Глава пятнадцатая

Геор, конечно, подозревал, что некроманты предпочитают темноту, но даже и предположить не мог, что настолько. В доме, куда его пригласил Себастьян, было мрачно, немного пыльно — моментально захотелось чихнуть, Геор с трудом сдержался, — и как-то не слишком уютно, чтобы здесь разговаривать о делах. Если честно, он вообще плохо представлял, что тут можно было представлять и зачем лорд Брайнер, понимающий, в общем-то, человек, потребовал его срочно явиться в оговорённое место. Но дела государственной важности бывают неотложными, и возражать Каннингем не посмел. Вдруг король прислал какую-то срочную депешу?

Адмирал примчался в сопровождении двух стражников, но оставил их снаружи. Сам факт встречи оставлять в тайне не было смысла, но вот являться вообще без своих людей — редкостная глупость. Далеко не один державный муж, совершив такую ошибку, попрощался с собственной жизнью, а Геор пополнять их ряды не собирался, тем более, сейчас.

Он осмотрел помещение, но магия подсказывала, что здесь никто не прятался, да и стрелять в него из окна не собирался, тем более, окна были завешены шторами. Адмирал устроился в кресле и откинулся на мягкую спинку, пытаясь расслабиться и подготовиться к разговору, о чём бы он ни зашёл. Почему-то ему в голову пришло, что лорд Брайнер может захотеть поговорить о Дараэлле. Дара вроде бы дружна с принцессой, женой Себастьяна?

Геор уже даже не задавал себе вопрос, откуда у простой горной ведьмы такая тесная связь с принцессой, возможной наследницей престола. Пусть. Конечно, научиться доверять Даре было не так уж и просто, но он пообещал себе хотя бы попытаться. Пока что Дараэлла его не подводила и никаких глупостей, выбивающихся из общей картины её поведения, не совершала.

К тому же, думать о жене плохо после прошедшей ночи мог бы только последний дурак. Геор и так чувствовал себя сволочью, потому что оставил её одну и уехал по делам, но будить Дару, когда она так сладко спала, не хотелось. Да и вряд ли она была бы рада… И так легко бы его отпустила.

Мысли о Дараэлле затягивали, словно Геор в один момент превратился во влюблённого мальчику, которому не исполнилось и двадцати лет. Да, его горная ведьма, конечно, была потрясающей женщиной — а главное, действительно целиком и полностью его женщиной, — но это ведь не значит, что ему надо забыть о работе и ничего не делать, только нежиться в постели и наслаждаться её компанией? За Геором никогда такого не водилось, он вообще был довольно сдержан в чувствах и предпочитал ограничивать время своего общения с женщинами, а здесь — ну как прокляли, честное слово!

Может быть, и прокляла. Заколдовала. Не просто так же она ведьма…

За раздумьями о жене Геор даже не понял, когда кто-то успел войти в комнату, только почувствовал, как чужие ладони, закованные в перчатки, легли ему на лицо, закрывая лицо.

Адмирал вздрогнул. Лорд Брайнер, конечно, мог вести себя несколько эксцентрично, например, прийти в компании парочки скелетов — кажется, женщину звали леди Трау, и она вела себя очень нагло, — но не закрывать же своему собеседнику глаза руками, как та барышня!

Геор раздражённо столкнул ладони со своего лица, вскочил из кресла, стремительно обернулся и застыл.

— Это ещё что такое?! — прорычал он. — Леди Остерз, что вы здесь делаете?!

Жанетт выглядела донельзя влюблённой и очарованной, как, впрочем, и обычно, смотрела на него своим, если говорить прямо, телячьим взглядом и так ласково улыбалась, что у Геора едва скулы не свело от раздражения.

В комнате моментально стало слишком тесно, хотя вчера ему с Дараэллой казалось, что даже несколько сантиметров расстояния между ними — это слишком много. Но вот леди Остерз вместе со всеми её провокациями лучше находилась бы как можно дальше, а идеально — так вообще не в одном с Геором помещении. Он совершено не доверял этой барышне, да и своей матушке, в принципе, тоже, и, как оказалось, не зря. Мало ли, чего от них можно было ожидать! Не просто так Лисандра пребывала в таком неописуемом восторге от Жанетт.

— Я прислала просьбу о встрече, — восторженно произнесла Остерз. — И молила небеса, чтобы вы ответили согласием. Каково было моё счастье, когда я увидела у входа вашу стражу! Да, я понимаю, что этот разговор может быть не слишком ласков, но вы согласились, а это уже означает, что у меня есть шанс!

— Я? — прищурился Геор. — Согласился? На что… А, ну конечно! Вероятно, моя мать как всегда распоряжается моими делами от моего имени. Не удивлюсь, если подделала подпись… Извините, леди Жанетт, но нам не о чем разговаривать.

Он попытался каким-нибудь образом обойти Жанетт, но это оказалось не так и просто. Девушка каким-то удивительным образом умудрялась постоянно преграждать ему дорогу, не позволяя ни на шаг приблизиться к выходу из комнаты.

— Послушайте, но ведь от этого зависит моя жизнь! — воскликнула она таким тоном, будто, если б Геор не согласился остановиться, упала бы здесь замертво. — Я понимаю, леди Лисандра рассказала мне, что вы вынуждены были жениться на нелюбимой, но я готова простить это! Я готова ждать, сколько нужно, когда свободной будет и ваша рука, а не только сердце… Я хочу принадлежать вам уже сейчас!

— Леди Остерз, вы бредите, — жестко ответил Геор. — Спасибо, но мне уже принадлежит моя жена, и мне этого с головой достаточно. Ни в любовницах, ни в фаворитках, ни во влюблённых леди я не нуждаюсь. И, будьте добры, больше не подговаривать мою матушку участвовать в подобных затеях по выманиванию меня из дома.

Но, кажется, Жанетт совершенно не собиралась смириться с его строгим отказом. Она даже не поверила ни единому слову.

— Но вы даже не дали мне шанса! Почему?

— А то, что я женат, недостаточная причина? Нет, достаточно, отойдите.

Геор надеялся, что сможет просто отодвинуть Жанетт в сторону и уйти, но Остерз оказалась проворнее. Совершив обманный манёвр, она вдруг бросилась ему на шею и впилась в губы назойливым поцелуем.

И именно в тот миг — ну надо же! — дверь распахнулась, и Геор почему-то даже не сомневался в том, кто стоял на пороге.

Он оттолкнул от себя Жанетт, и та неожиданно легко отпустила его шею и отпрянула в сторону, хотя до этого цеплялась мёртвой хваткой и, кажется, не собиралась разжимать руки. Но адмиралу оказалось не до назойливой леди Остерз. Одним своим неуместным поступком она и так уже умудрилась испортить всё, что только могла.

На пороге стояла Дараэлла. В каком-то домашнем платье, извлечённом служанками, наверное, из вещей, которые отказывалась носить старая графиня, растрёпанная, крайне недовольная и, судя по всему, истолковавшая поцелуй именно так, как того опасался Геор.

— Дара, — произнёс он, надеясь на то, что голос звучит не слишком жалко. — Это…

— Совсем не то, что я подумала? — язвительно уточнила супруга.

От той мягкой и одновременно страстной девушки, которой она была ночью, теперь не осталось из следа. Хоть в платье, хоть в пиратском наряде, Дара оставалась самой собой — жёсткой, уверенной в себе и, кажется, не знающей пощады, особенно если задевали её личные интересы.

И сейчас Геор совершенно не ручался за то, что Жанетт Остерз успешно переживёт эту прекрасную интимную встречу. Не то чтобы он желал Жанетт после того, как она его подставила, любви и счастья в личной жизни, а так же всех прочих благ, но всё равно не хотел, чтобы Дараэлла особенно увлекалась какими-либо карательными мерами.

— Я понятия не имею, что ты подумала, — оправдательно произнёс Геор. — Но если что, меня обманули!

— Что? Сказали, что ты должен целоваться с нею ради спасения государства?!

Жанетт издала какой-то странный булькающий звук, но адмирал даже не повернулся в её сторону. Если б Дараэлла попыталась что-то сделать с Остерз, то Геор наверняка почувствовал бы её магию. Жена же хоть и явно с трудом сдерживалась, чтобы не взорваться, но не пользовалась никакими запрещёнными чарами. Ни зелёных кустов, пытающихся проткнуть Жанетт насквозь, ни бегающих растений, ни шпаг, летающих следом за девушкой Геор не видел — а ведь с любовницами покойного графа Каннингема случались именно такие неприятности.

— Я вообще не собирался с нею целоваться! — воскликнул Геор. — Мне пришло уведомление от лорда Брайнера, что он хочет поговорить о чём-то важном! Откуда мне было знать, что вместо графа Каннингема здесь будет эта… девушка?

— Девушка? — усмехнулась Дара. — Ох, я бы назвала её другими словами!

Протестующее мычание Жанетт опять было проигнорировано. Геор тоже так и не нашёл секунды, чтобы посмотреть на Остерз, слишком уж он был увлечён Дараэллой. Мужчина хоть и надеялся на то, что супруга не станет творить никаких глупостей, никаких гарантий не имел.

— Послушай, — он сделал шаг к Даре и попытался взять её за руку. — Я ни в чём не виноват. Меня сюда заманили. И она сама полезла с этими своими поцелуями. Я бы в жизни к ней не полез!

— А раз сама предлагает, так и отодвигать не стал, пусть будет, — фыркнула Дара.

— Я не успел! Ты не вовремя зашла!

Геор понимал, что это звучало, как жалкое оправдание, но, признаться, не мог подобрать другие слова и понятия не имел, как утешить супругу. Она же буквально пылала от гнева и, кажется, с удовольствием прокляла бы и его, и Жанетту заодно, и этот дом, и двух несчастных стражников.

— Конечно, не вовремя! Твоя матушка всеми силами пыталась меня задержать, когда я попыталась выпытать у неё, куда тебя потащили! Хорошо, что вспомнила, что ты, скотина такая, теперь одарённый, и пришла по магическому следу. А если б я пришла минутой позже, что бы я увидела? Её, полураздетую, в кресле? И тебя, с рассказом, что ей просто стало дурно, и ты пытался ослабить шнуровку, чтобы она задохнулась?

— Да ведь ничего не было! — возмутился Геор. — Я вообще не понимаю, почему я должен это слушать! Я приехал сюда, потому что получил выхов от первого советника короля. Мне следовало ответить лорду Брайнеру, что его запросы меня не интересуют, и что я останусь дома, потому что у меня ревнивая жена? В следующий раз так и сделаю, но не удивляйся, пожалуйста, если на следующий день кто-то придёт меня вешать!

— Надо же, напасть вздумал! — хмыкнула Дара. — Что ты весь такой прекрасный, просто выполняешь свой служебный долг, а я — отвратительная, мерзкая, глупая девица, совершенно не понимающая, что с государственными делами так не поступают! Избалованная дурочка, ревнующая мужчину, которого, несчастного и прекрасного, подставили! Ах, какая жалость! Как я могла подозревать такого прекрасного, такого безгрешного те…

Геор сгрёб её в охапку и впился в губы поцелуем — право слово, единственный действенный метод, когда надо как-нибудь помягче заткнуть рот женщине. Удивительно, но это помогло. Дараэлла сначала сопротивлялась, но потом, обмякнув в его руках, даже ответила взаимностью, правда, оставила несколько длинных царапин на шее, но ерунда, затянутся.

Адмирал обнял жену покрепче, так, чтобы она случайно не вырвалась из его объятий, и углубил поцелуй. Всё же, не следовало уезжать утром — тогда у них мог бы быть отличный…

Дара вдруг вырвалась из его объятий, на всякий случай, для верности, ударила Геора — правда, обошлась без пощёчин, просто толкнула ладонью в плечо, — и рванула его за рукав.

— Посмотри, — прошептала она, — ты что с ней сделал?

Геор нехотя обернулся, ещё поймав себя на мысли, что это, наверное, провокация, и Дара что-то задумала. Но, очевидно, он переоценил хитрость и коварство своей супруги.

Потому что та с Жанеттой ничего не делала, а леди Остерз всё равно валялась на грязном, пыльном полу и только беспомощно подёргивала рукой.

Дара стремительно выпуталась из объятий мужа и бросилась к Жанетт. Ненависть по отношению к сопернице, прежде полыхавшая в синих глазах девушки, куда-то исчезла, сменившись серьёзностью и холодностью.

— Ты её целовал или делал что-нибудь ещё? — строго спросила она. — Между вами что-то было? Физическая, духовная связь? Ты обещал ей что-нибудь?

— Дара, за кого ты меня принимаешь?! — возмутился Геор. — Я…

— Не надо мне сейчас рассказывать трепетную историю, что я у тебя первая и единственная, а все барышни из борделей, с которыми ты развлекался, не считаются, — зло оборвала его Дараэлла. — Я тебя спрашиваю про эту конкретную девушку.

— Она сама меня поцеловала. Всё.

— В губы?

— Да зачем…8c847c

— В губы?!

— Да, — недовольно подтвердил Геор. — Я сначала растерялся, потом оттолкнул её, если тебе угодно. Всё.

— Я до обретения магии? Что у тебя с нею было?

— Мама хотела, чтобы я на ней женился. Я не хотел от неё ничего, — пожал плечами Каннингем. — И было бы очень приятно, если бы ты объяснила, что происходит и почему она лежит на земле без сознания.

Дара скривилась и зло поджала губы. Было видно, что ей меньше всего на свете хотелось помогать Жанетт, но, тем не менее, она попыталась поднять девушку с пола. Геор бросился было помогать, но Дара уверенным жестом велела ему стоять в стороне.

— Сделаешь только хуже, — отрезала она, быстрыми, уверенными движениями ослабляя тугую шнуровку и устраивая Жанетт удобнее.

Сейчас леди Остерз выглядела как-то особенно жалко. На фоне растрёпанной, дикой Дараэллы с пылающим взглядом, казалось, способным сжечь всё, что угодно, она была жалкой, бледной и лишённой всяких жизненных красок. Геор даже поразился, что прежде Жанетт казалась ему симпатичной, хоть и не настолько, чтобы из-за этого терпеть её и мамины капризы. Если раньше он противился этому союзу только потому, что не желал плясать под дудку Лисандры, то сейчас смотрел на Остерз и не понимал, как девушка могла настолько измениться за тот день, что они не виделись. Или он просто стал воспринимать её по-другому, увидел то, что Жанетт старательно скрывала — бледную, неинтересную, лишённую ума и мудрости девицу?

А вот Дара, сосредоточенная и явно очень злая, своими размышлениями на тему соперницы не делилась. Она уселась прямо на стол, забыв о приличиях, сжала запястья Жанетт и что-то шептала, потом вскочила, встряхнула её за плечи, пытаясь привести в чувство, но вновь безуспешно. Дараэлла крутилась вокруг девушки, непонятно откуда взяла воду, опрокинула её на лицо Остерз, но ничего не получалось.

— Это ужасно, — выдохнула она. — Это просто отвратительно! Ума не приложу, как такое могло произойти…

— О чём ты? — поразился Геор. — Ты знаешь, что с нею случилось?

— Я знаю, что надо держать свои руки и свои губы при себе! — возмутилась Дараэлла. — Она не приходит в себя. Что б я ни делала, это не действует!

— Так может, врача?

Дара взглянула на него, как на умалишённого.

— Геор, — серьёзно промолвила она. — Ты помнишь, кто я?

— Моя жена, графиня Каннингем. Горная ведьма, — легко ответил адмирал. — Ну, и немножечко капитан пиратского корабля. Надеюсь, последнее уже нет.

Судя по тому, как Дараэлла закатила глаза, приоритетность оглашения частей её статуса её как минимум позабавила.

— Горная ведьма, — выбрала она подходящее из всего этого списка. — Я такое видела.

— Где?

Дара поднялась, оставив Жанетт, словно та была совершенно безнадежна.

— Понимаешь ли… Магия горных ведьм — отличный афродизиак. И голову дурманит, что надо. Ни один мужчина не способен отказать горной ведьме, если она действительно его возжелает. У тебя, соответственно, обратный эффект. Но если перестараться… В общем, если перестараться, — Дара выглядела очень недовольной, — и использовать магии немного больше, чем надо, то можно вогнать человека вот в такое состояние. И привести его в чувство может только специфический ритуал. Потому я и спрашиваю, что ты с нею делал, что у неё случилась передозировка горной магией.

Геор уставился на Дару, словно видел её впервые.

— Но я говорю тебе правду, — выдохнул он. — Да, она попыталась сама меня поцеловать. Я немного запоздало её оттолкнул. Это всё! Я не использовал по отношению к ней никакую магию!

Дара казалась мрачнее тучи.

— Это-то меня и пугает. Потому что это означает, Геор, что ты опасен.

Каннингем взглянул на неё, потом перевёл взгляд на неподвижную Жанетт и севшим от волнения голосом спросил:

— И что теперь нам делать?

— Нам? Мне — ехать вместе с этой дамой к горным ведьмам. Тебе — сидеть в закрытом помещении и ждать моего приезда, желательно — как можно меньше контактировать с женщинами.

Дара попыталась пройти мимо, но Геор поймал её за руку и рывком притянул к себе.

— Я ничего с нею не делал, — твёрдо произнёс он. — И я не виновен в том, что с нею произошло. Но я не отпущу тебя туда одну! Как ты её довезёшь? Перекинешь через лошадь?

Кажется, Дараэлла собиралась воспротивиться, но вовремя остановилась. Она в последний раз испытывающе посмотрела на Геора, вздохнула и с какой-то очень подозрительной покорностью произнесла:

— Хорошо. Предположим, ты прав… Нам нужна повозка. И кто-то надёжный, кто поможет ею управлять. Один. Чем меньше с нами поедет мужчин, тем лучше. Потому что я хочу привезти оттуда здоровую Жанетт, а не сложенных горкой мужчин.