Глава 25

Мы ждали возвращения наших в условном месте за территорией академии. Я сидела в корзине воздушного шара и часто-часто моргала, чтобы прогнать слезы. Хорошо, что на улице уже стемнело и Карсиан этого не видел.

— Тея, ну прости меня, я не смог соврать твоему отцу. Не плачь, все же только к лучшему, — резко опустившись рядом со мной, извиняющимся тоном сказал Карсиан и обнял меня за плечи.

Нет, все же он видел. Я забыла, что его высочество владеет магией теней, значит, тьма ему нипочем.

— Я не из-за этого, — сказала, позорно шмыгнув носом. — Я расчувствовалась из-за отца. Из-за того, как он в будущем поступил. Представляешь, оказывается, он меня любил, не держал обиду и доверял, несмотря ни на что. Он ведь мог сам воспользоваться кинжалом, но передал его мне.

Тут я совсем расклеилась и всхлипнула. Сердце рвалось на части, стоило представить, что пережили родители.

Карсиан притянул меня к себе еще ближе и погладил по волосам.

— Он у тебя потрясающий. Повезло вам с братом, — сказал с едва уловимой ноткой грусти.

Понятно, что сравнивал своего отца с моим. Я моментально устыдилась, вытащила платок, вытерла глаза и посмотрела на Карсиана уже спокойно.

— Нам — да, а им не очень, — прошептала. — А то, что ты папе всё про меня рассказал и он поверил — очень хорошо. Я рада. Мне даже как-то проще стало в светлое будущее верить.

И только я это произнесла, как воронка открывающегося портала осветила пространство рядом с шаром — наши диверсанты вернулись. Мы с Карсианом подскочили к борту.

— Получилось? — нетерпеливо спросил его высочество.

Я же, видя, как улыбается Тристан, как горят глаза Мари и как весь сияет Леон, и без слов догадалась, что задумка удалась.

— Это было что-то! У меня до сих пор все внутри колотится и руки трясутся, как хочется поскорее в лабораторию и испробовать кое-какие идеи! — выпалил мой одержимый наукой одногруппник.

— Мари просто прирожденный разведчик! — коротко сказал Тристан и потрепал мое облако по голове.

Она широко улыбнулась и задрала подбородок выше.

— Мы все постарались! Сама бы я не справилась, — сказала звенящим от гордости собой голосом.

Друзья забрались в корзину, и Карсиан поднял шар.

— А у вас как прошло? — поинтересовался Тристан.

— Тоже эпично, — хохотнул Карсиан.

— Мари, представляешь, это мой отец передал тебе кинжал, — добавила я. — И теперь он тоже в деле. Ждет от нас кристаллограф с инструкцией по эксплуатации, чтобы отправиться в колонии для запечатления настоящей жизни порабощенных технарями людей.

Мари ахнула и приподняла брови.

— Получается, что я очень кстати прихватил один из их кристаллографов! А вы меня отговаривали, — глянув на Леона и Мари с упреком, сказал Тристан.

— В повозках были кристаллографы? — переспросила я.

— Да, видимо, собирались демонстрировать манускрины населению, — подтвердил Леон.

— Рискованно, Трис! — моментально встревожился Карсиан. — На нем могут быть защитные метки.

Да, у технарей были такие маячки, которые всегда позволяли увидеть точное местоположение пропавшей вещи.

— Разумеется, я об этом подумал, — ответил герцог. — Поэтому погрузил пока кристаллограф в стазис. Вы должны знать, что в таком состоянии любые процессы замирают, а значит невозможно отследить и метки, которые подают энергетические сигналы.

— Ну и зачем он нам нужен такой не рабочий? Я просто попрошу у них кристаллограф в качестве подарка на помолвку, — пробурчал Карсиан.

— Не стоит лишний раз привлекать к себе внимание. Пусть думают, что у нас их чуда техники нет. К тому же наш умник вспомнил, что у тебя есть какие-то техномагические жуки из сумки Ирмы, и если их изучить, то можно понять принцип работы всяких меток.

— Но я сказал, что для этого нам понадобится Апрель, — возразил Леон.

— А я сказал, что прямо сегодня готов с ним побеседовать, так что зови его, — с нажимом напомнил Тристан.

— Давайте не будем спорить и пытаться все решить за один день, — с улыбкой призвала я друзей к миру. — Мы все успеем. Время у нас еще есть. Мы сегодня и так много важных и полезных дел сделали. Кстати, Тристан, ты днем говорил про какой-то анализ, результатов которого ждешь. Расскажи лучше о нем. Надеюсь, у тебя и там случилось еще одно достижение.

Не знаю, с чего я вдруг вспомнила о том анализе, но сказала о нем, только чтобы спор прекратить. Однако Тристан уставился тяжелым взглядом на Карсиана. Тот ответил ему тем же. Помолчали, а потом его высочество перевел взгляд на Мари.

— Есть смутные подозрения, что Мариэлла может быть моей сестрой по матери, и Тристан пытается это уточнить, — вздохнув, признался Карсиан.

— У нас тоже возникла такая мысль, — ответила я, не проявив ни капли удивления. — И как? Удалось?

Из присутствующих в шоке был только Леон. Он переводил взгляд с Мари на Карсиана и хлопал глазами.

— Нет. Видимо, из-за особенностей крови, в которой сильна магия метаморфов, я не могу получить четкий и однозначный ответ. Нужна кровь императрицы, — мрачно ответил Тристан и посмотрел на Карсиана вопросительно.

Его высочество нахмурился и сжал челюсти. Насколько мне известно, к императрице никого не пускают, но я не удивлюсь, если прямо сейчас Карсиан обдумывает, как обойти этот запрет.

Затянувшуюся паузу вдруг прервала Мари.

— Простите, но мне кажется, что наше родство сейчас не играет особой роли. Я рада называться сестрой его высочества, не подумайте, просто это ведь ничего не изменит в глобальном смысле. А вот вопрос с Майклом остаётся до сих пор актуальным. Лично меня он волнует больше всего, — сказала она весомо, как будто самая взрослая среди нас.

А я спохватилась, что не поделилась с ней выводами, сделанными мной после общения с мужем. Мари, конечно, тоже там была, но она не знает Майкла так хорошо, как я.

— Или он гениальный актер, или он не вернулся вместе с нами, — поспешила я исправить оплошность.

Но тут встрепенулся и нахмурился Карсиан.

— Рисковать мы не можем. Иосиф Васильевич собирается в стейтонскую колонию под предлогом поиска клада. Он хочет предъявить карту и футляр от клинка технарям, чтобы получить разрешение на въезд. И если вдруг Майкл все же хороший актер, то он моментально сложит два плюс два. Тогда отца Алтеи будут ждать неприятности.

Я охнула и прижала пальцы к губам.

— Значит, надо проверить Риджа как можно быстрее! — воскликнула и посмотрела на Тристана.

Пусть он прямо завтра его обследует. Если нужно, я сама Майкла чем-нибудь из-за угла оглушу и в лабораторию герцога доставлю.

Тристан вздохнул и отвел взгляд в сторону.

— Враньё до добра не доводит, — пробурчал едва слышно.

К чему он это? Стесняется соврать Майклу о причинах срочного целительского осмотра? Даже не подозревала, что герцог такой совестливый.

— Я все сделаю прямо завтра! — решительно заявил Карсиан. — Проверим его и чётками, и в лаборатории.

— Вот и замечательно! — обрадовалась я.

И Мари тоже одобрительно закивала.

Шар тем временем уже залетел на территорию академии и пошел на снижение. Когда приземлился, мы покинули корзину и разошлись по комнатам — время уже было позднее, а завтра на учебу рано вставать.

— Я ведь собиралась в этот раз усердно учиться, а сама даже за учебники не берусь, — пожаловалась я Мари, когда мы остались одни.

— Наверстаешь! — подбодрила она меня. — Вот избавимся от технарей, выдохнем и как уйдем с головой в учебу!

— Поскорее бы, — вздохнула я и пошла в свою спальню, но на пороге обернулась — в голове вдруг мелькнула мысль. — Не хочешь поболтать перед сном? Может, подробнее расскажешь, как вы на дело сходили?

Спросила, потому что если вдруг я права и Мари действительно сохнет по Тристану, то ей очень хочется своими эмоциями поделиться, а с кем, как не со мной?

Она просияла.

— Да-а-а, — протянула восторженно.

— Беги тогда надевай пижаму и приходи ко мне, — с улыбкой велела я и сама поспешила пойти переодеваться.

Вскоре мы с Мари лежали на моей кровати под одеялом, повернувшись лицом друг к другу, и шептались.

— Герцог невероятный. Он просто великолепен. Моментально устранил всю охрану. Знаешь как?

— Как?

— У них отключились мозги! Охранники ходили по своим маршрутам, но глаза их были совершенно пустыми! Они ничего не понимали и вспомнить не смогут. Я даже не знала, что такое возможно!

— Я вспомнила! Это секретное оружие Тристана, которым он в том будущем публично воспользовался примерно через два года перед захватом дворца. Его хотели взять под стражу, но ничего не вышло — он исчез. Но технари поняли, на что он способен, и создали защиту от этого воздействия. Из-за этого Тристан не смог спасти императора.

— Надеюсь, что сейчас они этого не поймут. Пусть не знают раньше времени.

— И я надеюсь. И еще теперь волнуюсь за отца.

— Хочется верить, что ты права в том, что Майкла из будущего с нами нет, а Леон и его друг придумают что-то, что облегчит твоему папе миссию. Леон, кстати, тоже был хорош! Видела бы ты, как он ловко вскрыл замки повозок прямо на расстоянии, а потом так же ловко их закрыл!

— А ты что сделала, раз Тристан так восхитился твоими способностями шпиона?

Мари как будто смутилась.

— Мы подумали, что раз технари могут делать манускрины, то вдруг они установили и кристаллографы, а не только охрану? В общем, я забралась герцогу на спину и накрыла и себя, и его магией метаморфов. Для всех мы были просто столбом пыли. Так мы и запустили крыс в повозки.

— Умно! — восхитилась я.

— Но я знаешь о чем больше хотела с тобой поговорить? — вдруг спросила Мари.

— О чем? Ты можешь даже не сомневаться, я готова обсуждать с тобой что угодно.

— Я про возможное родство с его высочеством. Не знаю, как объяснить, но я хочу быть его сестрой, однако не хочу, чтобы императрица была моей матерью, — прошептала Мари.

— Из-за того, что она оставила о себе нелицеприятное мнение?

— Не только. Если обо мне узнает император, то я стану для него живым напоминанием о предательстве жены. А еще я помню, что у нас в деревне гулящих девушек называли сестрами императрицы-суккубы. Суккубы — это такие похотливые демоницы. Я не хочу быть носителем такой крови.

Я дружески погладила Мари по плечу, потому что понимала причину ее тревоги, но все же не сдержалась и тихо рассмеялась.

— Дорогая, суккубы и инкубы — это вымысел. Таких демонов никогда не было.

— Как же не было? Но демоны ведь были? — удивилась Мари.

— Были, но среди них не было таких разделений. Их придумали люди, когда демоны уже покинули наш мир, чтобы оправдывать свое распутство. Люди вообще очень много всего придумали и приписали иным расам, чтобы прикрыть свои собственные грехи.

— Пусть так. Но ведь кровь — не водица, и яблоко от яблони... Вдруг мне передастся легкомысленность императрицы?

— Уверяю тебя, ты точно пошла не в нее: ты умная, любознательная, ответственная и честная. Интересно, кто твой отец?

— Нет, мне не интересно, — упрямо мотнула головой Мари. — Хочу быть сиротой, и точка. Мне вполне хватает тебя.

Мари не повезло с дядей и тетей... Хотя какие они дядя и тетя? Скорее всего, они ей вообще не родня. Но главное, осадок такой остался, что новые родственники мое облако страшат. Не стала заводить спор на ночь глядя. Лучше потом потихоньку ее настрою на нужный лад.

— Давай спать? — спросила мягко.

— Спокойной ночи, — пожелала Мари, выскользнула из-под одеяла и умчалась к себе.

А я закрыла глаза и, уже уплывая в сон, вспомнила, что не придумала вопросы, которые задам завтра Майклу. Он же дал всем задание и будет странно, если я ничего не спрошу. А это серьезная тема вообще-то. Точно знаю, что Майкл приготовится отвечать на вопросы студентов таким образом, чтобы возвысить Стейтон в их глазах до небывалых высот. Моя задача — придумать что-то неудобное, такое, чего он не ожидает и не сможет выкрутиться.

Я с трудом разлепила глаза и села. Положила пальцы на виски и принялась их массировать. Думай, Тея, вспоминай темы, которые он не любил и старался обойти. Втянула воздух носом, выдохнула тихим «о-м-м-м» — и сработало! Меня накрыло видением.

В одной из гостевых спален дворца (я узнала ее по гербам на тяжелых шторах) в кресле сидела паучиха в одном тонком пеньюаре, надетом на худое голое тело, а перед ней на ковре сидел по пояс раздетый Майкл и разминал пальцы ее ног.

Занятно, оказывается, он закрутил роман со мной, будучи любовником Хиллар. Но теперь хотя бы ясно, как он — парень из небогатой семьи — добился такого стремительного подъема по карьерной лестнице.

Жалко только, что мои видения не передают звуков, потому что паучиха что-то сказала и толкнула Майкла в грудь ногой. Он бережно ее перехватил и, покрыв короткими поцелуями, вскочил. Взял со стола техномагическое устройство связи и что-то в него сказал. Вскоре дверь в спальню Хиллар открылась, и на пороге возник Херман с клеткой в руках. А в ней билась крупная огненная саламандра — редкое магическое животное, способное загораться факелом или поджигать что-то струей огня, выпущенной из пасти.

Паучиха медленно поднялась из кресла и взмахнула руками — Херман и Майкл поклонились и вышли за дверь. И тут Хиллар неожиданно начала меняться! Она как будто высохла еще сильнее и стала еще страшнее, но главное — она протянула руки к клетке и разинула пасть, а в ней я увидела длинные острые клыки! Саламандра занялась огнем, пытаясь защититься, но паучихе это не помешало вытащить бедную ящерицу из клетки и впиться в нее зубами. Несколько секунд — и всё! Паучиха откинула безжизненную тушку и улыбнулась. Клыки исчезли, и Хиллар приняла привычный вид.

Видение исчезло, и я потрясла головой, прогоняя его остатки.

Да кто она такая вообще?! Что за монстр, питающийся чужой магией?!

Если честно, я думала, что выражение «отправиться на корм паучихе» носит фигуральный смысл. Искренне считала, что Хиллар просто проводит какой-то тайный ритуал по отбору у человека всей магии и жизненной силы, которые потом идут на переработку в цеха ее заводов, а оказывается, она сама этим всем питается! Вампир? Но они вроде бы только кровь пили. Да и откуда в нашем мире взяться вампиру? Они же ушли все.

Я упала на подушку и уставилась в потолок. Мне вдруг вспомнилась тема, которую Майкл отчаянно не любил. Я как-то раз спросила, почему в Стейтоне не рождаются сильные маги. Все же это странно, что они как будто все между собой равны по силе. И он тогда болезненно поморщился и пробурчал что-то типа: «Никто не может оставаться полноценным рядом с настоящим магофагом». Тогда я не поняла, а теперь предположила, что Хиллар забирала силу у своих подданных, едва она у них проявлялась.

Сразу же вспомнились слухи о том, что в Стейтоне за каждым жителем день и ночь следят через бытовые техномагические устройства невидимые надзиратели.

И вопросы на завтра начали постепенно оформляться.