Глава 21

— Всякая сила подобна хаотичной необузданной стихии. Пока её не приручишь, она не будет подчиняться твоей воле, оставаясь дикой и непредсказуемой. Пусть сила эта и живёт в твоём теле, пришедшая в мир в час твоего рождения.

Кажется, Бастиан о чём-то таком упоминал в одной из своих вводных лекций.

— Сила часть тебя, часть твоей сути. Она не живёт вне твоего тела. Природа всякой силы такова, что она не существует в мире земном сама по себе, вне привязки к материальному объекту.

Но если сила привязана к телу, то почему моя, точнее, сила Ясении претерпела изменения?

— И сила — вокруг тебя. В камнях, в растениях, в сотнях и тысячах мелочей, из которых создаются артефакты. Камни с искрой природной силы напитываются силой одарённого и тем самым удваивают силы обоих, преображают и сохраняют. Двое одарённых также способны удвоить свои силы путём соединения, — Каталина умолкла, посмотрела на меня эдак выразительно. И продолжила после короткой паузы: — Но не у каждой пары одарённых происходит подобное. Хотя бы потому, что редкий одарённый ни разу за свою жизнь не вступает в контакт с другим одарённым. Обычно мы вступаем, как видишь. И чем больше и чаще, тем в более свободном обществе пребываем.

— Я правильно понимаю, что вчерашний случайный контакт с Саши действительно не значит ничего… такого? — уточнила я настороженно.

Саши мне симпатичен, но не более, чем друг моих женихов. Рассматривать его в каком-либо ином качестве я не готова категорически.

— Нет, — покачала головой Каталина. — Представляешь, что творилось бы между одарёнными, если б от реакции их силы друг на друга зависели их взаимоотношения?

— Тогда почему Бастиан обиделся?

— Обиделся?

— Мне показалось, ему не понравилось, что моя сила проявилась после случайного прикосновения к Саши, в то время как мы с ним… соприкасались куда как больше и чаще, однако такой реакции и близко не наблюдалось.

Каталина задумчиво посмотрела в окно. За распахнутыми створками светило солнце, пробираясь на затенённые поутру улицы, и гомонил народ — неподалёку располагался рынок и многие спешили попасть туда до полудня. За торговым залом приглядывала Джулианна, работавшая в лавке на полставки, а Каталина, едва я пришла, отвела меня на второй этаж, в небольшую комнату, полную книг и пучков сушёных трав, неуловимо напоминавшую ту, где занималась Ясения в доме отчима. И пока я сидела на стуле перед письменным столом, Каталина расхаживала вокруг и говорила.

— Быть может, ты права и Бастиана точит обида. Сколь понимаю, ваши с ним занятия делу не помогли…

— Нет, увы.

— А тут вдруг Саши во хмелю изрядном, — Каталина усмехнулась. — И Бастиану, как бы он ни утверждал обратное, хочется быть особенным… и в твоих глазах тоже.

— В моих глазах он особенный, — заверила я.

— А ему о том известно?

— Не знаю… не думаю.

Каталина не ответила. И после новой паузы вернулась к первоначальной теме.

— Ты должна обратиться к своей силе, призвать её.

— Я пыталась. Не получается. И Бастиан пытался. Не вышло ни фига.

— Представь, что ты обращаешься к дикому зверю, которого ты должна укротить своей лаской и добрым словом, — Каталина оглядела комнату и сняла с верёвки, натянутой в затенённом углу, пучок трав. — Возьми. Попробуй его поджечь.

Серьёзно?

Серьёзно. Серьёзнее некуда.

Под выжидающим взглядом Каталины я взяла пучок и принялась поджигать его взглядом. Смотрела так и эдак, крутила в руке, подносила к глазам и отдаляла, щурилась и визуализировала рыжие язычки, охватывающие длинные ломкие стебельки, обсыпанные желтоватыми шариками соцветий. Но ни воспламеняющая взглядом, ни тёмный феникс не спешили во мне пробудиться.

— Разве ж так ты обратилась бы к дикому зверю, предстань он вдруг перед тобой?

— Если бы передо мной предстал дикий зверь, я бы замерла и не шевелилась, дабы не спровоцировать его резким движением.

— Вот и ответ, — Каталина забрала у меня пучок. — Ты застываешь, не желая провоцировать собственную силу, оттого она не проявляется, не принимает твою волю.

Я глянула на травницу снизу вверх.

Экая гениальная мысль! Ну а дальше-то что? Представить силу как некоего зверя и мысленно подойти к нему? Так вообразить я могу что угодно, только где гарантия, что это возымеет эффект?

— Я чувствую искры силы в растениях, — Каталина потрогала острые стебельки и повела ладонью над моей головой. — В людях. Я вижу, какая она, эта искра, и что может дать. Вижу, что твоя может дать многое… если ты позволишь ей. И себе. В прошлый раз она материализовалась потому, что на тебя напали. Такое обычно происходит с теми, в ком сила только-только пробудилась. Многие из нас ощущают её дыхание в себе с малых лет, но по-настоящему дар просыпается в более зрелом возрасте. Более слабый дар начинает ощущаться раньше, более сильный — позже.

А Ясения искры магии в камнях ощущала с детства… и в воспоминаниях её ничего нет о каких-то крутых сверхспособностях. Она не слабосилок, вовсе нет, и её уровня вполне хватило бы для нормальной работы в семейном бизнесе.

Тогда от чего Гедеон собирался её спасать? Или на самом деле Ясения нуждалась в спасении только от уродственничка, а остальное дорисовала его больная фантазия?

— Твоя сила переменилась и это, безусловно, удивительно, — Каталина поводила пучком над моей макушкой. — Ты не умеешь пользоваться ею как должно и это естественно. Но ты не можешь вовсе ничего не уметь.

Отчего же? Могу, умею, практикую.

В общем-то, имелись у меня подозрения кое-какие на сей счёт. А именно, что проблема моя не в неумении визуализировать силу в качестве зверя, а банально в том, что мой разум человека из техногенного мира не способен вот так сразу принять магию в себе. Одно дело понимать, что в этом мире существует магия — но существует словно отдельно от меня, не касаясь напрямую, как прежнем моём бытие меня не касалось происходящее вне моего личного мирка. Разумеется, вовне что-то случалось — всегда случалось, — однако меня не трогало, как, собственно, и большинство людей, не имеющих к тому непосредственного отношения.

И совсем другое — самой использовать магию словно нечто простое, обыденное. И если подозрения эти имеют под собой основание, то прежде всего мне нужен психолог и уже затем учитель по магическим специальностям.

Только где тут психолога найдёшь?

— Спасибо за помощь, Каталина, но, пожалуй, пойду я, — я поднялась. — Всё, о чём мы с тобой говорили, я уже не раз обсуждала с Бастианом. Немного другими словами, но смысл был примерно такой же. И попыток у нас было до… много. Только ничего не вышло. А мне надо в мастерскую… дела не ждут и вообще…

— Значит, ответы на эти вопросы тебе известны, — Каталина улыбнулась загадочно и вручила мне пучок, что букет. — Возьми.

— Зачем?

— На удачу.

Я забрала пучок, ещё раз поблагодарила — за попытку, не за сухоцвет, — и поспешила в мастерскую. Не то чтобы меня и впрямь ждали дела неотложные… просто утомляло изрядно это переливание из пустого в порожнее и невысказанный вопрос во взглядах что Бастиана, что Каталины.

Что с тобой не так?

И, главное, ты-то чётко знаешь, что с тобой не так, но поделиться с окружающими не можешь.

Вместо важных дел подле мастерской ожидал Саши. Он переминался с ноги на ногу, мял в руках берет и по сторонам смотрел так, словно опасался, что его здесь застанут за чем-то неприличным. Заметив меня, тотчас выпрямился и берет встряхнул, в попытке то ли сопроводить им галантный поклон, то ли придать ему вид более пристойный.

— Доброе утро, Ясения, — Саши склонил голову.

— Привет, — отозвалась я. — Что ты тут делаешь?

— Тебя жду.

— А внутрь почему не зашёл?

Он неловко пожал плечами. Выглядел он едва ли не более несчастным, нежели вчера, да и в целом был бледноват. Не иначе как последствия чрезмерных возлияний о себе напоминали.

— Я хочу попросить у тебя прощения, Ясения, — Саши пылким жестом прижал берет к груди.

— За что?

— За произошедшее накануне. Я не желал тебя оскорбить и не имел дурных намерений ни по отношению к тебе, ни к Бастиану. Он мой друг… они оба мои друзья, братья Лилиаш, и я никогда и помыслить не мог, чтобы пожелать их суженую. Я нижайше молю тебя о прощении и клянусь именем Матери нашей, что никогда впредь не допущу подобного.

— Не стоило так беспокоиться, правда, — я обогнула Саши и открыла дверь главного входа. — Ну случилось и случилось, бывает.

Над моей головой звякнул колокольчик. Я вошла в зал, огляделась в поисках Антонио.

— Когда я сопровождал мою матушку во Франской империи, мне довелось повстречать в императорской резиденции одну молодую… фрайнэ, — Саши тенью следовал за мной, будто сомневался, что я действительно его простила. — Так в империи обращаются к женщинам высокого рода. Она была прелестна и одарена и приглянулась мне… но я едва не совершил ошибку, потому что фрайнэ вскоре стала суженой другого фрайна. Она не была мне предназначена и не желала меня по-настоящему, ей были по сердцу другие мужи… и меньше всего мне хотелось бы вновь встать на пути чужого счастья.

— Не волнуйся, на пути нашего счастья на троих ты точно не встанешь, — заверила я и повысила голос: — Антонио! Есть кто дома?

— А, Ясения, как славно, что ты вернулась! — Антонио вынырнул из проёма за конторкой и окинул меня взором горящим. — К нам поступил заказ на зарядку огнёвок.

И почему клиенты всё норовят прийти в моё отсутствие?

Хотя заказ… это хорошо. Это очень хорошо.

— Это же здорово, — повторила я вслух.

— Неплохо, верно… но едва ли я справлюсь в одиночку.

Одному магу не по силам зарядить большое количество огнёвок, да и в принципе любой вид камней, в чьи функции входит накопление и сохранение немалого количества энергии. Огнёвкам, как и резервуарам на воздушных судах, энергии требовалось преизрядно, несоизмеримо больше, чем мог бы вложить даже очень сильный маг. Поэтому для зарядки использовалась хитрая система, позволяющая увеличивать количество отданной человеком силы. Сила эта копилась в камнях и в течение некоторого времени продолжала преумножаться. Достигала максимального пика — верхняя отметка зависела от типа камней и их предназначения, — и в дальнейшем только расходовалась. Затем, опять же смотря по типу и назначению, кристалл можно было зарядить заново. Зарядка огнёвок, равно как и наполнение резервуаров на кораблях, чаще всего производилась отдельно от прочих работ с артефактами, но в Лоране никто этим не занимался и готовые заряженные камни везли как напрямую из столицы, так и из пары соседних городов покрупнее. Антонио говорил, что в Лоране есть человек, занимающийся под заказ поставками огнёвок, но и только. И я бы обязательно внесла зарядку в список предлагаемых мастерской услуг — подозреваю, спрос на это дело высокий, — если бы не отсутствие рабочих рук.

— Я сказал, что мне следует прежде спросить у кейры Аллиа, — продолжил Антонио.

— То есть ты им отказал?

— Нет. Не совсем. Я сказал, что кейра Аллиа даст ответ.

И упустил клиента? Хотя ещё неизвестно, что там за клиент такой…

— Надеюсь, это была не кейра Карделле с очередным приступом благотворительности?

— Нет. Это из кожевенной мастерской, что на соседней улице.

Вряд ли Сабрина имеет какое-либо отношение к кожевникам.

Это хорошо.

А вот то, что принять заказ мы не можем… это печально.

— Я могу помочь, — робко предложил Саши.

Взор Антонио преисполнился сомнений, то ли в способностях Саши, то ли в целесообразности всей этой затеи.

— В знак искупления вины, — добавил Саши тише. — Мне нетрудно, правда… и можно ещё Розалин попросить… она хорошо с кристаллами управляется.

Я обернулась к Саши.

— А почему не Бастиана?

Нет, так-то я понимала, почему Саши хочет позвать именно Розалин… но часами напролёт обниматься с каменными шариками дело, к романтике мало располагающее. Даже если заниматься этим вместе.

— Он нетерпелив, ты же знаешь, — прошелестел Саши и взгляд отвёл.

Ясно. Не хочет, чтобы друг присутствовал при его попытке сблизиться с неуступчивой дикой розой.

— Троих человек хватит? — уточнила я у Антонио. — Ну, четверых, если вдруг у меня что-то да получится?

— Хватит, — сомнения по-прежнему терзали Антонио, но хозяйка тут я, и выбирать нам не приходилось. — Как пожелаешь, Ясения. Я немедленно схожу в кожевенную мастерскую и передам твой ответ.

— А я наведаюсь на виллу Роз, разузнаю, свободна ли Розалин, — воодушевился Саши.

— Что это, Ясения? — Антонио наконец обратил внимание на веник в моей руке.

— А, это… Каталина дала. Сказала, на удачу.

А может, сухоцветы и впрямь сработали? Чем не магия?

Через полтора часа в наше распоряжение поступили ларец с десятком сфер разных оттенков зелёного и два с половиной землекопа… ой, то есть три с половиной мага. Кожевники копили перегоревшие огнёвки уже года три, и всё никак не подворачивалась им возможность отвезти шарики если не в стольный град, то хотя бы в город по соседству. Несмотря на относительно налаженные рейсы маршрутного воздушного транспорта, многие простые люди годами не покидали пределов родных городов, особенно если города те были в должной мере крупными, и не возникало острой нужды ехать куда-либо.

Огнёвки на рабочем месте были делом важным, нужным, однако до недавних пор количества работающих вполне хватало, дабы не заморачиваться судьбой перегоревших. И лишь когда на всю мастерскую осталось только три сферы, кожевники всерьёз задумались о зарядке старых либо о покупке новых. Ради зарядки предстояло лететь в соседнюю Аэнью. Новые можно заказать в Лоране, но стоили они дороже, да и обождать придётся. Работать при свечах многие вайленцы давным-давно отвыкли и возвращаться к старым временем не собирались. Это на вилле Аллиа других вариантов не было, а у кожевников выбор имелся, и пренебрегать им они не намеревались. А пока судили-рядили, как разумнее поступить, кто-то вспомнил, что видел, как мастерская Аллиа открылась. Рассудив, что где кристаллы, там и зарядка огнёвок, кожевники с утра пораньше отрядили своего представителя. Пообещали заплатить как положено, за каждую. Антонио назвал мне сумму, и в целом выходило неплохо. Финансового положения рода она не поправит, но курочка по зёрнышку клюёт.

Другое дело, что у нас нынче двое работников на добровольных началах, которым то ли надо платить, то ли нет. Я понимала, что и Розалин, и Саши ни холодно ни жарко от этой оплаты, для них это даже не деньги, а так, мелочь на сдачу, и вообще, Саши сам помощь предложил, но…

Нехорошо как-то. Люди будут возиться с тем, что им сто лет в обед не сдалось, тратить своё время и силы и всё бесплатно.

Розалин удивилась изрядно просьбе Саши, однако, узнав, что помочь нужно мне, согласилась. Для зарядки ничего особенного не требовалось, только каменный шар, дар и специальная подставка с браслетом, соединявшимся с ней цепочкой, который следовало надевать одарённому. Потом предстояло сидеть не один час, возложив руку с браслетом на шар и думая об Англии… тьфу, то есть о чём-нибудь отвлечённом и приятном, дабы не нарушать поток силы.

Сидели все.

Я тоже.

Антонио заверил, что моя неспособность материализовать дар зарядке не помеха. Искра силы в камне сама почует искру дара в человеке и потянется навстречу, независимо, сколь он, дар, слаб или силён. Поэтому я вместе со всеми сидела в той комнате, в окно которой мы с Бастианом залезли когда-то, и медитировала на светло-зелёный, в разводах, шар, похожий на ониксовый. Синяя капелька неизвестного камня, вставленная в узкую кожаную полосу браслета, мигала индикатором, напоминая, что процесс зарядки идёт и до завершения ему далеко.

К вечеру были готовы четыре сферы из десяти. Слишком долго и без перерывов обниматься с огнёвками не рекомендовалось, если не хочешь остаться без сил в прямом смысле. Да и затекать всё начинало от неподвижного сидения по несколько часов кряду.

На следующий день пришлось ехать к маэстро, примерять раздобытый для меня свадебный наряд и оценивать количество необходимых переделок. Пока помощники водили вокруг меня хороводы, решая, что, как и где подгонять, а Инид восторженно охала и ахала, глядя на меня, я смотрела на своё отражение в большом зеркале и отстранённо удивлялась всему, что со мной происходило.

Вот я замуж выхожу. В красном, к слову, не в белом. И это я-то, не собиравшаяся замуж в принципе, избегавшая столь сочного оттенка алого в прошлой своей жизни?

И мужей будет двое, что на одного больше, чем предполагалось в обычной земной жизни.

И на одного больше, чем у меня было отношений, которые я считала по-настоящему серьёзными. Прочие знакомства до статуса этого не дотянули. Хорошо ещё, что родители не давили и на внуках не настаивали… интересно, будет ли настаивать Инид?

А Сандра?

Она держалась в стороне, не мешая людям исполнять свои обязанности, окидывала то меня, то моё отражение критичным взглядом, и иногда вставляла замечания. Она не придиралась к внешности Ясении, в отличие от отчима, не искала в ней недостатки, действительные и придуманные, и замечания её касались сугубо платья. Не надо прятать слёзы, наворачивающиеся из-за обидных слов, не надо повторять себе, что человек говорит такое за глаза не со зла, но потому, что характер у него сложный, колючий чрезмерно и что так-то, руку на сердце положа, никогда она ему не нравилась. И терпит достопочтенный беррен вайленскую девку лишь потому, что она дочь его дорогой Инид.

Зачем тогда женился на женщине с почти взрослой дочерью?

Ясения в точности этого не знала, но полагала, что отчим и впрямь любит её мать.

Я подозревала, что заодно уж нравилось ему ощущать себя спасителем, этаким героем в глазах жены. Нравилось воображать, как он супругу от нечестивой многомужней богини отвратил да к свету истинных богов обратил.

Поразительное заблуждение, учитывая, что Инид так и не перестала упоминать вайленскую богиню. Просто делала это при муже пореже. Эргерштернских богов она чтила, но в меру, ровно столько, сколько требовалось от добродетельной прихожанки местного храма.

После примерок я отправилась в мастерскую и застала всю честную компанию за работой. А помимо наших временных работников-энтузиастов обнаружила ещё и Дастина. Огнёвки он не заряжал по понятным причинам, но стоял за конторкой, словно в любой момент к нам могли нагрянуть другие клиенты, и следовало встретить их подобающе, а пока таковых нет, просматривал наш гроссбух.

Вернее, гроссбух за тот последний для мастерской год. Порядка трети пожелтевших страниц остались незаполненными, а последние записи выглядели так, будто внесли только половину информации, позабыв о недостающих данных.

— Привет. Что ты здесь делаешь?

— Добрый день, — Дастин поднял голову от книги, обернулся ко мне. — Заглянул тебя проведать, а тут, оказывается, дела скорым ходом идут.

— Не таким уж и скорым, — я шагнула к конторке, со священным ужасом покосилась на раскрытые страницы. С цифрами и математикой я никогда не ладила и в условно средневековой бухгалтерии понимала ещё меньше, чем в современной. — Заказ свалился внезапно, а выполнять оказалось некому. Саши предложил помощь, ну и вот… — я развела руками, предлагая Дастину самому додумать остальное.

— За прошедшие дни так никто и не объявился?

— Если имеешь в виду соискателей, то нет. Наверное, все понимают распрекрасно, что ловить тут нечего, вот и не торопятся занять вакансию.

— Дела у мастерской совсем худо шли, — Дастин пролистал несколько страниц. — Та партия сильно подвела твою мать…

— Что за партия? — я что-то такое слышала, но подробностями никто не делился, полагая, что Ясении они должны быть известны.

Может, и были, но среди поступивших в моё распоряжение воспоминаний не попадались.

— Ты не помнишь?

— Нет.

— Кейра Аллиа нашла поставщика камней из Финийских земель… вложила немало денег… и получила только часть партии и ту непригодную. Разыскать поставщика-чужеземца тяжело, если вовсе возможно, — Дастин качнул головой, предлагая мне самой прийти к очевидному выводу.

То есть матушку банально на… кинули.

— Разошлись слухи… некоторые люди перестали сюда приходить, — Дастин провёл пальцем по неровному столбику цифр. — Сократилось количество заказов… а вскоре кейра Аллиа взяла в мужья чужеземца и уехала.

Бросив всех, кроме дочери, на произвол судьбы.

Лучше бы она и дочь здесь оставила, благо что та уже была почти совершеннолетней. Кто знает, может, на родине Ясения смогла бы позаботиться о себе… всё лучше дома Ваттермаейр.

— Понятно, — я прислонилась поясницей к краю конторки.

Цифры напоминали, что на днях мы уже получили плату за оказанную услугу, только вот нигде её не зафиксировали. Надо ли внести её в старый гроссбух? Или озаботиться новым? И если ли резон вообще её куда-либо записывать, учитывая, кто клиент?

— Дастин… пару дней назад к нам заходила Сабрина.

— Бри? — Дастин глянул на меня удивлённо.

И как-то кольнуло сразу, что он до сих пор бывшую сокращением от полного имени называет.

— Бри. Она принесла плойку… артефакт для завивки. Что-то там было с контактами, как сказал Антонио. Сабрина забрала его на следующий день, заплатила как положено. Говорила, что хочет мне помочь. А я… мне не очень понятны её истинные мотивы. Она действительно хочет оказать посильное участие? Или она принесла якобы вести от своего кузена? Или… не потух ещё огонь любви в её сердце?

Дастин закрыл книгу, посмотрел задумчиво на потрескавшуюся коричневую обложку.

— Мама… моя мама, должно быть, рассказала тебе…

Я кивнула.

— Мы были молоды… — Дастин усмехнулся, сообразив, как это прозвучало. — По крайней мере, моложе, чем ныне. Мы полюбили друг друга… или так сильно увлеклись друг другом, не знаю… Мы были вместе… но о брачном союзе я тогда не думал. Жил одним днём, не заглядывая в будущее дальше следующего рассвета. Пока однажды Бри не сказала… что огонь любви в её сердце погас. Она улетела в столицу, а я остался в Лоране. И продолжил жить как жил. Было больно, не скрою… но я оставил прошлое прошлому и не оглядывался на то, что изменить мне не дано.

— А тебе известно… почему она так поступила? — я упёрлась ладонями в край конторки.

Зачем я завела этот разговор? На кой ляд пытаюсь подвести Дастина к правде? Хочу узнать, не побежит ли он к бывшей, если вдруг правда та свалится на него?

А если побежит? Наш-то брак, как ни крути, договорной и, какие бы чувства мы ни испытывали друг к другу ныне, начинали мы отнюдь не с взаимных симпатий и увлечений.

Ох, дура ты, Алька…

Дастин снова глянул на меня искоса.

— Известно.

— Известно? — я уставилась на него, что баран на новые ворота. Или, скорее уж, овца. — То есть ты знаешь, что…

— Что моя матушка предложила Бри меня и брата заодно, а Бри отказалась? Знаю. Это не тайна… не настолько великая тайна. Вскоре после возвращения в Лорану Бри поведала об этом Розалин, а Розалин рассказала мне. Я не требовал у матушки объяснений. Многое что сгорело к тому времени, не только чувства в сердце Бри.

— И ты не…

— Что «не», Ясения? — Дастин повернулся лицом ко мне, всмотрелся пристально, выжидающе.

— Ты не… ну, не знаю… вдруг ты всё ещё влюблён в Сабрину? — я оттолкнулась от конторки. — А я навязанная твоей матерью суженая, которую ты как любящий и послушный сын принял, но… это не значит, что я тебе нравлюсь так же, как та, кого ты выбрал сам, по своей воле.

— Нравишься. Не спорю, не так, как Бри… я стал старше, обстоятельства иные и ты совсем другая, не похожая на неё. Но это не значит, что ты нравишься мне меньше… или что ты должна быть похожа на Бри. Не меньше. Иначе. И ты другая и это правильно. Так и должно быть, чтобы люди были разными. И чтобы в разные времена нам было по нраву другое, отличное от прежнего, — Дастин протянул руку, коснулся моей щеки.

Затем волос, распущенных по обыкновению. Заправил одну прядку за ухо, провёл кончиками пальцев по шее. Под кожей затеплилось то ощущение трепета, томительного предвкушения, что возникает от прикосновений желанного мужчины.

И вспомнилось заодно, что первый жених ещё ни разу меня не целовал. Вот со вторым я и в одной постели спала, не говоря уже о паре случаев жарких обжиманцев, а с первым ни-ни.

Поцелует ли сейчас?

Или нет?

Или, может, самой…

Я подалась навстречу. Пальцы поднялись с шеи на лицо, провели по подбородку, коснулись нижней губы…

— Ясения!

Чёрт!

Дастин руку убрал, и я машинально отпрянула, словно я тут не с женихом, а с посторонним парнем уединиться пытаюсь.

— Ой… прошу прощения, — смутился Саши и взгляд отвёл.

— Что такое? — спросила я. — Что-то случилось?

— А, нет, ничего не случилось. Я лишь хотел предложить…

— Что именно? — поторопил приятеля Дастин.

И по невозмутимому лицу фиг поймёшь, разочарован ли он появлением Саши в неподходящий момент или всерьёз намерен дожидаться первой брачной ночи. Её, конечно, не так и долго ждать, но…

Но я так и не выяснила, что там с очередностью восхождения мужей на брачное ложе. И спрашивать как-то неловко. Даже у Розалин, у которой двое пап и которая знает наверняка, полагается ли женщине при наличии двух мужей спать с обоими единовременно или всё-таки приглашать их в свою опочивальню по отдельности.

— Знаю, тебе нужны работники… однако, боюсь, в городе не так много одарённых, заинтересованных в поиске работы…

И среди них наверняка ещё меньше тех, кто готов трудоустраиваться в мастерскую Аллиа.

— Поэтому я подумал… может, ты согласишься взять меня?

— Куда… взять? — растерялась я. А то мало ли, куда местные мужчины желают, чтобы женщина их взяла…

— В мастерскую, — пояснил Саши. — Простым работником.