Глава 4 · Внутри башни

Дверь за мной закрылась с глухим стуком, похожим на удар грома. Я вздрогнула, но не обернулась. Мужчина уже ушёл в темноту, и я осталась стоять на пороге, пытаясь привыкнуть к полумраку.

Внутри пахло дымом, сушёными травами и чем-то ещё — металлическим, чужим. Озон. Как после сильной грозы.

— Ты долго стоять будешь? — раздался его голос откуда-то сверху. — Заходи, или замёрзнуть хочешь.

Я сделала шаг. Босые ступни коснулись холодного камня. Пол был выложен неровными плитами. И пошла на голос.

Мы оказались в огромной комнате. Кухня. Поняла это по запаху — дрова, чеснок, копчёности. В углу пылал огромный очаг, сложенный из чёрного камня. Огонь уже горел, языки пламени лизали дрова. Над очагом висели на цепях чугунные котлы. Вдоль стен — грубые деревянные полки с горшками, пучками трав, какими-то кореньями.

В центре стоял массивный стол из не струганой сосны.

Мужчина сидел на лавке у очага и смотрел на меня. Золотые глаза в полумраке светились — не как у кошки, а как угли, в которых ещё тлеет жар.

— Кто ты? — спросил он без приветствия.

Я сглотнула. Голос сел от холода и страха.

— Марлина. Я… я сбежала из города.

— Я вижу. — Он кивнул на мои босые ноги, рваную рубаху, царапины. — Вопрос был не об этом. Кто ты такая, что пришла к моей башне? Ты знаешь, кто я?

— Нет. — Я решила не врать. — Я просто шла через лес и увидела дым. Думала, тут кто-то живёт, можно попросить воды и… и, может быть, переночевать.

Он усмехнулся. Усмешка вышла недоброй.

— Ты пришла к дракону просить ночлег. Смелая или глупая?

У меня внутри всё оборвалось. Дракон. Я вспомнила слова эльфов на рынке: «В лесу живёт последний дракон, он сжигает всех, кто приближается».

Я посмотрела на его глаза. Вертикальные зрачки. Я приняла их за игру света, но нет.

— Вы… ты дракон? — спросила я, хотя ответ уже знала.

— Был когда-то, — он отвернулся к огню. — Теперь я просто старый ящер в заброшенной башне. Но это не значит, что я пускаю к себе всяких бродяжек.

Я сжала кулаки. Страх отступил — на его место пришла злость. Усталая, холодная.

— Я не бродяжка. — Сказала и посмотрела прямо в его светящиеся глаза. — Я вообще не из этого мира. Меня затянуло порталом из моего дома. Я не знала про эльфов, про рабов, про драконов. Я просто хотела приготовить ужин, а оказалась в клетке на рынке. Мне поставили клеймо, эльф хотел сделать меня своей вещью. Я лезла по водосточной трубе, бежала через лес босиком. Я не прошу милостыни. Я прошу немного тепла и возможность перевести дух. А завтра я уйду.

Он молчал долго. Огонь трещал. Где-то наверху скрипнула половица.

— Из другого мира, — повторил он медленно. — Портал. Редкость. Обычно таких убивают сразу или продают дорого. Ты везучая.

— Не чувствую себя везучей, — буркнула я.

— Ты умеешь готовить? — спросил он вдруг.

— Что? — я не ожидала.

— Готовить. Еду. — Он кивнул на котлы. — Я не умею. Я ем всё сырым или жарю до углей. Если ты умеешь готовить — останешься. На время. Поварихой.

Я моргнула.

— Ты предлагаешь мне работу?

— Я предлагаю тебе не замёрзнуть и не сдохнуть с голоду в лесу, — поправил он. — А взамен ты будешь кормить меня нормальной едой. Идёт?

Я посмотрела на свои руки — грязные, исцарапанные. На клеймо, которое тускло светилось на запястье. Я понятия не имела, как долго оно будет меня подчинять. Я понятия не имела, можно ли этому дракону верить.

Но другой дороги у меня не было.

— Идёт, — сказала я. — Но я предупреждаю: я могу только суп и яичницу.

Он фыркнул. Почти смех.

— Суп — это уже пир. — Он подошёл к полке, достал мешок и бросил на стол. — Фиолетовые клубни. Чистить, резать, варить. Соли не жалей.

Я развязала мешок. Клубни пахли картошкой, но с примесью аниса. Вздохнула — придётся привыкать.

Он встал, подошёл к кадке с водой в углу, кивнул на неё.

— Умойся. Не хватало, чтобы моя повариха разносила заразу.

Я подошла к кадке, зачерпнула кружкой, вылила на руки. Грязь и запёкшаяся кровь потекли на каменный пол. Я умыла лицо, шею. Стало легче. Дарион молча смотрел, потом кинул мне тряпицу и старый выцветший фартук.

— Вытрись. И надень это. А поверх — плащ, — он бросил на лавку тёмную шерстяную накидку. — Не хватало, чтобы моя повариха замёрзла.

Я надела фартук поверх рваной рубахи, накинула плащ. Он был грубым, пах дымом и одиночеством. Но тёплым.

Потом подвесила котёл на цепь над очагом, зачерпнула воды. Чистила, резала, бросала в кипяток. Руки двигались привычно. Тело радовалось теплу.

Мужчина-дракон сидел на лавке и молча наблюдал. Я чувствовала его взгляд, но не оборачивалась.

— Как тебя зовут? — спросила я, помешивая суп.

— Дарион.

— А ты что здесь делаешь, Дарион? — спросила я, помешивая суп. — Один в башне?

— Живу, — ответил он коротко. И добавил после паузы: — Жду.

— Чего?

— Когда всё закончится.

Я не стала спрашивать, что именно. Я просто варила суп.

Через час он пах так, что у меня потекли слюнки. Я попробовала — не хватало соли. Добавила.

— Готово, — сказала я, снимая котел.

Я налила суп в две глиняные миски. Подала ему.

Он взял ложку, подул, попробовал. Замер.

— Вкусно? — спросила я с вызовом.

— Пересолено, но съедобно— сказал он. Быстро съел эту и налил себе вторую порцию.

Я ела молча, чувствуя, как тепло разливается по телу. Впервые за долгое время я была не в клетке, не в спальне у лорда, не в лесу. Я была на кухне. Даже дракон рядом не казался страшным.

— Спасибо, — сказала я тихо.

— За что?

— За то, что не сжёг и дал кров.

Он хмыкнул.

— Не за что. Сгореть успеешь, если соврёшь мне.

Я не поняла, шутит он или нет. Но в его глазах, кажется, мелькнуло что-то тёплое.

Он кивнул на лестницу в углу.

— На втором этаже есть свободная каморка. Там сухо. Иди спать. Завтра на завтрак — яичница.

— А ты?

— Я не сплю, — сказал он и отвернулся к огню.

Я поднялась, пошла к лестнице. На ступеньках обернулась.

— Дарион?

— Что?

— Я не солгу. — Я смотрела на его спину. — У меня нет причин врать. И вообще, я из другого мира, врать там было не принято.

— Посмотрим, — ответил он не оборачиваясь.

Я поднялась наверх.