Глава 41. Не заключайте сделок с драконами!

Велимир

Хоть что-нибудь в этой женщине было правдой?

Она стояла передо мной растерянная, смотря в мои глаза, выискивая в них ответы, словно могла понять, что я чувствую, только лишь по одному взгляду.

— Ты пришла по заданию Дария? — спросил я бесстрастно, хотя в груди что-то оборвалось.

— Что? — тихо удивилась она.

— Ты пришла в мой дом по заданию Дария? — повторил я громче и четче.

— Нет, — прошептала она. — Я никогда его не видела.

— Погоня в Срединном лесу была уловкой?

Простые вопросы, но каждый резал как ножом.

— Нет, — она помотала головой, словно не только меня, но и себя пыталась убедить. — Я не знаю, почему Борай хочет меня убить.

— Ты сама ответила на свой вопрос: старшая сестра стоит на пути к его владычеству. Но ты ведь это и сама знаешь, так, Злата? — усмехнулся я, поражаясь тому, как легко меня обвели вокруг пальца.

— Я не знала и не претендую на власть! — с жаром воскликнула Злата. — Ни на чью, — добавила она негромко.

Я усмехнулся.

— Теперь я в этом не уверен.

Стоит только обрести ясность, и правда рушится, как пирамидка из камней, которые мы с Гордияном складывали в детстве.

— Почему? — спросила Злата, все еще искусно играя свою роль.

— К чему было молчать об этом так долго?

Мой вопрос ударил по ней, и Златослава растерялась.

— Боялась твоей реакции. Ты не верил мне и…

— Отчего же рассказала теперь? — перебил я, насмехаясь. — Именно в тот день, когда я пригласил Борая к нам в княжество, а он ответил согласием на приглашение?

Злата побелела. Разумеется, я подловил ее.

— Я не знала…

— Вижу, ты знаешь разные вещи, только когда тебе выгодно их знать. В другое же время — ты иномирянка, — усмехнулся я и провел пальцем по ее щеке.

Злата дернулась от моего прикосновения. Как изменчиво ее девичье нутро.

— Я узнала, что он — мой брат, только когда Прасковья сказала об этом.

— М-м-м… — протянул я. — В день ее смерти или двадцать лет назад?

Я налил в кубок крепкой медовухи и выпил все залпом. Налил еще.

— Хочешь, пленница?

— Ты сказал, что отпустишь меня, — скривилась Злата.

Я подошел ближе и взял ее за подбородок.

— Я не знаю, откуда ты явилась, суженая, — сказал я, издеваясь, — но в этом мире, когда заключаешь сделку, надо дождаться согласия другой стороны, прежде чем выкладывать все свои тайны на стол.

Ее сладкие губы дрогнули.

— И что теперь? — спросила она, а ее лицо ожесточилось.

— А теперь, суженая, ты станешь моей женой по-настоящему.

Злата

Меня увели под присмотром четырех дружинников. Ваню тоже схватили и посадили в клетку. Его была с прутьями. Моя — с периной и пятиразовым питанием. Даже Ярославе досталось: ее князь приказал проводить в сарай.

Я размазывала слезы по щекам, когда ко мне в комнату вошла Благослава.

Ее ликующее лицо стало последней каплей.

— Уходи прочь! — закричала я в ответ на ее самодовольное «доброго дня, Суженая Змея».

Не желала она мне ничего доброго!..

— Приказано тебя к свадебному пиру готовить. Змей хотел его через седмицу устроить, но отчего-то передумал медлить. Чего же ты такого сделала с моим женихом, ведьма? Допекла?

— Сказала правду.

В моем голосе сквозила горечь. Я никогда не умела скрывать эмоции.

— Ха! Ну наконец-то. Странно только, что тебя не отправили в Вотчину Марены, как остальных ведьм.

— Как?

— Ну, не знаю, без головы, например.

Я знала ответ. Знала, почему он не убьет меня.

Потому что магия так распорядилась, потому что князь не мог от меня избавиться — его дар передастся только наследникам с моей кровью в венах.

Глупо, что я думала, будто между нами действительно что-то было.

Я не сопротивлялась, когда они прикладывали к моему телу ткани, когда снова готовили какие-то наряды, еще краше, еще богаче, чем до этого.

Не отвечала на глупые усмешки Благославы, которая руководила всем этим театром. Она привела эту свою помощницу — Забаву, и вместе они готовили меня к свадебному пиру, который случится завтра.

У меня в душе была пустота.

Пустота и отчаяние.

Единственное, что я не позволила сделать — забрать у меня кинжал, отданный Срединным лесом.

Благослава ругалась, угрожала, позвала охрану.

Плевать. Хотя бы в этом я не собиралась уступить. Это моя вещь. Они могли забрать все, что угодно, но кинжал — нет.

Забава вернулась с дружинниками.

Богдан, бородатый силач, что привел меня в дом князя тогда, в первый день, посмотрел с сочувствием.

— Ты не хочешь отдать кинжал? — спросил он, пытаясь понять мои мотивы.

Я покачала головой.

— Я спрошу князя, может, он позволит тебе его оставить, — кивнул он и вышел.

Забава и Благослава продолжали голосить, убеждать дружинников, что надо забрать у меня опасный нож, но те были непреклонны. Они ждали приказа от своего начальника. Куда делся Гордиян, я не знала, но это и не было важно.

Богдан вернулся быстро. Выгнал всех из комнаты и подал мне ножны.

— Они крепятся на пояс, спрячь под свадебную накидку.

Я кивнула.

Он уже развернулся, чтобы уйти, когда я нервно окликнула его:

— Как Ваня?

— В порядке, — ответил он. — Огрызается, но сидит спокойно.

С этим силач-дружинник оставил меня одну.

Мне принесли ужин, к которому я не притронулась.

Я смотрела в окно и наблюдала за маленькими певчими птицами, а когда стемнело, положила свой кинжал под подушку и забылась глубоким и беспробудным сном.

Сном, где ко мне пришел человек, которого я и не надеялась когда-нибудь увидеть.