Глава 20

Там, где заканчивался Сонный лес, начиналось широкое поле. Оно колосилось и уходило вдаль. Что там за ним, разглядеть было невозможно. Здесь же, на кромке леса, серебряная гамма обрывалась, возвращая миру все краски.

Первым моим порывом, когда Келс переместил нас в это место, стал как можно скорее покинуть лес и Аллизарию, которая тоже заканчивалась тут же, как я могла догадаться. Но не тут-то было. Я просто не смогла ступить на поле. Никаких видимых преград не было, помешала мне это сделать магия, защищающая гархалов от вмешательства из вне, про которую и рассказывал принц.

Райнер вел себя более терпеливо. Хоть и выглядел он сурово и не переставая хмурил брови, но ничего не говорил, ждал, когда Келс сам соизволит отпустить нас. Но тот словно издевался, медлил без видимых на то причин.

– Может, снимешь уже защиту? – не выдержала я первая, когда молчанка и топтание у кромки леса затянулись.

«Сначала хочу кое-что сказать тебе», – ответил он, взял меня за руку и отвел в сторону. Краем глаза подметила, как еще сильнее нахмурился Райнер.

Принц и тут не торопился заговорить, рассматривая меня своими удивительными глазами. Я же терялась в догадках и не переставала ждать подвоха. С недавних пор я ему не доверяла. Впрочем, раньше тоже. Но после последних событий я поняла, что этот гархал совсем не такой, каким порой кажется. За время нашего общения в Аллизарии он умудрился притупить мою бдительность, заставить воспринимать себя как брата. Порой я даже ловила себя на мысли, что испытываю к нему теплоту, что в его обществе мне приятно находиться… Но все испарилось, стоило только ему обозначить истинные намерения, о которых я даже не догадывалась.

«Ты же понимаешь, что действую я не по своей воле?» – привычно прозвучало в моей голове, и в мыслях мелькнуло сожаление, только вот о чем?

– Понимаю, – старалась говорить тихо, чтобы Райнер нас не услышал. Почему-то этого мне не хотелось.

«Там, перед храмом, я бы убил его!»

Злость промелькнула в глазах Келса, но ее место мгновенно заняла грусть. Удивительно, насколько его глаза стали выразительными, стоило им только поменять цвет. Раньше ведь я не могла прочесть по ним ничего.

– Тогда тебе пришлось бы убить и меня.

Если бы не вмешательство жреца, я бы встала между ними, и скорее всего, магия гархала убила бы меня сразу же.

«Рад, что этого не произошло, – теперь гархал выглядел задумчивым. – Я не могу понять, почему ты так стремишься быть с тем, кто является изгоем среди людей. Знай они его истинную сущность, прогнали бы с земель… Но меня это не касается. Ты должна знать…»

Келс снова замолчал, собираясь с мыслями. Я же подумала, что вот и получила ответ на свой вопрос, в курсе ли люди, окружающие Райнера, о том, кем он является на самом деле. Похоже, кроме меня и мага, ну и может еще парочки слуг, никто об этом больше не знает.

«…Что я все равно не отпускаю тебя».

– Как это? Ты пойдешь против воли твоих богов?

Мне стало совсем дурно, когда решила, что Келс готов совершить новое вероломство.

«Нет, конечно, – тряхнул он головой. – Ты у меня вот здесь, – прикоснулся он двумя пальцами руки к мысу на лбу. В этот же момент я ощутила какой-то импульс, но он так быстро промелькнул, что даже сообразить ничего не успела. – Даже жрец не знает, насколько сильна наша связь. Ни ты, ни я ничего не можем с этим поделать. Если бы ты была урожденной Аллизарии, то тоже чувствовала бы ее. Но ты всего лишь человек. Знай же, что я всегда буду знать, где ты, и что с тобой происходит. И неважно, рядом ты или нет. Связь не даст тебе скрыться от меня».

– Что ты сейчас пытаешься мне сказать?

Он хочет предупредить, что не оставит меня в покое, что собирается преследовать всю жизнь? От такой перспективы становилось жутко.

«Только то, что сказал. А теперь иди к своему лорду. Путь свободен».

Теперь уже замешкалась я. Келс отпустил нас неожиданно быстро. Мне хотелось что-то сказать ему на прощание, быть может задать еще пару вопросов, но я так и не решилась. Молча отвернула и направилась к Райнеру, чувствуя спиной прожигающий взгляд гархала.

Стоило нам перешагнуть границу, как я в последний раз посмотрела на Сонный лес. Он был все такой же заморожено-красивый, но Келс уже исчез, чему я тихо порадовалась.

– Как хорошо, что все закончилось, – произнесла я, действительно полагая, что эта часть моей жизни осталась позади.

Наверное, я буду скучать по этим добрым и миролюбивым существам. А еще гархалы показались мне очень справедливыми. У них были законы, которые все они свято чтили. Людям же, к сожалению, свойственно нарушать законы.

– Нам придется добираться пешком до ближайшей деревни. А там раздобудем лошадей, – заговорил Райнер.

Я вздрогнула от неожиданности. От его глубокого баритона я, оказывается, успела отвыкнуть. И только сейчас осознала окончательно, что мы с ним свободны и вместе. Эйфория не заставила себя ждать. Она толкнула меня в объятья лорда. Впрочем, он не сопротивлялся и крепко прижал меня к себе.

– Неужели это правда? – подняла я к нему счастливое лицо.

– Что именно? – улыбнулся он, но получилось это как-то не весело.

– Что ты спас меня. Что я могу обнимать тебя!

Он смотрел на меня какое-то время, а потом снова прижал к себе, и так мы и стояли обнявшись в тишине. Я старалась не думать о том, что в глазах лорда плещется все та же грусть, что и раньше. Теперь я обязательно найду возможность быть с ним рядом. И неважно, чего это мне будет стоить.

– Пойдем? – шевельнулся лорд.

Я посмотрела на него, мечтая о поцелуе и не смея просить. Видно, он обо всем догадался по моим глазам, потому что в следующий миг приник к моим губам. Как же мне хотелось настоящего поцелуя, а не мимолетного касания! Но я понимала, о чем он думает, и не настаивала. По узенькой тропинке, тянувшейся через поле, мы начали удаляться от Сонного леса. Впереди шел Райнер, я следовала за ним.

Мне казалось, что поле никогда не закончится. К тому моменту, когда впереди замаячила река, а за ней показались редкие домишки, я уже окончательно выбилась из сил. Но лорд продолжал идти вперед, лишь изредка поворачиваясь и проверяя, следую ли за ним. Не сразу догадалась, к чему такая спешка. Лишь когда заметила, что солнце уже практически полностью спряталось за горизонт, поняла. Сумерки сгущались очень быстро, и в деревню пришли почти одновременно с наступлением темноты.

– Нужно устроиться на ночлег, – с этими словами Райнер постучался в первый же дом.

Это была покосившееся избушка, очень ветхая и древняя на вид. Из того, что успела рассмотреть до наступления темноты, я сделала вывод, что деревни их были совершенно не похожи на города. Они скорее напоминали наши хутора, в которых насчитывалось по несколько дворов, да и в тех доживали вой срок одни старики.

– Что за нечисть принесла ночь? – раздался за дверью старческий голос.

– Пустите на ночлег двух путников? – уверенно попросил Райнер.

Я была уверена, что нас сейчас пошлют куда подальше, и очень удивилась, когда дверь со скрипом отворилась. Старик оказался под стать голосу – такой же древний, хоть и довольно высокий. Правда время иссушило его, оставив лишь скелет, обтянутый кожей. Со скуластого лица на нас смотрели хоть и подслеповатые, но пытливые глаза.

– Ну заходите, коли люди вы, а не ночные бестии, – отступил он вглубь комнаты.

Внутри дом показался мне еще более убогим, чем снаружи. В тусклом свете одинокой свечи мне удалось разглядеть топчан, застланный какими-то тряпками, стол с четырьмя табуретами, да огромных размеров сундук. Дощатые полы пронзительно скрипели под каждым нашим шагом. Наверное, местами они прогнили. Оставалось надеяться, что вес Райнера доски все же выдержат, и он не провалится в подпол.

– Могу разместить вас в чулане, – проговорил старик и смачно чихнул, втянув носом чего-то из маленькой коробочки. – Комната у меня одна, уж не обессудьте, – развел он руками.

– Не страшно, – отозвался лорд, подводя меня к табурету и усаживая за стол. – А поесть что-нибудь предложишь?

Даже за такую малость я была уже ему благодарна. К тому моменту с трудом держалась на ногах. А когда подперла голову рукой и на минуту прикрыла глаза, сразу же начала проваливаться в сон. Разбудило меня воронье карканье. Как поняла потом, это смеялся старик, доставая из сундука, что-то завернутое в одеяло.

– Вот. Бобовая похлебка, еще теплая, – раскутал он котелок и поставил перед нами большую миску с двумя деревянными ложками. – Не побрезгуйте, угощайтесь. А я пойду, чулан гляну…

Старик разжег еще одну свечу в оплывшем подсвечнике и скрылся за низкой дверью. Мы с Райнером остались одни и какое-то время молчали. Лишь одинокая свеча потрескивала на столе, да из чулана доносились какие-то глухие звуки.

– Надо поесть, – проговорил лорд, и голос его прозвучал как-то глухо.

Мне и самой казалось, что меду нами растет неловкость. Она мешала и сбивала с мысли. И я совершенно не понимала ее природу. Но видимо, и Райнер испытывал что-то похожее. Деловитее, чем следовало, он принялся наливать в миску похлебку. Аппетитный запах наполнил комнату, и на время я отвлеклась от грустных мыслей, сообразив, что ужасно голодна, что за весь день практически ничего не ела. Да и это же была настоящая человеческая еда, а не полусъедобные и отвратительные на вкус фрукто-овощи гархалов.

Вернулся старик и, улыбаясь во весь беззубый рот, сообщил, что чулан готов к приему гостей. Слова его прозвучали пошленько, ну или мне так показалось, только появилось гаденькое чувство, что хозяин дома издевается над нами или подозревает в чем-то нехорошем. Но развивать и дальше эту мысль не стала. На сытый желудок глаза мои отказывались держаться открытыми. Когда встала с табурета, меня резко повело в сторону. Пришлось Райнеру нести меня на руках.

Чулан оказался чище комнаты хозяина, хоть и ужасно тесным. Тут только и поместились, что узкий топчан, да пенек вместо стола или стула, на котором старик оставил свечу. Застелен топчан был шкурой какого-то зверя. Оставалось надеяться, что никакие насекомые не переберутся из нее в мои волосы. Но и об этом думать у меня уже не осталось сил. Когда лорд опустил меня на ложе, только и смогла, что поблагодарить его. В голове роились столько вопросов, мне так много нужно было узнать у него, но все их пришлось отложить на завтра.

Райнер поцеловал меня в лоб и велел спать. Сам покинул чулан, плотно прикрыв дверь. Я хотела спросить, где же будет ночевать он, но еще раньше провалилась в сон.

Ночью я проснулась как от толчка. Не сразу вспомнила, где нахожусь. Свеча уже догорела, и чулан был погружен в темноту. Но где Райнер? Не бросил же он меня тут одну и не отправился куда-то ночью?

Заметив под дверью полоску слабого света, я встала с топчана и выглянула в комнату. На протяжный скрип не отреагировал ни старик, посапывающий в груде тряпья, ни лорд, что спал прямо за столом, положив голову на руки.

Я подкралась к нему и какое-то время любовалась спокойствием на его лице. Мой ночной кошмар, в прямом и переносном смыслах. Как же я желаю тебя! До внутренней дрожи, до навязчивых фантазий. Но каждый раз, стоит об этом подумать, рождается робость. Вот и сейчас она мешает мне протянуть руку и коснуться твоей щеки, пройтись пальцами по шелковистой бороде, дотронуться до губ… А потом прижаться к ним своими губами, сорвать такой поцелуй, о котором мечтаю, и будь что будет. Но максимум, что позволяю себе, это смотреть на тебя спящего и предаваться фантазиям.

Наверное, лорд почувствовал мой взгляд. Голова его шевельнулась, а потом он распахнул глаза. Взгляд его сразу же стал осознанным, словно и не спал вовсе. Он выпрямился на стуле, но продолжал хранить молчание. Я тоже не могла заставить себя заговорить, хоть и хотела сказать так много.

– Зачем ты встала? – прошептал он, беря меня за руку и притягивая к себе.

– Испугалась, что ты ушел, – так же тихо ответила я, глядя на него сверху вниз.

– Разве я могу?..

– Не знаю, – призналась я. Я, действительно, не знала, чего от него можно ожидать. С одной стороны, лорд мне казался надежной защитой, с другой – мы друг другу были совершенно чужими.

– Больше я тебя одну не оставлю.

Ой ли? Вот вернемся домой, и все войдет в прежнее русло. Он будет жить на своей половине крепости бобылем, а я снова стану терпеть выходки старого мага. Иногда к нам в гости будут приходить Адалард с Франциской… Франциска. Как она там? Мне было ужасно стыдно, что до сих пор не завела разговор о ней. Но сейчас даже думать про нее не хотелось. Тем более, когда Райнер так смотрел на меня, а его большие пальцы поглаживали мои ладони слишком интимно, разжигая страсть, будоража воображение.

Лорд взял меня за талию и притянул к себе, так что я оказалась у него между ног. Он посмотрел на меня так, что мое бедное сердце чуть не разорвалось от наплыва эмоций. А когда уткнулся мне в грудь лицом, с ужасом осознала, что на мне традиционный для гархалов женский наряд, состоящий из широкой шелковой блузы и просторной юбки до пола. И никакого белья или корсета на мне и в помине не было. А это получается, что лишь тонкая ткань пролегает между моей кожей, которая вдруг резко стала гиперчувствительной, и его губами, что принялись покрывать ее поцелуями, подбираясь к груди.

Мои руки сначала покорно покоились на его плечах, а потом как-то сами переместились к голове и зарылись в волосы. Как же сильно я мечтала об этом. С того самого момента на балу, когда он впервые поцеловал меня. Долгие дни в Аллизарии я вспоминала, что чувствовала тогда.

Когда губы Райнера нашли мой напрягшийся сосок и робко прикоснулись к нему, мои ноги резко подогнулись, не выдержав шквальных эмоций. Я рухнула к нему на колени, в то время как он уже ласкал мою грудь через тонкую ткань.

Если я возбуждаюсь до такой степени только от его прикосновений, то что же со мной будет, когда случится близость? Я уже едва сдерживала себя во власти сладостной пытки, когда Райнер развязал поясок на моей блузе и проник под нее руками. Стоило ему только приблизиться к груди, как я не выдержала и приглушенно застонала. Ответом мне послужил судорожный вздох с топчана. Только тут сообразила, что в комнате мы не одни. Что подумает хозяин дома, если вдруг решит сейчас проснуться и увидит нас вот так вот?

– Пойдем в чулан, – прошептала я Райнеру. Не удержалась и коснулась края его уха языком. В следующий момент лорд подхватил меня на руки и понес из комнаты.

Он опустил меня на топчан, и все стихло. В темноте чулана я ничего не видела, но знала, что лорд стоит рядом. Но отчего же он медлит, почему не продолжает начатое в то время как я изнываю в ожидании его прикосновений, поцелуев?

– Иди сюда, – протянула я руку и нащупала его. Тут же моя рука оказалась сжатой его.

– Мы не должны, – голос лорда прозвучал глухо. Я физически почувствовала, какая борьба сейчас идет внутри него.

– Я хочу, – сглотнула я подступивший к горлу ком. Если он сейчас снова уйдет, то я точно умру от разочарования.

– Ты же знаешь, чем это грозит тебе…

– Давай просто попробуем.

– Я могу не успеть остановиться.

– Иди сюда, – притянула я его к себе и заставила опустить на ложе.

Не хотела больше говорить или бояться. Мне он нужен был здесь и сейчас. В конце концов, ни одного мужчину я не желала до такой степени раньше.

Когда я расстегнула его рубаху и прикоснулась к горячей обнаженной коже, то задрожала от неконтролируемой страсти. Он все еще продолжал медлить, словно давал мне возможность передумать. Глупец! Какой там передумать! Я же не могла насытиться им, целуя каждый сантиметр кожи, лаская руками его мускулистую спину.

Не в силах больше терпеть его нерешительность, я сама освободилась от одежды и растянулась на ложе, освобождая ему место возле себя. Какое-то время я прислушивалась к шороху, понимая и боясь верить в то, что он снимает штаны. С его рубашкой я так поступила гораздо раньше. Наконец, он лег рядом, опаляя меня прикосновением своего тела. Но уже через секунду лорд навис надо мной, блестя в темноте глазами.

– Я попробую остановиться, когда это начнется, – пробормотал он.

Я же ни о чем не могла думать, кроме того, что ощущаю его возбужденный орган. В данный момент меня волновало только то, что он хочет меня не меньше.

Наконец-то! Наконец-то он меня поцеловал так, как даже мечтать не могла. Глубоко, страстно. Как только может целовать тот, кто самый желанный на всем белом свете. Я растворялась под его губами, плавилась под руками, что ласкали мое тело, подбираясь к самому сокровенному. Я отбросила стыд, который было трепыхнулся в душе. Разве можно стыдиться того, что так прекрасно, что доставляет настолько полное удовольствие?

Этот момент я уловила четко, когда сознание мое начало расплываться, и силы мои начали перетекать в него через поцелуй, который переставал быть невинным. Почти одновременно с этим какая-то внутренняя сила заставила ясность вернуться в мою голову, направила мысли в нужную сторону. Эта же сила установила блок на пути чужеродного воздействия, сделав поцелуй опять чувственным и разжигающим страсть. И я точно знала, что именно эта сила не даст темной сущности лорда сделать со мной что-то плохое. Она явилась чтобы защитить меня.

– Что произошло? – оторвался он от моих губ. – Это началось, да?

Он собирался высвободиться из моих объятий, но я не позволила.

– Все хорошо! Я справлюсь.

И это было сказано не для красного словца. Я и правда испытывала невиданный прилив сил. Теперь сущность инкуба меня не пугала, я точно знала, что смогу противостоять ей. Я вот кому или чему я была этим обязана, подумаю завтра.

Долго уговаривать Райнера мне не пришлось. Сначала робко, а потом все с большей страстью он вернулся к прерванному занятию, и я позволила себе больше не думать ни о чем, полностью отдаваясь сжигающей меня страсти.

Засыпала я совершенно счастливая, крепко прижимая к себе мужчину, которого, знала точно, не смогу разлюбить никогда, какие бы препятствия не вырастали у нас на пути. Да и что-то мне подсказывало, что сама я перестала быть настолько беззащитной.

А утро принесло потрясение.

Пробудилась я опять в одиночестве, только на этот раз оно не испугало. Я точно знала, что где-то рядом тот, кто подарил мне сегодня ночью неземное блаженство. Несмотря на ломоту в теле, я чувствовала, насколько полна окрыляющей энергией и радостью. А еще я хотела есть, обычной человеческой еды, и даже краюха хлеба сейчас бы меня очень сильно порадовала. А если с ней мне предложат кружку горячего чаю, то счастье мое станет полным.

Быстро натянув одежду, я поспешила в комнату. Немного оторопела, когда никого там не застала. Но на столе уже красовался котелок, и запах, витающий в воздухе, намекал на близкий завтрак. Да и не успела я устроиться за столом, как пожаловал Райнер с охапкой дров. Помыкал им хозяин дома, приговаривая:

– Вот же ладного помощничка судьбина занесла! Дров наколол столько, что на год теперь хватит. Спасибо тебе, добрый человек!

Лорд свалил дрова в углу комнаты, где уже набралась приличная куча, и приблизился ко мне. Не стесняясь старика, склонился ко мне и крепко поцеловал. Но стоило только ему сесть за стол и посмотреть на меня, как он резко изменился в лице. Как будто я вдруг позеленела. Эта мысль меня даже насмешила.

– В чем дело? – смеясь, спросила я, но лорд почему-то продолжал меня сосредоточенно рассматривать. – У меня лицо грязное? – сползла улыбка с моих губ. Я даже потерла щеку и посмотрела на пальцы. Вроде все чисто.

Вскоре и хозяин к нам присоединился, когда молчание Райнера меня уже немало выводило из себя.

– Ну вот, чем богаты… – промолвил старик и резко осекся, посмотрев на меня. Да что с ними такое?! Вон даже губы поджал недовольно. – О-хо-хоюшки, – прицокнул старик языком. – Совсем, видать, стар стал, слепой, как полевка. Если б разглядел вчера, что нечисть на постой просится, ни за что бы не пустил, даже такую красивую. А как же?.. – но тут уже старик испуганно сгруппировался и замолчал под грозным взглядом Райнера.

Мне же лорд лишь сжал руку и сказал:

– Нужно позавтракать.

Только вот аппетит у меня испарился напрочь, а предчувствие беды заголосило недуром. Что же произошло? Что со мной не так?

Едва дождалась, когда Райнер утолит голод. Сама же так и не смогла проглотить ни кусочка. Как только мы встали из-за стола, он попросил меня подождать во дворе. Через несколько минут и сам покинул дом и присоединился ко мне.

– Что случилось? – спросила я его, чувствуя себя все более несчастной от неизвестности.

– Ничего такого, что не мог бы исправить сэр Берингар, – спокойно ответил лорд, обнимая меня за плечи и целуя в висок. – У тебя почернел один глаз.