Глава 9

— Нужно для начала сходить к врачу-офтальмологу, нельзя же так сразу: надел и пошел.

Ника поправила мне бретельку и отошла назад:

— Так все ведь нормально. Ты уже в этих линзах целый час, глаза не режет, моргать получается, какие проблемы? Считай, примерку сделали.

— Ладно, — согласилась я, усаживаясь на стул, — давай, крась ресницы.

— Да я тебе ща в глаз ткну нечаянно. Нет уж, придется самой. Не умеешь, что ли?

— Ну как… Умею вроде…

По гладкой столешнице по направлению ко мне проехался тюбик водостойкой туши. Остановила его пальцами и взяла в ладонь.

— Рот открыла и шпаришь. Делов-то.

Встала и подошла к зеркалу:

— Рот обязательно открывать?

Ника усмехнулась, поправляя лямки своего джинсового комбеза:

— Не знаю, как это работает, но говорят, что дело именно в этом. Так что открывай тюбик и крась. Тщательнее прокрашивай у основания и медленно вытягивай вверх. Но не перестарайся.

— Да я не совсем дубина, — проворчала, пристраиваясь у зеркала, — разжевываешь мне, как слабоумной.

— Кто тебя знает, — отозвалась она, наблюдая за каждым моим движением, — иногда мне кажется, что ты только прикидываешься ботаном, а иногда начинаю реально переживать. Вдруг твой этот мужчинка, который тебя идет выгуливать… вдруг вы с ним… ну… того-этого… слово за слово… и…

— Что? — Оторвалась, чтобы посмотреть на нее.

— Ну, дойдет у вас до этого. Вдруг. — Ника нервно развела руками, култышки на ее светлой голове качнулись в такт. — Переживаю, как ты себя будешь вести. Вдруг зажмешься вся.

— Ничего такого у нас не будет! — Несколько раз моргнула, спрятала щеточку в тюбик и закрутила крышку. — Мне он, конечно, показался весьма симпатичным, но… мы знакомы всего-ничего. И не в моих правилах заниматься чем-то подобным на первом свидании!

— Значит, свидании? Вчера ты весь вечер спорила, что он тебя просто пожалел, поэтому решил сопроводить на мероприятие и, может, даже не придет.

— Так и есть.

Соседка протянула мне чулки:

— Может, я и слишком молода, но кое-что понимаю в этой жизни. Свой-то мужик, родной и давно знакомый, не всегда готов на такие жесты, как этот. А, значит, ты ему понравилась. Присмотрись лучше, вдруг достойный кандидат. Разве это не то безумство, о котором мы говорили? — Она подмигнула. — И будет, что вспомнить…

— Не говори, что ты намекаешь на… — Я осеклась.

В коридоре стояла Вера. Смотрела на меня восхищенно и казалась совершенно очарованной.

— Просто принцесса, — она сложила руки на груди. — Ну, надо же, а. Где та тетка в стремных очках и старушечьих туфлях? Куда делась? Умоляю, не возвращай ее обратно никогда!

— Спасибо, — выдохнула и повернулась к зеркалу.

Из отражения на меня смотрела молодая, стройная девица. Открытый взгляд, блестящие, уложенные голливудскими волнами, каштановые волосы, ровный цвет лица, сочные красные губы. Все казалось таким непривычным, новым и каким-то чересчур идеальным, что ли. Даже становилось страшно — справлюсь ли, смогу ли достойно держаться в данном образе.

И главный вопрос тоже продолжать терзать разум: зачем мне все это?

Вспоминая случайную встречу и своего нового знакомого, все больше задумывалась о том, что согласилась на эту авантюру именно из-за него. И меньше всего думала о том, как встречу Альберта, что буду говорить сестре. Переживала, не приснился ли мне этот мужчина: сдержанный, милый, смотревший на меня так пронзительно, будто прожигая насквозь.

— Туфельки для золушки, — пропела Вера, подавая босоножки с золотистым плетением на ремешках.

Перерыв вчера все свои шкафы, поспорив и чуть не переругавшись, девочки решили остановиться на белом коктейльном платье с пышной юбкой до колена и открытым верхом на тонких бретельках. Во-первых, удушающая жара в таком наряде была не страшна, во-вторых, оно было игривым и молодежным, в-третьих, и это стало решающим фактором, им казалось уместным, прийти на свадьбу в белом — отличный повод позлить невесту.

Я не сопротивлялась, мне нравились любые перемены. Оказывается, меняться — веселое занятие, отлично поднимающее настроение.

— Вот, — Ника протянула мне малюсенький клатч из золотой кожи, — здесь поместится телефон и презерватив, большего тебе сегодня и не нужно.

— Как смешно, — откинула волосы назад и открыла крохотную сумочку.

Внутри уже лежали мой мобильный с пригласительным на свадьбу. Рядом с ними — квадратик из блестящей фольги. Бросила на Нику испытующий взгляд.

— А я и не шутила, — рассмеялась она и тут же выпрямилась, потому что в дверь позвонили.

Секунды не прошло, как мы все приняли метаться по прихожей. Проливая семь потов, я пыталась застегнуть босоножки, Вера поливала меня дождем из парфюма, Ника распинывала валяющуюся обувь по углам. Спустя еще пару секунд она уже припала к дверному глазку и прошептала:

— Матерь Божья…

Мне не было ясно, что именно сие означало. Хотелось лишь провалиться под землю или отказаться от этой дурацкой затеи. Сейчас он войдет и будет смотреть на меня. А вдруг ему не понравится? Может, стоило переодеться во что-то скромнее?

Но было поздно сомневаться. Дверь распахнулась, и на пороге появился он — Артем.

Узнала его не сразу. Гладко выбритый, в строгом черном костюме, идеально сидящем на мужественной фигуре, и в начищенных до блеска черных модных туфлях. Пиджак был распахнут, мужчина явно торопился: он стоял на лестничной клетке, застегивая воротничок рубашки, и выглядел слегка запыхавшимся. При виде нас поднял голову и замер.

Надо признаться, без кепки мой новый знакомый выглядел еще лучше, и эта стрижка с выбритыми висками и длинными, небрежно уложенными, прядями на макушке, очень ему шла. Черт возьми, а ведь с бородой было очень стильно. Но он сбрил ее для меня… Из-за мероприятия, на которое планировал меня сопровождать…

Дыхание перехватило.

— Привет, — Артем потер подбородок, оглядывая всех троих. — Девушки.

— Приве-е-ет, — с придыханием проблеяла Ника, наваливаясь на дверь.

— А…Э… — Отозвалась Вера.

Мне хотелось пощелкать пальцами возле ее лица и сказать, что уже пора «отмереть», но я сама теперь пребывала в полнейшей прострации, едва столкнувшись взглядом с этим мужчиной.

— Ты готова? — Кажется, с трудом оторвавшись от моего лица, спросил он.

— М..угу… — Все, что удалось выдавить прежде, чем почувствовала легкий толчок в спину.

— Тогда поехали. — Артем застегнул пиджак, подвигал плечами и поправил рукава. — Чуть не опоздал. Столько работы было, еле вырвался. Не хотел тебя подвести. — Покрутил головой, проверяя, не давит ли шею. — Надеюсь, там будет кондиционер, жара сегодня невыносимая.

Мы продолжали зачарованно следить за каждым его движением.

— Верните нам ее в целости и сохранности, — попросила Вера, подталкивая меня вперед.

— И оторвитесь там, как следует, — брякнула напоследок Ника.

Мне захотелось ее придушить, но Артем лишь усмехнулся:

— Обязательно.

Когда дверь захлопнулась, смерил меня пробирающим до самых костей взглядом и тихо произнес:

— Сейчас еще кое-куда заедем и потом в «Бухту», хорошо?

— А мы успеем? — Несмело поинтересовалась, спускаясь по лестнице вниз.

— Зачем нам их торжественная часть? — Послышалось за спиной. — Приедем к самому веселью.

— Хорошо.

С каждым новым шагом уверенность в себе улетучивалась, количество вопросов, ежесекундно бомбардирующих мою бедную голову, возрастало. Зачем все это мне? А главное, зачем это ему?

Растерялась, остановившись на стоянке возле дома, повернулась к своему спутнику.

— Сюда, — улыбнулся Артем, щелкнул сигналкой и распахнул для меня пассажирскую дверь красной «Mazda CX-7».

Послушно подошла и под его испытующим взглядом, не чувствуя от волнения даже собственных конечностей, постаралась сесть максимально элегантно. Когда дверь мягко закрылась, вдохнула донесшийся до меня запах его парфюма, чувственного и соблазнительного, с нотами лимона и, кажется, лаванды. Поймала себя на мысли, что это самое притягательное, что мне когда-либо доводилось ощущать, и что хочется вдыхать его вновь и вновь.

Когда он сел за руль, расслабленно и неторопливо оглядываясь по сторонам, еще раз посмотрела на его руки. Не заметила и следа от обручального кольца на безымянном пальце, медленно выдохнула и принялась шарить взглядом в поиске других улик по салону.

— Слушай, — закусила губу, глядя в зеркало заднего вида, как исчезает вдали мой дом, — ты прости, что втянула тебя в…

— То и смотрю, ты так напряжена, — рассмеялся Артем, взглянув на меня. — Я же сам вызвался помочь, Варя. — Его голос разнесся по потолку мягким бархатом. — Расслабься. И возвращать мне ничего не нужно, хорошо? Это про деньги. У меня редко бывают выходные, и я рад, что могу провести его весело. С тобой.

Повернулся и посмотрел на меня. А мне показалось, что сейчас на меня посмотрел весь мир.

— Просто мы с тобой даже не знакомы… — Пожала плечами, отвернулась и скользнула взглядом по можжевеловым верхушкам, уползающим вниз по склону.

— Там в бардачке мой паспорт, — он указал пальцем на панель, — в нем много полезной информации. Можешь ознакомиться. Но, вообще, я планировал узнавать тебя постепенно и в течение всего вечера.

Повернулась и заметила, как он довольно улыбается. Словно светится весь, глядя вдаль, на дорогу. И ведет себя естественно, будто рыба в воде. Не напрягается. И так хорошо было видеть его улыбку. Так приятно и необычно, что, казалось, будто эта радость проносилась по мне молниями. Понимать, что улыбается он из-за меня. Быть причиной его улыбки… В этот момент мужчина уже не казался незнакомцем, далеким и загадочным.

А еще мне нравилась манера его езды, неторопливая, уверенная. Сам он будто отдыхал, навалившись на спинку сидения, а руки нежно скользили по рулю, были его продолжением и заставляли автомобиль повиноваться.

— Приехали, — сообщил Артем, оторвав меня от созерцания дороги.

Вздрогнула, поняв, что так ничего и не ответила, и что мы ехали в полной тишине, буквально вырвавшей меня на несколько минут из реальности.

— Где мы? — Спросила, разглядывая массивную коробку, украшенную пестрой рекламой.

Хотя и так знала. Раньше это место называлось «Дом моделей», сейчас чего только здесь не было: и салон красоты, и торговый центр, и кинотеатр.

Артем покрутил в руках солнцезащитные очки и снова убрал, видимо, решив, что с костюмом они будут смотреться не уместно:

— Сейчас все сама увидишь. — Взял меня за руку и повел к большой стеклянной двери.

Естественно, желание сопротивляться пропало мгновенно. Когда такой мужчина ведет тебя за руку, когда улыбается и смотрит прямо в глаза — остается лишь одно стремление — подчиниться. Послушно шла рядом, наблюдая свое отражение в витринах различных отделов и время от времени поглядывая на наши скрепленные вместе руки. Все ждала, что от этого прикосновения воспламенюсь (или заработаю сердечный приступ), но тело, бурля адреналином, чуть ли не парило над землей от восторга.

— Привет, — бросил он парню, дремавшему за стойкой в одном из бутиков, название которого так и не успела прочесть, уж больно лихо мы в него завернули.

— А, да, добрый день, — встрепенулся парнишка.

— Позовешь? — Снова обратился к нему.

— Конечно, — тот кивнул головой и убежал куда-то в глубину магазина.

Я молча рассматривала изысканные аксессуары, расставленные на витрине. Шарфы, палантины, сумочки, украшения. Чуть дальше располагались ниши с обувью, вдалеке — платья и верхняя одежда. Все яркое, стильное и, что насторожило, — женское.

— Артем! — Громко воскликнула женщина лет пятидесяти с осанкой военного. Подошла к нам ближе и вопросительно оглядела обоих. — Какими судьбами? Даже не надеялась тебя увидеть, столько времени прошло…

— Нина Васильевна, — мой спутник бодро пожал ее руку. — Мне тоже очень приятно вас видеть. — Зачем-то посмотрел на меня. — Пришел к вам за помощью. У нас с Варварой экстренная ситуация. Мы опаздываем, поэтому действовать придется быстро. Знаю, что только вы сможете помочь. Самое лучшее, хорошо? — Отпустил ее ладонь, сел на стул, стоящий посередине зала, и выдохнул. — Нужно какое-то радикальное решение. Под стать красоте моей девушки. Хорошо? Вот я сижу сейчас на этом стуле. Мне нужно, чтобы я упал с него. Есть такое?

Женщина тяжело вздохнула, прищурилась и обошла вокруг меня. Перед глазами плыло. «Моей девушки, моей девушки» — стучало в висках.

— Мероприятие?

— Что-то вроде вручения премии «Оскар», — совершенно серьезно ответил он, затем достал из кармана смартфон и с отсутствующим видом уткнулся в экран.

— Есть кое-что. — Взяла меня под локоть и повела за собой. — Пройдемте, дорогая.

Сопротивляться не стала. Пошла следом, планируя вероломно расспросить незнакомку о своем спутнике. Едва мы оказались в тесном помещении с кучей вешалок, забитых нарядами в пакетах, как женщина включила яркий свет.

— Сорок два? — Спросила негромко.

— Наверное, сорок четыре… — Опуская взгляд на собственное тело, ответила тихо.

— Сорок два, — безапелляционным тоном сообщила она и приказала. — Раздевайтесь.

Зачем тогда спрашивала? Встала за шторку, расстегнула платье. Оно упало на пол. Перешагнула через него, подняла и положила на стульчик. В нем хотя бы поддержка для груди была, а эта мадам неизвестно что мне сейчас принесет. И вообще. Переодеваться я не хотела, и платить за это точно не буду. Вздрогнула, заметив в проеме руку, протягивающую что-то ярко-красное, взяла ткань и вытянула перед собой.

Грудь будто обручем сдавило, глаза заслезились. Красотище! На ярком свету алое, в тени темно-вишневое. Длинное платье из благородного атласа с открытой спиной. Просто роскошное, даже без единой дополнительной детали декора. С трудом выдохнула, не зная, с какой стороны к нему подойти.

— Помочь? — Совершенно ровным тоном спросила Нина Васильевна.

— Наверное…

Через секунду струящаяся ткань уже скользнула по моей коже, идеально, без единой складочки, устраиваясь на груди, подчеркивая линию талии и сияя насыщенным цветом. Умелые руки поправили, где надо, затем быстро упаковали мое старое платье в хрустящий бумажный пакет. Вопрос оптимальной длины быстро решился подбором подходящей обуви.

Женщина поправила мне прическу и даже одобрительно кивнула, наблюдая за тем, как поворачиваюсь к зеркалу то одним боком, то другим, то разглядываю свою оголенную почти до предела спину.

— Весьма, — сухо сказала она, награждая меня подобием легкой улыбки.

— Даже не представляю, сколько это стоит.

Женщина нахмурилась, обходя меня кругом:

— Думаю, вас не должно это волновать.

— А вы, — дернула плечами, — вы давно знаете Артема?

Сердце застучало как бешеное.

Взгляд Нины Васильевны остановился на моем лице.

— Да, с самого его рождения.

— А… понятно…

— Я была лучшей подругой его матери. — Она присела, чтобы поправить подол. — К сожалению, Маргарита умерла почти год назад.

— Вот как. Мне очень жаль…

— Да. — Кивнула она. — Хорошая была женщина. И сын у нее тоже замечательный.

— Тогда прекрасно. А то я переживала, что мы недолго с ним знакомы… и…

— Правда? — Ее брови взметнулись. — А мне показалось… Ну, да неважно. Он очень изменился, стал совсем другим, теперь ему, конечно, тяжелее.

— О чем это вы?

Нина Васильевна посмотрела на меня. В этот раз как-то по-отечески тепло и даже нежно:

— Сам все расскажет. Ну, пойдем.

Я приподняла полы платья и двинулась на выход.

— Нет, отпусти, — мягко сказала женщина, — оно хорошо держит форму. Просто иди вперед, как обычно. Не ты несешь платье, а оно тебя, понимаешь? Эта вещь всего лишь под стать твоей красоте, главное в ней — это ты.

— Вот как. — Выпрямила спину, вдохнула-выдохнула и следом за ней, ужасно волнуясь, вышла в зал.

— Нет, этот пустим завтра, другой оставь на следующую неде… — Лицо Артема сразу стало серьезным, на лбу промелькнула и тут же разгладилась напряженная складка. — До связи. — Хрипло бросил он собеседнику и спешно спрятал телефон в карман.

Ему не понравилось.

Не знаю, почему это так задело меня, но вдруг стало жутко обидно. Не нужно было идти на поводу, соглашаться на эти примерки. Почему нельзя было просто поехать на свадьбу в том, в чем была? Проявить характер. Теперь вообще настроение пропало, катись оно все к чертям. Откинула волосы назад и повернулась к большому зеркалу, в котором переливы света на ткани, казалось, сверкали драгоценными рубинами.

— Да? — Спросила за моей спиной женщина.

— Да. Это оно, — отозвался Артем, кивая. Подошел ближе, так, что можно было видеть, как скользит взглядом по моей обнаженной спине. — Это оно.

Обернулась.

Он смотрел на меня. Прямо в глаза. Рот слегка приоткрыт, будто его оборвали на полуслове, лицо напряжено, кадык дергается. Мужчина казался растерянным или даже зависшим где-то в глубине собственных мыслей. Наконец, губы сомкнулись, брови опустились на положенное им место. Артем тяжело выдохнул:

— Ну, что пойдем?

— Ты уверен, что это будет уместно? Все-таки…

Он смотрел на меня так, будто ему больно дышать:

— Да. — Скользнул взглядом по моим губам. — Ничего красивее никогда не видел. — Повернулся к Нине Васильевне и благодарно кивнул. — Даже не сомневался в вас. Большое спасибо. Просто спасли нас.

— Пожалуйста, — она довольно сложила руки в замок.

Мне стоило большого труда сойти с места и последовать за ним. Что это было? Словно мы и не платье обсуждали вовсе. А этот взгляд… Альберт никогда не смотрел так на меня. Никогда.

— Почему ты решил меня переодеть? — Первое, что спросила, когда мы вышли из машины у «Бухты». — Я выглядела так ужасно в том белом платье?

— Нет, — уставился на меня с изумлением. Будто сказала что-то действительно невообразимое. За двадцать минут, проведенные в дороге, Артем, кажется, успокоился и теперь выглядел свежим, бодрым и рвущимся в бой. Напряжение, наконец-то, отступило. — Ты выглядела замечательно. — Мы пошли по дорожке к большому зданию с античными колоннами, отделанному мрамором и увитому зеленью. — Просто решил, что план нуждается в небольшой доработке. Они должны ослепнуть от твоего вида.

— План? — Улыбнулась, когда он отворил передо мной двери. — Так у нас есть план?

— В общем, да, — подмигнул Артем.

— Добрый день, — к нам тут же подошел портье в белой форме. — Чем могу помочь?

— Мы на свадьбу. — Пояснила, оглядываясь по сторонам.

— Можно ваше приглашение?

— Конечно, — протянула ему карточку.

Мужчина что-то сверил в списке и протянул магнитный ключ-карту:

— Вы немного опоздали, церемония уже началась, проходите в правое крыло. Это там. — Указал направление. — А это ключи от вашего номера. Отдельный выход в сад, все удобства.

— Это… всем гостям полагается? — Уточнила, глядя, как слегка растерянный Артем принимает из его рук ключ.

— Да. Все оплачено организаторами. На завтра планируются мероприятия второго дня: барбекю, небольшая программа, катание на теплоходе. Так что желающие могут остаться здесь на ночь. Если будут вопросы, обращайтесь. — Он кивнул и затем спешно удалился.

Мой спутник, покрутив в руках карту, протянул ее мне:

— Даже жаль, что у меня завтра работа и уйма дел. — Прошелся еще раз взглядом по моему наряду и улыбнулся. — Ну, что? Пойдем?

— Да. — И мы решительно двинулись к входу в зал.

Двери были открыты настежь. Накрытые столы пустовали. Сквозь широкие окна в пол можно было видеть, что все сейчас собрались на церемонию бракосочетания на открытой террасе. Десятки гостей, официанты с шампанским, музыканты — все словно замерли. Жених с невестой стояли плечом к плечу возле цветочной арки и, затаив дыхание, слушали речь сотрудницы ЗАГСа.

Я остановилась прямо у выхода, обернулась к Артему и посмотрела в глаза.

— Ты сказал про план. Как ты себе все представляешь?

Он поправил красную бабочку, которую в самый последний момент перед нашим уходом всучила ему Нина Васильевна.

— Варя… — Его губы растянулись в обезоруживающей улыбке. — Сегодня твой праздник. Ты должна расслабиться и получать удовольствие. Обещай мне, что так и будет.

— Хорошо, но…

— Ты хочешь, чтобы мы просто повеселились или чтобы они пошли багровыми пятнами от злости? — В его темных глазах плясали искорки.

— И то, и другое, — ответила честно.

— Тогда доверься мне, и все будет хорошо, ладно? — Наклонил голову ниже, нависнув над моим лицом, и остановился всего в нескольких сантиметрах от губ.

Сглотнула, чувствуя, что мое сознание улетает в другую вселенную, и слегка кивнула. Тогда он широко улыбнулся, взял меня за руку, переплел мои пальцы со своими и уверенно увлек за собой на террасу.