Глава 98

Дальнейшее путешествие для землян протекало с бо́льшим комфортом. Дело в том, что Дальгондер додумался одолжить у герцога Торнвертора карету на полозьях и восьмерку лошадей к ней. Теперь те, кто не привык подолгу ездить верхом, поочередно отдыхали в ней. Это позволило не только не снижать, но даже несколько ускорить темп передвижения, и у блонвурцев вновь появился шанс поспеть в Бордгир до новогоднего бала.

Если бы им ещё и благоприятствовала погода…

Но в середине предпоследнего дня пути вдруг разгулялся ветер.

— Грядёт буря, — объявил Ситал.

Дэлвир кивнул в ответ на вопросительный взгляд Ворона, подтверждая предсказание орка.

— Думаю, нам следует вернуться, — добавил он.

Не так давно они проехали постоялый двор на перекрёстке дорог. Можно было, развернув коней, переждать непогоду там. Но тогда они уже вряд ли продолжат путь сегодня, и вампирский Новый год им придётся встретить то ли в дороге, то ли на следующем постоялом дворе.

— Нет. Давайте лучше ускоримся, — возразил Дэймон. Его активно поддержало большинство студентов.

— Я тоже за то, чтобы ехать дальше, — неожиданно заявил Дальгондер. Постоялый двор на перекрёстке имел репутацию самого отвратительного придорожного заведения во всей Лимеране. — Не факт, что та хибара, которую мы миновали недавно, вообще устоит под напором урагана.

— А мы, думаешь, устоим? — скептически усмехнулся Ворон.

— Всерьёз буря, полагаю, разыграется лишь к ночи. Так что если поторопимся вместо того, чтобы тратить время на споры…

Ворон тронул поводья. За ним – остальные.

Ветер крепчал с каждой минутой. А вскоре посыпал снег, ветер яростно мёл его путникам в бок. Темно стало как в сумерках, хотя до заката было ещё далеко. Ураганные порывы едва не сбивали с ног, метущаяся белая пелена застилала все вокруг, сводя видимость практически к нулю.

— Стойте! — закричал, подняв руку, ехавший впереди Ульцан.

Орки осадили лошадей по его команде, вынуждая следовавших за ними тоже остановиться.

— В чём дело? — крикнул, перекрывая вой ветра, Ворон.

Раньше, чем ноорк ответил, высоченная сосна впереди угрожающе заскрипела… и рухнула поперёк дороги.

— Как ты узнал? — поразился Морис.

— Мне было видение, — будничным тоном пояснил Ульцан.

— Очевидно, его послали Хранители? — решил Дальгондер. — Что ж, хорошо, что именно их любимцы сейчас возглавляют отряд.

Итак, смертельной опасности они избежали. Но что теперь делать с каретой? В отличие от верховых, ей через ствол поваленного дерева не перескочить.

— Похоже, пассажиркам кареты придётся пересесть в сёдла, — сделал неутешительный вывод Ворон.

Он склонился к дверце, чтобы сказать об этом девушкам, набившимся в карету, дабы укрыться от ледяного ветра. Но тут разглядел впереди гигантский крылатый силуэт. Перекинувшись, Вайлд сумел-таки оттащить сосну с дороги.

Отлично, путь свободен. Кавалькада двинулась дальше.

Это казалось невозможным, но ветер продолжал набирать силу. Каждый шаг давался лошадям с трудом. В конце концов седокам пришлось спешиться и вести их в поводу.

Очередной особо яростный порыв, ударив в бок кареты, завалил-таки её. Мужчины кинулись поднимать транспорт. Изнутри раздавались визги и крики.

Поставив карету обратно на полозья, стали выводить из неё девушек. По счастью, слишком сильно не пострадал никто. Но у Шелды была вывихнута рука, а Мильты – плечо. Обе находились у левого борта, на который и завалилась карета. Другие, оказавшиеся в самом низу кучи малы, серьёзных травм не получили, отделавшись, как и остальные, синяками и ушибами.

Не было никаких гарантий, что ветер не собьёт карету снова. В неё всё-таки опять посадили Мильту с Шелдой, оказав им первую помощь. Но всем прочим девушкам пришлось продолжить путешествие пешком. Некоторым повезло укрыться за перекинувшимися Дэллоизом и Максом. Остальных, как могли, защищали от ветра их мужчины.

Впрочем, звериную ипостась предпочли не только вирги, но и другие оборотни – за исключением Олега. Ромул тоже перекинулся, однако щенок быстро выбился из сил, и его отец был вынужден вернуться в человеческое обличие, чтобы нести сына на руках.

Хотели было посадить Ромула в карету к Шелде с Мильтой, но тут она перевернулась во второй раз, и обе девушки поспешили покинуть ненадежный транспорт.

После третьего опрокидывания карету решили бросить, но лошадей из неё, естественно, выпрягли. Дальше ими управлял Рондвир. Он, кстати, уже сто раз пожалел, что солгал Элестайлу, будто бы они вернулись на постоялый двор на перекрёстке – если они не сумеют добраться до «вампирского» постоялого двора, то есть того, что стоял на подступах к Бордгиру, брат даже не будет знать, где искать их. Но связываться с ним снова и сознаваться во лжи не хотелось – тем более что сейчас помочь им Элестайл не мог ничем – летать в такую погоду невозможно, лишь будет без толку тревожиться за них.

Давно стемнело. Метель бушевала со страшной силой. Из-за неё даже вампиры с трудом различали тех, кто шёл рядом. Старались периодически перекликаться с авангардом и арьергардом, чтобы не потерять кого-нибудь. Ромула несли на руках по очереди.

Ульцан предсказал ещё одно падение дерева на дорогу. Точнее, на заснеженную просеку – от дороги там не осталось и следа. Люди, нелюди и лошади выбивались на глубоком снегу из последних сил. А до «вампирского» постоялого двора оставалось ещё часа три-четыре по самым смелым прикидкам.

Девушки то и дело валились с ног. Мужчины, конечно, поднимали их, волочили практически на себе, но и сами уже передвигались с огромным трудом. И все дико продрогли на этом ужасающем ледяном ветру. Им не дойти до постоялого двора! Разве что у двух виргов ещё оставались шансы, хотя понятно, что те не бросят возлюбленных и друзей.

Деревья выворачивало с корнем тут и там. А если к Ульцану опоздает очередное видение?

Сейчас бы сбиться в кучу и поставить ту защиту, что каждую ночь возводила экспедиция на Сэйнорре. Однако с ними не было Лонгаронеля, а Ворон с Рондвиром вовсе не были уверены, что сумеют заменить его и верно воспроизвести все необходимые действия. К тому же на сложную магию сил не осталось уже ни у кого.

Упав в который раз, Дэн больше не смог подняться. Диана и вовсе находилась на грани потери сознания. Другие тоже практически не держались на ногах. И все настолько замёрзли, что их давно посещали мысли рухнуть на снег и заснуть. Ярый свернулся калачиком и закрыл глаза. Возможно, оборотень и выживет, заночевав на лютом морозе… а может, и нет. Но следом за ним на снег повалилась Эрна, затем Мэйбл, Элвэ, Милара…

— Не спать! — заорал Ворон, чувствуя, что последние силы оставляют и его.

Рондвир никак не мог уговорить Мэйбл держаться на ногах.

Кто-то ещё свалился в снег – через метель Ворон не сумел разобрать, кто именно.

— Медведь! — крикнул голос впереди. Кажется, принадлежал он Ситалу. — Белый!

98-2

Белый медведь? Разве они водятся на севере Лимераны? Бред какой-то. Впрочем, может, просто обычного бурого до такой степени запорошило снегом? В любом случае, Ворон не был уверен, что у него хватит сил на бой с голодным шатуном.

— Идёмте! Белый Медведь поможет нам добраться до жилья! — прокричал Ситал.

— С чего ты взял? — проорал в ответ Морис. Откуда только силы на крик взялись – лишь несколько секунд назад он был готов тоже упасть и заснуть.

— Это Дух-Хранитель! — пришёл ответ спереди. — Он явился спасти нас!

Блажен кто верует. Однако у всех словно бы прибавилось сил – по крайней мере на то, чтобы двинуться с места. Лежавших подняли со снега, и отряд побрёл вперёд.

Правда или это только казалось, что даже ветер немного стих?

— За нами идёт Белая Рысь! — передали новость с хвоста колонны.

— Лишь недавно наступил месяц Белого Медведя. А предыдущий был – Рыси, — заметила Фортейл. — Время фактически на стыке. Поэтому они явились вдвоём?

— А может быть, вдвоём просто легче действовать, — чуть растянул в улыбке синие от холода губы Дальгондер.

Как ни удивительно, уже минут через десять орки различили впереди огни постоялого двора. Умирая от усталости, но все прибавили ходу.

Первым делом заводили на конюшню лошадей, отдавая их заботам сына и зятя хозяина. И лишь потом шли в натопленный обеденный зал, где уже сам хозяин встречал гостей порциями подогретого вина. Откуда только узнал, что в такую-то непогоду к нему могут заявиться постояльцы? Не иначе как снова постарались Хранители.

Едва в дверь зашли последние члены отряда, по пути, как и остальные, от души поблагодарив Медведя, Ворон принялся всех пересчитывать. Почему-то у него упорно получалось пятьдесят один. Неужто кого-то потеряли? У проректора похолодело в груди. Если кто-то отстал, выбившись их сил, сейчас, возможно, уже замёрз до смерти. Да и где его теперь искать?! Последние лиги они преодолели каким-то странным сокращённым путем, ведомым одним лишь Хранителям.

— Сэйлиар! Нет Сэйлиар! — опомнился Дальгондер, очевидно, тоже занимавшийся подсчётом присутствующих.

Дэллоиз и Макс, перекидываясь на ходу, ринулись к выходу. Однако в дверях столкнулись с Белой Рысью, принесшей на своей спине эльфийку. Та была без сознания, но жива. Ворон с Дальгондером поспешили забрать студентку у Хранителя и уложить её на скамью.

А вирги перекинулись обратно – опять на глазах изумлённого хозяина постоялого двора. Общаться с вампирами тот давно привык и не боялся их, а вот оборотни явно были ему в новинку. Конечно, свои эмоции хозяин заведения постарался скрыть… и всё же теперь помимо воли поглядывал на этих двух парней с опаской. Эх, знал бы он, сколько оборотней на самом деле собралось под его крышей!.. Правда, другие превращались не в таких огромных зверей.

Рондвир подошёл к хозяину и прошептал ему несколько фраз – вероятно, желая успокоить его нервы. Мужчина действительно перестал со страхом коситься на виргов.

Прежде чем сесть ужинать, маги ещё раз, теперь уже более тщательно, занялись травмами Мильты и Шелды. Ушибы и синяки другим взялись залечивать орки.

Хонор подошёл к Ворону, когда тот закончил с Шелдой.

— Влад, посмотри, пожалуйста, Зеланну, — обратился к нему орк. — Она сейчас призналась, что у неё здорово болит бок. Боюсь, как бы не были сломаны рёбра.

Не перелом, но трещину в ребре девушки Ворон действительно обнаружил. Пришлось поставить ей энергетический корсет. Но мужество изнеженной дворянки, признаться удивило вампира – как же она умудрялась не только терпеть, но и скрывать боль на протяжении всего пути после переворота кареты?! Видимо, держалась на одном лишь желании соответствовать своему возлюбленному-орку – те, как известно, способным сносить едва ли не любую боль.

— Похоже, я так и останусь девственницей, — расстроенно прошептала Хонору Зеланна, пока они шли к своим местам за столом. В первую ночь их близости не дали состояться разбойники. А потом Хонор решил отложить оную до цивильных условий в замке Адельвурт, не желая, чтобы это произошло где-нибудь на грязной конюшне – чем дальше от Эльты, тем только хуже и хуже обстояло с чистотой на постоялых дворах. Лишь «вампирский» являлся приятным исключением. — Влад запретил мне любые нагрузки и резкие движения на протяжении целой недели, а то и двух, — пояснила девушка.

— Ничего страшного. Подождём, пока твоё ребро полностью срастётся, — ободряющее произнёс Хонор, ничем не выдав собственного разочарования. А ведь на самом деле уже считал часы до заветного момента приезда в Бордгир.

— Тебе что же, совсем всё равно? — обиделась на его равнодушие Зеланна. — Или, может, ты вообще передумал заводить отношения со мной?

— Нет, конечно, не передумал, — заверил её орк. — Просто не ставлю своё желание выше твоего здоровья.

Обида в глазах девушки сменилась безграничной теплотой.

— Ты настоящий мужчина! — с чувством прошептала она. — Я всегда это знала.

Случайно услышав начало разговора, Рондвир постарался дослушать до конца, но теперь поспешил ретироваться, пока парочка ничего не заподозрила.

— Какой Тени ты запретил Зеланне секс? — тихонько поинтересовался он у Ворона. — Ведь энергетический кокон держит ребро практически намертво, а если не безумствовать, занятия любовью ей бы уж точно не повредили.

— И как тебе удаётся слышать всё, что не предназначено для чужих ушей! — усмехнулся Ворон.

— Только не говори, будто бы этого не удаётся тебе, — с язвительной улыбкой ответил Рондвир.

Ворон отвёл его в сторону, никак не желая, чтобы их разговор стал достоянием чьих-то ушей.

— Насколько мне известно, Хонор договорился с Вайлдом, чтобы тот после Нового года отнёс Зеланну навестить брата, — начал Ворон, убедившись, что их никто не может слышать. — И я подумал, что лучше ей будет явиться домой ещё девственницей. Пускай расскажет брату о своём намерении связать жизнь с орком, и если тот примет такое положение вещей – вот уж тогда пусть Зеланна и прощается с невинностью. А ну как брат встанет на дыбы?! Я ведь правильно понимаю, что всего одна ночь любви перечеркнёт все шансы девушки выйти замуж за кого-то другого?

— Да, люди здесь помешаны на девственности невест, — подтвердил Рондвир.

— Вот именно так я и подумал, — хмуро изрёк проректор. — Надеюсь, хотя бы у вампиров такого нет?

Соплеменник одарил его убийственным взглядом:

— Прикалываешься, да?!

— Ну, мало ли какие у вас здесь порядки… — ответил он, с трудом сдерживая ироничную улыбку. А потом устремил на студента заинтересованный взгляд: — Кстати, как при столь строгих нравах тебе удалось соблазнить едва ли не половину Блонвура? Наверняка ведь твои пассии были из людей. Неужели все они вовсе не собираются замуж?

Рондвир скроил язвительную улыбочку, напуская на себя таинственный вид. Ворон продолжал сверлить его выжидающим взглядом, и он всё-таки ответил:

— Во-первых, у магов с этим всё же попроще. А во-вторых… Признаться, однажды мне тоже пришёл в голову такой вопрос, и я задал его одной из девушек.

Ронд снова взял паузу.

— И что она ответила? — подогнал его Влад.

— Сам не догадываешься?

— Неужто магическое восстановление девственности? — озвучил он единственную пришедшую в голову версию.

— В точку, — кивнул студент. — Методу даже проходят в Блонвуре – на седьмом вроде бы курсе.

— Я вот только не очень понимаю зачем, — задумчиво произнёс Ворон. — Если, сам говоришь, нравы магов ушли от средневековых, а брак магини с обычным человеком вообще вряд ли возможен из-за несоответствия длительностей жизни.

— Ну, мало ли какой самовлюблённый баран попадётся, — усмехнулся Рондвир, — которому поперёк глотки будет факт, что сам перетрахал кучу девиц, а ему, такому драгоценному, не девственница досталась.

Влад тоже невольно хохотнул.

— Да, воспитание-то у многих людское – всячески поощряющее мужскую вседозволенность и полное бесправие женщин.

— А кроме того, возможно, данное умение востребовано на рынке магических услуг, — выдал ещё одно предположение студент. — У вас такого нет? — полюбопытствовал он.

— У нас – это где? — уточнил Ворон. Но тут же начал отвечать: — На Сэйнорре я ни о чём подобном даже не слышал. Но вампиры там всегда жили обособленно. А на Земле, честно сказать, без понятия. Однако полагаю, востребованость данной услуги всё же давно ушла в прошлое.

— Так вот, по поводу нашей парочки, — вернулся Рондвир к предыдущей теме. — Боюсь, скорее, солнце взойдёт на западе, чем брат позволит Зеланне выйти за орка.

— Сама она уверена в обратном. Более того, уже поведала брату о своих чувствах – безответных на тот момент, — поделился сведениями проректор. — И якобы он, в письмах, даже давал ей советы, как добиться взаимности Хонора. Я попросил у неё его письма, чтобы выяснить, были ли те советы искренними. Только одна проблема – я не читаю по-кордакски.

— Зато по-кордакски отлично читаю я, — улыбнулся Рондвир. — Прочтём их вместе?

Ворон кивнул:

— После ужина.

Они отправились за стол.

Вьюга за окнами продолжала бесноваться и, кажется, усилилась ещё. Порывы ветра заставляли дрожать стёкла и сами рамы. Поэтому, прежде чем приступить к трапезе, маги укрепили их защитами. А после ужина, под руководством Элвэ, занялись установкой более глобальной противоураганной защиты, призванной уберечь здание от падения на неё деревьев. Впрочем, некоторые уже были знакомы с данной магией сэйноррских эльфов.

Закончили они во втором часу ночи. Все остальные к тому моменту легли спать. Окончательно вымотавшись, маги тоже поспешили разойтись по своим комнатам.

Однако через полчаса Ворон и Рондвир снова спустились в обеденный зал. И здесь, и на кухне не было ни души. Взяв из-за стойки бутылку вина – Ворон заранее попросил хозяина принести её, они расположились за столиком в дальнем углу.

Ворон отдал другу пачку писем. Но едва Рондвир, развернув первое, начал шёпотом переводить текст, как в трапезной возник Дальгондер. Явился он слишком тихо даже для эльфа – во всяком случае, вампиры не слышали его приближения, хотя были настороже.

— Не угостите бокальчиком вина? — спросил Дальгондер, двинувшись прямиком к ним.

— Угостим. Только бокал себе прихвати, — предупредил Ворон.

Завернув по пути за стойку, эльф присоединился к вампирам.

— Что празднуем? — поинтересовался он.

— Ничего. Усталость прогоняем, — ответил Ворон.

— А что читаем? — последовал другой вопрос Дальгондера, хотя при его появлении Рондвир вроде бы успел спрятать письма под стол. Сидели они в самом тёмном углу, разглядеть письма в его руках эльф просто не мог – значит, что-то услышал.

Ворон решил ввести в курс дела и его – так просто он всё равно уже не уйдёт. Да и ещё одно компетентное мнение, пожалуй, лишним не будет.

После того как Ворон рассказал Дальгондеру всё, что счёл необходимым, Рондвир вновь взялся переводить. Друзья внимательно слушали его и приступили к обсуждению, лишь когда он закончил читать последнее письмо.

— Ну, что скажете? — спросил Ворон, решив сперва выслушать чужое мнение.