Глава 22 Летают тут всякие, а потом магия пропадает

Окару вывели на палубу, и девушка настороженно покосилась на капитанский мостик.

— Не бойся, — шепнула шедшая позади Дарина. — Харда нет, а принц напи… — Она хихикнула и поправилась: — Изволит почивать на своем корабле. Рин сказал, что Доар приказал Кеоне следить за перемещениями гостя. Вряд ли ты часто будешь выходить на палубу днем, так что наслаждайся свежим воздухом. — Со смешком добавила: — И ритуалом.

Окаре очень не понравился ее ехидный смех. Что за ритуал? Что такое вообще «запечатление»? В памяти всплыли слова Кеоныо том, что без запечатления не попасть на «Сумеречный ветер». А чтобы провести гостя, нужно предложить буреносцам дань. Серебро! В первый визит Окары на корабль Кеона отдала за нее серебряную ложку.

После никто не платил за нее дань — ни Кеона, ни Доар. Хотя Окара и не поднималась на корабль сама. С бригантины Ио она попала на «Ветер» прямиком через портал. Получается, спустись она с корабля, вернуться не смогла бы? Так вот почему, когда буреносцы ранили ее подручного, сестра настаивала, чтобы Окара сошла на берег. Змеюка!

Девушка покосилась на возвышение, где в окружении своих верных людей стояла Кеона и напряженно наблюдала за происходящим на палубе. Задумчивый, пристальный взгляд Окары задержался на сестре.

— Я обязательно превзойду тебя и займу место первого помощника, — негромко пообещала она. — Докажу всем, что ты мне и в подметки не годишься!

Точнее ей хотелось доказать, что она лучше сестры, не всем, даже не Кеоне и не харду, а самой себе. Она сама будет управлять своей судьбой.

Буреносцы, непостижимым образом почуяв приближающееся событие, с воем кружили над бригантиной. Им словно не терпелось связать себя с Окарой. Девушка задрала голову и посмотрела наверх, но долго рассматривать мечущиеся тени не смогла: на ее глаза легла шелковистая повязка, и мир погрузился во тьму.

— Не бойся, — шепнула ей на ухо Дарина. — Следуй указаниям и не заметишь, как ритуал закончится. Уверена, ты справишься лучше меня. Я запечатлилась только со второго раза.

Дарина смущенно рассмеялась и, ободряюще сжав плечи Окары, отступила. Оставшись одна, младшая Тоберон прислушалась к неестественной тишине, окутавшей ее словно вязкой паутиной. Повязка, казалось, лишила не только возможности видеть, но и отсекла звуки. Не было слышно даже шуршавшего парусами ветра. Со временем Окара привыкла к тишине и перестала бояться ее, но тут раздался громкий голос Кеоны:

— Иди вперед!

Девушка вздрогнула от неожиданности, но мигом выпрямилась и, несмотря на одолевавшие ее сомнения, смело шагнула… чтобы упасть.

«Вот знала, что нельзя доверять сестре!» — с досадой подумала она.

Вскрикнув, воркория всплеснула руками и приготовилась к падению на жесткие доски. А может, специально подготовленную для нее ледяную воду? Однако ничего не происходило.

Окара точно парила в небе. Летела она вверх или вниз — затруднялась определить, но ощущение полета было прекрасным. Небывалая легкость захлестнула ее, и девушка, громко рассмеявшись, раскинула руки и подставила лицо ветру.

В уши врывался его свист, смешанный с далеким воем… который приближался. Неприятный холодок пробежался по спине, и Окара почувствовала опасность. Она собралась было стащить повязку, намереваясь с открытыми глазами встретиться с неведомым врагом, но тут услышала раздраженный голос Кеоны:

— Хватит трястись. Им нужна твоя кровь. Капли будет достаточно.

Кровь?! Окара пыталась сообразить, как дать каплю своей крови, а вой тем временем нарастал, и не осталось сомнений, что это и есть буреносцы. Сначала ее подняли в воздух, а теперь, значит, им кровушку подавай? Ну что ж… Поддавшись порыву, девушка укусила свое запястье и, ощутив во рту солоновато-металлический привкус, вытянула ноющую руку.

— Примите мой дар! — неуверенно произнесла она.

Вой внезапно стих, будто его и не было, но опору под ногами Окара так и не ощутила. Некоторое время ничего не происходило, и девушка сорвала повязку с лица. Увиденное повергло ее в шок.

Палуба была далеко внизу. Окара легко могла окинуть взором городок, в порту которого стоял «Сумеречный ветер», и бескрайнюю темень моря, в водах которого плескались блики лунного света.

Младшая Тоберон парила очень высоко над землей, но не ощущала ни холода, ни ветра… ни страха. Затерянная среди полупрозрачных фигур буреносцев, она ощутила себя под их надежной защитой.

Запястье ныло, и Окара прижала к губам место укуса, надеясь унять боль, как услышала многоголосый шепот:

— Прелесть… Наша прелесть!

И тут она поняла, что совсем недавно слышала его. В тот памятный день на нее напал помощник Кеоны. Его тогда едва спасли. Действительно ли Доар управлял буреносцами, или тело сокета полупрозрачные твари разодрали по иной причине?

Поддавшись сиюминутному порыву, Окара приказала:

— Опустите меня на палубу!

Буреносцы закружились, замельтешили, и ее тело начало медленное снижение. Ощутив невиданное могущество, наполняющее ее, девушка рассмеялась и крикнула:

— Ветер!

И едва не захлебнулась от мощного потока. Откашлявшись, просипела:

— Дождь…

Лазурное полотно неба затянули грозовые тучи, и на портовый городок обрушился ливень. Окара задрала голову и расхохоталась при виде ясной луны, выделяющейся среди туч. Струи воды в серебристом сиянии смотрелись струнами огромной арфы. Но вдруг смех девушки оборвался.

Что-то показалось на светлом лике луны, и темная точка стремительно увеличивалась в размере. Очень скоро Окара поняла, что перед ней прямо из ниоткуда возник воздушный корабль, и сердце ее забилось в непонятной тревоге.

— Опас-с-сность… — подтверждая опасения девушки, дружно прошептали буреносцы и, нагоняя на нее еще больший страх, прошипели: — Бес-с-стелес-с-ные…

Их волосы темными мазками развевались, будто и не было никакого поливающего с неба дождя. Сквозь полупрозрачный строй буреносцев виднелся приближающийся корабль. Он был огромен, а на его носу Окара разглядела закутанную в темный плащ фигуру.

— Они давно не нападали, — озабоченно заметила воркория и обратилась к своим помощникам: — Поторопитесь.

Ветер засвистел в ушах, перед глазами замелькали крыши домов, но, прежде чем Окара успела испугаться, она ощутила под стопами твердую поверхность.

— К бою! — крикнула она растерянным сокетам.

— Враг на горизонте! — послышалось из смотровой корзины.