Глава 28. С лёгким паром, или расплавленные решения

Вышла из лучшего изобретения человечества – бани, чистая и благоухающая, чувствуя себя заново родившейся. Ладони уже почти не болели. Это такой странный заживляющий эффект произвели поцелуи Карима, или всё-таки живительная водичка при чём? Нет, однозначно Карима заслуга. В горячей комнате я и пробыла совсем ничего. Девочки до сих пор там. А вообще, в бане я могла просидеть долго. Как-то с девчонками на спор я просидела в парилке два часа и восемнадцать минут, и, естественно, выиграла. Хоть и выкатилась оттуда еле живая. Обычно, если мы и собирались, то у моей абики в деревне. Там хорошо, тишина, покой, своя атмосфера. Наверное, когда-нибудь я всё-таки куплю себе дом где-нибудь загородом и буду наслаждаться своим личным садом, большим двором и свободой. Хоть и прожила всю жизнь в квартире, не любила эти замкнутые пространства. Вот дом Карима казался идеальным для моей мечты. Здесь было всё, что нужно, чтобы расслабиться и отдохнуть от пыльного и душного города. Здесь воздух казался совсем другим, вокруг участка хвойный лес, а запах какой стоял… просто сказка. В гостиной никого не было. Выпив прохладной водички, я поднялась в комнату. И, по-моему, находилась я и мои вещи в хозяйской спальне. То есть Карима. Слишком уж обжитая, вещей личных много. В комнате имелась своя ванная комната, вот туда-то я и направилась, чтобы постирать своё единственное кружевное великолепие. После мини-стирки повесила бельё красиво на змейку-батарею. А потом сняла и оглянулась в поисках какого-то другого места. Вряд ли трусы, висящее на таком видном месте, понравятся хозяину. Ну или ладно, пусть пока немного повисят, потом что-нибудь придумаю… Пожала плечами и вышла из ванной. И столкнулась с Каримом. Со всё ещё голым Каримом! – Ты быстро, – улыбнулся он, поймав меня за талию. – Спасибо! – пропищала и поспешила отойти от него на безопасное расстояние. Ну а что? Бережённого бог бережёт, как говорится. Карим посмотрел на меня недоумённо. – Что с тобой? – Ничего, – улыбнулась ему нервно, после чего кивнула на его голый торс. – Просто за тебя переживаю. Ты бы оделся, а то простудишься. Бр-р, дома прохладно, если честно, – обхватила себя за плечи, поёжившись будто от холода, когда сама горела изнутри. Карим рассмеялся своим глубоким голосом, а затем подошёл ко мне вплотную, поднял мою голову за подбородок, встречая наши взгляды. Посмотрела в его глаза и заметила там бурлящую лаву. Сглотнула. А Карим всё смотрел и смотрел, утягивая я в свою бездну. – Такая ты красивая у меня, – голос приобрёл хриплость, Карим провёл пальцами по моим мокрым прядям у лица. И я зажмурилась, не в силах терпеть его взгляд. Резко вырвалась из его рук и стала лихорадочно искать свою пижаму в рюкзаке. А, точно! Я же выложила вещи на полку, выделенную мне щедрым хозяином в шкафу. Метнулась туда, но не успела дойти, меня поймали сильные руки. – Я что-то не то сказал, Аня? – серьёзно спросил, нахмурено исследуя моё лицо. – Или, может, ты боишься меня? Подняла на Карима удивлённый взгляд. – Нет конечно! Отвела взгляд, не зная, как сказать о внутренней борьбе, о которой Карим наверняка даже и не догадывался. – Просто… я… – Я могу ночевать в другой комнате, если тебе так будет комфортней, – спокойно предложил он, видимо, догадавшись. – Нет! – слишком эмоционально выпалила в ответ. Карим рассмеялся, и я совсем растерялась. Баня совсем не помогла мне принять решение. Наоборот, мозг подплавился под действием жара, и я всё больше с каждой секундой ощущала последствия этого. – Аня, ты ведь не думаешь, что я нападу на тебя, если ты ни к чему не готова? – Нет конечно! – снова поспешила опровергнуть. – Просто, наверное… ты прав, я пока ни к чему не готова, а ты… – прикусила губу, опустив взгляд на его твёрдую грудь, к которой почти прижималась. – Ходишь тут такой… сводящий меня с ума. И зажмурилась от стыда. Ну вот и всё, теперь Карим знает, о чём я думаю, стоит ему немного оголиться. Он снова тихо рассмеялся, а потом коснулся губами моей щеки, прижался к ней своей и проговорил тихо мне на ухо: – А ты? Ходишь тут такая красивая и милая в банном халате. Думаешь, мне легко? – отстранился, заглянул в глаза с улыбкой и погладил по щеке, пока я не дышала. – Пойду надену футболку, чтобы никого с ума не сводить. И моё предложение о разных комнатах ещё в силе, выбор за тобой, Аня. Карим, чмокнув меня ещё раз в щёку, отстранился с намерением выйти из комнаты, но я удержала его за руку. – Карим! Он повернулся ко мне, и я сама не понимая своих действий и до конца желаний, приблизилась к нему и, обняв за шею, потянула на себя. Поцеловала, зажмурившись. Застыла на какое-то время, выдохнув судорожно ему в рот и не разъединяя наших губ. Мою талию медленно обвили руки Карима, он ждал, что я сделаю дальше. И я сделала. Провела по краям его губ языком, погрузилась глубже и, шумно выдохнув, снова поцеловала, прижалась к нему грудью. В этот момент хватка Карима усилилась, плечи и шея напряглись, а его губы тоже пришли в страстное движение. Не знаю, сколько длился этот сумасшедший поцелуй, но дальше мы не заходили. Карим не заходил, только целуя мои губы или переключаясь на шею. Всё остальное, казалось, оставалось для него табу, руки ниже талии он не опускал. До тихого треска сжимал мягкую ткань халата, но с места не сдвинулся. И только после того, как мои руки коснулись низа его каменного живота, резинки его шорт, руки Карима сорвались с цепи. Одна рука съехала, распахнула полы халата и легла на бедро чуть ниже оголённой ягодицы. То, что на мне не было белья, подкидывало в мой внутренний костёр дров. Или подливало керосина. Низ живота сводило, внутренности выкручивало, горло и лёгкие жгло от недостатка кислорода. Казалось, ещё чуть-чуть, и я истлею, распадусь сгоревшим пеплом. Вторая рука Карима, напротив, оказалась медленной, но не менее безумной. Она проникла под халат уже сверху, кончики пальцев скользнули по полушарию потяжелевшей груди, большой палец надавил на потвердевший сосок. А потом под мой громкий стон ладонь сжала грудь сильно в такт сильному укусу за губу. Правда, потом ладонь поднялась к плечу, взялась за кромку халата, отодвигая ткань с ключицы и открывая больше доступа для губ. – А как же ребята? – кое-как выдавила из себя, задыхаясь. Остановила Карима. И что творилось в его опьяневших глаза, когда он открыл те… в паху у меня заискрило с новой силой. Но то, что дверь открыта, как и то, что никто ещё не спал в доме, меня беспокоило. – К чёрту всех… – выдохнул Карим и снова накинулся на мои губы. Вся его выдержка слетела за какие-то две минуты. И у меня, но… – А вдруг сюда кто-нибудь войдёт? Карим рыкнул… и всё-таки, оторвавшись, пошел закрывать дверь на замок.