Глава 19

Что со мной произошло? И почему я себя чувствую как тяжело больная? Тело ломит, голова раскалывается… Во рту пересохло, словно не пила неделю. А перед глазами расплываются разноцветные круги, стоит только открыть их.

Что же случилось? Что-то очень важное, настолько важное, что если не вспомню, точно сойду с ума. Так, Линда, давай по порядку. Кряхтя как столетняя старушка, я поправила подушку и приняла полу сидячее положение. Напрягла память, восстанавливая события в хронологическом порядке, чтобы уловить то, что было самым важным.

Мне приснился страшный сон, который, быть может, вовсе не сон. А потом… потом я задумала побег. Гавл отнес меня к скалам, показал расщелину. И дальше начался ад, о котором и вспоминать-то страшно. Но!.. Как так получилось, что я снова оказалась в своем домике, в Сонном лесу? Неужели, мне снова приснился настолько реальный сон, что я до сих пор ощущаю боль от… Стоп! Ну вот же они, царапины! Я рассматривала израненные руки и порванные рукава одежды. Получается, что все произошло на самом деле. Теперь я в этом не сомневалась и снова восстановила цепь событий в голове.

Скала, лаз, бесконечный спуск. А потом я упала и то, что случилось дальше, помню через призму ужасающей боли.

Дверь скрипнула, и в комнату вошел Келс. Как всегда красивый и холодный.

«Как ты себя чувствуешь?»

– Что случилось? Почему я здесь?

«Ты едва не погибла».

Келс стоял возле дверей и даже не пытался приблизиться. Лишь как-то отстраненно рассматривал меня. Я пыталась понять, что выражает его лицо, и почему оно мне кажется не таким как всегда. Он выглядел разочарованным. Но дело было не в этом. Изменилось что-то еще.

– Твои глаза!.. – осенило меня.

Чернота совсем исчезла из глаз гархала, и сейчас они отливали янтарем, отчего казались еще более пронзительными. Теперь в них можно было разглядеть слегка удлиненный, как у кошки, зрачок.

«Они изменились, – кивнул Келс. – Такими их сделало солнце».

Мне хотелось о многом расспросить его, но гораздо сильнее волновало другое.

– Ты сказал, я чуть не погибла. Не очень хорошо помню. Кажется, было землетрясение. Очень сильный толчок. Я упала…

Рука и нога. Они так сильно болели, что я не могла ими пошевелить. Но сейчас, не считая царапин, с моими конечностями все в порядке.

«Это было не то, что ты думаешь».

– Не то?

Его медлительность и явное нежелание рассказывать начинали выводить из себя. Неужели не понимает, насколько мне важно знать, что же произошло на самом деле?

«Ты едва не стала жертвой мутантов».

И вдруг все изменилось. Спокойствие с принца слетело. Он быстро приблизился к кровати, и я поняла, насколько он зол. Никогда раньше не видела его таким. Ноздри хищно раздувались, и алый оттенок, разгорающийся в янтаре, смотрелся зловеще.

«Почему ты решила бежать?!»

Он склонился надо мной и прожигал взглядом. Мне даже захотелось накрыться подушкой, чтобы только не видеть этих глаз.

«С чего ты взяла, что от меня можно так просто уйти?»

Его злость обрела звучание. Гул, что нарастал все сильнее, напомнил мне тот, который слышала в скалах. Гул и вибрация… Я почти упала, когда меня спасли. В самый последний момент. Но это был…

– Райнер! – закричала я, моментально выныривая из красного омута. – Райнер! Он спас меня!

Именно его лицо я увидела перед тем как потеряла сознание. Это он подхватил меня и спрятал в своих объятьях. Мой лорд, он пришел за мной!

Стоило памяти восполнить все пробелы, как я испытала невиданный прилив энергии и храбрости. Мне уже стало безразлично, что говорит и делает Келс. Важно было только то, что где-то здесь, поблизости, тот, кого я так ждала, кто пришел за мной.

– Где он? Мне срочно нужно к Райнеру!

Я вскочила с кровати, намереваясь покинуть дом, но на пути к двери была перехвачена и прижата к стене. Гархал навис надо мной, и ничего хорошего его выражение лица не сулило.

«Лорд нарушил договоренность между людьми и гархалами. Он вторгся на нашу территорию, и за это будет казнен».

Если бы Келс так крепко не держал меня, что аж рукам больно становилось, то, наверное, рухнула бы перед ним на колени, до такой степени ноги стали ватными.

– Вы не можете так поступить, – потрясенно пробормотала я. – Он же пришел за мной…

«Он в темнице. Его ждет суд справедливости. Приговор выносим не мы, а боги».

– Но ты же можешь спасти его!

«А зачем мне это? – В глазах Келса я по-прежнему читала одну злость и ничего более. – Лорд нарушил закон. Кроме того, у меня к нему личные счеты».

Ну конечно! Как я могла забыть? Ведь именно Райнер отловил принца и сдал того на опыты ненормальному сэру Берингару. Господи, хоть бы он кого другого поймал тогда!..

– Мне нужно увидеть его! – взмолилась я. – Келс, пожалуйста! Ведь ты же не такой…

«Какой? – зло усмехнулся он. – Что ты знаешь обо мне, Линда?»

– Ты не злой, – с трудом произнесла я, чувствуя как горло сжимает спазм.

«Так будет лучше прежде всего для тебя. Рано или поздно ночной кошмар убьет тебя».

Я подбирала слова, лихорадочно соображала, что еще могу сказать ему, чтобы убедить, и не сразу заметила, что ситуация изменилась. Руки Келса уже не держали меня так крепко. Он не только ослабил хватку, но и полностью сменил тактику. Гул стих. Принц поглаживал мои плечи, из его ладоней мне предавалась едва уловимая вибрация.

«Забудь его. Он ведь не человек. Ты не можешь улавливать его сущность, но у меня это получается хорошо. От него же разит зверем. И глупо надеяться, что что-то изменится. Он навсегда останется таким, – уговаривал меня принц, прижимаясь все теснее. Вибрация усиливалась. Мне уже становилось жарко под его горячими ладонями и обжигающим лицо дыханием. – А здесь тебе будет хорошо, спокойно. Ведь тебе нравится Аллизария».

Он приник к моим губам в настоящем поцелуе, а не легком касании, которые позволял себе до этого. Вибрация усиливалась, а мысли мои словно заволокло туманом, через который я тщетно пыталась пробиться, чтобы уловить главное. Губы Келса порабощали сознание. Поцелуй становился все глубже, дурманя голову все сильнее. Мне уже казалось, что нет ничего на свете прекраснее того чувства, что испытывала здесь и сейчас.

Принц подхватил меня на руки и отнес на кровать. Лишь на мгновение его губы оторвались от моих, а я уже мечтала о поцелуе снова. Сама опять нашла его губы, в то время, как руки его заголяли мои плечи, подбирались к груди, обжигая кожу.

«Ты будешь только моей, – пробился сквозь туман голос Келса. – Никто здесь не посмеет тебя обидеть, потому что так хочу я. Аллизария станет твоим домом, а я – твоей неотъемлемой частью. Ты вошла в мою жизнь против воли, и теперь я не могу отпустить тебя».

Да. Так хорошо, спокойно. Он здесь и со мной, а все остальное неважно. Все, что было со мной до этого, пусть остается в прошлом. Я не хочу туда возвращаться. Я устала подчиняться чужой воле… Чужой воле… Чужой воле! В голове словно вспыхнула молния. Келс ласкал мою грудь, заставляя извиваться под ним. Но мозг мой словно зажил самостоятельно. Молния прогнала туман, вернув мыслям ясность.

Ведь именно сейчас это и происходит! Меня подчиняет чужая воля. А где-то рядом томится тот, кто пришел, чтобы освободить меня от этой зависимости. И возможно ему сейчас очень плохо, и он нуждается в моей помощи.

Все силы, какие только смогла найти в собственном возбужденном до предела теле, я потратила на то, чтобы оттолкнуть от себя Келса. У меня получилось. Тут же исчезло все. Вибрация сошла на нет, возбуждение стихло, как по волшебству.

– Ты применил запрещенный прием, – прошипела я. Испытывала такую всепоглощающую злость, что боялась с ней не справиться и накинуться на него с кулаками. – Ты своей дурацкой магией пытался запудрить мне мозги!

Ожидала новой вспышки злости, но принц выглядел спокойным, даже немного надменным. Его взгляд лениво скользил по моему телу, и я с опозданием сообразила, что лежу перед ним по пояс обнаженная. Тут же натянула на себя блузу, села и подальше отодвинулась от него. Не ручалась за свою реакцию, если он снова решит прибегнуть к магическому воздействия. Как выяснилось, против этого я бессильна.

«За то, что ты пыталась сбежать, полагается наказание. Но я тебя прощаю, – голос его звучал безэмоционально, сухо до скрежета в голове. Из глаз тоже исчезло алое пламя. Сейчас они казались мне мутновато-янтарными. – Только никуда тебе от меня не деться. Потому что я так хочу. Ты пробудешь здесь столько, сколько потребуется. Пока будешь нужна мне!»

Конечно же, злость во мне клокотала с нешуточной силой, но пора уже было становиться мудрее. В конце концов, если он решил, что вправе обманывать меня, то почему бы мне не схитрить для начала, пока не решу, что делать дальше.

– Если я тебе пообещаю больше не пытаться сбежать, согласишься ты выполнить мою просьбу?

Я старалась говорить и выглядеть спокойной. В конце концов, когда-то в школе я ходила в театральный кружок, и некоторые даже утверждали, что у меня к этому делу талант. Так не пора ли включить свои способности, притвориться, немного подыграть ему? И ничего страшного, что выполнять обещание не собиралась. Если уж на то пошло, то я одна никого не пыталась обмануть. Мной же манипулировали все кому не лень.

«Что ты хочешь?»

– Увидеть Райнера.

От ответа Келса сейчас зависело многое, и прежде всего, мое самообладание. Если он начнет упираться, то вся моя театральная бравада полетит к чертям. Что тогда стану делать, не знаю.

«Хорошо, – кивнул принц. – Ты его увидишь. Только поговорить с ним не получится».

– Но почему?!

Не успела я обрадоваться, как снова разочаровалась до слез. Мне очень нужно было именно поговорить с лордом. Наметить план действий, пока не стало поздно. Вдвоем нам будет легче отсюда сбежать. Да и у него возможностей сделать это гораздо больше.

«Сама поймешь. Пойдем».

На этот раз Келс не стал призывать Гавла. Я даже испугалась, уж не грозит ли птице кара за то, что пыталась помочь мне. Это я тоже решила выяснить в скором времени.

Мы воспользовались ближайшим порталом для перемещения – традиционным озерцом, в которое нужно сигать с обрыва. К такому экстриму сложно было привыкнуть, и несмотря на то, что проделывала это уже не в первый раз, сердце на мгновение перестало биться в районе правой пятки. Впрочем, испугаться мне толком и не дали. Келс вообще вел себя бесцеремонно, даже грубо – схватил меня за руку и просто сдернул с обрыва.

«Приземлились» мы на поляне возле Храма справедливости.

– Райнер заточен в храме? – не удержалась я от вопроса, хоть и разговаривать с гархалом не планировала.

«У него есть второе имя – Храм возмездия и другая сущность», – ответил как отрезал Келс.

– А возмездие вершит, значит, тоже жрец?

«Жрец к этому не имеет никакого отношения».

Принц по-прежнему крепко держал меня за руку, словно боялся, что я сбегу прямо отсюда. Не говоря больше ни слова, он повел меня к храму. Но на этот раз мы его обошли и остановились с противоположной стороны.

Сзади храм все так же скрывали ветви дерева. Только тут под слоем пыльцы проглядывали красные листья, усыпанные острыми шипами. Зрелище еще то, должна вам сказать. Даже от их вида уже становилось страшно. И этими листьями были усыпаны все ветки.

– Мы же туда не пойдем? – попятилась я от шипастых листьев.

«Не хочешь, не пойдем, – бросил издевательский взгляд на меня Келс. – Не мне это нужно».

– Но как?..

Трудно было даже представить, как продираюсь сквозь эти заросли. И так вся в царапинах. Интересно, почему мне срастили переломы рук и ног и даже не потрудились залечить царапины? Слишком мелко для их целительской магии? Но об этом я спрашивать у принца не собиралась. Да и судя по всему, сейчас моя кожа и вовсе превратится в лохмотья.

В то время, как я искала способ без серьезного ущерба для здоровья попасть внутрь храма, Келс, оказывается, внимательно наблюдал за мной.

«Ты так хочешь его увидеть, что даже готова рискнуть жизнью?»

Сейчас он не выглядел суровым, а лишь каким-то очень задумчивым.

– Хочу, – даже не раздумывая, ответила.

«Но ведь ты даже не сможешь поговорить с ним».

– Пусть. Мне надо его увидеть.

Я должна убедиться, что с ним все в порядке, прежде чем думать, что делать дальше.

Больше принц ничего не сказал, подошел вплотную к живой изгороди и что-то проделал руками. Я даже не уловила что, так быстро все произошло. Ветви «расступились» в стороны, освобождая проход.

«Иди», – велел мне принц.

– А ты? – с опаской покосилась на него.

«Думаю, ты хочешь побыть с ним одна».

Что это – проявление благородства? Или внутри храма меня ждет подвох? Но задавать вопросов не стала, шагнула к двери в предвкушении, что сейчас наконец-то увижу Райнера.

Сначала я ничего не могла рассмотреть, повсюду царила темнота. Когда я уже решила, что в этом и заключается подвох, в центре храма загорелся маленький светлячок. Он очень быстро увеличивался, делая ярким пятно и то, что находилось в нем. Райнер висел в воздухе в прямом смысле слова. Никаких креплений или подпорок. Ничего. Голова его поникла, глаза были закрыты. Он напоминал глубоко спящего человека, только вот позу естественной никак нельзя было назвать.

Боясь спугнуть сама не знаю кого, я крадучись приблизилась к пленнику и нерешительно протянула руку. Какова же была моя радость, когда поняла, что могу дотронуться до лорда. Но радость быстро сменилась ужасом – его кожа показалась мне пугающе холодной, как у покойника. И только вблизи я заметила мертвенную бледность на его лице. Но до лица я даже дотянуться не смогла, между полом и ногами Райнера было не меньше полуметра.

– Райнер, – попыталась потормошить я его, но даже не получилось шевельнуть. – Что же они с тобой сделали?

Я находилась в том же световом пятне, за пределами которого не видела ровным счетом ничего. Входную дверь предусмотрительно прикрыла, почему-то не хотелось, чтобы Келс мог видеть или слышать меня. Сейчас я ему была даже благодарна, что разрешил пойти одной. Слезы разочарования уже вовсю струились по щекам. Как же я надеялась посмотреть в глаза лорда, перекинуться с ним хоть парой фраз. Сейчас все казалось бессмысленным.

Не в силах больше сдерживать слезы и не желая быть услышанной Келсом, я припала к ногам Райнера, обхватила их руками и разрыдалась. От бессилья, душевной муки и страха. Получается, все зря, и я ничем не смогу ему помочь. И тут мне в голову пришла совершенно шальная мысль, которую смог породить разве что мой воспаленный мозг. Ведь какую-то часть своей магии мне передал Келс. Он еще сам удивлялся, как такое возможно, рассказывая об этом жрецу. Да, я совершенно не знаю, как ей пользоваться, но попробовать ведь могу. Если верить тому же жрецу, то мы с принцем тесно связаны, и связь эта возникла без нашего ведома, как и разорвать ее тоже не в наших силах. Так почему бы мне не попытаться использовать ее?

Как и любое серьезное дело, магия требует особой сосредоточенности. В этом я была уверена. В любое другое время показалась бы себе ненормальной, слегка двинутой умом. Но сейчас я постаралась отбросить все посторонние мысли и действовать. На карту была поставлена жизнь Райнера. Все это время я продолжала крепко обнимать его, хоть уже и стала замерзать, такой он был холодный.

Решение как действовать тоже пришло само. Я просто захотела согреть лорда. Очень сильно захотела. Стоило мне только представить, что превратилась в источник тепла, как почувствовала его, собирающееся на поверхности моего тела. Оно струилось изнутри нешуточным потоком. Такая интенсивность меня даже напугала, но ничего предпринимать, чтобы остановить энергию, я не стала. Позволила магии мной управлять, раз уж этого не могла делать с нею я. Оставалось надеяться, что она меня правильно поняла. А еще я очень боялась, что Келс почувствует выплеск энергии и помешает мне. Но даже это не заставило меня остановиться.

Все произошло очень быстро. Стоило моей энергии заполнить световое поле, «перекрасив» его в золотистый оттенок, как я оказалась в объятьях лорда, а к моим губам нежно, но настойчиво прижималась его рука. В этот момент меня захлестнула такая радость, что не могла думать ни о чем кроме того, что он здесь, рядом, живой и здоровый и прижимает меня к себе так сильно, что вот-вот раздавит.

– Ничего не говори, – прошептал он мне на ухо. – Я пытаюсь сделать так, чтобы он нас не почувствовал…

Я поняла, что Райнер говорит о Келсе. Но лично мне было совершенно безразлично, поймет ли принц, что я освободила лорда, попытается ли снова заколдовать его… Я знала точно, что Райнер сильнее, что теперь, когда он свободен, когда мы вместе, гархалу с нами не справиться. Эгоистичное счастье затопило меня с головой, сделало недальновидной.

– Тише, родная, ты слишком громко радуешься, – вновь прошептал Райнер, в то время как я покрывала его лицо поцелуями. – Как же мне хочется!..

Он не договорил, приникая к моим губам. Пусть это был совсем короткий поцелуй, который длился ровно столько, сколько смог сдерживать себя лорд, но какое же удовольствие он мне доставил! Вот о чем я мечтала все то время, что была вдали от него. Быть рядом, чувствовать его всего, слышать биение его сердца, обнимать, целовать его… И никакая опасность не страшна, когда есть он.

Вокруг нас все еще ярко светило «солнце». Смотрела в глаза лорда и купалась в теплоте и нежности. Мне так много хотелось ему сказать, но взгляд его предупреждал, чтобы молчала. Все время, пока обнимал меня и целовал, он не переставал что-то делать. Это я тоже видела по его глазам, которые меняли цвет от светло-серого до совсем темного и насыщенного. Ну и поскольку помочь ему я не могла, то предпочла молча наслаждаться всепоглощающим счастьем.

– Я пойду первым, – коснулся лорд губами моего уха, заставляя замереть от наслаждения. – Оставайся тут, пока я не дам сигнала.

Поцеловав меня напоследок, Райнер направился к двери. Крался тихо, по кошачьи. Ни единый звук не нарушал тишины. Я же осталась стоять и лихорадочно соображать, а нужно ли делать так как он сказал. Нехорошие предчувствия зацарапались внутри, когда лорд вышел за дверь, и по-прежнему ничего не нарушило тишины. Как он собирается справиться с Келсом, когда тот находится на своей территории, когда именно он приложил руку к его пленению?

Оставаться и дальше в неведении я не смогла, как ни уговаривала себя быть послушной. Неестественная тишина пугала все сильнее. Мне уже казалось, что на поляне произошло что-то страшное и непоправимое. На негнущихся ногах, во власти паники я приблизилась к двери и выглянула в щелку. То, что увидела, заставило меня распахнуть ее во всю ширь и выскочить наружу, уже не таясь.

Райнер и Келс стояли друг напротив друга. Глаза Келса горели красным, а из глаз лорда лился свет. Он окутывал гархала, разгоняя полумрак, и был таким ярким, что смотреть на него становилось больно. Но, казалось, Келс даже не замечал свечения. А вот вокруг ног Райнера клубился черный туман. Он уже доходил лорду до пояса. Я заметила крупные капли пота у него на лице, и вдруг поняла, что держится он из последних сил.

Не успела я добежать до сражающихся, как раздался голос жреца:

– Остановитесь, несчастные! Так велят вам боги!

Жрец появился из-за храма и показался мне даже страшнее, чем в нашу первую встречу. Но в благодарность за вмешательство я готова была расцеловать этого уродца. Сразу же все исчезло: яркий свет, черный туман. Глаза Келса стали почти нормальными, разве что очень злыми. Райнер правда пошатнулся, но упасть я ему не дала. Поправ осторожность, я подбежала к нему и крепко обняла. И снова в голове билась единственная мысль: «Слаба богу, он жив!»

– Келс ур Бур – наследный принц нашего короля, – вновь заговорил жрец и голос его зазвучал как тогда в храме – замогильно. Теперь я догадывалась, что так говорят их боги. – Что даст тебе смерть этого человека? – указал он на Райнера.

Гархал, по всей видимости, что-то ответил на своем гархальем и так, чтобы мы не услышали. Но я-то заметила, как полыхнули его глаза.

– Глупец! – громыхнул жрец. – Зачем тебе сердце, отданное другому?! Ты овладел ее разумом. Она подарила тебе день. Но все требует уравновешивания. Чем ты намерен отплатить ей?

И снова в глазах принца разгорелся огонек. На этот раз он мне показался признаком упрямства.

– Это крохи. Боги велят отпустить их! – простер жрец в нашу сторону костлявую руку. – И ты выполнишь их волю, проводишь их до границы Аллизарии. Дальше им предстоит долгий и опасный путь. Но туда уже боги не смотрят. Судьбы людей – не их забота.

Я выцепила самое главное – нас отпускают. Келс не стал выглядеть более уступчивым, но интуиция подсказала, что он подчинится воле жреца и богов. А все остальное в данный момент меня мало волновало.