Глава 11

Марья из рода Яг

– Марья, – окликнула меня Беатрис, и я, бросив начищать котелок из-под каши, которую сердобольная Алевтина все ж таки сварила для мужчин, тут же поднялась и поспешила к экономке.

– Слушаю вас.

Она оглядела мой слегка растрепанный вид и спокойно заявила:

– Никита просит помощи, отправляйся к нему.

– Это кто? – уточнила я, с трудом припоминая светловолосого голубоглазого паренька, который изредка появлялся на кухне.

– Помощник садовника. Влад Кощеевич через полчаса будет в оранжерее гулять с невестами, у Никиты что-то со световой магией не ладится.

Беатрис спокойно скрылась за дверью кухни, и в коридоре раздался ее строгий голос, отдававший распоряжения кому-то из служанок, а у меня внутри все прямо закипело от злости. Она ведь это специально делает, показывает, что неровня я ни Владу Кощееву, ни тем девушкам, которые претендуют на его сердце.

А ну и пускай! Световую магию подправить? Так я подправлю!

Одернула передник, убрала выбившиеся из прически прядки и решительно направилась в оранжерею.

– Влад Кощеевич попросил меня дать вам именно эту работу, – неожиданно тихо призналась экономка, когда я проходила мимо.

Я на мгновение замерла, с трудом сдержавшись от комментариев, и разъяренной кикиморой бросилась в оранжерею.

В этой части дома мне бывать не доводилось, и едва я зашла под стеклянный купол, замерла от восхищения. Слева и справа от меня тянулись дивные тропические цветы самых разных расцветок. Они благоухали и гордо расправляли свои лепестки. Вдали журчала вода, и, пройдя по дорожке, я добралась до небольшого искусственного водоема.

С одного его края росли небольшие зеленые растения с чуть продолговатыми листьями. На них виднелись красноватые волоски и блестели капли росы.

– Прекращай, говорю, выпрашивать лакомство! Я не такой добрый! – раздался голос Никиты, и сам паренек в простой льняной рубахе и черных штанах, с надетым измазанным зеленью и землей фартуке появился возле меня. За ним, цепляясь корешками-ножками, семенил цветок, точь-в-точь такой же, что росли у края водоема.

– Здравствуй, Марья! – широко улыбнулся Никита. – Тебя Беатрис прислала?

– Да. Она сказала, здесь нужна помощь. В оранжерее что-то не так со световой магией.

– Я полагаю, истончились накопители, но как их заряжать, не знаю. Обычно ими Влад Кощеевич занимается, но сейчас его отвлекать… никто бы не рискнул, – бесхитростно ответил он.

Я невольно хмыкнула. Открытость паренька, его доброе веснушчатое лицо, озаренное внутренним светом, мне пришлись по душе.

Неведомый цветок, жавшийся к ноге Никиты, осторожно выглянул и сделал робкий шажок в мою сторону.

– Даже не думай! И гостей обижать не смей!

Цветок с укором посмотрела на Никиту, но тот не повелся на этот трюк, и поэтому растение, поникнув, побрело к воде, где присоединилось к другим таким же цветам.

– А что это за чудо? – не удержалась я.

– Росянка. Их Влад Кощеевич из-за моря привез. Не думай, что они безопасные. Мы их используем как охранные растения.

– Это как? – удивилась я, впервые услышав о подобной миссии.

– Росянка… Ты видела капли влаги у них на листьях?

Я кивнула.

– Это вовсе не капли росы, а слизь. Попади туда насекомое, прилипнет.

– Хочешь сказать, они плотоядные?

– Ага, – улыбнулся Никита. – И так как насекомых тут нет, подкармливаю их сырым мясом.

М-да… А я еще бабули боялась с заговоренными мухоморами и поганками. А тут смотрю, Кощеев ее уже переплюнул со своими росянками.

– А что за охранные функции?

– Влад Кощеевич наложил свои чары, поливал росянки какими-то зельями. Теперь они могут перемещаться по оранжерее и, если почуют неладное, сомкнутся на ноге или руке врага.

Я с сомнением покосилась на цветок.

– Это они с виду безобидные, а под действием чар становятся не хуже собак. И вообще, Марья, – лукаво улыбаясь, заметил Никита, – в оранжерее Кощеева нет безобидных цветов. Душащие лианы, плюющиеся иголками кактусы и…

– Цветы тоже опасны? – с любопытством поинтересовалась я, вспоминая, как они буквально охапками свисали со стволов деревьев, белые и ярко-розовые, оранжевые, словно небо на закате, и темно-синие, почти как цвет глаз Влада.

– Разумеется! Есть орхидеи-сирены, которые могут начать издавать звуки и усыплять, а следом намертво опутать жертву. А у входа над головой цветы способны сиять так ярко, что ослепят.

Ну Кощеев! Поразил в самое сердце! Если он разрешит мне здесь все поизучать, так и быть, прощу ему эту его выходку с походом в оранжерею.

– Впрочем, некогда нам болтать. Времени совсем мало. Я сейчас соберу кристаллы, а ты заряди их магией. Надо успеть до прихода гостей. Я не хочу подвести Влада Кощеевича.

– Думаешь, если не успеем, накажет?

Паренек покачал головой, немного даже насупился, напоминая взъерошенного воробья.

– Я семь лет назад сиротой стал, на улице оказался и едва от холода и голода не замерз, когда Влад Кощеевич на меня случайно натолкнулся. И не просто дал крышу над головой и еды, а позволил обрести дом и любимое дело, – ответил он и решительно развернулся, оставляя меня стоять с открытым ртом.

Сначала Беатрис про сестру свою рассказала, теперь Никита… Сколького еще я не знаю о Владе Кощееве?

В оранжерее тем временем стало темнеть, Никита исправно собирал кристаллы. В темноте зажглись маленькие огоньки, засияла часть цветов, разливая неестественно белый или голубой свет. Наверняка эти с виду безобидные цветочки таким способом заманивают потерявшихся путников. И любую фору дадут кикиморам, обитавшим на болотах и балующимся блуждающими огнями.

Никита собрал кристаллы в две корзины, но отходить от меня не стал. Похоже, не особо-то доверял. И именно поэтому, вместо того чтобы разом зарядить камни своей магией, пришлось брать их по одному и возиться.

Мы едва успели закончить, как у входа послышались голоса. О том, чтобы покинуть это место незамеченной, не могло быть и речи, поэтому я спряталась в зарослях и принялась ждать. Никита тем временем ловко одним прикосновением заставил кристаллы воспарить, и они частично спрятались в листьях, а частично разлетелись под купол, рассыпая мягкий свет.

– Влад Кощеевич, – раздался голос Ааны, и я осторожно выглянула из-за кустов и ревниво покосилась на девушку, вцепившуюся в локоть мужчины, – как здесь красиво!

– И мне тоже очень нравится, – заметила Аленушка, появляясь с другой стороны и цепляясь за вторую руку Влада.

Вдали послышались мужские голоса и смех остальных претенденток. Видимо, Аана и Аленушка в этот раз оказались самыми сообразительными и каким-то образом пресекли общение Влада с остальными.

– Почему же вы раньше не показывали нам это место? – голосом русалки, сгубившей не один корабль с моряками, пропела Аленушка, наклоняясь так, чтобы вырез в голубом, расшитом серебром сарафане был как можно лучше виден.

Влад, конечно, уставился на девушку, потеряв нить разговора, а у меня с ладоней сама по себе сорвалась искра, и… я нырнула в заросли, ожидая самых поганых последствий. Просто в последний раз контроль над магией я теряла еще до инициации, но тогда была в разы слабее, а сейчас…

Взвизгнули разом девицы, и воцарилась тишина. Я осторожно, так, чтобы меня невозможно было заметить, выглянула и обреченно прикусила губу. Надежда, что все обойдется, растаяла, как снег по весне. Я первая удивлюсь, если Влад, увидев, как все огни превратились в сверкающие черепушки, не поймет, кто расстарался. А ведь решила ему не мстить!

Плакала моя мечта поизучать росянки и орхидеи!

Кощеев отцепил от себя девушек и взмахнул руками. Огоньки замерцали, на мгновение стали прежними и… снова превратились в черепушки.

Ой, мамочки! А можно я в этих кустах и заночую? Как ни поверни, но сейчас, когда Влад не смог справиться с моими чарами, его самолюбие точно пострадало.

На дорожках появились гости. Кощей покосился на черепа, сверкающие теперь не только под куполом, но и между кустами, и перевел взгляд на Влада.

– Смотрю, кто-то сменил антураж, – ехидно поддел внука.

Затем Кощей, сверкая короной на черепушке, сделал шаг к Владу и… остановился. Перевел взгляд на ближайшее дерево, подошел к нему, обнял и промолвил:

– Какая же ты красивая!

Влад приподнял брови, моргнул. Потянулся было в сторону деда, забыв про фонари-черепушки, как рядом с ним оказался Змей Горыныч и уверенно заявил:

– Неправильно ты, Кощей, дерево выбираешь. Вон, смотри, какая рядом пальма!

И с этим словами, наплевав на все на свете, Горыныч полез обниматься с соседним деревом.

Сказать хоть слово Влад так и не успел, потому что весь род Кощеевых вдруг заохал, бросился к разным деревьям и принялся их обнимать и восхвалять.

Влад медленно оглядел толпу родичей и обернулся к побледневшим невестам, сразу поняв, чьи приворотные зелья подействовали на весь его род.

– Ой, мамочки! Мне, кажется, пора, – первой выпалила Лаана и бросилась в сторону.

Другие невесты не стали ждать, что будет дальше и каков окажется гнев Влада Кощеева, и рванули к выходу.

Тем временем хищным орхидеям, обитавшим на деревьях, совсем не понравилось, что на их жилище претендуют мужчины, и они пошли в атаку. Оплетали мужчин усиками, выпускали какие-то пары. Судя по тому, что двое мужчин упали на землю и сладко засопели, подложив под головы руки, лианы выпустили что-то сродни сонному зелью.

Кощей отбрыкивался от светящихся неоновым голубым светом орхидей. На Змея Горыныча наступали фиалки, их лепестки грозно топорщились, и какого сюрприза от них ждать, я даже не представляла.

Вдали послышался визг невест:

– Оно меня сейчас съест! Отцепись!

Кажется, девушки добрались до росянок и во время бегства случайно их потревожили.

– Интересно, это когда-нибудь закончится? – устало спросил Влад.

– Кыш, мое дерево! – отозвался Кощей, снимая корону и надевая ее на ветку.

– Можно и гнездо вместе свить, – глупо улыбаясь, пропел следом Змей Горыныч, не отпуская свою пальму.

– Марья, вылезай! Я знаю, что ты тут.

– Это все не я устроила! – пискнула из-за кустов, даже не думая показываться.

Кощеев промолчал.

– Ну хорошо, огоньки… это моих рук дело! Но я чисто случайно, и вообще…

Договорить я не успела, потому что к тому моменту Влад понял, где я прячусь, бесшумно подобрался и вытащил меня из кустов.

– Ты сейчас меньшее из моих бед.

Вдали послышался тихий свист, и Кощеев обреченно вздохнул.

– Они и до поющих орхидей добрались. Приведи вот так девушек на невинную прогулку…

Воздух заволокло зеленоватым туманом, сквозь который виднелись голубые и белые огни. Запахло торфяным болотом, илом и чем-то сладким.

Где-то рухнули очередные родичи Кощеева, поддавшись сонным чарам цветов. Кощей и Горыныч тоже умудрились заснуть, так и не отцепившись от деревьев.

– И заметь, это сильнейшие боевые маги! – ехидно заметил Влад. – Что-то дед в последнее время совсем стал терять хватку.

– Нервничает, – ответила я, разглядывая творящееся вокруг безобразие.

– Можно подумать, если я женюсь, все изменится.

Я с трудом спрятала улыбку. Визг невест раздался совсем близко.

– Хотите лопату принесу?

– Чтобы всех тут сразу и закопать? – хмыкнул Влад, сверкая синими, как предрассветное небо, глазами. – Сомневаюсь, что так я решу проблему.

– От росянок надо же как-то отбиться.

– Еще и ты мои цветочки будешь обижать? – возмутился он.

– Еще скажите, что они милые и беззащитные!

– Марья! – прошипел Влад.

– Вы лучше решите, кого первыми будем спасать?

Раздался девичий вопль, и Влад ответил:

– Росянки.

И тут же сорвался с места.

Я за ним не отправилась. Осторожно проверила, держатся ли на мне защитные чары, и, пока никто не видит, применила магию ведьм, разгоняя зеленый туман. При помощи чар сняла с деревьев и высвободила из кустов мужчин рода Кощеевых и прикидывала, как их отсюда будем выносить, когда появился Влад. И, что порадовало, без невест.

Чуть сощурился, но не произнес ни слова. Щелчком пальцев вызвал ледяной ветер, и тот подхватил гостей.

Никита, встретившийся нам у входа, удивленно открыл рот и покосился на Влада, управляющего ветром, и на меня, бесшумно шедшую следом.

– Наведи порядок в оранжерее, – невозмутимо сказал хозяин дома. – У нас прогулка уже закончилась.

Паренек нервно сглотнул и рысью бросился к растениям, исчезая внутри оранжереи.

– Марья, позови мне Беатрис и служанок. Один не справлюсь.

Я поспешила выполнить распоряжение Влада, и как только Беатрис скрылась в коридоре, сама напросилась начищать полы в двух бальных залах. Чем дальше я буду от Кощеева, тем лучше. Может, уцелею.

Дом подозрительно затих. Это было настолько непривычно, что я время от времени вздрагивала и оглядывалась. От двух служанок, которые пришли мне помочь, узнала, что Влад в кабинете, работает и отвечает на письма. Беатрис недавно относила ему чай, а слуги помогают невестам и остальным гостям залечить синяки и царапины.

– Влад Кощеевич сказал, что, если они вдруг вылечатся раньше обеда, всех уволит, – заявила Анна.

– Еще бы! Терпение у него тоже небезгранично, – поддержала Любава, добавляя в воду очередную порцию зелья.

К обеду стали появляться мужчины, насупленно поглядывая друг на друга, а следом потянулись и невесты. Последние снова разоделись и пытались сделать вид, что ничего страшного в оранжерее не произошло. Мужчины же переживали за свою гордость. Это они-то, такие храбрые и сильные, не смогли справиться с чарами каких-то цветов, да еще и попали под действие приворотных зелий.

– Ничего, потренируетесь с моим внуком и станете прежними! – уверенно заявил Кощей, спускаясь с лестницы.

Мужчины заоглядывались, в глазах появился азарт. В любой другой ситуации я бы пожалела Влада, но зная, насколько он силен, жалко стало всю его родню, возжаждавшую у него учиться бою. Разделает их Влад, как орехи.

В этот момент в центральный зал слуги понесли огромную пушистую елку, и все гости тут же отвлеклись на нее.

Я вдохнула запах хвои и мороза, улыбаясь воспоминаниям из детства. Очень теплым и светлым, и ко мне стало возвращаться хорошее настроение. Совсем скоро Ледяная полночь, и я верила в ее силу. Она способна на многое, если поймать ее чары.

Возле елки появился Кощеев, к нему тут же подбежали невесты.

– Сделаю подарок той, чья украшенная елка будет лучше всех! – заявил Влад.

Отвлекает, значит.

– Так она же всего одна, Влад Кощеевич! – охнула Марфа.

– Зато в моем саду их столько…

Невесты начали шуметь, и в итоге, услышав от Кощеева, что он лично сметет с выбранных ими деревьев снег, бросились собираться, забыв даже про обед.

Слуги потащили за ними сундуки с лентами и новогодними игрушками, а я отправилась на кухню.

День понесся быстрее ветра. Праздничные приготовления требовали много времени и сил, у меня и минутки свободной не нашлось, чтобы выдохнуть.

Под вечер Беатрис отправила меня отнести еду на конюшню двум мужчинам, приглядывавшим за лошадьми, и сказала, что после этого я свободна.

Я подхватила корзину и нырнула в темноту.

В саду ярко горели фонарики, и когда я на полпути на дорожке увидела Оливера, то поставила свою ношу и ехидно так уточнила:

– Значит, дом богатый и знатный и услышал ты о нем случайно, да?

– И кто меня выдал? – возмутился Оливер.

– Старший Кощеев! А ты, значит, думал меня, потомственную ведьму из рода Яг, обмануть? – возмутилась я.

– Подумаешь… – нагло протянул кот. – И не врал я, лишь… недоговаривал.

– Ну погоди у меня, Оливер! – пообещала я, наклонилась и скатала снежок.

– Ай, Марья! Ты что творишь?!

Кот прыгнул под ближайшую елку и, узрев в моих ладонях очередной снежный снаряд, мгновенно оказался на верхних ветках.

– А ну слезай! – велела я.

– Нет уж, я тут посижу, оно как-то спокойнее.

Я запустила в елку снежок и сощурилась.

– Я же как лучше хотел, Марья! Ну правда! И когда семь отборов прошло, а на них съезжались невесты одна хуже другой, что мне оставалось делать? Только самому взять дело в лапы и искать невесту хозяину! И платок твой с заветным местом я с этой целью бросил в сундук!

– Убью! – прорычала я.

– А сама сливочек обещала! – заметил кот. – Вот и старайся для тебя!

Я рухнула в сугроб и уставилась на кота, а потом вспомнив, как он носил мышиные подарки невестам, захихикала.

– Эй, Марья, ты чего? Смена твоего настроения меня пугает.

– Я, пока пряталась у Кощеева под кроватью, про твои подарки невестам послушала…

– И?

– Ладно уж, живи, – хмыкнула я.

– Точно больше не злишься?

Махнула рукой, чтоб спускался. Оливер с сомнением посмотрел вниз, затем на меня.

– Слушай, Марья, а я того… сам не слезу.

– А как забрался-то?

– Это я от неожиданности, – заявил кот. – Спусти меня, тебе что, жалко?

Хмыкнула, поднялась и соткала чары левитации.

Подхватила Оливера и стала спускаться, и тут он неожиданно заявил:

– А я нам елку присмотрел.

Я так и рухнула вниз, цепляясь за еловые ветки, и оказалась в сугробе.

– Какую елку?

– А ты что, не слышала? Все невесты елки наряжали.

– Я не невеста, – фыркнула в ответ.

– И отомстить Кощееву не за что? – не удержался Оливер.

– Я уже… Влада сегодня порадовала. И не раз. Не будем снова испытывать его нервную систему.

Вытряхнула хвою из-за шиворота, посмотрела на свой разорванный плащ – придется вечером штопать, а пока же подхватила корзину с едой. Дел-то никто не отменял.

Оливер отправился на конюшню со мной. Он, по крайней мере, знал, где она находится, и мог показать дорогу. По пути я рассказала ему обо всем случившемся за день. Кот впечатлился и заявил:

– Знаешь, Владу еще никто так качественно нервы-то не трепал…

– Ничего, Яга способна разнообразить жизнь любому мужчине.

Я посмеялась вместе с Оливером, и наконец мы дошли до конюшни. Работа в ней шла полным ходом, так как прибыли еще гости. Передав слугам еду, я выскользнула наружу, где меня ждал фамильяр.

– Оливер, не знаешь укромное местечко, где можно на время спрятать зелья и ингредиенты? Их совсем немного осталось, но будет нехорошо, если кто-то заметит и найдет, даже случайно… Риск это. Я тут поколдовала, шкатулка всего с мою ладонь…

– А в волшебное место спрятать?

– Не вариант. Там чары совсем истончились. Наверное, только волшебство Ледяной полночи их целиком и восполнит. Мою силу сейчас придется беречь, мало ли…

– Есть идея, но тебе она не особо понравится, – выдал кот.

– Да говори уж.

– Вон там видишь вторую конюшню?

– Ну…

– В ней Кощеев своих лошадей содержит.

– Ты предлагаешь мне спрятать шкатулку там? – удивилась я.

– А что? Между прочим, самое надежное место! Лошади никого не подпустят!

– И как тогда прятать? – удивилась я.

– Наверху пристройка есть, раньше сено хранили, сейчас только запасной инвентарь, доски никак заменить не получается, Владу все недосуг, а кони никого близко не подпускают. А пол наверху малость прогнил, – проворчал кот. – Так что ты там… осторожнее.

До сих пор не понимаю, зачем я Оливера послушалась, но ведь все же вошла в полутьму конюшни. Заржали тихо и как-то предупреждающе лошади, засверкали черными, словно дивные самоцветы, глазами, забили копытами, вышибая искры.

Я невольно замерла, залюбовалась ими, но вспомнив, зачем сюда пришла, взобралась по лестнице на пристройку. Доски поскрипывали, местами действительно уже прогнили, и я пробиралась очень-очень медленно. Снизу за мной следили кони, и от этого было совсем неуютно.

Вспомнила, как положила в шкатулку первоцветы, хранившие особую светлую магию, решила все же их оттуда вытащить. Мне пригодятся, когда злодейка окажется поблизости. Да и зелье, лишающее силы на четверть часа, тоже стоит забрать.

Попрятала по карманам, проверила наложенные на флакон и цветы заклинания, чтобы даже случайно не повредились, и осталась довольна.

Так, что теперь? Необходимо найти место для шкатулки.

Потянулась к верхней балке, нащупала закуток и поставила туда свое сокровище. Подумав, набросила чары отвода глаз, чтоб наверняка никто не увидел и не взял. Хотя даже если позарятся без моего спроса, там такая защита, такие знатные бабушкины сглазы… В общем, вору я не позавидую.

Я развернулась, сделала пару шагов… Доски подо мной предательски хрустнули, и я полетала вниз прямо под копыта колдовских коней Кощеева.

Влад Кощеев

– Я с тобой поседею! – выдохнул дед, потягивая из кубка обезболивающее зелье.

Я скептически покосился на него, рассматривая абсолютно лысую черепушку. Корону дед снял и положил на стол. Я глянул на слегка помятую корону, которая не выдержала прогулки в оранжерее.

– А чья была затея с прогулкой?

– Влад!

– Да я тысячу лет Влад!

– Не обольщайся, тебе столько нет. Да и я столько не проживу, ты мне все нервы истрепал.

– Слышал, не я один старался. Яга-то тоже подсобила.

Дед вздохнул, хмуро посмотрел в окно, где порхал легкий снег, обещая к вечеру ясную и погожую погоду. Прогулка с Марьей должна выйти замечательной. Я с трудом спрятал улыбку, не хватало еще, чтобы дед начал снова расспрашивать о ведьме из Западного леса.

Он чуял, что я не рассказал ему всей правды, уже несколько раз заводил разговор о последней невесте, но раскрыть Марью я не мог. Одно потянет за собой другое. Не хватало мне еще Яги, прилетевшей в ступе под Ледяную полночь. Она да мой дед способны спугнуть любого злодея. Маара точно затаится, не нанесет удар, будет выжидать… А мне нужно разобраться с ней как можно раньше.

Во-первых, я ненавидел ждать удара в спину, во-вторых, Марья, просто потому что моя суженая, в опасности. Достать меня через нее проще всего. На все ведь ради этой девчонки пойду, и смерть не страшна будет…

– Как думаешь, с драконами еще возможно договориться, поторговаться насчет редких трав и ингредиентов для зелий? – неожиданно спросил дед, прерывая мои мысли.

Я встревожился. Мой дед – сильный колдун, могущественный, я только пару лет назад сравнялся с ним по силе, а в мастерстве еще явно не преуспел, но наш род всегда действует чистой силой, формирует заклинания, а не варит зелья. Нет в нас этого таланта!

– Да не смотри ты на меня так! Яге хочу отправить в качестве извинений за свой последний визит.

Я удивился еще больше, даже не стал этого скрывать.

– Дед, я все же чего-то не знаю о твоей вражде с главной ведьмой рода Яг, похоже. Вы же ссоритесь постоянно, друг другу вон зелья шлете да яды, и вдруг… извинения? От тебя?

– Если, помимо Маары, на нас еще и Яга ополчится…

– Де-ед… А без уверток?

– А если мы не справимся вместе? – сверкнул глазами Кощей. – К кому тогда за помощью обращаться? Финист, сам знаешь, не поможет, запрет на нем стоит, а вот Яга, хоть и характер у нее такой, что зубы можно сломать, ведьма сильная, из древнего рода и…

– Я знаю это, – прервал деда. – Но с Маарой разберусь сам.

– Влад!

– Сам, я сказал!

Дед закатил глаза, потом осторожно поставил пустой кубок на стол, взял в руки корону. Повертел ее задумчиво и сказал:

– И все же наведаюсь я к драконам.

Глаза его опасно сверкнули, и я с трудом сдержал вздох. Зная своего деда, которому нравится торговаться и позарез понадобился подарок для Яги, драконов заранее было жалко.