Глава 10

В покоях рига я, не переодеваясь, забралась под одеяло и свернулась калачиком на кровати. Больше всего на свете хотелось выбраться из этого кошмарного, неисправимого мира. Вспомнилась картина из будущего, которую мы с Оином видели во время брачного ритуала. Я, беременная, иду по коридорам замка. Тогда я улыбнулась, подумав о ребёнке от Оина. Теперь же меня пробрала нервная дрожь. От кого из двух ригов был тот ребёнок в моём животе?

Надо что-то делать. Только вот что? О том, чтобы открыть Оину путь назад, и речи быть не может. Это всё равно, что самой убить любимого человека.

От полной безнадёжности я полезла в шкатулку с драгоценностями — подарками мужа. Конечно, он сказал бы мне, если бы у кулона была замена, но так хочется верить в чудо.

Поверх драгоценностей лежала записка. Всего три слова, написанных крупным, размашистым почерком: "Можешь не искать". Я тихо выругалась. Каирн наверняка предугадал большую часть из того, что я буду пытаться сделать. Я всё же подержала в руке каждую из побрякушек. Как и следовало ожидать, ничего не произошло.

Оин говорил о Марне, но на сына мага особой надежды нет. Парень, скорее всего, полностью одобрит законы Каирна. Не удивлюсь, если Марн тут же притащит сюда силой какую-нибудь девушку из тех, с кем встречается в большом мире. Вряд ли сын Гэркона захочет мне помочь, тем более — пойти против воли Каирна.

Я мерила шагами комнату, стараясь не сорваться, не заметаться по ней, как пойманный зверь по клетке. Чего я хочу? Быть с Оином. Неважно, здесь или в большом мире. Главное — на свободе, и чтобы нам ничто не угрожало. Только здесь — Каирн, и его поддерживают подданные, живые и мёртвые. А в большом мире — другие проблемы. Документы, которых у Оина нет, деньги, жильё… Как он вообще будет там существовать? Каирн просто засел в квартире моей матери и периодически воровал деньги из банков, проходя сквозь стены. А что будет делать Оин?

Отчаяние захлестывало, накрывало с головой. Я не смогу переиграть Каирна! Всё будет так, как он решил. "Но ведь переиграла же," — вкрадчиво напомнил разум. Да, переиграла, но тогда риг меня не знал и считал безобидной дурочкой. Теперь Каирн будет настороже. И потом, выбраться из его постели в тот раз мне удалось только благодаря Оину.

А ещё — благодаря моей показной покорности. Я остановилась посреди комнаты и машинально запустила руки в распущенные волосы. Тогда моей тактикой было во всём подчиняться, слушать, запоминать и делать выводы. Паника — непозволительная роскошь, пришла пора включать мозги.

Сейчас опасности для моей жизни и здоровья нет, Каирн настроен очень лояльно. Он не прочь поговорить со мной? Значит, буду внимательно слушать. Может быть, услышу что-то интересное. Не может быть, чтобы отсюда совсем не было выхода.

Итак, плюсы ситуации: Каирн совершенно не жаждет моей крови. Я могу передвигаться по всей земле ригов и общаться, с кем вздумается (когда я попала сюда, об этом можно было только мечтать). У меня есть магическая защита и какая-никакая власть — пока Каирн мне её даёт.

Минусы — Каирн хочет, чтобы я родила ему наследника. За мной постоянно будут ходить двое-трое воинов и доносить ригу о каждом моём шаге. На помощь магов надеяться не стоит, да и вряд ли вообще найдутся желающие помочь мне уйти в большой мир, причём так, чтобы Каирн не смог меня найти. Связь с Оином потеряна.

Плана действий нет. Вообще никакого. Так что возвращаюсь к тому, с чего начинала. Больше думать о себе, меньше — о других. Внимательно смотреть и слушать, вникать во всё, что происходит вокруг, и ждать случая для побега. И ни в чём не противиться Каирну. Хочет учить меня местному "уму-разуму" — пусть развлекается. Будет тащить в постель — имеет право, получит всё, что пожелает. Жаль, предохраняться мне нечем, остаётся надеяться, что риг повременит с наследником. Каирн хочет, чтобы я выходила с ним к его подданным, — нет проблем. Я буду делать всё, что скажет риг, пока не выберусь отсюда.

Когда он пришёл, я пыталась разобраться с новой информацией о земле ригов. С ожившими мертвецами всё ясно. Перстень рига, видимо, даёт право запечатать вход и выход из этого мира для любого человека. Пока новое слово для меня — ригесса. Зачем она понадобилась Каирну? С чего такая блажь? Насколько я поняла, его отец вообще не женился и менял по нескольку наложниц в год. Судя по тому, как удивился Дваар, в ригессы женщин в этом мире брали нечасто.

— Отдохнула? — Каирн вошёл в комнату и внимательно посмотрел на меня.

— Да.

— Пойдём, уже пора.

Я подошла к Каирну, он молча протянул мне выставленную вперёд руку. Я нерешительно положила на неё свою.

— Вот так и выйдем, — одобрительно кивнул риг. Он двинулся к двери. — Драгоценности уже проверяла?

Я кивнула. Значит, за мной следили. Кто и как — неважно. Меня видят, даже когда я одна в комнате.

— Как предсказуемо, — усмехнулся Каирн. — Сейчас ты наверняка думаешь, что за тобой кто-то шпионил. За тобой не следили, золотко, просто ты не могла не проверить шкатулку.

Мы ступили на лестницу, и риг вдруг остановился. Оставляя мою руку на своей, он другой рукой резко притянул меня к себе. Я усилием воли расслабила напрягшиеся мышцы. Каирн неспешно провёл рукой по моей спине, его ладонь легла мне на бедро, губы неожиданно ласково коснулись моих губ.

— Какая покорная девочка, — с тихим смешком произнёс риг. — К чему бы это?

— Ты — "хозяин", я — наложница, — слова еле шли с языка. — Я должна быть покорной.

— Ночью проверим, — хрипло пообещал Каирн. — Но вообще-то мне нужна от тебя не только покорность.

Он отстранился и пригладил рукой мои волосы. Мы двинулись вниз по лестнице.

— А что тебе нужно? — спросила я.

— То же, что ты делала для Оина. Я сейчас не о постели, там-то всё гораздо проще. Ты успешно помогала Оину править землёй ригов. У тебя свежий взгляд на то, что здесь происходит. Ты умеешь делать выводы. А мне нужен рядом человек, который думает об этом мире и хочет что-то изменить к лучшему. В общем, энтузиаст. Оин в этом плане подходил, но оказался слишком большим энтузиастом, — в голосе рига прозвучала ирония. — Впрочем, он оставил мне хороший бонус: девочку, с которой можно не только спать, но и разговаривать, и которая не глупее него.

Я поймала себя на том, что всем весом опираюсь на руку Каирна. Ноги подкашивались, во рту пересохло при одной мысли о том, как риг будет "проверять" мою покорность этой ночью.

— Опять испугалась, — констатировал он. — И опять напрасно. В тебе есть то, что я очень ценю и крайне редко встречаю. Это не просто энтузиазм, это готовность пожертвовать чем-то ценным, возможно — жизнью, ради других, ради этого мира. Ты ведь была уверена, что я стану жестоко мстить? Но всё же пришла сказать о смерти Вероники, а потом принесла мне перстень и осталась со мной, чтобы не пострадали райги и ириу. Это поступок ригессы. Оин, кстати, не провозглашал тебя ригессой?

— Нет.

— Странно. Ты при нём выполняла все её обязанности. Разве что не забеременела — но это только к лучшему. Встряхнись немного, ты же не хочешь выглядеть испуганной, когда мы выйдем? Или позвать Аига, чтобы помог?

— Нет, — голос прозвучал резче, чем я хотела, прорываясь сквозь покорную маску. — Риг, отпустите целителя, я справлюсь сама. Аиг нужнее в поселении. Там есть раненые, а он, вместо важных дел, занимается моими истериками.

— Слова ригессы, — кивнул Каирн. — Но Аига я отправлю в поселение, только когда ты точно не будешь нуждаться в целителе. Кстати, почему ты периодически обращаешься ко мне на "вы"? На совещании, сейчас… Привычка или есть другая причина?

— К ригу обращаются на "вы". Разве нет?

— Заинтриговала, — хмыкнул Каирн. — Ты что, и с Оином так общалась?

— Это другое дело, — еле слышно ответила я.

— Действительно, другое, — согласился Каирн. — Он — не истинный риг и допустил слишком много отступлений от ритуала. Популярности это ему не прибавило, подданные должны чувствовать власть правителя. Но речь сейчас не об этом. Я запрещаю тебе в разговоре со мной называть меня "ригом" и на "вы".

Я на несколько секунд онемела. Вот так? Прямо "запрещаю"? Ну и зачем? Хочет, чтобы все видели, как мы чудесно поладили? Или есть другие причины?

Мы вышли из замка. Я шагала рядом с Каирном, а мозг уже пытался делать выводы. Ригесса и супруга рига — не совсем одно и то же. И чем они отличаются? Видимо, тем, что ригесса имеет власть, а жена рига — нет. Интересно, знал ли об этом Оин?

— Ты меня услышала? — Каирн слегка сжал мои пальцы в тёплой ладони.

— Да. Буду называть по имени и на "ты", — пообещала я.

На площади снова гудела толпа. Те же лица, но теперь на многих застыло выражение суровой скорби. В толпе мелькало больше женщин, чем при погребении мага и Вероники. Я шла, стараясь не встречаться ни с кем взглядом. На огромной груде хвороста лежали пятеро умерших в белых одеждах. Двое ириу, трое райгов. Я знала только одного — воина из подчинённых Эйга. Тело самого Эйга так и не нашли.

На этот раз Каирн держал долгую речь. Он произнёс слова сочувствия родственникам погибших, перечислил всех убитых по именам, вспомнил заслуги каждого из райгов и самым сердечным тоном говорил о храбрости и отваге ириу, погибших, спасая других. Риг сожалел, что правление Оина привело к столь трагическим последствиям. Он обещал помощь родственникам убитых и говорил, что не забудет ни одного из пострадавших и отдавших жизнь из-за пришедшего к власти самозванца.

Я стиснула зубы. В глазах темнело от удушающей ярости. Можно подумать, сам Каирн не имел отношения к гибели этих людей! Если бы он не играл в загадки, а сразу сказал мне о легенде райгов, этого можно было бы избежать. Каирн получил бы свой перстень рига, а мы с Оином ушли бы в большой мир вместе. Мы все трое виновны одинаково, только риг не признает своей вины.

"Я ничего не могу сделать, — мысленно повторяла я раз за разом. — Я не могу вмешаться. Нельзя устроить скандал на похоронах. Да и слушать толпа будет не меня, а своего правителя. В этом мире кто имеет власть, тот и прав".

— Мы сожалеем о случившемся и сделаем всё, чтобы не допустить ничего подобного в будущем, — говорил Каирн.

Он мельком взглянул на меня и снова устремил взгляд в толпу. Мы?! Это риг о себе во множественном числе говорит? Или о нас обоих? Судя по прокатившемуся над площадью шепотку — о себе и обо мне. Решил сразу показать подданным, какую роль собирается мне отвести? Нашёл время! Даже мои брачные метки его не смущают, а ведь бордовые розы на кисти моей руки видят все вокруг.

Речь Каирна наконец-то закончилась. Я мысленно отметила, что свою мать он провожал в последний путь с гораздо меньшим красноречием. Факельщики с четырёх сторон торжественно двигались к погребальному костру, когда небо и землю сотряс удар грома. Среди безоблачного неба, между двух солнц сверкнули несколько молний и сверкающими острыми стрелами устремились к костру. Я вздрогнула, Каирн крепко сжал мою руку. Хворост вспыхнул сразу с нескольких сторон. В толпе раздались вскрики. Близняшки переглянулись, глаза Вейи радостно сверкнули. Из толпы выступил Марн.

— Идиот! — вырвалось у меня.

Получилось тихо, сдавленно, но Каирн услышал.

— Согласен, — еле слышно сказал он.

Сын Гэркона в наступившей тишине подошёл к ригу.

– Я вернулся, риг Каирн, чтобы служить тебе, как подобает магу этой земли.

— Сейчас не время и не место для клятвы верности, — твёрдо произнёс Каирн. — Сегодня и завтра — дни скорби. Послезавтра придёшь в замок, — тише добавил он.

Марн низко поклонился. Я отвела взгляд. Сначала устроил шоу на похоронах, теперь демонстрирует перед всеми почтение ригу. Гэркону сейчас было бы стыдно за сына.

За спиной потрескивал хворост. В глазах защипало от едкого серого дыма. Каирн, всё так же держа наши руки на весу, отвёл меня в сторону. На Марна он не обращал ни малейшего внимания. Я ощутила знакомые волны спокойствия и огляделась в поисках Аига. Его не было рядом, зато прямо за моей спиной стоял Гоин — другой целитель-ириу. Каирн тоже обернулся.

— Ты что-то хотел? — спросил он.

— Прошу прощения, риг, — Гоин склонил голову. — Мне показалось, что… Вашей спутнице требуется помощь.

Осёкся, не зная, как меня теперь называть: не все же такие смелые, как Аиг. Супругой Оина — опасно, вдруг риг разгневается? Наташей — слишком вольно. Непонятно, как относится ко мне Каирн, ему может не понравиться такая фамильярность. Ваша спутница — да, это удобное безликое определение. Интересно, подошёл бы Гоин, если бы считал, что я у рига в опале? Есть вопросы, на которые лучше не знать ответа.

— Благодарю, мне ничего не нужно, — ледяным голосом произнесла я.

— Ты в этом уверена? — с подчёркнутой заботливостью спросил Каирн.

— Да.

— Можешь идти. Госпоже не требуется помощь, — изрёк риг.

Глаза ириу вытаращились от изумления. Он попятился, и исчез в клубах дыма, успев перед этим поклониться. От запаха палёного мяса меня снова замутило. Я несколько раз сглотнула.

— Может, не стоило отказываться от услуг этого угодливого типа? — спросил Каирн. — Ты не привыкла к ритуалу огненного погребения.

— От Гоина меня точно стошнило бы, — буркнула я.

— Пойдём потихоньку, тут уже нечего делать, — он, наконец, опустил руку.

Я не чувствовала своей руки. Риг приобнял меня за талию и принялся разминать мою онемевшую кисть. Я прикусила губу: руку словно кололи множеством тонких острых иголок.

— Как тебе моя речь? — поинтересовался Каирн.

Я отвела взгляд. Легко решить быть покорной, только попробуй это выполнить!

— Молчишь? — со смешком продолжал риг. — А говорила — будешь покорной. Когда я спрашиваю, то хочу получить ответ.

Что ж, хочет ответа — значит, получит. Я вздохнула поглубже и твёрдо сказала:

— Слушала с отвращением.

— Почему? — беззлобно полюбопытствовал он.

— А как ты думаешь? — я еле сдерживала бессильную ярость. — Ты же перевернул всё с ног на голову, очернил нас с Оином, выставил себя спасителем земли ригов, невинной жертвой. Говорил так, будто я с тобой во всем согласна. И Веронику ты так не провожал…

— Ясно, — Каирн шагнул в ворота замка, увлекая меня за собой. — Тебя я, допустим, не очернял, наоборот показал всем, что ты — не просто наложница, и я говорю от нас обоих. Остальное — это уже политика. А насчёт Вероники… — он помедлил. — Я не хотел устраивать спектакль из похорон своей матери.

В замок мы вошли молча. Риг продолжал обнимать меня за талию как ни в чём ни бывало.

— Жилн! — громко сказал он, когда мы подошли к лестнице. — Холодные закуски, вино, сок. Оставишь на подносе перед нашими покоями.

Старик не отозвался, но я была уверена: Жилн выполнит распоряжение любимого хозяина. Перед нашими покоями… Похоже, Каирн твёрдо решил поскорее приучить всех к мысли, что мы с ним — пара.

— Тебя не смущает, что я замужем? — не удержалась я.

— Если ты не заметила, это вообще мало кого смущает, — ухмыльнулся Каирн. — Я — риг этой земли, и имею право взять жену самозванца себе в наложницы или сделать ригессой.

— То есть моё согласие тебе не нужно?

— У наложниц согласия никто не спрашивает, — риг сдвинул руку вниз, на моё бедро. — А чем тебя, собственно, не устраивает положение ригессы? Второе лицо на земле ригов, довольно много власти и свободы, подчиняешься только мне… Что тебе так уж претит?

Хороший вопрос. Пока мне претило всё, что я видела и слышала.

— Говори, не бойся, — подбодрил Каирн.

— Я не знаю, как тебе это объяснить, — устало ответила я.

— Попробуй словами, — посоветовал риг.

— Я люблю Оина.

— И что? Тебе кто-то запрещает его любить?

Я остановилась на площадке второго этажа.

— Издеваешься?

— Есть немного, — весело признал Каирн. — Даже не представляешь, насколько быстро иногда проходит великая любовь. Ну да ладно, оставим в покое высокие материи. Я не совсем понимаю, какое отношение твоя влюблённость в этого афериста имеет к званию ригессы. Чувства к Оину — единственная причина?

— Я не хочу с тобой спать, не хочу рожать тебе ребёнка, — слова хлынули потоком. — Меня воротит от земли ригов!

— Рожать тебя пока никто не заставляет. Кстати, если у тебя по какой-то причине не будет детей, я просто возьму молодую здоровую наложницу, которая родит наследника, а потом отправлю её куда подальше — возможно даже назад, в большой мир. О постели лучше поговорим в комнате, — в глазах Каирна сверкнули знакомые огоньки желания. — А землю ригов ты можешь попробовать изменить к лучшему. В разумных пределах, разумеется, и обсуждая со мной каждый шаг.

— Почему именно я? Ты мог выбрать в большом мире любую девушку, показаться перед ней с самой лучшей стороны и делать ригессу из неё…

— Разумеется, мог — и увлечь, и влюбить, и привести сюда по её доброй воле. Только ригессой будешь ты. У тебя есть для этого все задатки, я уже говорил об этом. Ты достаточно знаешь мои худшие стороны, и притворяться перед тобой не нужно. И ещё — мне особенно приятно будет видеть тебя ригессой, потому что ты бросила мне вызов, когда помогала Оину.

— Хочешь чувствовать победу? — поморщилась я. — Так ты всё равно победил. Я от тебя полностью завишу.

— Я хотел не совсем такой победы. Ты добровольно будешь действовать со мной заодно и воспитывать наследника ригов. Я подожду, когда ты сама скажешь, что готова к этому.

Я с сомнением смотрела на Каирна. На сумасшедшего риг не похож. Что за маниакальная идея? Похоже, он всерьёз намеревается продолжать свои "брачные танцы". Бросила вызов? Да, наверное, хотя тогда я совсем не думала об этом. Но мне казалось, что на земле ригов за измену положено наказание, может, даже казнь. А тут — бери часть власти, будь матерью наследника…

— А пока что весь мир райгов будет привыкать к твоему будущему статусу, а ты — ко мне в постели, — шепнул Каирн, наклонившись к моему уху и касаясь его губами.

Я усилием воли заставила себя стоять на месте. Деться от рига всё равно некуда. Странно, что он вообще терпел и не трогал меня эти два дня.

Каирн поднял меня на руки и зашагал по лестнице, крепко прижимая к себе.

— Так обращаются только с ригессами, — шепнул он. — Или с будущими ригессами.

Понятно. Если кто из слуг увидит, по всей земле ригов тут же пойдут интересные сплетни. Хотя, что значит "если"? Иния уже видела.

— Кстати, Оин носил тебя на руках? Хотя бы раз раздевал тебя?

— Зачем тебе это? — я вздрогнула при упоминании о муже.

— Потому что это знак — риг сделает женщину ригессой. И если за полгода твой любящий муж, — в голосе Каирна прозвучала откровенная ирония, — ни разу не раздел тебя сам, это наводит на мысль — он прекрасно знал о различиях между супругой рига и ригессой. И не собирался делить с тобой власть.

— Я не хотела власти.

Каирн шагнул в стену со мной на руках, и мы оказались в комнате. В глаза бросилось красное бельё на постели.

Риг осторожно поставил меня на ноги.

— Я потом расскажу, чем ещё отличаются жена рига и ригесса.

Он неторопливо прошёл губами по моей шее, затем опустился на одно колено и повёл руками по моим ногам вверх до бёдер, приподнимая платье. Что ж, решил быть ласковым и нежным — мне же лучше. До сих пор вздрагиваю при одном воспоминании о садистских штучках Каирна. Об Оине я старалась не думать, но в голове всё же мелькнула предательская мысль: а ведь он, и правда, никогда не раздевал меня. И не носил на руках. И ничего не говорил в своих речах к подданным от нас обоих. Оин просто не задумывался об этом, у него было слишком много забот на земле ригов. На меня оставалось не так уж много времени.

Каирн кинул на край кровати моё платье. Я невольно вздрогнула, когда его руки коснулись моей кожи.

— Чего и как ты хочешь? — спросила я.

— Скоро узнаешь, — шепнул риг. — Просто не мешай мне.

Его ласки были всё откровеннее, всё более возбуждающими. Каирн не спешил, он явно смаковал каждое прикосновение. И ждал, глядя как учащается моё дыхание, как постепенно расслабляется моё тело. А потом началось сумасшествие с такими вздохами-стонами, каких здесь за полгода никто не слышал.

— Каирн… Пожалуйста…

— Не брыкайся, я же вижу, что тебе хорошо…

— Но слуги…

— К духам слуг!.. Не хочешь со мной спать, говоришь?..

В постели с ним в этот раз оказалось хорошо, даже слишком хорошо. А ещё было стыдно и противно от самой себя, почти до слёз.

— Я ведь говорил, что тебе понравится, — тихо сказал Каирн. Он легко поглаживал кожу над моей грудью.

— Почему так? — выдохнула я. — Раньше ты хотел совсем других вещей.

— Допускаю, что тебя из тех вещей со временем кое-что может и устроить, — серьёзно ответил риг. — Просто для этого должны сложиться более близкие отношения. И опыта нужно побольше. А пока этого нет, я при желании могу добирать своё в большом мире. Кстати, сейчас всё было очень даже неплохо. Эмоций ты выдала и продолжаешь выдавать столько, что на несколько суток хватит. И с каких пор тебя смущают слуги? Помнится, вы с Оином развлекались так, что даже здесь было слышно.

– Завтра вся земля ригов от детей до стариков будет знать, что происходит в твоей спальне.

— В нашей спальне, — подчеркнул Каирн. — Не думаю. Но даже если и узнают, это только поднимет твой статус. Риги не церемонятся с наложницами и обычно ненамного лучше обходятся с жёнами. А вот так, — он, еле касаясь, провёл пальцами по моему телу, — бывает с ригессами. Чтобы ты понимала, что я для тебя готовлю, скажу — ригесс за всю историю нашего мира было всего шесть. И каждая изменила что-то на земле ригов к лучшему. Последняя ригесса умерла девяносто лет назад. Все они имели определённую власть, все были советницами своим мужьям. В отличие от жён, ригессы неприкосновенны. Их нельзя наказать, нельзя лишить этого звания, нельзя выгнать или, тем более, кому-нибудь отдать. И ещё один бонус — когда риг провозглашает жену ригессой, он должен выполнить любое её желание, которое касается земли ригов и тех, кто здесь живёт. Сразу говорю, ты не можешь попросить отпустить тебя в большой мир, или оставить в покое, или вернуть сюда Оина. А вот изменить какой-то закон или решение рига ты сможешь. Так что думай, какой подарок попросить. Я выполню одно желание, но все остальные ты будешь согласовывать со мной.

— Каирн, я правильно поняла, что ригесса это всё же жена рига? — мой голос сделался очень неприятным.

— Правильно, золотко, — он широко улыбнулся.

— У меня уже есть муж.

Я машинально взглянула на кисть руки. Бордовых роз не было. Ну вот, Оин снова получил сообщение о моей "измене".

Каирн демонстративно вздохнул и притянул меня к себе.

— Наташа, ты же умная девочка. Включи логику и проанализируй, как твой муж к тебе относился. Думаю, поймёшь много интересного. Я не знаю подробностей, но того, что видел, достаточно, чтобы сделать определённые выводы. Понимаю, трезво мыслить об этом ты начнёшь не сегодня и не завтра, но рано или поздно сама всё поймёшь. Пока вот тебе несколько поводов к размышлению. Если Оин тебя так уж любит, то почему не попросил отдать тебя ему после вашей первой ночи? Я легко отдал бы, и он знал об этом. Зачем Оин потащил тебя с собой к Гэркону в тот день, когда они с магом наметили свою революцию? Он хорошо представлял, насколько это опасно. Я не признаюсь в безумной любви, но не стал бы брать тебя с собой туда, где тебе может грозить опасность. Я бы и обычную наложницу на такое мероприятие не повёл. Борьба за власть — дело мужчин.

Мне хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать спокойный голос, произносящий эти кошмарные слова.

— Почему он позволил тебе ко мне вернуться? — продолжал Каирн. — Ты, конечно, скажешь, что обманула Оина, и он не знал, что ты собираешься сделать. Но тебе не кажется, что он должен был об этом догадаться? Я общался с тобой гораздо меньше, но могу предсказывать твои реакции почти без ошибок. А твой муж так плохо тебя знает, что его легко было обмануть? Он не удосужился купить тебе украшения, положенные супруге рига, не рассказал, что означает роза на кулоне, отправил тебя в твой город без охраны, даже не подумав, что мы с тобой можем встретиться. Странное поведение для любящего человека. Он не провозгласил тебя ригессой, хотя именно благодаря твоим советам избежал большого бунта. Кстати, почему твой муж до сих пор не попытался связаться со мной через кого-то из райгов? Если бы я знал, что за мои ошибки осталась расплачиваться женщина — даже совершенно мне безразличная — я бы любой ценой выторговал для неё свободу. Как-то недостойно мужчины и рига прятаться за твоей спиной.

— Он не… — начала я.

— Только не надо его оправдывать, — отмахнулся Каирн. — Я не собираюсь слушать, что всё на самом деле совсем не так. Я сказал, что хотел, теперь думай. А пока надумаешь всё, что нужно, я буду вводить тебя в курс дел. Проверим, от чего Оин удерживал тебя в стороне. А утром предлагаю тебе отвлечься от самотерзаний и прогуляться к реке.

— Где здесь река?

Я прикусила язык, но было уже поздно. Каирн насмешливо прищурился.

— Оин держал тебя на привязи? Двадцать минут ходьбы от замка — чистейший пляж, слабое течение, постоянно тёплая вода. Полгода назад некоторые райги спокойно приводили туда дочерей и жён, а бывало — и наложниц. На нашей земле не так уж много развлечений, я был уверен, что ты была на пляже, и не один раз.

— Я не ребёнок, которого надо развлекать, — огрызнулась я. — Да, Оину было не до того…

— А кто ты? — рассмеялся Каирн. — Умудрённая годами и житейским опытом женщина? Месяц назад тебе исполнилось девятнадцать лет. Не удивлюсь, если твой любящий супруг даже этого не знал. Ты несколько отличаешься от ровесниц из большого мира, но любой девушке твоего возраста нужен не только хороший любовник и интересное дело, всем вам хочется развлечений. Кино ещё куда ни шло, но я сомневаюсь, чтобы тебя интересовали футбол и мордобой.

Я промолчала. А что тут можно ответить? Мы с Оином были так заняты, что я и сама забыла о своём дне рождения. И я честно сопровождала мужа на матчи и поединки, которые были мне неинтересны. Про местную реку когда-то мельком слышала, но не обратила внимания, мне было совсем не до пляжа.

— Вот и будем знакомиться заново — и в делах, и в развлечениях, — Каирн сгрёб меня в охапку и притянул поближе. — Тебя ждёт много сюрпризов.