небесную для начальника.

План был продуман до миллиметра: вся шестёрка «ведьм» собрана в нужном месте. Я вся такая необычно-весёлая и загадочная подняла настроение парней, и азарт, что горел в наших глазах, никак нельзя было скрыть – в общем, мстить собрались мы сегодня всем отрядом! Но мне везти вечно просто не может. К концу спектакля в наше отделение наведался брат и не дал добить нервы "любимого" начальника, но нервный тик он точно заработал. И это точно плюс. И если бы не Динар, я бы спокойно смоталась в комнату и переоделась, но… так легли звёзды. И вот стою я в аудитории с огромным пузом и чувствую на себе прожигающие взгляды более тридцати человек.

– Что вы так смотрите? Я что на лекцию опоздала? – для приличия постаралась я вывести всех из оцепенения.

– Лай?! – слаженно подорвались мои ребята со своих мест и стали меня рассматривать.

– Я убью того гада, что не умеет пользоваться «залётными» свечками! – громыхнул Марко.

– Сдеру с него кожу, а внутренности сожгу! – присоединился Густав, неожиданно становясь кровожадным и сжимая горящие огнём кулаки.

– О боги, ты всё это время? – недоумевала Сноу, разглядывая меня иным зрением, стараясь удостовериться в правильности увиденного.

– Это не иллюзия! – донеслось от Тамары. – Лай, как ты это объяснишь?! – обвела она в воздухе мой округлый живот, чтобы я точно поняла, о чём она спрашивает.

Лишь Дебби сидела, облокотившись на парту за её спиной, и, сложив руки под грудью, смотрела на метаморфозу адептов, что готовы бежать и кого-то убивать во имя поруганной чести.

– Отлично! Раз вы поверили, значит и каратели тоже! – прервала я их поток вопросов.

– Какие каратели? – вопросили слаженно друзья.

– С которыми я работаю. А это… – я вновь ласково погладила живот, будто он мой собственный, – …подарочек для "любимого" начальника, чтоб не расслаблялся пока я на задании.

– Это что… розыгрыш? – выскочив из-за парты, Горелли подошёл ко мне и тоже, перейдя на иное зрение, стал рассматривать живот и выпирающий пупок. – Но я же отчётливо вижу концентрацию магии в животе?

– И сердце стучит там… – прошептала побелевшая от ужаса Ирига.

– Целых три! – поправила девушку голубовласая подруга.

Все снова уставились на мой живот, а я сложила руки за спину, чтобы им рассматривать было удобней. Адепты «Деймос» ошарашенно молчали и тоже рассматривали меня, особенно острый взор исходил от Тайрена. И могу поклясться, он недоумевал больше остальных.

«Небось, уже и напридумывал себе чего!»

– Розыгрыш! Остыньте! Никого искать и убивать не надо! Просто достали некоторые, вот и решила им нервы потрепать!

– Но как же сердцебиение? – стоя рядом со мной, расспрашивал Марко.

– А вот это, друг мой – детали для правдоподобности! Запомни, Горелли, когда идёшь мстить или учинять каверзу, в особенности высшим чинам, – продумывай детали!

Подойдя к парте, я наклонилась и, подняв на спине кофту, отцепила бандаж и подушку, к которой ещё пару дней назад пришила округлую пуговицу, чтобы было полное совпадение с беременной барышней. А разогнувшись, указала на липовый живот.

– А вот и ваше сердцебиение! – все адепты, даже Покорители, воззрились на три зелёных пятнистых яйца и тут же отпрянули в разные стороны.

– Яйца огнекрыла! – севшим голосом точно опознала их Мара и стала смотреть по сторонам, видимо, планируя, куда бежать и откуда ждать злобную змейку, у которой я эти самые яйца упёрла.

– Ну, не куриные же мне из курятника воровать! – засмеялась я. – Мелковаты! Вот и взяла у нашей "Леди", что теперь живёт в Академии, после стычки с Прэсто!

– Великие Предки, спасите родную Академию… – произнесла Сноу, сложив руки в молитвенном жесте, наверно, красочно себе представляя, какой хаос сейчас должен твориться в «Эолзер».

– …и защитите безмозглых адептов! – присоединился к ней Густав.

– А с чего вы решили, что мой огнекрыл в «Эолзере»? – приподняла я тёмную бровь и открыла дымящийся переход. Усилив магию, сделала его прозрачным, чтобы по ту сторону увидеть нечто.

У распахнутого шкафа, в котором теперь проживала моя новая ядовитая и злопамятная змеючка, свернувшись кольцами в гнезде из палочек и веточек, стоял в горшке мой Шипострел и трескал палку сырокопчёной колбасы. То же делала и змея, синхронно чавкая с растением, и не стремясь друг друга убить, как в первый день знакомства.

«Я-то думала, она убиваться по деткам будет, спешила провернуть каверзу в кратчайшие сроки, чтобы не волновалась, а она за обе щеки трескает вяленое мяско! Вот, Мамаша!»

– А ну, плюнь! – разозлилась я, смотря на питомцев.

Леди, услышав мой приказ, замерла, даже чавкать перестала, и, обвив колбасу концом хвоста, спрятала себе за спину, думаю ещё и ветками гнезда прикрыла, чтобы я её не нашла. А будильник, взирая на меня, раскрыл пасть пошире и целиком заглотил недожёванный кусок, закрыл соцветие, обмотал бутон, то бишь рот, своими лианами и выпустил угрожающи свои иглы, чтобы точно не полезла отнимать. В таком виде он мне напоминал пустынный кактус.

– Паразиты! – зашипела я на них. – Кто вам колбасу опять дал? Вам хорошо, сожрали и довольны, а я потом мучайся вашей икотой, от которой иглы во все стороны летят, и защищайся от огненной отрыжки! – упёрла я руки в бока и грозно на них глянула.

Любимцы подняли на меня виноватые моськи, заставляя остыть.

– Держи своё сокровище, поганка! – выдохнув, бережно протянула Леди её невылупившийся выводок понимая, что бесполезняк ругаться – колбаса уже стыбрина и сожрана.

Огнекрыл, увидев свои яйца, сразу приподняла крылья, чтобы я положила их в гнездо, а после потуже сомкнула своё кольцо и, накрыв крыльями малышей, улеглась головой сверху, сверкая глазами.

– Благодарю за доверие! – поклонилась я змее и свернула портал, потом решу, как будильник наказать за кражу провизии.

– Огнекрыл? В шкафу? – недоумевала Ирига.

– В «Деймосе»? – уточнила местоположение Терра.

– Не в «Эолзере» же её оставить, рядом с Виктором, которого она на прошлой неделе изрядно подпалила?! К тому же я давно мечтала найти животинку под стать своему характеру!

– Так, Лай, про яйца я понял! Но как ты умудрилась обмануть нас? Мы ведь тебя иным зрением сканировали? – положив руку мне на плечо, развернул к себе Марко.

– Тяжело! – честно призналась Земному магу. – Я два месяца тренировалась, чтобы активировать Стихии в одном определённом месте, а не во всём теле разом! – приподнимая кофту и показывая плоский живот, стала объяснять. – Вот смотри. Напрягаю мышцы живота и призываю все стихии разом, чтобы выглядело, будто внутри меня растёт магически одарённый плод.

Брови Горелли ползли вверх. Ему даже переходить на иное зрение не пришлось, чтобы увидеть мой фокус. Силы я сейчас на демонстрацию не жалела.

– Правда, этот трюк пока могу провернуть лишь я.

– Почему? – тут же оживились девчата.

– Полиморф. Не филантроп. Запас сил большой, в особенности, когда стоит цель – обшутить шутника! – заразительно засмеялась я.

– И как прошло? – поинтересовалась Дебора под шепотки рогатых адептов.

– Ооо, это надо было видеть, Деб! Вейлда так перекосило, когда я залетела в управление с криками: «Милый я была у целителей, у нас будет тройня!». Побоялась даже что его инфаркт хватит. Он остолбенел и аж дар речи потерял. «Ведьмы» тоже молодцы, подыгрывали не прикапаешься – красочно ему напомнили, как прошла наша последняя совместная вылазка. И про горячительное не забыли, и про спину напомнили. В общем, глаз у него дёргался через пять минут моих восторгов в отделе. Через десять он начал заикаться, когда я упомянула, что нужно непременно познакомиться с его родителями. Ну и рухнул в обморок, когда заявила, что он должен присутствовать на родах, и отказ не принимается!

– Уволит он тебя, когда узнает! – улыбалась Дриада.

– Не уволит!

– С чего такая уверенность?

– Так меня нельзя – я же беременная! – от моего ответа Дебора засмеялась и стала качать головой.

Но моё веселье длилось недолго. За спиной закрутился дымчатый переход, и из него вышел коронованный брат, заставляя всех теперь уже уважительно, а не ошарашенно примолкнуть.

– ЛайЛиоНетти Эолзер де К`ярг Сальярис! – громыхнул он, и тут же при названии моего имени над головой появилась призрачная корона, ослепляющая всех собравшихся.

Я быстро махнула ладонью над собой, чтобы символ власти быстрее развеялся, и мило улыбнулась брату.

– Какими судьбами, Дин? Опять соскучился? – заискивающе начала я, что мне вовсе не свойственно в общении с блондинистым братом.

– Ничего не хочешь рассказать старшему брату, ммм? – изучая меня глазами, вопросил Правитель Сальярии.

Приложив пальчик к губам, я посмотрела на потолок, в узкие окна аудитории, на своих друзей и снова на блондина перед собой.

– Отчёт успеваемости в «Эолзере» передан ректору на подпись, наши студенты под присмотром и пока без провинностей. В карательном отделе всё как всегда тихо и гладко. Вот сходила отчёт забрала по изучению Назглов! – помахала я рукой с запечатанным отчётом, что тут же сунула в задний карман брюк.

– Тихо-мирно, значит? А ничего что у меня там начальник тайной стражи рвётся неведома куда тебя искать и тащить к алтарю, а то, видите ли, негоже вне брака рожать?! Ещё и меня к стене припёр, чтобы рассказал, где ты сейчас обитаешь? И почему это мой друг детства уверен, что ты беременна от него?

– Без понятия, Дин! – солгала я и увидела, как он это почувствовал и прищурил глаза.

– Это он… твой маг?

– Ага, щас! Я и Вейлд? Головой-то хоть думаешь? – стала злиться на старшего.

– Лай, я, конечно, знаю, что вы с Вейлдом не дружите с малых лет! Но, может, хватит ему мстить за его детские шалости?!

– Шалости?! – переспросила я и стала гореть от злости. – А то, что он на мой пятый день рождения вытворил? В каком виде я тогда из зала убегала! Или, та шуточка с цветком «снотворника»? Я тогда неделю спала! А когда Рыжий узнал о семейной легенде от прадеда и решил мне волосы отстричь? Нет, я ещё понимаю ножницами, так он их топором шарахнул. Остриё топора раскололось, а волосы не повредило! И ведь не прекратил попытки! После пытался поджечь и в итоге только библиотеку попортил… И ведь добился своего, гад! Как-то узнал про зачарованную сталь и отрезал мне их! Прямо на балу!!

– Ты сейчас про тот год, когда у тебя на приёме первая Стихия пробудилась, и ты трясла замок с "косой" в руках? – заржал золотоволосый.

– А ты думал, я от радости Стихию призвала в шесть лет?! И ладно бы просто детские шутки, он ненамного меня старше. Но ведь и сейчас меня донимает – неважно, карательница я, твой личный телохранитель, танцовщица под прикрытием или просто твоя сестра – он находит и достаёт меня в любом обличие! Будто знает, что я, это всё вместе взятое! Прощу его только тогда, когда всё это забуду! А с моей памятью – этого никогда не произойдёт! – раздражалась, вследствие чего под ногами задрожал пол.

Динар резко сделал шаг ко мне и притянул в свои объятья, стараясь успокоить.

– Ладно-ладно! Я понял. Вы никогда не поладите! Пойду что ли, отомщу за тебя. Но сначала премию ему выпишу!

– Что? – стала вырываться из захвата его лапищ. – Страдаю я, а ему премию?!

– Нет, ну должен же я ему благодарность выписать хоть и с запозданием. Мы с Ридом с четырёх лет у тебя Стихию пытались пробудить, а нужно было лишь тебя почаще с Рыжим наедине оставлять! – заржал он, явно вспоминая, как они учили меня воду в стакане замораживать, как безрезультатно часами сидели над свечами и нудно рассказывали, как концентрироваться и её поджигать.

– Но и убить мне его придётся! Никто не смеет, кроме нас с Ридом, обижать единственную женщину, которую мы любим! – проговорил Дин и крепко прижал к своей груди.

От его слов на сердце стало тепло, а перед глазами возникла белая пелена, и я потеряла равновесие. На меня волной нахлынуло неожиданное видение, и я повисла на руках брата. Динар всполошился и стал трясти, как куклу, взволнованно задавать вопросы, а я, стараясь не потерять нить видения, зажала двумя руками его болтливый рот, приказав молчать.

Вот кабинет отца, что Динар перестроил под себя, убрав всё светлое в нём и оформив в тёмно-синих тонах. Единственно, что брат не выкинул из кабинета – это портрет девушки, которую когда-то любил отец. Под багетом виднеется шильдик с именем, что ненавидели мы все – имя незнакомки, что ушла из жизни слишком рано и свела этим Эйнара Эолзера с ума. Динара Ричи.

По комнате из угла в угол мечется Дин и злится столь сильно, что на окнах проступает морозный рисунок. И злится он почему-то на меня. В комнате витает дурманящий аромат цветов, а перед ним на коленях, в плаще, стоит женщина и просит защиты. И я чувствую, она принесла с собой дурные вести. И ей необходима защита.

Вот брат подходит к ней, перемотанной бинтом ладонью скидывает капюшон и… застывает возле неё, узнав посетительницу.

И я её узнаю.

Да она повзрослела, но не узнать первую любовь брата и подругу детства я не могу. Она вернулась. Наша Лилия вернулась! И если Динар правильно разыграет карты, предложит покровительство, то сможет защитить не только девушку, но и своё королевство от грядущего переворота.

❧

Вынырнув из своего видения и придя в себя, я смотрю на Динара и начинаю, наверно, глупо улыбаться, всё так же зажимая ему рот.

– Скоро я буду не единственной женщиной, которую ты любишь, Дин! – брат бубнит мне в пальцы что-то, а я качаю головой. – Чувствую, придётся тебе распрощаться со своим гаремом!

Правитель округляет глаза и вырывается из моих рук, делая шаг от меня, как от вестника смерти.

– Не понял?! С чего бы это?

– С того, что вскоре рядом появится та, что затмит всех. И никаких наложниц больше и не потребуется! Только с ней ты будешь счастлив! – уверенно выдаю ему.

– И когда же мне ждать её? – недоверчиво спрашивает маг, складывая руки нагруди.

Вспоминая видение и всё, что в нём было, пытаюсь дать подсказку так, чтобы не изменить судьбу, как учила бабушка – видящая.

– Вскоре после того, как в саду зацветёт магнолия! – Брат качает головой с недоверчивым взглядом.

«Ещё бы, мои видения пока слишком размыты и нечётки.»

– Ещё два года у меня есть. К чему спешить?! Магнолия во дворце цветёт лишь раз в три года! И распускалась она прошлой весной! – стоит на своём Дин.

– Она зацветёт в этом! – уверено и непоколебимо. – Хочешь, давай поспорим! – теперь уже я дерзко смотрю в зелёно-карие глаза брата.

– С тобой спорить себе дороже! Но, Лай! – брат делает снова шаг ко мне. – Если в этом году магнолия не зацветёт и окажется, что я зря распустил своих… фавориток… жить тебе во дворце со мной и забыть о карательных миссиях и академии!

– Идёт! – улыбаюсь ему и кидаюсь на шею. – Только прошу, защити её! Дай покровительство. Обещаю, ты не пожалеешь, брат!

В этот момент двери аудитории распахнулись, в зале появился Бран Сайленс.

– Доброе утро, адепты! Ооо, Правитель Сальярии?! Рад и вас видеть на своём занятии! Тоже решили узнать больше о нашей магии?

– Доброе, магистр Сайленс. Вынужден огорчить… – отозвался Динар и укоризненно посмотрел в мои глаза. – Появились срочные дела в отделе тайной стражи. Нужно спасать от сумасшествия верных подчинённых! И, Лай, прошу, перестань трепать мужскую психику. Напоминаю, нам ещё нужны АДЕКВАТНЫЕ боевые маги для проверки и зачистки территорий от переростков!

– Очень жаль! Я не против неучтённых слушателей! – отозвался ректор «Деймос» и посмотрел на нашу молчаливую Дриаду.

– Не расстраивайтесь, всё узнаю от сестры! И, поверьте, она обязательно расскажет мне всё слово в слово! – коварно улыбнулся Динар, намекая, что я должно слушать очень внимательно.

Поцеловав в лоб, брат скрылся в дымящемся портале. Я же под чёрным взором Брана Сайленса, села на своё место рядом с Грин, пихнув подушку под стул, что лежала на парте, и задумчиво протянула:

– Обещаю больше не издеваться над руководством, – качнула головой и лукаво добавила: – Вот на показательные роды его свожу и перестану!

И лекция началась…