Глава 19

Прочитать долгожданную весточку от Гвенды хотелось поскорее, но не выгонять же из дома подругу в таком расстройстве! Обычно словоохотливая и неунывающая Джесмин выглядела сейчас бледным подобием себя прежней. А письмо бумажное, может и подождать немного. Несмотря на то, что погода улучшилась, настоящее тепло ещё не пришло. Особенно вечером чувствовалось, что весна в здешних местах не самая ласковая и наступает поздно. Север королевства! Зато какой уютной становилась квартирка над школой, когда в ней заваривали чай – недешёвый, поэтому расходовался экономно – и садились за стол. Ворчливое пыхтение закипающего чайника, позвякивание посуды, запах далёкого южного лета, пропитавший чайные листья с добавленными к ним сушёными ягодами. Вот и дочь старосты, кажется, оттаяла и даже улыбнулась – почти, как раньше. – Если не хочешь говорить… – неуверенно начала Гвен, пододвигая поближе к гостье нарезанный хлеб и вазочку с малиновым джемом, который варила Талула. Больше к чаю в буфете ничего не нашлось. – Если не хочешь говорить, что случилось, я пойму. – Да о чём тут молчать, если скоро вся деревня знать будет? – махнула рукой Джесмин, едва не столкнув на пол чашку – хорошо ещё, что пока пустую. – Изменил он мне. Снова. – Кто-то рассказал? – с сочувствием предположила Гвен. – Нет. Если б рассказали, я бы, может, и не поверила. Сама видела – собственными глазами! Гвендолин захлопала ресницами, однако не так изумлённо, как можно было ожидать. Потому что вспомнились разговоры про батрачку и «зелёную юбку». А ещё – что жених приятельницы ей сразу не понравился. – Ну, ладно, раньше, – рассуждала собеседница уже спокойнее. – Ещё до помолвки. Но сейчас-то мы обручены, а он опять за своё! – Джесмин… – Гвен тронула её за руку. – Может быть, это судьба? Зачем тебе спешить с замужеством? Ты ведь ещё молодая, и родители тебя так любят, не торопятся поскорее сплавить. – А и правда! – согласилась та и, наблюдая за тем, как учительница разливает по чашкам свежезаваренный чай, поинтересовалась: – Криспин Дэй был в замке альда Торнбрана вместе с тобой? Так? «Ничего-то от деревенских не скроешь!» – подумала Гвендолин и кивнула – не отпираться же. – А что он там делал? – продолжала расспрашивать Джесмин. – Чинил для альда Торнбрана… часы, что же ещё? – отозвалась она. Пришлось солгать. Почему-то не хотелось рассказывать про пистолеты, в которых часовщик на удивление хорошо разбирался. – К нему и в деревню приезжают какие-то люди для починки, – заметила дочь старосты, намазывая на хлеб щедрую порцию джема. – На фермеров не похожи. Городские, наверное. Гвен вспомнилась та случайная встреча, когда она видела Криспина в городе в сопровождении весьма подозрительного вооружённого типа. Или она всё же обозналась, и с тем бородачом беседовал другой человек, просто похожий на него? Но отчего-то на душе вновь стало тревожно. Больше они не говорили ни о Криспине, ни о женихе Джесмин. Обсуждали романы, погоду, других общих знакомых. Гвендолин вкратце и без всяких упоминаний об артефакте поведала о замке мага и гостившей там Флориане. – Вот ведь бесстыдница! – фыркнула приятельница. – Без семьи и даже без компаньонки поселилась у одинокого мужчины! А туда же – благородная альда! – Не нам её осуждать, – пожала плечами Гвен. – Она, кажется, выросла в колониях. Может, там другие обычаи. – Но сейчас-то она здесь! Если они не поженятся, эта особа будет опозорена! Хотя она, должно быть, полагает, что богатое приданое способно решить все проблемы! Когда Джесмин ушла, Гвендолин наконец-то распаковала письмо от подруги по пансиону. Той самой, с которой они обменялись именами. И… судьбами. «Дорогая Гвен! Пишу тебе уже второе письмо. Первое ко мне вернулось – на почте замарали твой адрес. Ты уехала в такую глухомань, что даже письма идут очень долго. Наверное, ты уже пожалела о своём решении, правда? Неужто не пожалела? Только, пожалуйста, не обманывай меня! Мне так стыдно перед тобой… Знала бы ты, каким замечательным окажется твой жених, то не захотела бы поменяться со мной местами даже на один день! Он красивый, воспитанный, умный, из хорошей семьи. Почти все его родные умерли, так что я познакомилась только с его вдовой тётей, а также с кузиной и её супругом. У них недавно родился сын – до чего же прелестный младенчик! Ах, Гвен! Мы с Домиником – именно так зовут того, с кем, поспешив с решением, ты даже не пожелала встретиться – полюбили друг друга. И я поняла, что не смогу обманывать его дальше. А потому рассказала правду. Что я не такого высокого происхождения, как он думает. И что зовут меня Гвенда Грин, а не Гвендолин Фолстейн. Ты ведь простишь меня?..» Гвен вздрогнула, и листок едва не выскользнул из пальцев. Взгляд метнулся к окну, за которым шелестел в ветвях дерева ветер, и те отбрасывали на стену пляшущие тени. Казалось, точно в этом звуке вот-вот послышатся чужие шаги или стук в дверь. Гвендолин поднялась и задёрнула занавеску. Затем снова села на край кровати и вернулась к чтению. «Помолвки ещё не было, потому что он пожелал сначала познакомиться поближе. Однако я почему-то верила, что он примет меня, даже узнав правду. И он ни капельки не разочаровал! Сказал, что всё равно хочет на мне жениться, только не под чужим моим именем, а под настоящим. Доминик собирается поговорить с твоим дядюшкой и всё ему объяснить. Но тот уехал по делам, уплыл по морю – так далеко, что мы даже не знаем, на какой адрес ему писать. Впрочем, он наверняка вернётся раньше, чем дойдёт письмо, поскольку сказал, что собирается приехать через месяц, как раз к объявлению о нашей с Домиником помолвке. Понимаешь, что это значит? Нам больше не нужно будет притворяться! Если хочешь, я скажу твоему родственнику, будто то была моя идея, и пусть он меня ругает за нашу авантюру, а не тебя. Ты сможешь возвратиться в столицу. Наверняка ведь тебе уже надоела эта деревня, как и школа, и вечная скука, которая тебя там ждёт не только в настоящем, но и в будущем». – Вечная скука… – повторила Гвендолин, дочитав письмо. С губ сорвался нервный смешок. Ах, Гвенда, если б ты знала, как ошибаешься! Она встала и взволнованно прошлась по комнате. Мысли теснились и кружились в голове, как мотыльки вокруг фонаря. Что делать?.. Если – когда – дядя узнает правду, то, несомненно, будет весьма разочарован в ней. Опозорила и его, и память родителей! Как будто мало того, что полная бездарность в магии, так ещё и пошла на обман, чтобы не выходить замуж. А ведь он наверняка успел представить поддельную Гвендолин Фолстейн не только жениху и его родным, но и другим столичным знакомым… Может быть, ей всё же следует принять предложение альда Линтона? Он готов жениться даже на простой сельской учительнице. Если попробовать всё объяснить, признаться… Так и подмоченная репутация будет восстановлена, и не будет нужды отправляться в столицу, по которой, по правде говоря, она совершенно не скучала. Следует ли ей так поступить или лучше сбежать снова? Но куда? И как быть с шариком, который не давался в руки никому другому? Эмрис Торнбран наверняка посчитает её воровкой. Впрочем, до того времени, когда её родственник вернётся и узнает о том, как был обманут, у неё ещё есть время на то, чтобы поразмыслить. А потому не стоит торопиться с решением. Несмотря на все страхи и сомнения, спала Гвен крепко и спокойно. Поутру, запретив себе терзаться ненужными размышлениями, умылась и плотно позавтракала. Не исключено, конечно, что в замке её опять пригласят отобедать, только общество хозяина и его благородной гостьи легко способно испортить аппетит. Одевшись, Гвендолин положила в карман каменный шарик и вышла на крыльцо, чтобы встретить госпожу Энельму, которая вот-вот должна была заехать за ней. Однако сегодня первым появился Криспин Дэй. Часовщик подъехал к школе верхом на мышастой лошадке. – Доброе утро, Гвен, – поздоровался он, спешившись. – Вот, решил озаботиться собственным транспортом. – Зачем? – спросила она с недоумением, ведь в экипаже, что выделил альд Линтон, места хватало всем. – Ваша дуэнья не очень довольна моей компанией, – разъяснил молодой человек. – В каком-то смысле она права. Гвен хотела возразить, но догадалась, что Криспина смутили скорее не многочисленные косые взгляды госпожи Энельмы, а тот один, ревнивый и пристальный, которым одарил его вчера Карлион Линтон, и не стала спорить. Интересно, сквайр и сегодня так же будет смотреть на её сопровождающего? Узнать это не довелось: нынешним утром альд Линтон у школы не появился. Точно к условленному времени подъехал экипаж, в котором сидела неизменно хмурая экономка, и только. Дорогой Гвен несколько раз пыталась заговорить о чём-то с пожилой женщиной, но та отвечала всегда сухо и коротко, так что узнать у неё, как дела у альда Линтона и отчего он не приехал, не представлялось возможным. Но он ведь и не обещал провожать её и встречать ежедневно? Хозяин замка, видимо, решил так же и к приехавшим даже не вышел. Встретил их слуга и проводил до дверей уже знакомой комнаты. Однако напрасно Гвен надеялась не видеть в ближайшее время альда Торнбрана. Тот, как выяснилось, поджидал их внутри. Он сидел в кресле у стола, по полу вокруг него были разбросаны бумаги, а на столе рядочком стояли стакан, графин с водой и винная бутылка. Графин был полон, а вот бутылка почти пуста. – Наконец-то! – воскликнул маг, подняв на Гвен мутный взгляд. – Наконец-то вы здесь… – пошатнулся, вставая, и пошёл к ней. – Ничего не понимаю во всём этом, представляете? Ночью не спалось, пришёл сюда. Читал. Пил, хм… кофе… Думал. О вас, госпожа Грин. Последнюю фразу он растянул с хищной ухмылкой, и Гвен невольно попятилась к двери. – Жаждал увидеть вас, – продолжал тянуть слова Торнбран, медленно приближаясь к ней. – Безумно. И вот теперь, наконец, могу утолить эту жажду… Он подошёл к ней почти вплотную, и Гвен тревожно сжалась, не зная, чего ожидать. Маг протянул руку и схватил… вдруг появившийся между ним и Гвендолин стакан с водой. – Что за?.. – он удивлённо уставился сперва на этот стакан, а потом на подавшего его Криспина. Когда часовщик успел налить воды из графина, Гвен сама не заметила. – Вы что-то говорили о жажде, – Криспин Дэй с простоватой улыбкой пожал плечами. – Я подумал, вы хотите пить. Гвен усмехнулась, но тут же закрыла рот ладонью, испугавшись, что маг сейчас разозлится. Но тот вдруг расхохотался. – Часовщик, да? А знаете, вы мне нравитесь. Пригубил стакан и скривился: – Гадость какая. – Выплеснул воду прямо на пол, вернулся к столу и вылил в стакан остававшееся в бутылке вино. – Ваше здоровье, господин часовщик. И ваше, госпожа Грин. И… – Посмотрел на госпожу Энельму, поморщился, но после махнул рукой: – И ваше, унылая дама. В несколько глотков осушил стакан и пошёл к двери. – Идёмте со мной, господин часовщик. Я же обещал вам работу? Нужно починить часы… большие такие часы… Криспин успокаивающе кивнул Гвен и пошёл вслед за магом. Помня вчерашнюю коробку с пистолетами, оставалось надеяться, что, говоря о больших часах, маг не имел в виду пушку.