Глава двадцать первая

В тот же миг пламя под ногами Дары погасло.

Магнус ударил ладонью по углям, пытаясь разбудить огонь ещё раз, но безуспешно. Магия считала, что горная ведьма победила в этой схватке.

— Ты, — огненный маг с трудом поднялся на ноги и медленно двинулся на Геора. — Ты посмел вмешаться в священный огненный танец. По какому праву?!

Адмирал встретил взгляд огненного с поразительной холодностью. Во взгляде сквозило презрение.

— По какому праву, — протянул он, и Дара увидела, как заплясали синеватые искры вокруг сжатых в кулаки ладоней, — ты, огненный, практически остановился? Разве ты не должен танцевать так же, как и она? Чем испытание отличается от казни, если ты стоишь на огне, как на обычной земле?!

— Ты будешь рассказывать мне о честности и чести? — Магнус сделал шаг вперёд. — Ты, тот, кто украл свою магию у какой-то горной ведьмы, присвоил её неизвестно каким способом и теперь пытаешься использовать, забывая обо всех правилах и законах? Или ты думаешь, что, коль ты их не знаешь, это освобождает тебя от необходимости их придерживаться? Довольно! Я уничтожу тебя, а ей, — он кивнул на Дараэллу, — сохраню жизнь. Здесь речь не о том, за что платят деньги, а о том, что есть честь, порядок и торжество магии. Она победила и она будет свободна. Но ты не удержишься и полминуты.

Даре хотелось вмешаться, но она едва держалась на ногах. Тело отказывалось повиноваться сигналам разума, и девушка только устало опустилась на решётку. Огненные маги, прежде сидевшие вокруг Геора, бросились к ней, очевидно, не желая связываться ни с горным ведьмаком, ни со своим предводителем. Они помогли ей подняться, спуститься вниз и даже перенесли через раскалённые угли, но девушку сейчас мало интересовало, что будет с нею. Она чувствовала, как один из магов скользил ладонями по её обгоревшим ногам, бормоча заживляющие заклинания, и знала, что не сможет подняться, пока колдовство не будет завершено, но взгляд Дары был прикован к двум стоявшим друг напротив друга мужчинам.

Магия Геора ожила вновь. Даже сквозь ткань рубашки было видно синие всполохи на коже адмирала. Искры потрескивали в его волосах, вспыхивали на руках, будто крохотные молнии, искавшие жертву. Глаза Каннингема потемнели, как у горных ведьм, когда они позволяли магии поглотить себя с головой, без остатка, и отдавались своему дару, не задумываясь о последствиях. В такие моменты ведьма переставала существовать как отдельная личность. Она была посланником гор, носителем магии, всего лишь способом для колдовских сил исполнить своё предназначение.

Магнус усмехнулся и тоже сжал руки в кулаки. Вокруг мужчин вспыхнул огненный круг. Пламя сначала поднялось стеной, потом, ведомое порывом ветра, прижалось к земли и практически дотянулось до ног Геора. Адмирал, казалось, даже не заметил этого.

Он протянул одну руку, разжав кулак, и на раскрытой ладони вспыхнул синим сиянием магический цветок. Колдовство лозой обвило предплечье Геора, извилистыми линиями прошло вдоль его тела и вгрызлось в пересохший грунт.

Цветок разорвался в тот миг, когда Магнус вскинул руки, пытаясь атаковать. Мелкие лепестки превратились в острые иголки, и те разлетелись в стороны, поражая всех без разбора. Некоторые из них преодолели огненное заграждение и попали в огненных магов, окружавших Дараэллу, и только те иглы, которые долетели до самой горной ведьмы, растворились в воздухе.

Магнус запоздало поднял руки, защищая лицо. Огненная стена, вспыхнувшая вокруг него, поглотила большую часть чужого колдовства, но всё равно не смогла полностью укрыть мага. Иглы впились в его плечи, и теперь по спине мужчины стекали ручейки крови, пропитывая алой жидкостью его одежду.

Защитный круг стремительно сужался. Мужчины сходились, двигаясь по спирали, и не сводили друг с друга взгляда.

Дара задержала дыхание. Она знала, что Геор не умеет полноценно управлять собственной силой, и то, что ему удавалось, уже было потрясающе, но хватит ли того, чтобы выжить?

Она дёрнулась, пытаясь вырваться из рук державших её огненных магов, но те не пустили ведьму.

— Вам надо заживить ожоги, — произнёс один из мужчин. — И не вмешивайтесь. Вашего мужа вряд ли что-то может спасти.

Дара зажмурилась. Ей не хотелось смотреть на это — но скрыться было негде. Она всё равно слышала, как трещала горная магия, как шипел огонь, атакуя с каждой секундой всё яростнее. И когда огненный маг, лечивший девушку, случайно отодвинулся в сторону, она увидела, что Геор и Магнус стояли уже совсем близко друг к другу.

Её поразило даже не то, как огонь плясал на теле Магнуса — казалось, что-то подобное Дара и представляла, когда слышала о таких магах. Но Геор? Горные ведьмаки в принципе не существуют, а магия, полыхавшая сейчас на его коже, создававшая странную защиту и оплетавшая Магнуса едва видимыми синими цепями, поразила Дару.

Она видела, как пламя выпивало из адмирала силу, но он, то ли не понимая, какая опасность ему грозит, то ли и вовсе не осознавая себя, продолжал это немое, неподвижное сражение. Он выталкивал из себя колдовство, капля за каплей, восстанавливал цепи, сдерживающие Магнуса, и огонь постепенно начинал угасать.

Дара не знала, хватит ли сил Геора, чтобы победить, но видела — он продержится куда дольше, чем на то рассчитывал изначально огненный маг. Но какова будет цена?

— Прекратите! — крикнула она, но, разумеется, не была услышана, только руки, сдерживающие её, напряглись — мужчины боялись, что ведьма может нарушить очередное правило глупой священной битвы. — Отпустите меня!

Дара даже не ожидала, что в её голосе с такой уверенностью зазвенит сила горной ведьмы. Она никогда не пользовалась своей магией в подобном ключе, не нуждалась в этом. Обычно горные ведьмы соблазняли, а не в один миг лишали свободы воли.

Но её попытка оказалась успешной. Маги отпрянули от неё и застыли, склонив головы, словно не могли противиться приказу девушки.

Дараэлле некогда было думать об этом. Она вскочила и, не заботясь о возможных последствиях, метнулась прямиком в огненный круг.

Девушка перепрыгнула через пламя, даже не заметив, обожгло оно её или нет. Она сама до конца не понимала, что творит, когда встала между мужчинами и упёрлась руками им в грудь.

— Немедленно остановитесь! — велела она.

Властные нотки, свойственные только верховным ведьмам, звенели в её голосе. Дара впервые почувствовала, что в её силах не просто сражаться, а отдавать приказы и ждать непременного их выполнения. Это было особенное чувство, наверное, особенно сладкое оттого, что она никогда прежде ничего подобного не испытывала…

И оттого, что действительно обладала подобной властью.

Силовые ленты Дараэллы отличались от тех цепей, которые создавал Геор. Нет, она не сковывала мужчин, она мягко связывала их, усмиряла магию, проникала в кровь, как яд, который трудно различить с первой попытки, который не убивает сразу, но зато не имеет противодействия, если не заметить его влияние вовремя.

Боль, которую ей причинял огонь, поднимавшийся вверх по ногам, куда-то исчезла. Дара чувствовала, как сами по себе затягиваются раны — хотя горные ведьмы и не обладали какими-то особенными склонностями к регенерации, она знала, что от пламени не останется и следа, её кожа не будет покрыта уродливыми шрамами, и даже неприятной красноты и пузырей не будет.

Геор отшатнулся первым. Дара уже когда-то использовала на нём свою магию, и потому та сработала быстрее, нашла отклик в его сердце. Но не прошло и нескольких секунд, как ей удалось добраться до сознания Магнуса. Огненный маг пошатнулся и теперь смотрел на неё пьяными глазами. Замутнённый влюблённый взгляд вызвал у Дары лишь знакомую ей, как ведьме, презрительную ухмылку, и она с трудом одёрнула себя, чтобы не позволить даже мысленно упиваться неожиданной властью.

Она сжала руки в кулаки, сжимая невидимые ленты, и с силой выдернула их из груди мужчин, чувствуя, с каким трудом поддавалась её собственная магия, мечтавшая укорениться, укрепиться в собственном влиянии.

— Никакого сражения не будет, — устало выдохнула Дара. — Я не позволю никому из вас убить другого. Геор! Ты понимаешь, что не можешь использовать магию направо и налево, ты ведь не владеешь ею досконально! А ты, — она повернулась к огненному магу, — забыл о том, кого тебе заказали? Хочешь, чтобы ещё она явилась сюда мстить? Или думаешь, что я обрадуюсь, если кто-нибудь убьёт моего мужа, и брошусь этому "спасителю" на шею.

Во взгляде мужчины бурлило непонимание.

— Но ведь ты будешь страдать с ним, — прохрипел он. — Ты умеешь танцевать на огне, королева, и всё равно выбираешь какого-то… Какого-то ядовитого мага?

Дара постаралась не обращать внимания на слова о яде. Она слишком много слышала о том, насколько опасен Геор, чтобы сейчас принимать это на веру.

— Я выбираю мужчину, чьей женой я есть, — сказала она, не решившись на высокопарные высказывания о любви. — И это самое главное. Какая мне разница, умею я плясать на огненных решётках или нет, если это не приносит мне ничего, кроме усталости и раздражения?

Геор молчал. Дара слышала его тяжёлое дыхание и боялась, как бы он не пострадал куда сильнее, чем пытался показать. Но Каннингем, кажется, просто подбирал верные слова.

— Ты не посмеешь прикоснуться к моей жене, — прошипел адмирал. — Будь у тебя намерения её убить или овладеть ею против её воли. Ты уже видел, что я могу.

Дара тоже видела. И не сказать, что увиденное очень сильно её порадовало. Но спорить она не решалась. Всё-таки, происходившее сейчас между ними больше пугало, чем внушало надежду, но в первую очередь им надо было покинуть пустынные земли огненных магов, а уж потом думать о том, как быть дальше.

— Я выжила в огне, — произнесла Дара. — И я знаю, что по вашим законам имею полное право уйти отсюда. Мой муж был похищен, но вы не имеете права убивать его — вы обещали своей заказчице, что не сделаете этого. И я даже не стану спрашивать, как она вас нашла и чем оплатила этот проклятый заказ! Но сейчас вы отпустите нас, и мы уйдём. И никто из твоих людей, Магнус, и ты сам в том числе, прямо или опосредствованно не попытаетесь нам помешать. Иначе тебе придётся сражаться не с ним, — она кивнула на Геора, — а со мной. И, поверь, тебе не понравится исход этого боя. Горные ведьмы — это не только точёная фигурка и красивое лицо. Я не менее ядовита.

Огненный маг молчал. Лицо, искривлённое гримасой, выдавало напряжение. Дара понимала, что он с трудом сдерживался, чтобы вновь не воспользоваться своей магией против тех, в ком сейчас видел врагов. Но всё же, мужчина не решался воспользоваться колдовством напрямую. Может быть, понимал, чем может закончиться его неожиданное своеволие, боялся сражения с горной ведьмой, поняв, что победа не обязательно будет на его стороне…

Или, напротив, не хотел навредить ей?

— Какая мне разница! — фыркнул наконец-то Магнус. — Ты всё равно вынуждена будешь его оставить, даже если сейчас я его не убью! Он отравит тебя этой магией, красотка, и ты даже не успеешь понять, когда это случилось. Не надейся на благородство, первозданная сила его не имеет!

Дара отступила от огненного мага и опустила руку на плечо Геору. Ей не хотелось, чтобы он слышал что-либо о своей магии, пока сама Дараэлла не получит должного подтверждения фактов, но, к сожалению, она не имела власти, заставившей бы Магнуса замолчать.

Адмирал притянул жену к себе, крепко обняв её за талию, и с вызовом взглянул на огненного мага. Дара почувствовала, как сила Геора, на время притихшая, вновь начинала бурлить. Больше всего на свете Дараэлле хотелось сейчас успокоить Каннингема, попросить держать своё колдовство при себе: почему-то девушку не покидала мысль, что чем меньше людей увидит, на что он способен, тем лучше им будет.

— О чём ты? — зло спросил Геор. — Я никогда не причинял Даре вреда. И не собираюсь использовать свою магию против неё.

— Нарочно ты и не сможешь, — презрительно скривился Магнус. — Горная королева сможет остановить твоё сознание. Ты ведь мужчина.

— Не всё решает красота, — попыталась возразить Дара, но голос её звучал неуверенно — девушка и сама не верила собственным словам.

— Дело не в красоте, — возразил Магнус. — Дело в том, королева, что ты умеешь управлять своим даром, а он нет. Но сила рано или поздно возьмёт верх. Он ядовит даже для меня, для огненного мага. Ты думаешь, что сможешь справиться с ним, но однажды, в порыве страсти или гнева, он убьёт тебя. Это лишь вопрос времени. Нельзя хотеть горную ведьму меньше, чем сильнее всего на свете!

Геор хотел возмутиться, но Дара только молча покачала головой, надеясь, что он правильно поймёт её и не станет ничего говорить. Спорить с огненным магом не было ни времени, ни, если честно, особенного смысла.

— Как это можно исправить? — спросила она. — Ведь ты знаешь.

Огненный маг усмехнулся.

— Останься со мной.

— Исправить не значит выжечь всё дотла, — возразила Дараэлла. — Моя магия не менее ядовита. Так что постарайся подыскать другой способ, который не будет требовать от меня оставлять моего мужа.

Кажется, то, что она сказала, совершенно не порадовало Магнуса. Он смерил Дару голодным, жадным взглядом, таким, что сразу становилось понятно, будь его воля — схватил бы её в охапку и утащил прочь, куда-нибудь к себе в логово. Но слишком опасен был Геор, да и сама горная ведьма могла за себя постоять, не настолько уж она и слаба, чтобы каждому, кто пожелает её заполучить, это так легко удалось. Если б Дара не умела сражаться за свою свободу, давно была бы уже женой лже-короля, а Себастьян Брайнер со своей неудачливой невестой покоился бы в гробу.

— Огненные маги могут только уничтожать, — произнёс Магнус. — Я не помощник тебе в изготовлении противоядий, которые можно принимать постоянно. Только перерубить эту порочную связь.

Дара всё ещё упрямо смотрела на мужчину. Она чувствовала, что был ещё какой-нибудь способ, возможно, не настолько прямолинейный, но всё же. Кто, как не маги, знают толк в хитростях, умеют всё делать так, чтобы им самим было выгодно?

Магнус не выдержал и отвернулся. Он сжал руку в кулак, собираясь вновь зажечь огненную клетку вокруг них, но вовремя остановился, очевидно, понял, что таким образом ничего не добьётся. Но Дара не собиралась отступать. Она знала, что рано или поздно сумеет получить желанный ответ.

— Что? Не хочешь рассказать? — усмехнувшись, прошептала Дараэлла. — Не хочешь поведать, в чём же проблема? Так, быть может, ты просто боишься? Ты уже не чувствуешь себя таким всесильным, правда?

Маг вздрогнул, словно она ударила его — не словом, а плетью.

— Почему ты молчишь? — прорычал Геор. — Какие вообще доказательства того, что ты не солгал по поводу ядовитой магии? Как можно верить человеку, который зарабатывает себе на жизнь заказными убийствами?

Магнус вскинул голову и взглянул на Геора так, словно только сейчас вспомнил о том, что адмирал всё ещё был рядом. Он даже дёрнулся, возможно, чтобы воспользоваться своей магией во вред Каннингему, но вовремя сдержался. Огненные маги никогда не проигрывают, это было их главное правило, и то, что он не сумел сжечь Геора одним щелчком пальцев, уже кое-что да означало. Просто так бросать вызов ему в лицо мужчина пока что не был готов.

— Другого способа нет, — твёрдо произнёс Магнус. — Только выжечь вашу магическую связь дотла. Тогда вы разойдётесь и забудете даже думать друг о друге. Это лучший вариант.

Судя по тому, как засветилась синей горной магией земля у них под ногами, Геор с этим утверждением был совершенно не согласен.

— Ну зачем же ты лжёшь? — не удержалась Дара. — Почему не хочешь сказать правду? Ты думаешь, что мы не сумеем узнать её каким-нибудь другим образом? В самом деле? Да ты трус, огненный маг! Ты полагаешь, что всё ещё способен завоевать силой то, что тебе не принадлежит?

Магнус взглянул на неё так, словно мечтал уничтожить. В зелёных глазах вспыхнула ненависть и обида.

— Почему не говорю? — усмехнулся он. — Этот способ тебе не поможет, горная королева. Но спроси своего мужа, он регулярно пользовался им, судя по его ауре.

Дара повернулась к Геору, но адмирал, кажется, сам не понимал, о чём шла речь. Он только недоумённо пожал плечами, отзываясь на претензию Магнуса.

— Я не понимаю, — решительно произнёс он. — Я в своей жизни до нашего знакомства только раз воспользовался магией, и то это было не совсем по моей доброй воле. Урсула сама предложила.

Магнус усмехнулся.

— Ах вот оно что! Так может, ты ещё и заключил договор с морской ведьмой? Так или иначе, это они у нас не восприимчивы к таким ядовитым, как ты. Спроси, есть ли у них противоядие для твоей жены и готовы ли они тебе его предоставить. Что-то мне подсказывает, что ответ не будет утвердительным. Но ты попытайся, поколдуй там рядом с ними. Должно быть, ты у Урсулы любимчик? А я пойду. Ты подумай, горная королева, надо ли тебе оно. У тебя есть перспективы получше. Ты его не любишь! Просто он уже отравил тебя магией горных ведьм, и рано или поздно эти чары тебя уничтожат. А я предлагаю их выжечь! Без разбору, всё подряд, уничтожить заразу, которая может стоить тебе жизни! Не хочешь — как хочешь…

Огненный маг собирался уже уходить, но застыл, услышав голос Дараэллы.

— Мы пойдём к Урсуле! — выкрикнула она. — И, будь уверен, получим то, что нам нужно. Я никогда не проигрывала. И начинать не собираюсь.

Магнус резко повернулся и шагнул к ней, буквально выдрал из рук Геора, схватив за плечи, и смотрел в глаза. Дара чувствовала, как тёплый огонь, вспыхнувший ореолом вокруг Магнуса, касался её кожи, но не обжигал, был нежен, ведомый этим мужчиной, возможно, чувствующий по отношению к ней чуть больше страсти, чем Дараэлла сама ожидала.

Она смело встретилась с ним взглядом и заставила себя уверенно улыбнуться. Она ведь была сильной женщиной и сильной ведьмой, способной держать удар, когда надо. Вот и сейчас Даре казалось, что собственной уверенностью сумеет поставить Магнуса на место. Даже если в итоге они с Геором проиграют войну, в этой битве она хотела оказаться победительницей, предчувствовала, что она могла оказаться последней.

— Если будет совсем худо, королева, сожми в кулаке вот это, — Магнус пробежался кончиками пальцев по её шее и потянул за цепочку кулон, демонстрируя его Даре. — Возможно, он сможет тебе помочь, если услышит зов и решит, что ему это нужно. Но вряд ли. Обычно человеческий зов для него бесполезен… И если вдруг Урсула оставит твоего муженька себе в качестве сувенира, обращайся. Я буду готов тебя утешить.

Он склонился к Даре и поцеловал её в губы, так пылко, словно пытался вдохнуть весь огонь, который был в нём самом, в Дараэллу. Но девушка в ответ могла ответить только презрением. Поцелуй вызывал у неё даже не равнодушие, а отвращение, а Магнус, прежде казавшийся красивым, вдруг представился отвратительным, мерзким. Дара сама от себя такого не ожидала, но уверенно оттолкнула его, даже не задумываясь о том, что делает.

Маг отшатнулся и уставился на неё широко распахнутыми от удивления глазами. Огонь, который он пытался разжечь в Даре, уже горел — только принадлежал другому мужчине. Был ли это ведьмин яд или, возможно, настоящие чувства, но Магнусу они оказались неподвластны.

— Я тебя никогда не забуду, королева, — прошептал он. — Огненные маги не умеют любить, но ты, кажется, можешь стать исключением. Оставайся. Но если вздумаешь уйти, то удачи. Не погибни, беседуя с Урсулой, жалко будет. Вторую такую красотку этот мир вряд ли сумеет родить.

Он махнул рукой, и совсем рядом вспыхнул новый огненный круг. Земля в нём стремительно плавилась от пламени, превращалась в лаву и закручивалась в алую круговерть портала. Дара осторожно подошла к нему, словно боялась, что сгорит, но магия казалась знакомой и чистой, без всяких ядовитых примесей.

Геор последовал за ней, молча остановился рядом и прикоснулся рукой к плечу, пытаясь успокоить. Дара ответила на его взгляд мягкой, неуверенной улыбкой и сама заглянула внутрь круговерти, всё ещё не решаясь. Она понятия не имела, действительно ли Магнус собирался помочь или предлагал ей остаться или вместе с Геором погибнуть в портале, но…

Открыть портал, не зная координат отправной точки, она сама не могла, да и на территории огненных магов чувствовала себя не лучшим образом. Дара знала, что рано или поздно остальные маги, пострадавшие от колдовства Геора, пожелают отомстить, и лучше им к тому времени быть подальше.

Или согласиться на другой вариант развития событий.

— Если ты боишься, — ни с того ни с сего промолвил Геор, — или если просто хочешь свободы, мы можем разойтись навсегда. Тебе не надо выбирать из двоих. У тебя есть масса вариантов, Дара. Не этот сумасшедший или Урсула.

— Я свой выбор уже сделала, — твёрдо ответила Дараэлла. — Мы вместе отправимся к этой морской ведьме, и пусть она только попытается мне отказать.

Она потянула Геора за руку и первой шагнула в портал. Мужчина не заставил себя долго ждать, а ступил в магическую круговерть следом за Даром, обнял её за талию, привлекая к себе, и уткнулся носом в спутанные волосы девушки. Дараэлла и сама застыла, считая до ста — почему-то ей всё казалось, что портал выбросит их невесть где, да хоть посреди моря.

Но когда она открыла глаза и заставила себя осмотреться, то поняла, что ничего страшного не случилось.

Они, ободранные, уставшие, провонявшие дымом, но живые и невредимые, стояли посреди небольшого приморского городка, рядом с которым совсем недавно причалил к берегу "Джугарт".