Глава 8
Марья из рода Яг
Я, уставшая, поднялась в свою комнату. Открыла дверь, зевая, добралась до постели и обнаружила на ней клубок русалочьих ниток, швейный набор и саламандру, которая время от времени трогала лапкой клубок, и тот начинал светиться. Огонек завороженно смотрел на это зрелище.
– Не поняла… Оливер, это что? – возмутилась я, зная, что в комнату никто другой пробраться не мог – защитные чары усилились.
– А не видно? – откуда-то сверху поинтересовался мой фамильяр.
Я подняла голову и обнаружила, что он сидит на высокой потолочной балке и смотрит на меня невинными глазищами.
– Кот, ты что там делаешь?
– Если узнаешь, что задумал… И если вспомнить, что ты Яга… Знаешь, Марья, я лучше тут пока побуду.
Я покосилась на кота, перевела взгляд на клубок и швейные принадлежности.
– Оливер, ты стал промышлять воровством? – не удержалась я от ехидства.
– И это вместо спасибо! Я, между прочим, о тебе заботился! Иначе как ты Кощееву будешь делать вышивку?
– Чего? – возмутилась я. – Ты там белены объелся? Это невестам задание, а не мне!
– Ну, конечно! Давай, отдай хорошего мужика другой, а сама всю жизнь мучься!
– Кот! – разозлилась я.
– Вот чем ты хуже тех колдуний, Марья? Да ничем! Даже в разы лучше. И сильная, и добрая…
– Сейчас я тебе покажу добрую, – сощурилась я.
– Марья, ну что ты так все близко к сердцу принимаешь! – выгнул спину кот и на всякий случай перепрыгнул на балку, расположенную еще выше.
– Я на тебе все зелья экспериментальные опробую! – клятвенно пообещала я. – И кстати, не хочешь ли ты мне рассказать про то, как бывал в знатном да богатом доме Кощеева да кем ему приходишься?
– Нет! – фыркнул кот и, не дав даже слова вставить, перемахнул к маленькому круглому окошку под самым потолком и выскользнул на крышу.
О том, чтобы отправиться его ловить и устраивать разборки, когда за окнами опять начала разыгрываться непогода, не могло идти и речи.
– Ну погоди у меня, Оливер! Будут тебе и сливочки, и котлеты! – пригрозила я. – На диету посажу. Пожизненно!
Мне, разумеется, никто не ответил. Я села на кровать и посмотрела на Огонька, не сводившего глаз с клубка ниток.
– Что вот теперь прикажешь делать? – спросила я.
Саламандра сверкнула глазами, чуть придвинулась и хвостом подкатила мне волшебный русалочий клубок.
– Сговорились! – возмутилась я. – Уже и саламандра меня сватает за Кощеева.
Ящерка забавно села и уставилась на несчастную Ягу, явно ожидая, когда я приступлю к работе. Что-то подсказывало, что в деле под названием «стащи клубок и притащи его к Марье» он сыграл не последнюю роль. Ну, Оливер, попадись ты мне, сват хвостатый!
Но было что-то в словах моего фамильяра, задевшее меня. Нет, не годится это Марье из рода Яг выпрашивать внимание чьего-то мужчины. Да что там… захочу – и любой мужчина будет моим, уж ведьма-то я сильная. Любой… Но не Влад Кощеев. Да и нужно-то мне настоящее, искреннее и светлое чувство. Никакая магия подобного не создаст.
Что я теряю, если не попробую?
Возможность быть счастливой.
Некстати вспомнились все эти разодетые невесты, в атласе, мехах да драгоценностях, и я сощурилась, уже понимая, что не отступлюсь.
Клубок лег в мои руки, и я погладила его. Чуткая магия согрела пальцы, поманила… Что же создать? И что понравится Кощееву?
Немного подумав, решила вышить чистое озеро, на котором плавали два лебедя, и вокруг летний лес. По берегам просились лазоревые цветы и кусты шиповника.
На том и остановилась. Вдела нить в иголку, вставила ткань в пяльцы и принялась за работу. Действовала аккуратно, медленно и уверенно. Волшебный клубок сиял в руках, впитывал частицу моей силы, иначе и быть не могло, а я творила. Творила и думала о Кощееве. Вспоминала его взгляды, слова и жесты, краснела и снова бралась за нить, послушную моей воле.
Вот уже вспыхнули на ткани и озеро с лебедями, и деревья с цветами, а чего-то все равно не хватало. Кажется, серебряных рыбок. Поддалась интуиции, доверилась…
Когда закончила работу, меня нещадно клонило в сон, но, как ни странно, я смогла выспаться и в этот раз даже встала раньше, чем могла бы. Сдается, Огонек, судя по его довольному взгляду, применил какие-то чары и добавил мне сил. Оливер же, пока я собиралась, так и не появился. И правильно, попади внучке Яги под горячую руку, можно полвека на болоте лягушкой проквакать.
В доме было тихо, и это казалось подозрительным. Зато на кухне, неизменном месте сбора прислуги, царило оживление.
– И главное, Аленушка и так и этак пыталась меня уговорить, – посмеивалась Анна, – сундуки с несметными сокровищами сулила, да только на меня, как и на всех слуг, действуют чары Влада Кощеевича. Не смогла я ей помочь и сделать вышивку.
Служанки рассмеялись. Я налила себе чай, придвинула блюдо со свежеиспеченными блинами и прислушалась к разговору.
– Это ладно! Настасья пыталась саму Беатрис уговорить, – прыснула Любава.
– И она еще жива? – весело поинтересовалась Алевтина, при помощи магии ловко снимая с нескольких сковород разом порцию блинов.
– Ее защита Влада Кощеевича так ударила, что у нее на руках перепонки, как у лягушки, выросли. Два часа промаялась, пытаясь заклинание снять, да только без толку! Уж наш-то хозяин толк в магии знает! Так и пошла к нему с повинной.
– А он что?
– Говорит, за хитрость надо платить, поэтому колдовство снимать не стал. Потом Змей Горыныч сжалился и помог ей.
Служанки снова рассмеялись, и я невольно улыбнулась. Настасью, похоже, можно из невест вычеркивать. Помочь-то Горыныч мог, да только вряд ли своих чар не наложил. Боюсь и представить, во что это выльется.
В этот момент на кухню вошла Беатрис, и разговоры разом стихли, а слуги принялись завтракать. Но тема была настолько животрепещущей, что шепотки слышались то тут, то там.
Я надеялась после завтрака, прежде чем Влад возьмется оценивать работы, успеть бросить в сундук свою вышивку.
Пока Беатрис чинно пила чай, беседуя с Алевтиной, я закончила есть и отправилась на чердак. То, что кто-то применил зелье, открывающее любые замки, поняла сразу же. Тот, кто ворвался ко мне на чердак, даже не думал скрываться, действовал неаккуратно и пролил часть на пол.
Шкатулка с зельями была теперь всегда со мной, я не особо беспокоилась, что кто-то раскроет мою личность, но вот вышивка исчезла. Бесследно. И доказать, что ее сделала именно я, увы, не получится, даже когда узнаю, кто совершил подлость. Разве что… отомстить. Но что это изменит? Можно еще пойти к Владу и честно сознаться во всем случившемся, но этот вариант я отмела сразу. Одно потянет за собой другое, а ему вовсе не нужно знать, что приютил в своем доме Ягу.
На завтрак подала Владу оладьи со сметаной, изредка поглядывала на невест. Аана, Таана и Лаана были при полном параде. В зеленых платьях, расшитых золотом, с искусно уложенными прическами. Будто и не было у них бессонной ночи за вышиванием!
Аленушка усталости не прятала, но все равно выглядела ничем не хуже и стреляла глазками в сторону Влада. Настасья откровенно зевала и то и дело поправляла ворот платья, будто что-то на ее шее мешалось. Я переключила зрение на ведьмино и только головой покачала. Права я была насчет Змея Горыныча и его помощи. Если не откажется Настасья от Влада, то чешуей начнет обрастать, которую никто снять не сможет. Первая проявится в ближайшее полнолуние.
Марфа сидела спокойно и уверенно, словно и не сомневалась в том, что она с заданием справилась. Правда, мне все равно чудилось в ней при ее дивной красоте что-то недоброе. Василиса украдкой зевала и думала о чем-то своем. Галина казалась чересчур довольной.
Наконец с завтраком было покончено, и Влад поднялся. Тут же оживился Кощей, а вместе с ним и Змей Горыныч. Невесты повскакивали, Владу заулыбались. Он улыбнулся в ответ, и на сердце разлилась горечь и… ревность. Я отчаянно боролась с эмоциями, понимая, что иначе нельзя.
В главном зале собрались все, включая слуг, которым Влад разрешил посмотреть на сотворенное волшебство. Слуги столпились у выхода, невесты вышли вперед, выстроились перед Владом. Члены рода Кощеевых, переговариваясь и предвкушая, расположились за спиной хозяина дома.
Влад подошел к сундуку, наклонился и вытащил первую вышивку. Встряхнул ее слегка, подбросил – и перед ним вспыхнуло маковое поле, над которым порхали мотыльки и пестрые бабочки. Заповедное место было подернуто тонкой магической преградой. Влад коснулся ее рукой и… исчез там, в сотворенном ворожбой месте. Какое-то время мы наблюдали, как он идет по маковому полю, а после Кощеев скрылся из вида.
Вернулся вполне довольный, свернул магию и отложил вышитый платок в сторону. Второе и третье заповедные места мало чем отличалось от первого, разве что цветами. Вместо маков были ромашки и васильки.
Даже и гадать не приходилось, кто сотворил подобное. Дочки Змея Горыныча не признавали индивидуальности, стремились быть похожими друг на друга.
Следующее заповедное место привело Влада на берег замерзшей реки. И все бы ничего, сдается, оценил бы он красоту заснеженного леса, росшего рядом, понравился бы ему пейзаж, да только Влад ступил на лед, и тот провалился под его тяжестью. Нехорошие и губительные мысли, видимо, вплетала та, что создавала волшебное место. Я глянула на невест и заметила, как побледнела Аленушка. Ее рук работа, значит. Каким-то образом понял это и Влад.
Веселую опушку леса с пушистой лисицей вышивала Марфа. Все такое яркое, пестрое, режущее глаз… Но тем не менее ее работа была хороша, если бы на Кощеева там не напала стая бабочек и не обсыпала бы приворотной пыльцой. Он ни слова не сказал, но, когда вернулся, от него ощутимо веяло холодом.
Следующее заповедное место оказалось возле реки. Бурной и шумной, со множеством водопадов и порогов. Над водой ярко сияли луна и звезды, и место казалось очаровательным и красивым. Правда, не знаю почему, но веяло от него чем-то странным. Словно не было в том пейзаже никого живого. В прошлых местах хотя бы летали бабочки да шелестел ветер в ветвях, тут же… ничего.
Василиса? А может, Галина?
Я не знала точно, сомневался и Влад. Особенно интересно получилось, когда и следующее заповедное место оказалось похожим. Разве что не водопад там был, а берег бушующего моря, в котором что-то рычало. Да уж, найди в такой момент успокоение!
Родственники Кощеева бурно обсуждали творения потенциальных невест, Влад же не сказал ни слова. Кощей смотрел на внука, словно чего-то опасался, иногда щурился, но лишь изредка переговаривался с кем-то из родичей или со Змеем Горынычем.
Осталось последнее заповедное место. И я уже догадывалась, что оно будет именно моим. Бросил Влад вышивку, закружилась она и обернулась тихим озером с белоснежными птицами, окруженном диким шиповником и благоухающими цветами. Кажется, Влад злился, пока бродил по берегу, взгляд его стал совсем ледяным. Что я сделала не так?
– Чья работа? – поинтересовался он, едва покинул заповедное место.
– Моя! – громко и уверенно сказала Галина, и я от досады заскрежетала зубами.
Так и хотелось кинуть чахоточный сглаз или заклятие длительной икоты, чтобы жизни порадовалась, а затем наложить знатное ягушенское проклятие, и пусть одной лягушкой на болоте станет больше!
Я сдержалась, опустила глаза, но взгляд Влада, какой-то раздраженный и немного удивленный, все равно на себе почувствовала.
– Точно твое? – ехидно поинтересовался наследник рода Кощеевых.
– Да. Стала бы я врать! – возмутилась Галина.
Влад взмахнул рукой, разрушая тонкую охранную магию, и приглашающе махнул Галине, предлагая последовать туда с ним.
Девушка не посмела отказаться.
– Внук…
– Дед, не вмешивайся.
А дальше… дальше произошло то, что бывает, когда присваиваешь себе работу ведьмы из рода Яг.
Сначала под действием моей силы ожил шиповник и разодрал на Галине новый сарафан. Сколько она ни пыталась утихомирить ветки, ничего не получалось. Едва они с Владом, которого колючки не тронули, прошли кустарники, в наступление пошли репей и крапива, выросшие под действием моих чар среди цветов. Но самое интересное ожидало Галину у озера, когда, забыв обо всем на свете, к ней наперерез рванули белоснежные птицы. Вообще-то, я задумывала лебедей, но магия Яги накладывает свои особенности, и в итоге под действием моей силы лебеди превратились в сказочных птиц – гусей-лебедей. Они погнались вдоль берега озера за Галиной, забывшей обо всем на свете, шипели и щипали ее, пока она не бросилась в воду.
Охали родичи Кощеева, нахмурился дед Влада, потирая черепушку, побледнели невесты, пока Влад молча смотрел, как на девушку, стоит той показаться из воды, нападают гуси-лебеди. Он не пытался помочь, пока Галина не начала просить о пощаде и не созналась, что взяла чужую работу. Чью, Кощеев выяснять не стал, видимо, и так уже догадался.
Заморозил озеро, порывом ветра отогнал волшебных птиц и пошел по льду. К тому моменту Галина выбралась из воды. Отплевываясь и вытаскивая из волос перья, тихо выругалась.
– Чтобы через час и духу твоего в моем доме не было! Я не терплю обмана. Ясно?
Девушка глянула на Влада Кощеева, задрожала и кивнула.
Гости расступились, когда она вывалилась из зачарованного места, некоторые, даже не скрывая этого, позлорадствовали.
Едва Галина покинула зал, как Кощеев обернулся к Беатрис.
– Убери, пожалуйста, все работы в сундук, – попросил он.
Невесты жадно смотрели на Влада, ожидая его решения.
– Все работы были хороши, – начал он.
– Влад Кощеевич, там на дне… осталась еще одна вышивка.
Он резко обернулся, гости замерли.
Что за новая напасть!
– У нас появилась еще одна претендентка? – задумчиво протянул Змей Горыныч.
– По условиям отбора любая сильная колдунья, даже и незнатного рода, может участвовать в отборе, – напомнил Влад.
– Но… – попытался возмутиться Змей Горыныч.
– Дед сам настоял, чтобы в этот раз первое задание высвечивалось на доске объявлений городской ратуши, – пожал плечами Влад, предвкушающе улыбаясь, потому что все видели, как Кощей и Змей Горыныч посмотрели друг на друга.
Наверняка дуэль затеют! Этого только и не хватало!
Влад больше не стал раздумывать, подхватил последнюю вышивку – и полетела она вверх, рассыпая искры, вспыхнули такие знакомые чары… Мои чары! Ягушенские!
О том, кто именно нашел и бросил мой платок с заповедным местом в сундук Кощеева, и думать не приходилось. У нас главные сваты у ведьмы из рода Яг – саламандра Кощеева да его же, судя по разговорам, кот Оливер. И как прознали? И как до такого додумались? Судя по всему, оба моих питомца еще и немало магии влили в мое творение, чтобы Влад смог попасть в волшебное место.
Ну доберусь я до них обоих, мало не покажется! Никто еще так Ягу в сорок седьмом поколении не проводил!
От возмущения я не знала, куда деться, пытаясь не сорваться с места и не отправиться разыскивать этих интриганов. Подстраховались же наверняка и спрятались от одной ведьмы так, что точно не отыщу. Куда там ведьме до их чар и коварства!
Пока я полыхала праведным гневом, перед Кощеевым раскинулся дремучий лес. Но остановить его это не могло. Он уже понял, что наложены защитные чары. И я знала, что будет дальше. Если примет его моя магия, то откроется ему путь в заповедное место, а нет… придется спасать Влада.
Среди собравшихся раздались смешки. Ну да, удивить Влада дремучим лесом – это уметь надо. Но стоило ему шагнуть за завесу и прикоснуться к ветке ближайшего дерева, как лес заскрипел на все лады, зашумел, а потом расступился.
Теперь тишина стояла гробовая. Никто не знал, куда идет Влад, но я подключила ведьмино зрение и наблюдала за ним со смесью страха и тревоги напополам с какой-то шальной затаившейся радостью.
Вскоре Влад вышел на заповедную полянку, окруженную стройными елочками и соснами. Оглянулся, усмехнулся и покачал головой, рассматривая цветы. Он не сильно разбирался в зельях, но явно понимал, что лазоревые соцветия, набирающие силу, редкие. Под елочками красовались шляпки мухоморов, а в тени единственного не хвойного дерева росли поганки.
Тропинка поманила его дальше, и перед наследником Кощея оказался берег озера. В нем, словно в зеркале, отражались деревья и небо. Пушистые лапы елок лежали у самой воды, придавая этому месту невероятное очарование. У дальнего берега виднелись качели, на которых я так любила сидеть и смотреть на воду, а порой и плести венки из желтых кувшинок.
Влад добрался до них, сел и… оставил на качелях маленький сверток. Подарок? Тот самый, что обещал победительницам? И кого же еще он удостоил такой чести? Впрочем, узнать будет легко. Вышивка через час вернется к владелице, и невесты не смогут не похвастаться перед соперницами победой.
– Ну что, внук? – всполошился Кощей.
– Трех победительниц выбрал, подарки в заповедном месте оставил.
– А что насчет последней? – елейным голоском пропел Змей Горыныч. – Ведь правила гласят, что девушка во время испытаний должна проживать в вашем доме.
Влад наклонил голову, задумался и кивнул.
Тут же пояснил, что правило не будет нарушено, сам наведается в город и привезет девушку, которая решилась участвовать в отборе. Невесты загалдели, друг к другу они уже привыкли, и еще одну соперницу им получить не хотелось, а я прикусила губу, пытаясь придумать, как выбраться из подобной передряги. Вот же… влипла!
И зачем я только Оливера послушала? Нашла кого! Или совсем с ума схожу от любви, раз в это ввязалась? Не могла ничего глупее придумать-то!
– Совсем наглость! – выпалила Настасья.
– Нечестно! – поддержала ее Василиса.
Невесты загалдели.
– Исключите ее из отбора, Влад Кощеевич! – попросила Аана.
Влад усмехнулся и посмотрел на деда, который покрылся пятнами.
– Увы, мой дед так сильно желает, чтобы я женился, что всеми силами старался устроить этот отбор.
Хм… И почему мне кажется, что сейчас всем будет весело?
– Да, старался! И да, хочу внуков! – громыхнул Кощей, и часть слуг быстренько скрылась за дверью, понимая, что грядет буря. – И да, если невеста проходит первое испытание, то магия рода Кощеевых обязует ее идти до конца!
Ой, бабуся Ягуся! Это что же получается: магический контракт? Я готова была хлопнуться в обморок, но вместо этого только таращилась огромными глазами на Кощея, на черепушке которого скособочилась корона.
– Ах ты… гад окаянный! – взревел Змей Горыныч.
И я в кои-то веки была с ним согласна.
– Сам такой! – рыкнул Кощей.
– Отец, не стоит, мы все равно лучшие! – хором заявили Аана, Таана и Лаана.
Это они, конечно, зря.
– Кто лучшие? – поинтересовалась Василиса. – Вы-то? Да вы даже фантазией обделены!
Девушки разом зашипели, зрачки у них стали змеиными. Тысячу раз был прав Влад, когда наложил чары, не позволяющие пользоваться магией в его доме.
– Ах ты, колдунья бешеная! – возопила Аана и кинулась на Василису.
– А ты кикимора болотная!
Ну началось! Даже интересно, у Влада хоть один отбор прошел нормально? Судя по слухам, нет.
Девушки сцепились друг с другом, мужчины рода Кощеевых попытались их разнять, Влад закатил глаза, фыркнул и нашел меня взглядом. Я попятилась, протиснулась к двери, обнаружив, что все слуги давно сбежали, и, пискнув, выскочила в коридор.
Далеко уйти не удалось, Влад перехватил, перекинул к себе на плечо и потащил в свой кабинет. На наше счастье, нам не попался никто из слуг.
Вскоре дверь за нами захлопнулась, а я оказалась в стоячем положении. Влад скрестил руки на груди и уставился на меня грозным таким взглядом. Синие глаза так и сверкали, обещая несчастной Яге все кары мира.
– Я внимательно тебя слушаю, Марья.
Я шаркнула ножкой, подняла на него глаза, распрямила плечи… В общем, бойтесь, кто может. Я в таком настроении сама себя опасаюсь.
– В отборе может участвовать любая, что наделена большой силой! И вы не смеете отказать… И исключить меня, раз это магический договор, без причины тоже! И вообще…
– Марья, – оборвал меня Кощеев и вдруг оказался совсем близко.
Его пальцы коснулись моего подбородка, заставили посмотреть в его синие-синие глаза и почти потерять себя.
– Среди невест прячется мой враг. И когда я говорю «враг», то подразумеваю коварное и опасное существо, которое, несмотря на все мои ухищрения, ни разу себя не выдало. У каждой из девушек, прибывших на отбор, помимо моей защиты, стоит защита ее родных. Думаешь, Змей Горыныч на дочерей не наложил своих чар? Или на Настасью отец пожалел сил? Ты же… почти беззащитна. И если совершится удар, то именно по тебе, Марья. И что самое поганое, ты этого не понимаешь!
– Я смогу себя защитить, здесь вам беспокоиться не о чем! – вспылила я.
– Ты хоть слышала, что я сказал, Марья? Глупая какая…
– Это я глупая? – вспылила тут же, и из-под пальцев посыпались искры.
Тут же запахло паленым, я охнула, не зная, чем затушить тлеющий ковер. Как назло, в кабинете Влада не было даже кувшина с водой. Кощеев взмахнул рукой, пол покрылся льдом. Я, конечно, тут же поскользнулась, и наследник рода Кощеевых притянул меня к себе и крепко прижал к груди.
Сердце у него под моей щекой колотилось бешено, готовое вот-вот выпрыгнуть.
Я так и замерла от этой нечаянной близости, боясь ее и предвкушая. Между нами разве что искры не летели, мои – огненные, а его – серебристо-снежные. И почему-то в этих случайных объятиях стало легко-легко и тепло так, словно посреди зимы пришла весна, разбросалась капелями и вскружила голову ароматами первых цветов.
Кощеев наклонился, явно собираясь меня поцеловать. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль, что этого ни в коем случае нельзя допустить, и… пропала. Его дыхание уже обожгло мои губы, а руки по-прежнему бережно и уверенно обнимали, как неожиданно дом задрожал.
Кощеев тут же подобрался, и самое прекрасное мгновение в моей жизни бесследно растаяло.
– Нападение? – всполошилась я, решительно призывая ведьмин огонь.
Влад покосился на пламя в моей руке, кажется, немного удивился и весело хмыкнул:
– Не стоило мне оставлять своих гостей одних.
Влад направился к двери, я погасила огонь. У выхода он чуть помедлил, обернулся и щелкнул пальцами. Передо мной закружился мой платок с заветным местом.
– Подарок-то мой забери сходи, а то чары пока совсем хрупкие, магии все же нужно еще накопиться.
Вот откуда он это знает?
– Даже интересно, что у тебя такого случилось, что ты такой запас потратила, Марья. Не скажешь мне?
Потрясла головой. Да ни за что на свете не сознаюсь, что почти две недели в заповедном месте от бабули пряталась, пока она на своей ступе по лесу рыскала да помелом тучи разгоняла, разыскивая единственную внучку.
Влад как-то странно на меня посмотрел, будто хотел что-то сказать, но так и не решился.
– Значит, настолько нравлюсь, что решилась в отборе поучаствовать? – неожиданно спросил Влад.
И тут я поняла, в какую ловушку попалась. Скажи недавно Влад, что рад моему участию, точно бы пошла на попятную, никакой бы магический договор меня не остановил. Ну… чисто из ведьминской вредности. А когда он попытался отговорить… наоборот и вышло. Да и это ли главные причины?
Сердце же мое откликнулось! Оно-то все и решило.
Но характер у меня еще тот, поэтому промолчать на замечание Влада Кощеева никак не получилось:
– А может, я просто хочу богатств и…
– Да-да, именно поэтому тогда и отказалась от драгоценного камня в столовой. Так я и поверил, – хмыкнул Кощеев и спросил: – Так нравлюсь или нет?
– Ни капельки, – заявила я и задрала нос.
Влад рассмеялся, чуть качнул головой:
– Гордая какая…
Некоторое время он меня снова рассматривал, абсолютно не обращая внимания на то, что его дом сотрясается от ударов, а потом поднялся. Спокойно закатал рукава на рубашке, и я попятилась. Просто таким я Влада Кощеева почти не знала, и чего от него сейчас ожидать, не могла и предположить.
– Встань ровнее.
– Зачем?
– Затем. Ты хоть слушала, что я тебе до этого говорил? Защитные чары наложу.
Хм…
Спорить я не пыталась. Да и зачем? От мысли, что Влад решил меня защитить, внутри полыхнул уголек, да так и покатился по моему сердцу, обжигая и оставляя после себя тепло.
Влад сделал взмах рукой – и сверкнули молнии, закружились по комнате и тут же, повинуясь воле Влада, окружили меня. Еще одно движение наследника рода Кощеевых – и серебристые молнии искусно вплелись в ту защиту, что до этого создавала для меня бабушка.
Мастерство Кощеева было поразительным. Я очень хорошо представляла, сколько сил и знаний нужно, чтобы создать подобную защиту. Одну из лучших, что придумали маги. Влад справился с ней почти играючи, словно только тем все дни напролет и занимался, что создавал подобные чары.
Даже жаль, что единственный минус такого защитного плетения – его можно сделать для кого-то, но никогда для себя, а Владу бы подобные чары точно не помешали, учитывая, что на него точит зуб сама Маара.
– Спасибо.
– Теперь поговорим о твоем участии в отборе.
От этой его фразы отчаянно захотелось сбежать и спрятаться, но обратного пути у меня теперь не было.
Влад тем временем щелкнул пальцами, и в его ладонях появился небольшой бутылек со знакомым мне оборотным зельем. Правда, мерцало оно в разы слабее, а это значит, его чары будут держаться совсем недолго. Час, от силы два, а после развеются.
– Оборотное зелье. Не самое сильное, но вполне действенное, – подтвердил Влад мои мысли, хотя о них не мог даже подозревать. – Делаешь глоток, представляешь новую внешность, и на этом все. Перед всеми будет одна из претенденток на роль моей жены.
Сказал и слегка поморщился от последних слов. Не по нраву ему и сам отбор, и что я в него ввязалась. И свалить бы всю вину на Оливера и Огонька, да только кто вышивал всю ночь заповедное место? Все верно, одна ведьма из рода Яг. И еще тогда я решение приняла, не особо думая о последствиях. И все мои утренние сомнения и метания, как и гнев на питомца Влада и моего фамильяра были чисто ведьминскими эмоциями. Так переживала, что не смогла удержаться от всплеска. А уж магический он или душевный… Тут как повезет.
Вздохнула и посмотрела на Влада, в руках которого все еще находился заветный флакон.
– И как я совмещу это с работой? Там же тоже договор, и отменить его без серьезных причин, которые в нем указаны, не получится.
– Я поговорю с Беатрис, будет отпускать, когда нужно. С моими… с другими претендентками советую не общаться, целее будешь.
Ну и гад! Это я-то, значит, слабая?
– Не щурься так, словно мой дом хочешь разнести, Марья. Сама понимаешь, так будет лучше. Твое присутствие на всех завтраках, обедах и ужинах необязательно, но хотя бы на некоторых из них ты должна появляться, иначе вызовешь подозрение. На всех общих встречах тоже должна быть. И на испытаниях, конечно. В остальном – смотри по обстоятельствам.
Влад как-то весело на меня глянул, но его мысли мне прочитать не удалось. Дом тем временем в который раз затрясся, но Влад по-прежнему и бровью не повел.
– Если представлюсь ведьмой из Западного леса, приехавшей погостить к родной тете и узнавшей об отборе, сгодится? – поинтересовалась я.
– Вполне.
Я кивнула, забрала зелье и спрятала в карман.
– Через пару часов жду тебя у ворот. В дом войдем вместе, я представлю тебя другим девушкам и гостям, будь готова.
Дом снова вздрогнул, и Влад тут же, не прощаясь, скрылся за дверью. Я же подумала, что, пока все заняты, стоит забрать в заповедном месте подарок наследника рода Кощеевых.
Я торопилась, потому что магия моего артефакта истончалась. Чтобы полностью восстановиться, ей теперь потребуется несколько месяцев, и поэтому наслаждаться столь желанной и любимой прогулкой не было возможности.
Сверток лежал на качелях. Я осторожно провела над ним рукой, проверяя на предмет чужих чар. Привычка, выработанная с детства, давала о себе знать. Наконец развернула подарок.
Красивая шаль, тонкая и легкая, как паутинка, сверкнула серебристыми нитями и распустилась вдруг огненно-красными и золотыми цветами. Я накинула ее на себя, и ткань моментально меня согрела. Никогда в жизни я не встречала подобного волшебства и мастерства исполнения. Где же Влад добыл такую красоту? Наверное, пару сундуков с драгоценными камнями за нее отдал, не меньше.
Мне невольно вспомнилось, как пытались поразить меня мужчины, набивавшиеся в женихи. Те немногие смельчаки, которых не пугало то, что я ведьма из рода Яг, а моя бабуля своим мастерством ворожбы заткнет за пояс любого колдуна. Про свой далеко не сахарный характер, о который можно и зубы сломать, я вообще молчу.
Так вот, они дарили мне цветы и драгоценные камни, хвастались силой и удалью, но ни один не смог переплюнуть Влада Кощеева с его дарами – сундуком с редкими ингредиентами для зелий и вот этой дивной шалью, согревающей в любую стужу. От нее веяло заботой и пахло домом, по которому я все еще скучала.
Магические нити задрожали, намекая, что скоро мне придется несладко, если не покину волшебное место, и я сорвалась на бег. Задыхаясь, выскочила в комнату, и волшебная вязь пошла рябью и тут же исчезла. На пол упал когда-то зачарованный мной платок. Я подняла его и бережно погладила. Магия откликнулась на мое прикосновение, посыпались искры. Пожалуй, когда он подзарядится, можно снова заглянуть в заповедное место и собрать мухоморы для зелий и часть цветов, растущих на полянке.
В доме стоял страшный шум, видимо, Влад все еще бушевал в главном зале. И судя по тому, что мне не встретился никто из слуг, его гости разошлись не на шутку. Я сбегала на чердак и спрятала подарок Влада. Надевать его все равно не получится, только выдать себя и обрести в лице остальных претенденток врагов. Чудо, что я успела вывернуться в этот раз и не раскрыть свою личность.
И стоит признать, Влад был прав, нужно вести себя еще осмотрительнее и осторожнее. Если вспомнить разговор Кощеева с дедом, то в доме среди невест или служанок прячется сестра повелителя подземного царства, и с ней будет справиться непросто. Помнила я ту волну силы, шедшую по лесу, как и помнила, каких усилий мне стоило ее уничтожить. В другой раз может так и не повезти, не хватит сил.
И как я умудрилась во все это ввязаться? Хотя чему удивляться? Ведьма из рода Яг – и никуда не влезет? Да скорее небо с землей местами поменяются.
Когда я спускалась, несмотря на сумасшедшую тревогу, на лицо все равно просилась улыбка, а в беспокойном сердце окончательно и бесповоротно поселилась любовь.
Влад Кощеев
– Влад, ну что ты ерничаешь, я же как лучше хотел! – возмутился дед, изо всех сил стараясь сохранить самый что ни на есть строгий вид.
Выходило, признаться, не очень. Под глазом у Кощея наливался приличный по размеру синяк, а зубчик на любимой короне оказался слегка погнут. Даже интересно, кто из невест обладает такой силой, что гнет золото?
– Конечно, хотел. Даже в этом не сомневаюсь, – отозвался я. – Но почему-то моего мнения ты учитывать не желаешь. Я ведь всегда был против этих отборов.
– А про проклятие забыл? Или, может, еще его силу не распробовал? Мне только не хватало, чтобы твое сердце стало ледяным! – рявкнул дед.
Приложенный к щеке холодный компресс упал, Кощей встал и навис надо мной. Я только головой покачал:
– С проклятием разберемся, не переживай ты так. Не самая эта страшная напасть.
– Ты про Маару?
– Я про любовь, – ответил ему, пропуская в кабинет, где мы находились, одну из новеньких служанок.
Она принесла целебную мазь, чтобы дед залечил синяк. Поднос в ее руках слегка подрагивал, девушка огромными глазами смотрела на меня, не в силах скрыть своего страха.
Я забрал у нее требуемое и отпустил.
– Влад, мне кажется или ты от меня что-то скрываешь?
– Есть такое. Но прости, дед, делиться этим пока ни с кем не хочу. Есть случаи, когда разбираться должен сам.
– Упрямый, как…
– Весь в тебя, – отозвался я.
Кощей недовольно фыркнул, но отступать было некуда. Сам понимал, насколько я прав.
– Будет нужна помощь, скажи. Ты же знаешь, я всегда готов…
Тут он, видимо, вспомнил, что вышло из очередной его затеи с отбором и чарами, создающими магическую сделку, и оборвал себя на полуслове.
– Хорошо хоть, победительниц выбрал, подарки сделал.
– Готов поспорить, следующая драка будет именно по этому поводу, – вздохнул я.
Надо было видеть, как у деда вытянулось лицо, когда он осознал смысл сказанного. Ну а я что? Я, конечно, не жадный, что бы ни говорили о роде Кощеевых. То, что мы золото да драгоценные камни любим, оно и понятно. Все же в предках затесались снежные драконы. Но кто не любит сокровищ? И все же затею с подарками я не особо одобрил.
– Там Горыныч хочет посмотреть на твою магическую силу в действии… – перевел тему Кощей.
– Дед! Ты опять за старое? Каждый раз, когда у нас гостит Змей, тебе не терпится показать, насколько мы могучие.
– А ты как хотел? Не покажешь себя, уважать и бояться перестанут, а что из этого выйдет, одни наши боги и ведают. Да и все равно же часто тренируешься, почему бы не совместить приятное с полезным?
Я с трудом сдержался, чтобы не закатить глаза. Все же дед невменяем. Если что-то втемяшилось ему в голову, не отстанет и будет стоять на своем до последнего. Проще согласиться. Тем более мне не часто попадается по-настоящему сильный и интересный соперник. Не с Марьей же, моей суженой, тренироваться? Я поймал себя на последней мысли, представил, что из этого может выйти, и шально улыбнулся. Дед поймал мой взгляд, закатил глаза и фыркнул. Даже интересно, каким он был, когда однажды точно так же, как теперь и его внук, влюбился в одну из ведьм рода Яг? Что-то подсказывает мне, именно тогда-то род Кощеевых начал строить особо укрепленные подвалы, прячась в них от вспышек его магического дара.