Глава 20

По поводу моей ауры Наама с Лунет спорили. Сходились суккуба и дриада только в одном: что я — человек. При этом они переглядывались с самым многозначительным видом, а когда замечали, что я всё вижу закатывали глаза. Я списывала эти странности на свою человеческую природу. На то, что в мире Изнанки люди вообще-то редкость. Как редкость и их дружба с дриадами и демонами.

У людей, как известно, тоже встречаются магические способности. Не такие, конечно, как у демонов, дриад или, скажем, фей, но всё же. Разновидностей магии много. Но если обобщить, причём грубо, есть деление на четыре категории. По числу стихий. Далее идёт градация по лунной-солнечной-зодиакальной принадлежности, конечно, родному миру, Роду и прочему… Но любой демон сходу увидит цвет ауры.

Определит базовую магию, если она, конечно, есть.

Новые подруги в голос утверждали: магия у меня есть! Иначе не прошла бы через Тени в Изнанку. Я, правда, всё грешила на кольцо, презентованное Темнейшей, но, чем дальше, тем чаще задумывалась. И, как следствие, сомневалась. Потому что если дело в кольце, суккуба и дриады видели бы одно и то же. А их мнения разделялись.

Наама с завидным упрямством утверждала, что стихия моей магии — огонь.

Лунет с Уно в голос твердили, что, когда я контактирую с растениями и животными, аура моя зеленее первой зелени. Наама хмурилась, качала головой.

Однажды они попросили знакомую фейри рассудить. Та, окинув меня быстрым взглядом, пожала точёными плечиками.

— А сами разве не видите её голубую ауру? — пискнула она. — Ветру понятно, что её дар воздушный.

И, блестя на солнце стрекозиными крылышками, унеслась прочь.

По идее, при таком раскладе мне бы не помешало пройти инициацию всех четырёх стихий (в чём-в чём, а в этом новые подруги тоже были солидарны) прежде, чем идти в Сад Чудес. Но времени у нас было в обрез. Если меня вернут в родной мир — пиши прощай, просьба о помощи от древнего призрака. Призрак же сказал яснее ясного: цветки шадуви, Сад Чудес, Узилище. К слову, расположенное в нижних слоях, ровно посередине между Зыбучей и Парящей Гранями.

О «семейных обстоятельствах» я девчонкам, конечно, не рассказывала, но намекнула, что, возможно, вскоре придётся уехать. И новые подруги, взявшись за меня всерьёз, всё же попробовали протестировать мои магические способности, заявив, что инициация стихий в любом мире пригодится.

Мне предложено было коснуться увядших цветов, золы, травинок, на которых успела высохнуть роса и нескольких шариков «перекати-поле».

И, поскольку лишь земная стихия откликнулась — увядшие цветы реагировали на моё прикосновение, оживая, чего не скажешь о потухших углях, высохших каплях росы и утихшем ветре, то и решено было начать с инициации земной стихией.

Опять же, дриады и суккуба сходились во мнениях, что в Саду Чудес Зелёная Ветвь Уто мне может ой как пригодиться.

…Поэтому сейчас мы стояли у подножия холма, на котором рос огромный, в несколько обхватов, дуб. По легенде, сама Богиня посадила его здесь. И именно в нём издревле проходили инициацию дриады Изнанки.

Для получения благословения Уто мне предстояло, как дриаде, войти в дерево.

И желательно выйти обратно.

Потому что если природа моей магии не земля — это может оказаться проблематично. Я знала, что в случае чего обратно меня вытянут — но вот когда… Известны случаи, когда маги застревали в стихии. На годы! На десятилетия…

— Ты готова, Анжи? — серьёзно спросила Лунет.

Я представила лица мужей, когда им скажут, что с супружеским долгом придётся повременить так с пару десятков лет, похлопала застывшего рядом Зефира по холке и кивнула.

Я тренировалась в верховой езде на лепурах.

Только, к неудовольствию Зефира, на других «зайках».

Первая скачка на привязанном лепуре, по заверению Уне, активирует многие «дремлющие» точки векторов зелёной магии. Что только на руку для того, чтобы пройти посвящение Уто.

Поэтому ездить я училась (под о-очень строгим контролем Уне училась на совесть!), а потом угощала обиженного Зефира, который вырос для верховой езды уже через неделю, морковкой и имбирными пряниками.

Была ещё одна причина откладывать скачку на нём.

Чем выше поднимется наш общий магический поток во время ритуала — тем больше вероятность, что со временем лепур сможет ходить со мной по Теням. Кроме того, если всё пройдёт удачно, в качестве проекции, в «теневом теле», Зефир сможет сопровождать меня практически сразу. Но это лучше, чем ничего.

Вообще, насколько я поняла, перемещаться по Теням, как они есть, могут лишь демоны, в основном — высшие и привязанные питомцы. Те же дриады (если кровной связи с демоном нет) при необходимости заглядывают в тени с помощью своих «теневых тел».

По какой причине я смогла попасть в Тени — думаю, объяснять не надо. Кольцо, связывающее меня сразу с двумя высшими демонами, явно не только для красоты…

— Я захватила седло! — хлопнула себя по лбу Уне. — И уздечку.

Зефир недовольно попрядал ушами, и я поспешила обхватить руками испуганную морду.

— Никаких сёдел, — покачала я головой.

— Ты и в седле-то неуверенно сидишь, — напомнила Уне.

— Сколько раз ты падала? — ехидно уточнила Лунет.

— Кто на привязанных лепурах ездит в сёдлах? — возмутилась я.

— Если тренироваться с детства, то конечно, — фыркнула Наама.

— Зефир меня не сбросит, — упрямо сказала я.

— Ты уверена?

Я заглянула в лиловые глаза зверя и чмокнула бархатный розовый нос.

— Как и в том, что получу Зелёную Ветвь.

— Значит, встретимся на вершине, — сказала Уне.

Зефир как чувствовал, что я собираюсь запрыгнуть на него, пригнулся к земле, нетерпеливо прядая ушами.

Стоило мне оказаться верхом, как дыхание перехватило.

Потому что лепур взял с места в карьер! Огромными прыжками мой зайка понёсся к вершине!

И я, конечно, ожидала, что поездка верхом на привязанном питомце будет отличаться… дриады предупреждали… но я и не думала, что она будет настолько отличаться!

Первые секунды я думала только об одном: как бы не слямзиться на глазах у подруг, причём позорно! Не услышать ехидное «а я предупреждала!» и всё такое прочее.

А потом вдруг поняла — не упаду! Откуда-то из самой глубины души поднялось абсолютное доверие. Зефиру, себе, жизни… не важно. Я поняла, что мой зверь просто не даст мне упасть!

И в тот же миг произошло то, о чём так много рассказывала Уне, готовя меня к первой скачке. Слияние душ…

Я представляла, что будет что-то вроде магии Эйвы в «Аватаре» … Они там сплетались косичками. Здесь же я вдруг поняла, насколько то, что происходит сейчас со мной и с лепуром круче, в тысячу раз круче самой красивой картинки! Не было больше ни меня, ни зверя. Было единое существо, о двух головах, с двумя парами глаз, и зрение, обоняние, осязание тоже было двойным! Мамочки! Я и не знала, что лепуры так чётко различают краски, оттенки, что в темноте они видят, как днём! Зрение обострилось в десятки раз! Мир как будто замедлился. И мы… мы не скакали, мы летели! Время от времени отталкиваясь от земли, и толчки я чувствовала тоже, как и ощущала его мощные задние лапы своими!

Умопомрачительно!

Это не Теневой транс, когда время летит, не поймаешь.

Каждый миг проживался, как маленькая жизнь, за которую успеваешь наслаждаться каждым дивным оттенком сумрака, вечерней свежестью, молнией, что чертит в воздухе светлячок…

— Зефирчик, ты лучший! — совершенно искренне крикнула я и почувствовала, как зайка улыбается в ответ. Ему было очень, очень приятно!

Словно очнувшись, я поняла, что мы нарезаем круги на бешеной скорости вокруг того самого дуба, в который мне предстоит войти за Зелёной Ветвью.

И вдруг стало страшно: а что, если стоит мне спуститься на землю, это волшебство закончится? И дерево просто не впустит меня внутрь?!

Простой, как две копейки, план, родился за секунду.

Мне не нужно было давать команды лепуру: он слышал, чувствовал каждую мою мысль.

Развернувшись в воздухе так, что я только ухнуть успела, Зефир понёсся на возвышающееся над нами дерево на всех скоростях.

Чтобы за пять метров застыть, как вкопанный.

Я же с визгом на весь лес унеслась вперёд, выставив перед собой руки, словно собиралась нырнуть.

И когда кончики пальцев соприкоснулись с корой, та вдруг подалась, как пластилин, впуская меня внутрь.

Со всхлипом я проникла в ствол целиком.

И стала падать.