Глава 33

От изумления Гвен приоткрыла рот. Но не только её озадачило услышанное. – Агент? – переспросил Карлион Линтон. – И что, позвольте узнать, означал ваш маскарад? Криспин бросил беглый взгляд на лежащие у обочины тела. – Продолжим разговор в другом месте, – предложил он. – Госпожа Грин, вы позволите воспользоваться вашим учебным помещением? Он никогда не говорил с нею так официально, и непривычный тон царапнул слух. Гвен решила ответить тем же: – Конечно, господин Дэй. Для Службы Правопорядка всё, что угодно. Лже-часовщик на миг отвёл глаза. Затем обратился к Эмрису Торнбрану: – Ваш человек передаст записку в управление? Кроме того, хотел попросить вас о содействии, как мага. Нужно защитить это место до прибытия моих коллег. Лошадей и тела придётся оставить здесь, и нежелательно, чтобы на них кто-нибудь наткнулся. – Конечно, господин Дэй, – отозвался Торнбран, копируя Гвен. – Для Службы Правопорядка всё, что угодно. Из чемоданчика с инструментами Криспин достал блокнот и карандаш, написал на листочке несколько слов и отдал его Джерому, приложив к записке какой-то жетон. Когда слуга уехал в сторону города, остальные отправились в Трелони. Альд Линтон рассчитывал на прогулку и взял с собой лошадь для Гвен. С прогулкой, увы, не сложилось, но лошадь пришлась кстати. До школы добирались в молчании. Гвендолин пребывала в странном оцепенении. Каменный шар в её кармане излучал теперь спокойное тепло, приглушавшее неприятные ощущения, но полностью избавиться от них не получалось. Страшно было подумать, что сталось бы с ней, не появись Карлион Линтон. Но каким испытанием этот день стал для него самого? Сквайр, хоть и держался мужественно, сейчас, должно быть, испытывал горькие чувства. Он лишился няни, о которой отзывался всегда с теплотой, и сам стал убийцей. Пусть те люди и заслуживали смерти, но лучше бы это осталось на совести королевского палача… На счастье, Талулы сегодня не было в школе, и Джесмин не караулила на крыльце. Гвендолин открыла дверь и пригласила спутников в класс. – Понадобится бумага и чернила, – сказал Криспин Дэй. – Не обязательно ждать людей из управления. Я могу составить протоколы к их приезду… – Быть может, прежде объясните нам, что за представление вы устроили? – строго обратился к нему Линтон. – Альд Торнбран, как я понимаю, уже в курсе. Маг, на которого Гвен бросила укоризненный взгляд, пожал плечами: – Господин Дэй был среди сотрудников Службы Правопорядка, побывавших в замке зимой. Естественно, я узнал его при новой встрече. – И тут же поручили чистить… часы, – припомнила Гвен. – Я действительно учился на часовщика, – сказал молодой человек. – И в Трелони приехал, чтобы продать дом покойного родственника, – это тоже правда. Я не на официальном задании. Но руководство попросило проверить кое-что, раз уж я всё равно собирался сюда. – Он переглянулся с магом, точно спрашивал, можно ли говорить дальше. Тот изобразил полнейшее равнодушие, и Криспин продолжил: – Дело в том, что альд Торнбран… Сайлас Торнбран незадолго до смерти пригласил к себе человека из Службы Правопорядка. Хотел заявить о некоем известном ему преступлении. Но на тот момент альд Торнбран был уже очень плох. Он заговаривался, впадал в беспамятство и не мог внятно объяснить, о чём речь. Говорил что-то о женском коварстве, о жажде наживы, о том, что злодеяния прикрывают любовью. И он упомянул вас, альд Линтон. – Да? – сквайр недоверчиво поморщился. – И что бы это значило? – Сложно сказать. Однако, помня о, хм, всесторонней осведомлённости альда Торнбрана, моё начальство не оставило то заявление без внимания. Женское коварство, преступления на почве страсти, но преследующие получение выгоды… Возникло подозрение, что какая-то женщина в вашем окружении совершила… или только замышляет нечто. Возможно, направленное против вас. – Но мне не сообщили, – нахмурился Линтон. – Не хотели тревожить, не разобравшись. Сами понимаете, слова умирающего старика… Простите, альд Торнбран… – Могли бы сказать, сумасшедшего старика, – хмыкнул маг. – На правду не обижаются. Не я во всяком случае. – Так что вы выяснили? – спросил сквайр у Криспина. – Ничего, – ответил тот. – В вашем окружении не так много женщин, и ни одна из них не подходила на роль преступницы. Однако потом приехала госпожа Грин… – А я, выходит, на эту самую роль подхожу? – оскорбилась Гвен. Криспин выдержал её гневный взгляд. – Простите, Гвенда, но сразу – да, подходили. Непонятно было, в каких отношениях вы состоите с альдом Линтоном. Я только приехал в деревню, как мне сообщили, что в Трелони появилась новая учительница, которая первую же ночь по приезду провела в доме сквайра… – Потому что почтовая карета не идёт в деревню! А альд Линтон не смог бросить меня в мороз на станции! – Не оправдывайтесь, – остановил её сквайр. – Пусть ваш мнимый друг объясняет свои домыслы. – Господина Дэя можно понять, – неожиданно вступился за Криспина маг. – У госпожи Грин уникальный талант будить подозрения своим появлением. Сам подозревал её в связи с людьми, укравшими у меня око духов. Только посудите: лес, зима, вооружённые бандиты… и милая девушка, оказавшаяся там совершенно случайно, да ещё и прихватившая между делом ценный артефакт. Кто поверил бы в такое? Впрочем, мои подозрения рассеялись без следа, стоило прочитать наивное сочинение госпожи Грин. – Ну, так господин Дэй его тоже читал! – выпалила Гвен, осенённая внезапной догадкой. – Это ведь вы забрали рукопись в тот день, да, господин специальный агент? Вы же приходили тогда в школу и заинтересовались бумагами. А после подбросили их на крыльцо. И в комнату ко мне, думаю, влезли не о чувствах говорить! – Что? – одновременно воскликнули Линтон и маг. – О, ничего страшного, – сквозь зубы заверила их Гвен. – Господин Дэй полагал, что я на девичнике, и планировал провести осмотр моей квартиры… Кажется, так это называется, да? Она не знала, как это называется. Танцы, разговоры за чаем, букеты цветов. Как называется, когда тебе пытаются влезть в душу… по служебной надобности?! Но сейчас не время это обсуждать. Да и нужно ли вообще? – Приготовлю чай, – сказала Гвендолин, направляясь к двери. – Разговор, как понимаю, предстоит длинный. Криспин нагнал её в коридоре. – Гвен, я… Я был неправ в отношении вас. И не только в своих подозрениях. Методы, которыми я пытался сблизиться с вами, чтобы понять, замешаны ли вы в чём-то… – Отвратительные методы! – Простите, – он опустил голову. – До сих пор подозреваете меня? – Нет. Давно уже нет. – Отчего же вы до сих пор тут? Криспин неловко передёрнул плечами: – Мне всё ещё нужно продать дом. И… Если честно, есть одна девушка… – Ни одному вашему слову больше не верю! – Гвен развернулась и хотела уйти, как вдруг остановилась. Посмотрела на молодого человека, вновь опустившего глаза. – Вы ведь говорили сейчас не обо мне? Ну, что ж… Тогда, быть может, поверю. Но хоть её-то не обманывайте. Она только-только от одного обманщика избавилась. Гвен поднялась на кухню, затопила плиту и поставила чайник. Приготовила чашки. Подумав, достала из шкафа печенье. В голове вертелось столько мыслей, что она даже не пыталась в них разобраться. Стоящего в дверях мага заметила не сразу. – Что вам нужно? – спросила раздражённо. – Хотел узнать, как вы себя чувствуете после всего случившегося. – Да? Отчего же не справились об этом сразу, ещё на дороге? – Тогда мне достаточно было увидеть вас живой и невредимой. – Я до сих пор жива и невредима, – отчеканила Гвен. Торнбран отреагировал странной усмешкой. Прошёл в кухню. Огляделся. Беззастенчиво макнул палец в вазочку с вареньем, как это сделал бы деревенский мальчишка, а не благородный альд, и с удовольствием облизал. – Удивительные вы, женщины, создания, – проговорил задумчиво. – Вы едва не погибли, но это волнует вас меньше, чем то, что ваш поклонник оказался вовсе не поклонником, а агентом при исполнении. – Не собираюсь обсуждать это с вами. – И не нужно. Кухня была слишком мала, и Эмрису Торнбрану хватило двух шагов, чтобы приблизиться к Гвен вплотную. Она отступила ещё на шаг и оказалась прижата спиной к стене. – Что вы делаете? – пискнула тихо. – Помогаю вам избавиться от остатков ложных чувств. – Маг склонился к ней. – Хочу, как пишут в книгах, стереть с ваших уст следы его поцелуев. – Но… он меня не целовал… – Да? – Губы Торнбрана вскользь коснулись её виска. – А кто целовал? – Никто. – Совсем никто? – С-совсем… – Ох, и короткая же у вас память. Придётся освежить воспоминания. Гвен не отстранилась. Не отвернулась. Столько всего случилось сегодня: нападение, убийство госпожи Энельмы, поклонник, который не поклонник… После всего этого поцелуй был меньшим злом… Или и не злом вовсе. Теплом, нежностью. Защитой, которой Гвендолин так не хватало. Мягким облаком, обволакивающим её всю. Огнём, вспыхивающим в груди и с кровью разносящимся по всему телу… Хотелось, чтобы так было всегда. А всё остальное – просто забыть.30f6fc – Ты… – Маг, тяжело дыша, оторвался от её губ. Смотрел, будто видел впервые. После вдруг крепко прижал к себе. – И не целуй никого больше, – прошептал хрипло. И ушёл. «Невесте своей будете приказывать, альд Торнбран!» – мысленно огрызнулась Гвен, стараясь не думать, что это сейчас было. Она заварила чай в большом фарфоровом чайнике, поставила его на поднос вместе с чашками и вазочкой с печеньем и отнесла в классную комнату. Затем снабдила господина специального агента письменными принадлежностями, чтобы он мог зафиксировать для следователей её рассказ. Тот получился недлинным, и Гвен подивилась этому: ей казалось, там, на лесной дороге, она пережила несколько ужасных часов, а выходило, что всё произошедшее уместилось в несколько минут… – Так значит, они сказали, что их нанял некто из колоний? – уточнил Криспин Дэй. – Нет, – сморщив лоб, припомнила Гвен. – Из-за океана… Быть может, иностранец? Но я подумала, что из колоний, ведь шар привезли оттуда… Далее говорил альд Линтон. Его рассказ оказался ещё короче. Ждал на дороге, услышал выстрелы. Поехал на звук, но после поосторожничал и спешился. Подобрался незаметно, улучил момент… – Вы хорошо стреляете, – заметил Криспин. – Как и любой, живущий в этих краях, – пожал плечами сквайр. – Охота – единственное развлечение тут. Спустя время появились ещё люди из Службы Правопорядка и взяли дело в свои руки. Снова расспрашивали, снова записывали. После отправились на место происшествия, и альд Линтон поехал с ними. Ему предстояло официально опознать тела своих кучера и экономки, а после известить их близких. Печальные обязанности. Гвен не могла не сочувствовать сквайру. И слова о загадочной женщине, замышлявшей против него какое-то преступление, не шли из головы. Странно, что служители Правопорядка так серьёзно отнеслись к заявлению Сайласа Торнбрана. Хотя при том, сколькими секретами тот владел, он действительно мог что-то знать, и не удивительно, если решил перед смертью облегчить душу… – Наверное, вы не захотите сейчас оставаться одна? – спросил у Гвендолин Криспин, закончив с оформлением протоколов. – Быть может, поживёте какое-то время у подруги? У старосты большой дом, уверен, и для вас найдётся комната. Гвен не сомневалась, что найдётся, но всё же отказалась. Не оттого, что не хотела стеснять семью Джесмин. Как ни странно, остаться в одиночестве она совсем не боялась. Новые расспросы и долгие беседы, что за ними обязательно последуют, пугали сильнее. Конечно, Джесмин и сама придёт, не сегодня, так завтра, ведь слухи наверняка уже просочились в деревню, но у себя Гвен всегда могла сказаться уставшей для разговоров. – Воля ваша, – не спорил агент Дэй. – Только прошу пока не рассказывать никому в Трелони обо мне. Я задержусь здесь на некоторое время, и образ часовщика может ещё пригодиться. Гвен пообещала молчать. – Тогда до завтра, – попрощался Криспин. – Надеюсь, ночь пройдёт для вас спокойно. В деревне останутся ещё сотрудники Службы Правопорядка, так что вы под надёжной защитой. – Спасибо, – благодарно кивнула Гвен. – До свидания, господин Дэй. Только вы забыли… – Что? – встрепенулся он. – Альда Торнбрана, – Гвен обернулась на мага, молча просидевшего всё это время в углу классной комнаты, словно и впрямь надеялся, что о нём забудут. – Кажется, вы ехали куда-то вместе, когда наткнулись на нас на дороге. Может быть, туда ещё не поздно успеть? – Уже поздно, – ответил за смутившегося агента маг. – Думаю, архив Службы Правопорядка, куда мы собирались, уже закрыт. – Школа – тоже, – со значением произнесла Гвендолин. – Всего доброго, альд Торнбран. Она проводила мужчин к выходу, но, уже шагнув за порог, маг вдруг вернулся. – Гвен, вы уверены, что хотите провести эту ночь одна? Быть может, он и не имел в виду ничего дурного. Судя по участливому тону, действительно, не имел… Но Гвендолин поняла это уже после того, как с грохотом захлопнула дверь перед его носом.