Глава 69

— Давно? — спросил король.

— Почти полторы тысячи лет назад, — мрачно ответил дракон.

Морис присвистнул.

— Полагаю, срок давности преступления давно истёк, — усмехнулся он.

Инри помотал головой:

— Срок давности этого преступления не истечёт никогда.

— Как я понимаю, картину ты у нас теперь заберёшь? — спросил Элестайл, отразив на своём лице некоторое расстройство.

— Да нет… — вздохнул Инри. Таким подавленным альтеранцы не видели его ещё никогда. — Сама по себе она не представляет ценности. Бесценны были мечи. Вот если бы узнать, как картина оказалась в подземелье замка – быть может, и потянулась бы какая-то ниточка.

— Мечи, которые изображены на перекрестии в середине картины? — уточнил Лонгаронель.

— Да. Тут, правда, они нарисованы чисто схематично… Как части целого, поэтому и показаны одинаковыми. На самом деле, они выглядели совершенно иначе.

— Но ты сказал, четыре меча Стихий, — напомнил Морис. — Да и самих стихий, насколько мне известно, всего четыре. А на картине мечей пять.

— Пятый, меч Света, не был украден, и до недавнего времени хранился в нашей семье.

Вот это было уже совсем нехорошо. Выходит, Инри являлся непосредственным хозяином мечей.

— Только, позволь узнать, — заговорил Виз, — чем же так ценны эти мечи? Оружие для моментального порабощения или уничтожения целых миров?!

— Нет. С чего ты взял? — искренне удивился Инри. — Конечно, в ненадлежащих руках мечи могут натворить бед. Однако создавались они совершенно с иной целью.

— Но глядя на эту картину, никак не скажешь, чтобы данные цели были благими, — заметил Дэлвир.

— Да почему же?! — опять удивился, почти возмутился Инри. — Картина была написана драконом.

— И что, для дракона такие метаморфозы позитивны?! — язвительно вопросила Анжелика.

— А для тебя разве нет?! — парировал он. — Хотя, конечно!.. — Инри хлопнул себя по лбу. — Вы не понимаете.

— Не понимаем, сколь позитивен тот факт, что всех жителей мира перебили какие-то монстры?!

— По-видимому, вы не в курсе, что драконы пишут левой рукой?

— Лорго пишет правой, это я точно помню, — возразил Элестайл.

— И Вайлд тоже, — дополнил его сведения Виз.

— Вайлд это ваш второй полукровка? — уточнил Инри.

Дварр кивнул.

— Ну, значит, им удобней писать правой. А чистокровные драконы – амбидекстры[1]. Не знаю, почему когда-то мы решили писать именно левой. Возможно, просто захотелось выделиться на фоне остальных рас – ведь у них большинство правши.

Айнвор поднялся из-за стола и подошёл к картине.

— Да, художник действительно был леворуким, — сделал он вывод, изучив характер нанесения мазков. — Но что этот факт дает нам?

— Очевидно, драконы пишут не просто левой рукой, а ещё и справа налево, — догадался Элестайл.

— И их истории тоже следует читать справа налево, — добавил Ворон.

— Именно, — подтвердил Инри.

— Выходит, на картине мечи не убили мир, а, напротив, воскресили его из некоего кошмара, — обрадовался Зэндел.

— Истинно так. Они и были созданы для спасения от кхулфов одного гибнущего мира.

— Были созданы конкретно под тот мир, и нигде больше применены быть не могут? — спросил Дэлвир.

— Нет, их удалось использовать ещё несколько раз. Правда, в двух мирах ничего не вышло. Короче говоря, они панацея отнюдь не в любой ситуации, но кому-то шанс дать могут.

— Почему же ты ни слова не сказал об этих мечах, когда нас самих осаждали кхулфы из Нираны?! — вопросил Элестайл. — Да и про Контуир ты тоже слышал.

— А толку было говорить, если мечи безвозвратно утрачены?! — горестно усмехнулся Инри. — Когда их создавали – десять тысяч лет назад, в один момент сошлось очень много благоприятных условий. За те полторы тысячи лет, что прошли со дня их кражи, таких условий не повторилось ни разу. Возможно, их не повторится и ещё десять, двадцать тысяч лет… Наши пытались воссоздать мечи при более-менее схожих условиях, но артефактов необходимой силы из них не получилось.

Лариса сидела в полуобморочном состоянии, с ужасом осознавая, что отдала в руки уродов из Полярной Звезды. Конечно, мечей было всего два, а не четыре, но этот факт не извинял её нисколько. Быть может, эти мечи могли бы спасти Сэйнорру – целый мир… А вместо этого теперь есть все шансы, что они погубят Землю.

— А по отдельности мечи являют собой какую-то силу? — якобы просто полюбопытствовал Олег.

— Ну, энергетику мира точно не восстановят и от кхулфов его тоже не очистят, — ответил Инри. — Но могут в разы, даже в десятки раз усиливать магию владельца.

— Пятый меч тоже играет какую-то роль? — спросила Дайнрис. — Тогда почему его не украли вместе с другими?

— Меч Света всегда хранился отдельно от остальных – во избежание самопроизвольного взаимодействия. Конечно, он не менее важен, чем мечи Стихий, и, как артефакт, даже сильнее них. А в магии, для которой был предназначен, выполнял функции связующего и направляющего силу звена.

— Но как вообще вышло, что столь ценные артефакты были украдены? — спросила Анжелика. — Они же наверняка хорошо охранялись.

— Мечи украли в другом мире – который, кстати, наши хотели попытаться спасти. Хранители мечей перешли туда и стали искать место, наиболее подходящее для проведения ритуала. Нашли таковое возле одной из людских деревень. Правда, мой предок не был уверен, что данное место отвечает всем требованиям наилучшим образом. Поспорив со своими товарищами, в итоге он решил отправиться на поиски дальше. Четверо других остались в деревне, жители которой как раз затевали праздник в их честь.

Что произошло дальше, никому неизвестно. Когда мой предок вернулся в деревню наутро спустя полтора дня, там были мертвы все, включая четырёх драконов, а мечи Стихий бесследно исчезли. Вот и вся история, — заключил Инри.

Рассказ произвёл гнетущее впечатление на всех за столом, но в особенности на Ворона с Зэнделом. Не слишком здорово было осознать, что твой предок, ради завладения артефактами, принял участие в истреблении целой деревни. А уж как им удалось одолеть драконов – вообще загадка, но тоже далеко не из приятных.

— Ты сказал, что меч Света хранился в твоей семье до недавнего времени, — припомнил Элестайл. — А где он теперь?

— Теперь, боюсь, безвозвратно утрачен и он, — окончательно помрачнел Инри. — Однажды мой брат решил отправиться на поиски мечей Стихий… да так и не вернулся.

— Что это взбрело ему в голову – спустя полторы-то тысячи лет? — удивился Лиссант.

— В одном из дальних миров, куда иногда забредали наши, наметились серьёзные проблемы. Если бы мечи нашлись, можно было бы попытаться что-то исправить. Вот брат и решил возобновить поиски.

— Как я понимаю, меч Света он взял с собой? Зачем? — спросил Элестайл.

— Надеялся отыскать мечи Стихий именно с его помощью. Дело в том, что все пять мечей являлись артефактами лишь в собранном состоянии. Если же отделить от меча навершие, он превращался в самый обычный клинок и уже практически никакой особенной энергетики не излучал. Равно как и снятое с него навершие. Так было задумано, чтобы можно было хранить артефакты, не опасаясь, что их энергетика будет оказывать влияние на окружающую местность и даже на мир в целом.

После утери мечей Стихий драконы всячески работали с единственным оставшимся у нас артефактом, и в конце концов удалось настроить меч Света так, чтобы он был в состоянии уловить энергетику даже разобранных мечей.

— Что же со столь важной миссией твой брат отправился в одиночку? — произнёс Зинглар.

— Он планировал лишь отыскать мир, где хранятся мечи. А уж забирать их выдвинулось бы войско.

— Быть может, он ещё вернётся?.. — высказала надежду Мэйбл.

Инри помотал головой:

— Нет. Однажды ночью мне приснился сон, в котором моему брату отрубили голову. Проснувшись в холодном поту, я чётко понял, что брат мёртв. Пока он был жив, я чувствовал его, несмотря на немыслимые расстояния. И в тот момент попытался снова дотянуться до него, но ощутил лишь невосполнимую пустоту.

Мэйбл смахнула непрошеную слезу, всем сердцем посочувствовав Инри.

— Ладно, — через силу улыбнулся тот, — не пора ли познакомиться с вашим новым драконом? Полагаю, студенческий ужин уже закончился?

Элестайл бросил взгляд на часы:

— Да, наверняка. Рэйди, приведи Вайлда.

Минут через десять Вайлд появился вместе с Эрикой. Узнав, с кем ему предстоит знакомство, парень снова засмущался. Его девушку встреча с чистокровным драконом, как ни странно, особо не испугала. Или она просто старалась подбодрить возлюбленного.

Инри впился в соплеменника взглядом, едва тот появился в дверях и, что-то прошептав на своем языке, вышел из-за стола ему навстречу.

— Из какого ты мира? — первым делом спросил он.

— Сэйнорра. Так он называется на всех языках, какие только существуют у нас.

— Да, мне известен этот мир. Правда, я даже не предполагал, что он имеет сообщение с Альтераном.

— Сообщение не совсем прямое, — пояснил Элестайл. — У нас и на Сэйнорре есть порталы на Землю, но там они расположены практически рядом, в одной системе пещер.

— Ясно. Где твой отец? — снова обратился Инри к Вайлду.

— Понятия не имею, — признался тот. — Я никогда не знал его. Мать родила меня вне брака.

— Но уж она-то должна знать о нём хоть что-нибудь?!

— Возможно. Только она мертва.

— Вот проклятье!.. — Инри отошёл и опустился на диван, уронив голову на руки – словно бы его разом покинули все силы без остатка.

Несмело приблизившись, Вайлд присел на краешек дивана и легонько тронул дракона за плечо:

— Почему тебя так расстроила смерть моей матери? Ты что, знал её?

— Нет. Я знал твоего отца, — тихо промолвил Инри. — Он был моим братом.

[1] Амбидекстр – человек, одинаково хорошо владеющий обеими руками.

69-2

— Ну дела! — негромко воскликнул Морис. Вообще ему, да и другим тоже, показалось, что Инри побледнел, едва узрев Вайлда, но такого поворота он всё же не ожидал.

— Почему – был? — спросил Вайлд.

— Он погиб – где-то в другом мире. Когда я увидел тебя и понял, что ты его сын, у меня зародилась надежда хоть что-то разузнать о его судьбе.

— Сожалею, что ничем не могу тебе помочь, — искренне расстроился парень. — Признаться, мне и самому хотелось бы знать о своём отце хоть что-нибудь. Но мать не рассказывала о нём ни слова. Я даже пытался спрашивать её. Но она лишь посылала меня куда подальше. Лишь однажды она огрызнулась, сказав, что он был горделивой тварью.

— Это неправда! — глаза Инри полыхнули гневом.

— Я просто повторил её слова, — смутился Вайлд. — Думаю, означали они, что отец её бросил. А скорее всего, лишь как-то раз провёл с ней ночь, не пожелав продолжения связи.

— Вот это вряд ли, — возразил Инри. — Поскольку в таком случае ты бы не появился на свет. Заводить детей от случайных любовниц драконы никогда не имели привычки. А уж мой брат не стал бы этого делать на все двести процентов.

— Ну, может, он забылся? Или был пьян… — предположил Вайлд.

— Никогда! — воскликнул Инри. — В смысле, никогда бы не забылся, насколько бы ни был пьян.

— Тем не менее, Вайлд наверняка прав, — вмешался Виз. — Ничего серьёзного между ними просто не могло быть.

— Почему? — Инри повернулся к нему.

— Его мать была из оборнов. Если ты бывал на Сэйнорре, возможно…

— Насколько мне помнится, оборны это низшая каста дварров, — перебил его дракон.

— Именно так. И мать Вайлда была оборном на все сто. Она никогда не отличалась умом, а если выражаться прямо – была тупа как пробка. Она даже магом являлась весьма посредственным. Единственным её плюсом была внешность. По правде сказать, лично тебя я могу представить с ней только мертвецки пьяным. А вряд ли твой брат был глупее.

— Не был, — подтвердил Инри, дабы ни у кого не зародилось даже малейшего сомнения. — Но что-то я уже вообще ничего не понимаю. Не предохраняться с женщиной, заводить от которой детей в страшном сне не приснится – такой дурости мой брат просто не мог совершить, напейся он хоть до бессознательного состояния.

— Тогда предложу другой вариант, — саркастически улыбнулся Виз. — Она попросту обманула твоего брата, сказав, что предохранится сама. Вот он и расслабился.

— Это уже больше похоже на правду… Только ей-то зачем понадобилось беременеть от случайного партнёра? Мечтала о ребёнке – не суть важно от кого?

— Да нет, о детях она никогда не мечтала, — опроверг Вайлд предположение, лично ему показавшееся диким. — По крайней мере, я ей уж точно всегда только мешал.

Инри обнял его за плечи:

— Бедный мой мальчик. С матерью тебе явно не повезло.

— Это ещё вопрос, — криво усмехнулся Виз. — Пожалуй, я бы предпочёл, чтобы мои родители тоже уделяли мне поменьше внимания. — Поймав удивлённый взгляд Инри, он добавил: — Ты просто не знаешь, что представляет собой воспитание детей у дварров.

— Да, я, признаться, никогда не понимал ни вашей магии, ни ваших взаимоотношений. И, откровенно говоря, вступать с вами в контакт тоже особо не стремился. Но возвращаясь к вопросу – на кой демон матери Вайлда понадобилось рожать его, если ребёнок ей вовсе не был нужен?

— Думаю, она размечталась женить на себе твоего брата, — ответил Виз. — Дура дурой, но на желание подняться повыше мозговых извилин, видать, хватило. Знала ли она, что он дракон, неизвестно, но что далеко не оборн – это поняла наверняка.

— Кстати, однажды я слышал… — вспомнил Вайлд. — Мать пила вино с одной своей приятельницей. Обе уже хорошо набрались. Дверь в комнату была приоткрыта. И я услышал, как мать произнесла такую фразу: «Представляешь, этот урод заявил, что о браке не может быть и речи, но ребёнка он заберёт!» О чём они говорили дальше, я, к сожалению, не знаю. Мать засекла меня и велела убираться. Но ведь не исключено, что речь шла об отце и обо мне?

— Очень даже не исключено, — согласился Инри. — Уж у дварров брат своего ребёнка никогда бы не оставил. Если бы не погиб. Сколько тебе лет?

— Двадцать с половиной.

Инри задумался, прикидывая соотношение длительности года на Сэйнорре и в его собственном мире.

— Да, получается, что брата не стало как раз либо незадолго до твоего рождения, либо вскоре после него.

— Скажи, я на него похож? — спросил Вайлд.

— Очень. Я как тебя увидел, у меня чуть сердце не оборвалось. Что ты его сын, я не сомневался, ещё даже не изучив тебя магически.

— И у отца тоже были рыжие волосы и сиреневые глаза?

— Да. Ты в какого дракона обращаешься?

— В сиреневого. Я не выбирал – как-то само вышло.

— Брат тоже был сиреневым, — тепло и грустно улыбнулся Инри.

— А ты?

— Белый.

— Но вы с отцом, видимо, не слишком похожи?

— Не слишком. Я внешностью пошёл в отца, а он в мать.

— Как его звали? — поинтересовался парень. — И как, кстати, зовут тебя? Мы ведь даже не познакомились. Я – Вайлд.

— Инри, — представился дракон. — Полное имя Инриливόр. А твоего отца звали Илзиливáр.

— Значит, Инри и Илзи… — улыбнулся Вайлд. Дракон кивнул. — А моё полное имя Вайлдллоирремуáр. Но ломать язык необязательно, я уже привык к Вайлду – именно так меня называют друзья, — он выделил последнее слово явно с особым смыслом.

— И всё же я запомню оба варианта. Вайлдллоирремуар, — без запинки повторил Инри, улыбнувшись. — Эх, если бы знал, что найду здесь племянника – бросил бы все дела и рванул сюда по зову Лорго в ту же минуту. Ты не представляешь, как я рад твоему появлению! — Он повернулся к сидевшим за столом: — Спасибо вам всем за этот бесценный подарок! Я ваш вечный должник.

— Мы не нарочно, — отшутился король Бордгира. — Но твои слова я запомню.

— Запоминай, Элестайл, запоминай. Я серьёзно. Что бы вам ни понадобилось – сделаю всё, что только смогу. Никто из нас уже не надеялся увидеть продолжение Илзи.

«Кое-что точно понадобится, — подумал про себя вампир. — Твоё прощение за то, что умолчали о двух мечах». Пока рассказывать о них он всё же не спешил. Нужно ещё всё как следует обмозговать. Хотя у него уже мелькнула шальная мысль разрешить земные проблемы, натравив на Полярную Звезду армию драконов. Для последних возвращение мечей наверняка обойдётся бескровно. Ну, а Полярники сами искали «приключения» на свои пятые точки.

— Ты пойдёшь со мной? — спросил Инри, глядя на племянника с надеждой.

Вайлд потупился. Этого вопроса он боялся с того самого момента, как выяснилось их родство.

— Нет… прости… Я тоже очень рад появлению родственников. Но здесь у меня друзья – первые и единственные за всю жизнь. Они изменили меня, перевернули все мои представления. Я был дварром – а с ними фактически родился заново. К тому же у Эрики здесь сестра, они также очень близки…

— А Эрика это ты? — Инри посмотрел на девушку. Она кивнула. — Человек, — быстро заключил дракон.

— У неё отличные способности к магии, — поспешил сообщить Вайлд.

— Вижу. Только обосноваться в Лимеране, людском государстве, явно не лучшая идея, — нахмурился Инри. — Я имею в виду, для тебя.

— Вообще-то обосноваться мы собираемся в Бордгире – когда окончим Блонвур.

— В Бордгире? — Инри посмотрел на племянника, потом на короля вампиров: — Элестайл, и ты поддерживаешь их намерение?

— Уже поддержал. Они – граждане Бордгира.

— Ну конечно, — усмехнулся Инри, — разве ты отказался бы от собственного дракона!

— Дело не только в этом. Вайлд мне сразу понравился. Поверь, какого-нибудь говнюка я не стал бы привечать, будь он хоть трижды драконом.

— А что бы ты стал делать с говнюком? — не без сарказма полюбопытствовал Инри. — Отдал бы его Лимеране или кому-то ещё?

— Нет, естественно, — честно ответил Элестайл. — Я не сумасшедший, чтобы своими руками сдвигать баланс сил в чужую сторону. Но и в своём государстве мне не нужны проблемы. Я бы постарался спровадить его обратно, откуда он пришёл. Или, ещё как вариант, сбагрить его вам – мир драконов одного говнюка-соплеменника как-нибудь переживёт, а вот серединный мир тот может и в пучину хаоса ввергнуть. Тем более когда-то ты говорил, что, по идее, обязан был бы забрать Лорго.

— По идее – я и Вайлда забрать обязан, — вздохнул Инри. Племянник несогласно замотал головой. — Но не считаю себя вправе делать это насильно. Ладно, Вайлд, оставайся. Элестайлу я доверяю. — Парень выдохнул с облегчением. — По счастью, наши миры – спутники, то есть портал между ними открыт большую часть времени, и видеться мы сможем достаточно часто. Кстати, а вот о портале между Землей и Альтераном мне вовсе ничего не было известно. Вообще два портала рядом – величайшая редкость. Быть может, поэтому мы и не подозревали о существовании на Земле второго, вблизи портала с Сэйноррой – просто в голову не приходило искать там что-то ещё.

— А кроме того, сбежавшие от нас адепты ордена Смерти постарались его замаскировать, — добавил Зэндел. — Открыт портал или закрыт, со стороны Земли скальный тупик выглядит практически одинаково. Однако, на самом деле, на Альтеране тупик является дверью. Только открыть её, кажется, реально лишь отсюда, из подземелья.

— Минуточку! То есть портал на Землю находится здесь, в подземелье Блонвура? — живейше заинтересовался Инри. — И картина была найдена где-то в подземелье?

— Да, — подтвердил Элестайл. — Скорее всего, и принесли её с собой те самые адепты сэйноррского ордена Смерти, впоследствии основавшие у нас орден Тени.

— Так, давайте-ка ещё раз про этот орден Смерти-Тени и поподробней, — буквально потребовал дракон.