Глава 13

Приход брата Бастиана не смутил. Он поднял голову, глянул через плечо на родственника и перекатился на спину, невозмутимо подтянул одеяло.

— Доброе утро, братишка.

— Не уверен, что готов ответить тебе тем же, — напряжённый взгляд Дастина переместился с брата на меня. — Всё хорошо, Ясения?

— Да, отлично. Замечательно просто, — я села рывком.

Глянула вниз и сообразила запоздало, что местный аналог бюстгальтера — Сарика называла его грудной повязкой — ещё не современный бюстгальтер и грудь сквозь тонкую ткань просвечивала так, что впору было вовсе его не надевать.

Внезапно стало неловко. Умом я понимала, что традиции многомужества должны приучать вайленских мужчин спокойно относиться к подобным вещам и что оба брата мне не чужие, но не получалось избавиться от ощущения, будто жених застукал меня обнимающейся с посторонним парнем.

Я торопливо вылезла из постели. Огляделась в поисках хоть чего-то, что можно накинуть вместо халата.

Из чего-то обнаружились лишь платье с корсетом, лежащие на кресле.

— Я встретил твою горничную, — Дастин отвёл глаза. Ну хоть кто-то из братьев догадался не пялиться на меня открыто, пока я соображала судорожно, что хватать и куда бежать. — Она сказала, что он у тебя… не пояснила, правда, что он тут делает.

— Спал, — доверительным тоном сообщил Бастиан.

— Разве у тебя нет собственной спальни?

— Здесь перина мягче.

Надо упокоиться. И прекратить глупую эту панику на ровном месте. Вон, Дастин и бровью не повёл, застукав брата в постели с их общей невестой, это я почему-то испугалась и заметалась.

Наверное, потому, что в подобной ситуации ожидаешь иной реакции от каждой стороны.

— Батюшка прибыл, — Дастин выразительно посмотрел на брата. — Ему не терпится взглянуть на нашу суженую… и заодно уж на тебя. Хорошо бы одетого как должно. Будь добр, поспеши.

Бастиан с демонстративной неохотой вылез из-под одеяла и принялся одеваться.

— Благодарю за необыкновенный вечер, Ясения, — Бастиан поклонился и, не утруждаясь обуванием, босым вышел из спальни.

— Вы куда-то ходили накануне? — Дастин проводил брата подозрительным взглядом.

— Да, — я подумала и решила-таки признаться: — В клуб.

— В «Волчицу»?

— Да.

— И… — следующий подозрительный взгляд достался мне. — И как он тебе?

— Обычный.

— Обычный? — Дастин попытался переварить это прилагательное в контексте описания ночного клуба, о котором у затворницы Ясении и представлений-то быть не должно.

— Не считая того, что первые два бокала ударили мне в голову, и я полезла на пилон, делать вид, будто умею на нём танцевать.

— Прости, куда полезла?

— На пилон… на шест. Это такой…

— Я бывал в «Волчице», видел.

— Бывал? — настал мой черёд удивляться.

— Думаешь, я занят лишь делами родовых мануфактур и совсем ничего не вижу вне их стен? — Дастин усмехнулся вдруг. — Наверняка со слов Бастиана всё так и выходит… но порой ему случается заблуждаться. И на мой счёт тоже, — он помолчал, скользнул украдкой быстрым взглядом по моей фигуре и повернулся к двери. — Не буду беспокоить. Ты же спустишься к завтраку?

Сколь понимаю, от завтрака этого отказываться нежелательно.

— Конечно.

— Хорошо, — и Дастин вышел.

В доме Аллиа завтрак господам приносили каждому в его спальню, благодаря чему я, Инид и Гедеон редко когда пересекались по утрам. Я вставала рано и если была необходимость, сразу уходила в мастерскую. Да и сам завтрак по виду и содержанию стремился к тому, чем я завтракала в прежней своей жизни — какое-нибудь хлебобулочное изделие с сыром или маслом, иногда разбавленное яйцом всмятку и травяной настой вместо чая.

В доме Лилиашей завтрак напоминал ужин, столь же серьёзный, обстоятельный, со сбором всех членов семьи в столовой, парадной формой одежды и не одной переменой блюд. Впрочем, не исключено, что виной всему был приезд мужа Сандры.

На лестнице я встретила Розалин, оживлённую больше обычного. Она подхватила меня под руку и потащила вниз по ступенькам, по пути болтая без умолку. Из радостных её реплик я узнала, что прибывший муж второй и младший супруг её мамы, что последние полторы декады он провёл в Апелли, что на юге Вайленсии, и что папу она обожает. Нет-нет, само собой разумеется, Розалин любит всех троих своих родителей и не делает различий между отцами, потому что в многомужних семьях не принято делить пап на своего и чужого, и сами мужчины не делают различий между детьми независимо от биологического отцовства.

Наверное, я как-то странно на неё посмотрела, потому что Розалин поспешила добавить, что им известно, кто чей отец. Существует специальный артефакт, с помощью которого можно прояснить сей вопрос. Но по понятным причинам кровное отцовство в Вайленсии не имело того же значения, как в других странах.

В столовую Розалин меня затащила почти что на буксире. Отпустила и бросилась к стоящему возле Сандры мужчине.

— Папочка!

— Рози! — мужчина поймал её в объятия.

И я безо всякого артефакта заподозрила, что мужчина таки приходится Розалин отцом биологическим.

— Папа, я так скучала!

— И я скучал, красавица моя, — мужчина отступил на шаг, оглядел её. — Сандра, разве она не стала ещё краше за то время, пока я её не видел? Наша роза с каждым днём расцветает всё больше и больше.

— Папа, — Розалин зарделась и потупилась.

Сандра улыбнулась мужу и повернулась ко мне.

— Ясения, подойди ближе. Суженая наших сыновей, благородная кейра Ясения Аллиа.

Я склонила голову.

Супруг Сандры немолод, но и не так стар, как я ожидала. Довольно высокий, поджарый, с зачёсанными назад каштановыми волосами, глубоко посаженными карими глазами и тронутым морщинами строгим лицом.

— Мой муж, благородный кейр Мендел Лилиаш.

Он зеркальным движением склонил голову в ответ, оглядел меня со сдержанным любопытством.

— Рад наконец увидеть тебя воочию, Ясения. Сандра рассказывала о тебе… и я видел твой портрет. Следует признать, кисти художника не удалось передать и половины твоего естественного очарования.

— Благодарю, — отозвалась я.

Интересно, а где второй свёкор? Остался где-то там, на юге? Или в Лоране? И что же выходит, ему необязательно появляться на балу? Или обязательная явка только для нас с Инид как давно не представавших пред монаршими очами?

— Прошу к столу.

Я повернулась к столу и заметила, что в столовой собрались все, включая Инид…

Все, да не все.

— Бастиана ещё нет, — возразила Сандра.

— Бастиан сейчас спустится, — заверил Дастин.

— Хотя бы раз проявил уважение к гостям и пришёл вовремя, — неодобрительно заметил Мендел, не обращаясь ни к кому в частности. — Никакого сладу с ним нет, одни выходки мальчишеские.

Сандра коснулась руки супруга успокаивающим жестом.

Я опустилась на стул рядом с Инид. И, пользуясь тем, что расселились ещё не все, прошептала матушке на ухо:

— Мама, а ты не хочешь рассказать, что именно ты обо мне наговорила?

— Ты о чём, доченька? — Инид глянула на меня непонимающе.

— Я о том, мама, — я наполовину машинально сделала в слове «мама» ударение на другой слог, — в каких красках ты меня описала… ей, — и качнула головой в сторону Сандры.

Градус недоумения в матушкином взоре возрос и вдруг упал ниже нулевой отметки. Инид отвернулась, посмотрела на пустую тарелку перед собой, словно успела покатать по ней волшебное яблочко и теперь та могла показать желаемое.

— Что ещё я могла сказать, чтобы столь благородная кейра удостоила нас вниманием? Думаешь, нам будет что предложить, если поведать обо всём без утайки?

Лилиашы расселись. Сандра заняла место во главе стола, муж её — по левую руку от неё, Инид как почётная гостья — по правую. Напротив меня оказалась Розалин, рядом с ней Дастин.

Полагаю, пустая тарелка с другой стороны от меня дожидалась Бастиана.

По знаку Сандры слуги подали первое блюдо.

Чую, это будет самый плотный мой завтрак в этом мире.

А может, вообще в моей жизни. С ним сравнится разве что традиционно поздний завтрак первого января.

Бастиан объявился, когда с первым блюдом было почти покончено. Вряд ли мой непунктуальный жених мог потратить больше времени на утренний туалет, чем я, так что он хотел либо избежать тяжёлой отбивной на завтрак, либо лишний раз продемонстрировать родителю, какой у него нерадивый сын.

— Доброе утро, отец, — Бастиан занял свободное место рядом со мной и отмахнулся от слуги, шагнувшим было к новоприбывшему.

— Доброе утро, сын, — Мендел смерил отпрыска строгим неодобрительным взглядом.

— Как дела в Апелли?

— Идут как должно. Жаль, что они заняли столько времени и не позволили мне раньше поприветствовать Ясению.

— Уверен, Ясения ни капли от того не опечалилась, — Бастиан взял с тарелки, стоящей посреди стола, лепёшку, посыпанную семечками, то ли кунжутными, то ли ещё какими. Надкусил, пожевал сосредоточенно.

— Бастиан, — укоризненно произнесла Сандра.

— Оставь, Сандра. Полагаю, нашему сыну охота поупражняться в острословии, коли я здесь.

— Что ты, отец, и в мыслях подобного не было, — на редкость неубедительно заверил Бастиан.

Дастин и Розалин посмотрели на брата предостерегающе. Сандра недовольно поджала губы. Двое прислуживающих за столом слуг поспешили сделать вид, будто их тут нет. Инид последовала их примеру.

А я впервые задумалась, сколько Бастиану лет. Знаю, Дастин старше Ясении. Открытое использование вайленскими женщинами противозачаточных средств подразумевало, что и в браке они не рожают ежегодно, пока мужу не надоест посещать спальню супруги или несчастная не умрёт родами. Вайленки наверняка выдерживали определённый срок между рождением одного ребёнка и зачатием другого, а значит, разница между Бастианом и Дастином больше года. Сколько тогда? Два, три, а то и четыре? Получается, парню уже под тридцать как минимум… а с отцом разговаривает, словно бунтующий подросток, которому надо всенепременно ответить «чёрное» на родительское «белое» и наоборот.

— Что же тогда было в твоих мыслях, если ты позволил себе опоздать без веской на то причины? — Мендел отправил в рот последний кусочек отбивной.

Жареное мясо на завтрак это сильно, конечно. Хотя могло статься, что ужина сегодня не будет. Обеда тоже.

— У меня была веская причина, — Бастиан жевал лепёшку, стряхивая крошки на пустую тарелку, и вид имел весьма похожий на того самого подростка.

— И какая же, позволь спросить?

— Я был со своей суженой.

Быть-то он был, спору нет, но когда ещё он покинул мою спальню.

Взгляд Дастина, обращённый на брата, стал максимально выразительным. С ума, мол, сошёл, говорить такое при отце?

— Ясения пришла вовремя. Или у тебя не одна суженая и ты был с другой?

— Одна.

— Надеюсь, ты с благодарностью принимаешь, что молодая благородная кейра пожелала взять тебя? И не оскорбляешь суженую недостойным поведением и неподобающими речами?

— Ещё кто кого оскорбит! — хохотнул Бастиан и подмигнул мне. — Верно я говорю, любовь моя?

— Бастиан, — вмешалась Сандра, — будь любезен, всё же последи за своим языком. Сегодня с него срываются сущие глупости.

— Матушка, я не солгал ни единым словом. Не веришь — спроси Ясению, она подтвердит. Но между нами всё складывается наилучшим образом, поэтому вам не о чем беспокоиться. Нам нравится всё, что мы делаем… быть может, Дастин не всегда со всем согласен, однако кто его спрашивает? Меня же не спрашивали, желаю ли я вступить в брачный союз.

Я посмотрела на Дастина и по ответному взгляду поняла, что такие споры между отцом и сыном не редкость.

— А что ты намеревался делать, Бастиан? — повысил голос Мендел. — До конца дней своих предаваться беспутной, беспечной жизни? Игнорировать иные занятия, достойные кейра твоего положения, и не увлекаться ничем, кроме женщин, хмеля, веселья и этой твоей мазни?

— Прошу прощения, батюшка, что мои увлечения не встретили у тебя одобрения, — Бастиан стряхнул с пальцев последние крошки. — К счастью, у вас есть другой, много более достойный сын…

Во взгляде Дастина ясно отразилось «не надо, брат».

— … которым вы можете по праву гордиться, — Бастиан поднялся. — И давайте не забывать, что молодая благородная кейра не желала брать меня в мужья. Об этом союзе договорились наши матери и лишь богине ведомо, что они успели обсудить и против какой истины пошли. Доброго всем дня.

Он направился к двери.

— Бастиан! — неожиданно рявкнула Сандра так, что вздрогнули Инид и слуги.

А Бастиан и шага не замедлил.

— Я люблю тебя, матушка, — бросил он через плечо у самой двери. — Однако всем известно, что союз с Аллиа основан не только на уговоре, но и на тумане, напущенном обеими сторонами, — и вышел.

Воцарилась тишина. Даже слуги как застыли изваяниями у стены, так и не торопились от неё отлепляться.

— Прошу прощения, — сухо произнесла Сандра, не глядя на Инид. — К глубокому моему огорчению, Бастиан часто бывает не сдержан что на язык, что в поступках.

— Боюсь, это моя вина, — добавил Мендел. — В последние годы мы с ним и получасу провести не можем, не покусав друг друга.

— Дети вырастают и порою меняются так, что ты едва узнаёшь своё дитя, — отозвалась Инид неловким, неуверенным тоном.

Мендел качнул головой, соглашаясь.

Меняются, да.

И иногда родителям трудно себе вообразить, насколько.

— Между ними часто подобное происходит.

Розалин заглянула часа через полтора после завтрака, заново обозреть мой гардероб и убедиться, что за ночь в нём не появилось ничего подходящего.

— Слово за слово и их уже не остановить. Порой кажется, ни один не может удержаться, чтобы не укусить другого побольнее.

— Кейр Лилиаш Бастиану не родной… э-э, не кровный отец?

— Нет, — Розалин удивлённо посмотрела на меня через плечо и помотала головой. — О-о, нет-нет, не думай, это они не потому, что кровью не связаны. Дастин с папой тоже кровью не связан, но между ними ничего такого не случается. Просто папе не нравится, что Бастиан ничем-то толковым не занят. Маме тоже не нравится… кому подобное вовсе по нраву придётся? Благородный кейр, одарён, рода высокого, не бедствует, а занятия у него… ты знаешь. И чем старше Бастиан становится, тем сильнее его беспутства огорчают родителей.

— А его родной… кровный отец?

— Батюшка к нему более снисходителен и мягок.

И не путаются же они в двух папах…

— Не всякая благородная кейра возьмёт такого, как Бастиан, в мужья, — Розалин перебрала платья, словно не видела каждое из них накануне. — Его беспутная жизнь уже немало слухов породила, а сплетни, как известно, не способствуют надёжному брачному союзу… и он уже не юнец…

Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.

Говорить про парня… ладно, молодого мужчину тридцати годков от роду, что он, бедолага, уже не юнец, ещё и с репутацией, слухами и аморальным образом жизни подмоченной, и потому не годится в мужья приличной леди?

— И в результате ваша мама воспользовалась подвернувшейся оказией и сдала старшего сына в качестве довеска к младшему?

Розалин снова на меня посмотрела. Поморщилась, помялась и кивнула.

Удивительно. Обычно в сказках младший брат дурак, в то время как старший умный был детина, а средний ни так, ни сяк… Да и в жизни большая ответственность испокон веков возлагалась на старших отпрысков.

А вот факт, что Сандра с готовностью ухватилась за возможность женить непутёвого сына, что, того и гляди, в девках… прошу прощения, в холостяках засидится, удивлял мало. Всё-таки не зря Гедеон намекал на некие изъяны в женихах, вынудившие их мать согласиться на брак с кейрой из обедневшего рода.

— Выходит, самого по себе, безотносительно брата, Бастиана брать в мужья не хотели?

— Не то чтобы вовсе не хотели, — Розалин вздохнула, и нельзя было сказать наверняка, относился ли тяжкий этот вздох к проблемам её брата или же к отсутствию у меня приличного платья. — Он красив и рода высокого… но красивых и высокородных у нас в достатке, нет нужды брать каждого, кто собой хорош, — она помолчала и пояснила: — Знаю, в Эргерштерне всё иначе, но в Вайленсии принято, чтобы женщина выбирала, взвешивала и решала, с каким мужчиной она желает провести жизнь. Не следует хвататься бездумно за любого, кто глянется, кого можно счесть подходящим. Такие союзы, как у вас… по предварительному уговору между матерями, я имею в виду… не редки. Женщина решает не только за себя, но и за своих детей. Однако если молодая кейра не захочет вступать в брачный союз с избранным её матерью, то она вправе отказаться. Твоя ситуация иная… так порой тоже бывает. Но чаще молодая кейра сама избирает себе мужа. Или мужей, если пожелает.

— Я правильно понимаю, если нет каких-то особых обстоятельств… как у меня, например… то молодая кейра может выбирать мужа по своему вкусу и столько, сколько захочет? Не спешить, потому что часики тикают… то есть возраст подходит, первый цвет юности уже облетел, и котировка на брачном рынке понижается неумолимо с каждым прожитым девушкой годом.

— Верно, — Розалин рассмеялась вдруг. — Это так в Эргерштерне говорят?

— И в Эргерштерне тоже.

— Как хорошо, что богиня даровала мне величайшую милость и позволила родиться на землях Вайленсии.

— Зато мальчики… мужчины должны жениться пораньше?

— Когда мужчина зрел, но в брачном союзе никогда не состоял, поневоле задумываешься, почему ни одна женщина его не пожелала. Обстоятельства всякие бывают, но если речь о благородных мужах…

То им таки желательно жениться своевременно.

— Значит, с Бастианом никто не захотел связываться? — я потрогала платье цвета кармина, похожее на то, в котором я наносила первый визит свекрови. Или это оно и есть?

— Он с юности такой. Пока ему было не больше, чем мне ныне, было ещё не так страшно, но чем старше он становился, тем хуже всё выглядело.

— А в клубе мне показалось, что девушкам… благородным кейрам он нравится.

— Нравится, — согласилась Розалин. — Кокетничать с ним, болтать, танцевать… естественно, Бастиан им нравится. Только лишь как легкомысленное увлечение. И ему о том известно распрекрасно. Ему по нраву такое к нему отношение. Он совершенно несерьёзен и все об этом знают, и он знает. И ничего менять не намерен.

— А Дастин?

— Дастин не такой. Он серьёзный, обстоятельный, помогает матушке и батюшкам и часто бывает занят на мануфактурах. Во все дела вникает, знает, что к чему. Мама огорчится, когда он нас покинет… станет твоим мужем и вступит в род Аллиа, я хочу сказать.

— Женившись, мужчина прекращает работать… участвовать в семейном бизнесе… в смысле, той семьи, в которой он родился?

— Зависит от того, как договорятся стороны. Бывает, что что-то… мануфактура, цех или ещё что-то… остаётся за мужчиной.

Надо полагать, это и есть приданое.

Розалин выжидающе покосилась на меня и добавила тише:

— Даже вступив в брак, Дастин будет получать доход с наших… принадлежащих нашему роду… предприятий. Не со всех и не такой, как у нас… точных сумм я не знаю, о том надо маму расспросить… или самого Дастина… но доход у него останется.

Вероятно, Сандре не хотелось отправлять младшего сына в чужой род голым и босым. А учитывая, что собой тот род представляет, то сын рискует так и остаться голым и босым.

И голодным, потому как нам до отбивных на завтрак было как до китайской границы пешком.

— А что останется за Бастианом? — поинтересовалась я.

Не потому, что меркантильная такая и уже подсчитываю мысленно мужнино приданое, но из действительного любопытства.

— Боюсь, вступая в твой род, Бастиан принесёт в него лишь себя да свой дар. Он ничем не занимается и ему ничего не положено, когда придёт время перейти в род супруги. По крайней мере, я не слышала от матушки, что она намерена дать что-то за ним.

Интересно девки пляшут…

— А то, что твой отец назвал… мазнёй?

Розалин смутилась вдруг, посмотрела на разноцветный ряд тканей перед собой.

— Дохода она не принесёт.

— Это я уже поняла.

— Бастиан учился в юности… у самого маэстро Бодевелле… только бросил быстро. Он не состоит ни в одной художественной мастерской и не имеет собственной. Так как он не нуждается в деньгах, то у него нет необходимости браться за работу, искать заказчиков и радоваться всякой возможности получить несколько монет за свой труд. Я не знаю, часто ли он берёт в руки кисть или грифель, потому что ныне он не рисует дома. Я его с женщинами вижу чаще, нежели с кистью! Он много рисовал в юности, но… кажется, это давно прошло, — Розалин беспомощно развела руками. — Папа порой не может удержаться, чтобы не припомнить Бастиану его… мазню, однако на самом деле мне неизвестно, рисует ли он сейчас вовсе.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнула я.

Створка распахнулась, и в спальню бочком протиснулась Сарика с чем-то длинным, завёрнутым в отрез серого полотна.

— Кейра, посмотрите, что для вас доставили только что!

— Для меня? — не припоминаю, чтобы я доставку заказывала.

— Сказали, что для благородной кейры Ясении Аллиа, — Сарика отнесла доставленный предмет на кровать, разложила бережно и принялась разворачивать ткань. — Прямиком из дома благородной кейры Полин Лилиаш.

Я непонимающе качнула головой и Розалин пояснила:

— Это наша кузина, по матери.

Только я и со вторым свекром-то ещё не знакома, не то что с кузенами и кузинами.

Под слоем полотна оказалось платье. Длинное чёрное платье фасона, несколько отличающегося от тех, что нынче смотрели на нас из недр шкафа.

— Полин прислала тебе платье, — Розалин поглядела озадаченно на наряд, затем на меня и снова на наряд. — И фигуры у вас схожи и ростом она выше меня… о-о, и как я сама не догадалась!

Незнакомая мне Полин тоже вряд ли пришла к этой идее самостоятельно, так что остаётся…

— Неужели Дастин побеспокоился? — озвучила Розалин мою мысль.

В отличие от брата, Дастин не был свидетелем наших страданий по извечному «полный шкаф вещей, а надеть нечего», но Бастиан не представлялся мне тем, кто способен озаботиться подобной проблемой. За небольшим исключением мужчины один женский наряд от другого не отличат, не то что сообразят, что женщине и впрямь нечего надеть на важное мероприятие.

— Оно не новое, ты же понимаешь?

Понимаю. Если бы возможно было раздобыть новое платье за несколько часов, то и проблемы не было бы.

— Ну и что, что не новое? — возразила Сарика. — Зато гляньте-ка, какое красивое!

Наряжаться в платье с чужого плеча хотелось не сильно, сколь бы красивым оно ни было, но выбора нет. Или чужой наряд, или собственный, однако мало подходящий торжеству. Рассматривая струящуюся, расшитую кружевом ткань, я ясно видела разницу в фасонах, модных в Вайленсии и в Эргерштерне. В повседневных платьях она была не так заметна, зато сейчас видна невооружённым глазом.

— Это ты сказала брату? — уточнила я.

— О платье? Нет! Я лишь упомянула, что у тебя, похоже, нет достойного наряда, а нового нам уже не найти и мои не подойдут, не говоря уж о матушкиных. Я не предполагала, что он вовсе обратит внимание на это моё замечание…

А он обратил.

Чёрт, иногда Дастин ведёт себя так, что возникает острое желание найти его и расцеловать. Просто потому, что он идёт и делает то, что нужно, не задавая лишних вопросов. И при этом не лезет мне под юбку только потому, что у него, видишь ли, инстинкт охотничий взыграл и захотелось невесту в постель уложить до первой брачной ночи.

Кстати, а в ту самую первую ночь мне следует возлечь на брачное ложе с одним мужем или сразу с обоими?

Какой своевременный вопрос! И, главное, уместный донельзя…

Сарика взяла платье, встряхнула и поднесла ко мне.

— Надо поспешить с примеркой, кейра. Вдруг да потребуется что-то подогнать, подшить, подправить?

А ещё на очереди ванна, мытьё и сушка волос, косметические процедуры и что там дальше по списку…