Глава 15

Ева

– Что, уже выметаться? – деловито поинтересовалась я, когда Казанцев остановились на парковке большого супермаркета. Я хотела слинять. Пусть этот несносный шантажист просто забудет обо мне и о сделке! – До дома не подвезешь, значит, – преувеличенно громко вздохнула и взялась за ручку, собираясь улизнуть, но Денис успел заблокировать двери, отрезая пути отступления. – Ну, чего тебе?

– День еще не закончился.

– Что мне сделать? Помыть машину? Выгулять собаку? Что?

– Приготовь мне ужин. Я устал питаться в ресторанах.

– Почти женатый человек ест только в ресторанах? – скептически уточнила. Что, правда?!

– За редким исключением.

– Денис, – предельно серьезно начала, – ты понимаешь, что могут подумать, если… э-ээ… станет известно, что я готовлю… Что я в принципе появлюсь у тебя дома?! Или ты хочешь ко мне завалиться?!

– Какая разница, что подумают? Мы-то знаем правду. И нет, не к тебе.

– Денис, будь я на месте Ани… Мне бы это все не понравилось…

– Но ты не на ее месте, Ева, – произнес медленно, со значением.

Упрямый баран!

– Окей. Хозяин-барин, но! – подняла палец вверх. – Если меня уволят из-за тебя, Денис Александрович Казанцев, я к тебе в кошмарах являться буду! Так и знай!

– Согласен, – просто ответил он. – И знаешь, что… – задумался он.

– Что? – мне не понравилось, как блеснули его глаза.

– Называй меня мой господин.

– Да пошел ты, мой господин!

– Ева, будь милой и ласковой.

– Про ласку уговора не было!

– Окей, – Денис решил зайти с другой стороны и сам мягко спросил: – Ты ведь хочешь так ко мне обращаться? Ведь хочешь же?

– Да, – скрипнула зубами, – хочу. – Чтобы еще приняла его помощь – да ни в жизнь! – И что вы хотите на ужин, господин?

– Да скромненько: салат, стейк и десерт.

– А лицо у вас, господин, не треснет?

– Ева, будь милой.

Я нарочито сладко улыбнулась и произнесла:

– За стейк не ручаюсь. Я мясо не ем и готовить не умею.

– Почему не ешь?

– Не ваше дело, господин, – кокетливо хлопнула ресницами. Да я супер милашка!

– Ты ведь хочешь мне рассказать, правда?

Я скривилась, отвернувшись к окну: так, сколько дают за непреднамеренное убийство?

– Мне было девять, когда мне подарили щенка. Через три месяца его сбила машина. Я когда увидела его… – передернула плечами. – В общем, на мясо смотреть не могла, не то что есть. Потом, конечно, это прошло, но привычка осталась.

– Извини, что напомнил. – Денис потянулся и невесомым движением убрал локон, упавший на глаза. Я плакать не собиралась и жалеть меня не нужно. И трогать тоже. – Приготовь что-нибудь на свой вкус тогда.

– На мой вкус?! – с деланным изумлением распахнула глаза. – Ты доверишься моему вкусу?!

– Я признаю, что вкус у тебя есть. Порой, специфичный, но есть. – Казанцев разблокировал двери. – Пойдем.

– Платишь ты, – на всякий случай уточнила.

В супермаркете было полно людей – субботний вечер. Домоседы приехали закупаться пивом и снеками. Я не стала выдумывать велосипед – хитрые блюда пусть ест во французском ресторане! Взяла пасту, креветки и упаковку моллюсков, пармезан, маленькую веточку мяты и устричный соус. Я не знала, что у него есть в холодильнике, поэтому брала все необходимое: от чеснока до черного перца. В качестве салата решила сделать французский нисуаз с консервированным тунцом – быстро и просто. А на десерт – горячая соленая карамель на холодном мороженом. Это мое любимое сочетание. Казанцев сказал же, что на мой вкус – пусть терпит! Приготовлю и буду свободна. Добби свободен! Точнее, я.

Денис еще двадцать минут назад взял небольшую корзинку и ушел в отдел, который я называла «для мужского досуга». Мы встретились у кассы.

– А зачем столько чеснока? – удивился, рассматривая содержимое моей тележки.

– Продавец в отделе настаивал – не смогла отказать, – вздохнула я, заглядывая к нему в корзину: сыр с плесенью, прошутто, просекко. – Хороший вечер намечается?

– Определенно.

– Если отпустишь меня – он станет еще лучше, – предложила, выкладывая продукты.

– Ни за что! – шепнул мне чуть ли не в ухо. У меня встали соски. Хорошо, что куртка застегнута. Надо было еще и шарф надеть.

Через полчаса разложила продукты на огромной стерильной кухне. Стильно, удобно, красиво. Темно-зеленые и черные тона, но из-за огромной рабочей зоны и шикарных панорамных окон не было темно и угрюмо. Видно было, что никто здесь особо не готовил, но убирал исправно.

– Что у нас на ужин? – поинтересовался Казанцев, заглядывая через плечо. Он успел переодеться в трикотажные мягкие штаны и свежую футболку.

– Потом узнаешь, – бросила и подала ему блюдо с прошутто, сыром и оливками – большая банка стояла в холодильнике. – Иди и не мешай мне. – Кстати, там сверток в прихожей оставила. Это тебе.

– Подарок?! – скептически переспросил и попытался схватить кусочек тунца.

– Это не подарок и вообще, – шлепнула по рукам, – не мешай.

– А чем я мешаю? – спросил он и, достав штопор, принялся за вино.

– Своим жутко довольным видом! – я не удержалась и подцепила ногтем тончайший кусочек ветчины.

– Ты же не ешь мясо?

– К прошутто и вину это не относится.

Казанцев достал два роскошных бокала на длинной ножке – я тут же накрыла один ладонью. Никакого алкоголя.

– Почему? – нахмурился Денис.

– Потому что я не буду с тобой пить. Я не пью с клиентами.

– Мы уже пили вместе и не один раз.

– Хорошо: я не буду пить конкретно с тобой, устраивает?

– Я не желаю сегодня слышать слово «нет». – твердо произнес, но настаивать не стал, подхватив бутылку и бокалы.

– Как скажешь, – крикнула вдогонку.

– Господин забыла.

– Как скажете, господин, – тихо рассмеялась. – Дурак, – это уже любя. В переносном смысле, конечно же.

Я провозилась на кухне около часа: за это время успела не только приготовить, но и сервировать ужин. Фарфор был больно хорош – одно удовольствие накрывать на стол. Интересно, кто покупал все эти салфетки, кольца для них, приборы и посуду? Мать, невеста или сам? Но спрашивать, естественно, не стану. Не мое дело, да и, в сущности, какая разница?

В просторной гостиной горели только пара настенных бра. Денис сидел на диване, пил вино и смотрел «Кибердеревню». Так по-человечески. Значит, он все же не хмурый Бабай.

– Я могу быть свободна, господин? – низко поклонилась, вызывая у Казанцева приступ неконтролируемого смеха, и рухнула в бордовое кресло. – Я устала и от вас, и от ваших желаний.

– А сервировка?

– Уже.

– А десерт?

– Мороженое в холодильнике, карамель разогреть и польешь. – довольно улыбалась. Все, нечем крыть?

– Хорошо, – кивнул Денис, – пошли садиться.

– В смысле?

– В прямом. Я голоден и есть в одиночестве не люблю. – Он налил во второй бокал золотистое просекко. – Обещаю, приставать не буду, – негромко сказал.

– А может, я не тебя боюсь, – парировала, вскинув бровь. Мне хотелось проверить одну теорию. Казанцев недвусмысленно дал понять, что я не в его вкусе и, вообще, неприятная и непривлекательная. Для него лично, естественно, но… Вот это «но» меня и царапало изнутри. И его губы. Не могу находиться с ним тет-а-тет. Боюсь. Себя боюсь.

Денис молчал. Я тоже. Стало неловко. Теперь точно прочувствовала, что значит тяжелое красноречивое молчание, о котором говорил Эд. Оно и притягивало, и отталкивало. Невозможно определить, нравлюсь Денису хоть чуть-чуть, хоть капельку. Но сама, похоже, поплыла. Неужели меня снова тянет к нему? Одно – заметить, что он за восемь лет стал еще привлекательнее, другое – упасть в эту бездну.

– Я пошутила, – нервно улыбнулась. Пора дергать отсюда. – И мне правда нужно домой.

– Ева, – его голос упал еще ниже, почти что шепот. Мне стало страшно. С ним я только падала и разбивалась. Не больше. А когда смотрит вот так… Чувствую себя влюбленной восемнадцатилетней глупышкой. – Ева… – снова назвал по имени, очень серьезно, но не договорил – затрещал домофон. Фух.

– Кто это? – мы одновременно поднялись и поспешили в прихожую. Денис взглянул на экран. Попадалово.

– Марк Борисович, приветствую, – а сам меня взглядом буравил. – Поднимайтесь, – и на кнопку нажал.

Отец невесты, о как! Я не сдержалась и, шутливо обвив широкие плечи, промурлыкала Казанцеву в ухо:

– А я предупреждала, господин мой.

Когда мы подначивали друг друга дышать легче, даже легкий флирт выглядел уместно и без намеков. Прямо как сейчас. Денис вопреки ситуации, не оттолкнул меня, наоборот, притянул ближе и шепнул:

– Прячься. Пикнешь – останешься здесь навсегда.

– Это угроза?

– Это обещание.

– Бокал убери, – шепнула и отстранилась. Два роскошных пузатых бокала на длинной ножке выглядели, как признание в измене.

Я схватила куртку, сумку, обувь и развела руками: куда? Денис подтолкнул в гардеробную рядом со спальней.

– Кислотные валенки, – покачал головой на мои ярко-бирюзовые угги.

– Завидно, господин черного, серого и коричневого?

– Брысь, – топнул и закрыл дверь.

Я затихла, прислушиваясь. Когда мужчины прошли очень близко к двери и вовсе затаилась, скользнув вглубь. Если меня застанут здесь, то это будет эпичное фиаско! Разразится ужасный скандал: ни ей лично, ни агентству вовек не отмыться. Где это видано, что свадебный агент с женихом вечера проводил?! Тут никакой организацией не оправдаться!

Голоса стихли, и я перевела дух, даже осмелилась включить фонарик на минималку: а здесь уютненько! И вместительно – как вся моя мастерская! Полки с трикотажем, джинсами и свитерами; на вешалках рубашки и пиджаки; целая витрина с галстуками и часами, да и обуви у него хватало. Единственное, куда не заглянула, разве что одним глазком, так это в ящики с бельем, а вот пару шляп и кепку примерила. Боже, куда он в них ходит?! Теннис, скачки, баскетбол, футбол – какой модник, оказывается! Я схватила телефон и настрочила сообщение, но скорого ответа не ждала. Все же будущий тесть пожаловал.

Я: Мне тебя называть Безумный Шляпник?

Даже селфи сделала, правда, в темноте качество оставляло желать лучшего.

Бабай Казанцев: Если я скажу, что это не мое, поверишь?

Ничего себе! У нас тут опытный смсчик: чатится и не палится.

Я: Нет

Денис тоже ответил смайликом, грустным и печальным. Это все, конечно, мило, но вернемся к основному вопросу.

Я: Денис Александрович, ты мне должен!

Пусть знает, что теперь на крючке у меня!

Бабай Казанцев: Все что хочешь…

Я: И луну с неба?

Бабай Казанцев: Она тебе нужна?

Я: Нет…

Бабай Казанцев: А что нужно?

Хм, нужно подумать…

Бабай Казанцев: Ева?

Я: Туфли от Sergio Rossi. Я же говорила

Бабай Казанцев: Идет

Я закусила губу. Он ведь не серьезно? Но уточнять не стала. Пора выбираться – кто знает, сколько они так просидят. Ночевать здесь не собираюсь.

Подкралась к двери и осторожно приоткрыла: мужчин было не видно, вероятно, отправились в столовую. Я тихонько выскользнула и на цыпочках начала пробираться к парадной двери. Голоса приглушены, но слышно отчетливо. Я на секунду глянула в зеркало и увидела отражение Дениса, он тоже поймал мой взгляд, о чем выдали дрогнувшие в нервной улыбке губы.

– Ужинаешь? – услышала вопрос отца Ани.

– Да, собирался. Присоединишься?

– Да можно.

– Я попросил домработницу приготовить что-нибудь, не хочу никуда идти. – Казанцев демонстративно цокнул. – Не знаю, правда, насколько это съедобно. Она и убирает так себе, а готовит, наверное, еще хуже.

Ах ты гад! Я для него, а он! Ну я тебе! Держись, болван несносный! Я поползла обратно: все-таки месть – мое любимое блюдо!