Глава 5

Иво так и торчал рядом с её велосипедом — понимал, что Рин вернется, чтобы заняться цветами.

— Тебе помочь? — не слишком уверенно предложил он.

— А помоги! — с усмешкой разрешила Рин. — Но только для букетиков нужны ленточки, а я про них совершенно забыла.

— Я сделаю! — с готовностью закивал Иво. — Сейчас в дом схожу за эками и сделаю.

— Бери побольше, деньги я тебе отдам! — крикнула ему вслед Рин.

Иво встал как вкопанный, медленно обернулся и отчеканил:

— Я не буду брать деньги за помощь со своей любимой девушки.

И пока Рин ошарашенно хлопала глазами, силясь подобрать ответ, как ни в чем не бывало направился к дому.

— Ишь ты! — пробормотала себе под нос Рин. — «Со своей любимой девушки»! Где же была твоя любовь все эти три года?

Впрочем, было вполне очевидно, что совсем скоро она об этом узнает.

Эк Иво притащил целую миску.

— Тебе что, по эке на ленточку требуется? — удивилась Рин.

— Нет, — покачал головой Иво. — Просто взял с запасом, еще же столы делать придется. Они ведь на один раз только, жалко деревья губить ради такого, буду из энергии делать.

— Разумно, — была вынуждена согласиться Рин.

— Какие ленточки-то надо? — уточнил Иво. — Цвет? Материал?

— Лиловые делай или фиолетовые. А материал — какой сам захочешь, главное, чтобы они не осыпались.

Иво кивнул, но прежде чем приступить, создал две табуретки и пояснил:

— Потом энергию на другое переработаю.

— Спасибо, — буркнула Рин и, поставив свою табуретку возле тележки, принялась развязывать тюк с клевером.

Иво сел рядом и сделал первую ленточку: лиловую с серебристыми полосками по краям.

— Льняная, — сказал он, хотя Рин ни о чем не спрашивала. — А края воском залеплены.

— Подойдет, — одобрила Рин и прихваченными из дома ножницами начала обрезать лаванду.

Срезав небольшой пучок, добавила клевер, взяла у Иво ленточку, перевязала, окутала чарами для сохранности и положила готовый букетик на землю. Потом еще один. И еще.

Работали в тишине, и это молчание с каждой минутой становилось всё более и более тягостным.

— Я почти четыре месяца не мог разобраться в себе, — наконец-то произнес Иво. — И так прикидывал, и этак, и всё не мог определиться, смогу жить с ведьмой или нет. Но с каждым днем без тебя мне становилось всё хуже и хуже. И в конце концов такая тоска навалилась, что я отправился сюда, в Дроминир. Решил, что гори оно огнем, а я хочу быть с тобой, и никто другой мне не нужен.

— И почему же ты ко мне не пришел? — озадаченно взглянула на него Рин.

— Лес меня не пустил, — поразил её ответом Иво. — Я три недели пытался добраться до твоего дома, но каждый раз возвращался в деревню ни с чем.

— А жил ты всё это время где?

— У бабушки твоей. Но тебе попросил не говорить ничего, сам хотел встретиться и объясниться. Однако ничего не вышло. Тогда я вернулся в Шаннон и пошел к тамошней ведьме. Она-то мне и объяснила, что раз лес меня не пускает, значит, живущая в нем ведьма таит на меня серьезную обиду, но вреда причинить не хочет, иначе я бы давно либо сгинул в болоте, либо шею в овраге свернул.

— Но ты бы мог просто подождать, пока я в Дроминир приеду, — заметила на это Рин. — Я здесь появляюсь нечасто, предпочитаю, чтобы местные сами ко мне приходили, но всё-таки бываю и к бабушке всегда захожу.

— Такой простой вариант в тот момент не пришел мне в голову, — невесело усмехнулся Иво. — И я решил найти госпожу О’Ши и выяснить у нее, как можно попасть в лес, вопреки нежеланию ведьмы меня видеть. От твоей бабушки я знал, что предыдущая ведьма отправилась куда-то в амазонские джунгли…

— И ты поехал её искать? — Рин в изумлении прижала ладони к щекам, выронив очередной букетик.

— Поехал, — подтвердил Иво. — Пока дождался судна, которое плывет в Южную Америку, пока до джунглей этих добрался, пока госпожу О’Ши там нашел, прошло больше двух лет.

— Это сколько же ты в одиночку в джунглях бродил? — потрясенно спросила Рин.

— Ну не в одиночку. Не такой уж я дурак. — Иво улыбнулся. — У меня проводник был из местных. И оружие мы с собой взяли, и палатки, и мешки спальные. Да и тамошние жители меня научили, как отпугивать диких животных при помощи энергии. Так что путешествие мое было безопасным.

Рин недоверчиво сощурилась, и Иво тут же поправился:

— Ну почти. Но нам постоянно не везло: как только мы добирались до жилища очередной местной ведьмы, оказывалось, что госпожа О’Ши уже оттуда ушла.

— Но в итоге вы её нашли?

— Да. И только для того, чтобы узнать, что на твой лес повлиять никак невозможно, и мне нужно поселиться в Дроминире и ждать, когда ты там появишься. И вот я здесь.

— Надо же… — протянула Рин. — Такая история мне бы даже в голову не пришла.

— Ты мне не веришь? — вскинулся Иво.

— Верю, — успокоила его Рин. — Я чувствую, что ты говоришь правду.

— Значит, ты знаешь, что я, правда, тебя люблю, — тут же заключил Иво.

— И что? — Рин уперла руки в бока и сердито глянула на парня. — Кроме тебя, есть еще и я. А я…

— А ты тоже меня любишь! — нахально заявил Иво.

— С чего ты взял? — немедленно возмутилась Рин.

— Иначе бы ты так сильно на меня не обижалась и давно бы уже выбросила из головы.

— А может, я и выбросила? — Рин недовольно поджала губы.

Иво насмешливо улыбнулся в ответ и сказал:

— Я понимаю — тебе нужно время. Я подожду.

А потом начал рассказывать о своих приключениях во время путешествия в Южную Америку.

* * *

Обряд связывания рук Рин раньше не видела. Это вообще была первая свадьба, на которой ей довелось присутствовать. Как рассказывала бабуля Сэйбх, на Земле свадебные церемонии проводили либо христианские священники, либо государственные чиновники.

В Умбре же было по-другому: вступающие в брак сами выбирали обряд по вкусу. В любом случае среди немногочисленных христиан, попадавших сюда после смерти, священников никогда не оказывалось. То ли они уходили в свой рай, то ли еще куда, но точно не в этот мир.

Обряд для Кэйлы и Брадана проводили прабабушка Элга со стороны невесты и дедушка Иво и Брадана Патрик Махони. Оба они, как и большинство гостей, были в зеленом, а Патрик еще и надел ирландский килт. По мнению Рин, мужчина в юбке, пусть даже и называвшейся по-другому, смотрелся странно, и она порадовалась, что ни жених, ни стоявший рядом с ней Иво настолько тщательно следовать традициям не стали.

Когда Иво, сияя гордой улыбкой, поведал ей, что будет одним из друзей жениха, Рин даже не удивилась. Пусть они с Браданом никогда не были особенно близки, но настоящий друг у ветреного парня был только один — Тиган Бирн, а для свадьбы требовалась хотя бы парочка.

Вообще-то, подружкам невесты полагалось стоять рядом с невестой, а друзьям жениха — рядом с женихом. Но Иво, не слушая возражений, перетащил Рин на свою сторону, сломив сопротивление ведьмы словами: «Ну ты же всё равно собираешься проверять искренность Брадана своим амулетом». Тиган же с охотой согласился поменяться местами — Мэрид, которую этот долговязый балагур увидел на свадьбе впервые, явно произвела на него самое приятное впечатление.

Кэйли в голубом шелковом платье, расшитом лиловыми цветочками, выглядела чудесно! Облегающий лиф, пышная юбка, рукава-фонарики — вроде ничего особенного, но свадебное платье сестре очень шло. Брадан тоже смотрелся хорошо, даже несмотря на то, что и он был в голубом. Так-то цвет одежды жениха традициями регламентирован не был, но будущий муж Кэйлы решил продемонстрировать семейное единство таким несколько странным способом.

Брадан заметно волновался, даже голос немного дрожал, когда он произносил брачную клятву:

— Я люблю тебя, Кэйла Мерфи, и клянусь быть с тобой в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в здравии и в болезни, пока смерть не разлучит нас.

Трогательная нежность изливалась из него теплой волной, и Рин поняла, что поверила бы в искренность Брадана, даже если бы при ней не было амулета правды.

Кэйла тоже дала клятву. А потом прабабушка Элга с Патриком Махони связали левую руку невесты и правую руку жениха лиловой атласной лентой и торжественно объявили их мужем и женой.

Гости разразились радостными аплодисментами, выкрикивая поздравления и пожелания счастья и благополучия. Кэйла сияла, Брадан тоже, да и сама Рин расплылась в улыбке.

— Танец! Танец молодоженов! — выкрикнул женский голос, и остальные радостно подхватили.

Дядя Ханлей взял волынку, дедушка Джилрой — кельтскую арфу, Тиган вооружился обычной гитарой. Веселая мелодия разлилась над лужайкой. Гости расступились, давая место главной паре, Брадан подхватил Кэйлу, и начался их первый семейный танец.

Рин любовалась сестрой, её счастливой улыбкой, её красивыми плавными движениями, и когда Иво прошептал ей на ухо: «Потанцуешь со мной?» — просто бездумно кивнула в ответ, не сразу осознав, на что именно согласилась.

Однако покружиться в объятиях уже вроде как и не совсем бывшего Рин не довелось. Внезапно лужайку заполнил неизвестно откуда взявшийся плотный туман, удушливо-сладко запахло цветами, а потом раздался надрывный вопль Брадана:

— Кэйла! Нет!

У Рин от нехорошего предчувствия похолодели руки, но это не помешало ей немедленно начать действовать. В конце концов, она ведь ведьма! Что ей какой-то туман, пусть и явно магический?

Рин призвала ветер и направила воздушный поток на струи тумана. Те сопротивлялись, словно живые, но всё же довольно быстро сдались, открывая растерянно топчущегося на месте Брадана.

— Кэйла исчезла! — убито поведал он, поднимая правую руку, на которой всё еще болталась лиловая лента. — Она просто пропала, словно сквозь землю провалилась.

— Ну почему же «словно»? — мрачно произнесла бабуля Сэйбх. — Её забрали фейри. Осталось только понять, почему так вышло.

— Какие еще фейри? Что за бред! — возмутилась Рин. — Это же всё сказки!

— Увы, нет, — покачала головой бабушка. — Этим тварям только в радость утащить невесту и заставить танцевать с ними.

— Ты это серьезно? — требовательно уставилась на нее Рин.

— Разумеется, — спокойно кивнула бабушка и обратилась к Брадану: — Насколько я видела, Кэйла обе ноги одновременно от земли не отрывала. Ведь так?

— Так, — заторможенно подтвердил Брадан.

— Значит, на ней было что-то зеленое, — заключила бабушка.

— Не было на ней ничего подобного! — заверила Мэрид. — Я лично помогала Кэйле одеваться и совершенно в этом уверена.

— Остается только один вариант. — Бабушка невесело усмехнулась. — Кто-то прицепил нечто зеленое — например, листочек клевера — к одежде Кэйлы.

— Да ясное дело, кто это был, — ехидно протянула Делма. — Рин, больше некому.

— Я⁈ — прошипела Рин, потрясенная этим обвинением. — С чего бы мне такое делать?

— С того, что ты была против их любви! — пафосно заявила двоюродная сестра.

— Ну-ну! — Рин хищно оскалилась, быстрым шагом приблизилась к Делме и потребовала: — Давай-ка, повтори свои слова!

Делма открыла рот, но не смогла выдавить из себя ни единого звука.

— Знаешь, что это за штука у меня на шее? — злобно сощурилась Рин. — Это амулет правды. Что ты сделала с Кэйлой? Отвечай!

Делма испуганно замотала головой и начала пятиться от взбешенной ведьмы.

— Ну нет! Ты у меня заговоришь! — Рин схватила её за руку и послала по нервам коварной кузины болевой импульс.

Та вздрогнула и попыталась вырваться, но Рин держала крепко.

— В следующий раз ударю сильнее, — пригрозила она. — Говори!

— Да, это сделала я! — выпалила Делма, срываясь на визг. — Я повесила на нее зеленую нитку, когда она проходила мимо.

Рин так поразилась, что выпустила руку кузины, а тетя Айне ошарашенно выдохнула:

— Дорогая, но зачем?

— Потому что она его не заслуживает, мама! Брадан должен быть моим!

— Не улавливаю логики, — озадаченно нахмурилась Рин. — Ты что, всерьез веришь, что, если Кэйлы не будет рядом, Брадан не только её разлюбит, но и полюбит именно тебя? Вот так вот — раз! — и всё получится?

— Кто знает, сколько времени пройдет, прежде чем фейри её отпустят? — ухмыльнулась Делма. — Может, три дня, а может, сто лет. Довольно трудно любить того, кого нет рядом слишком долго.

— Об этом не тебе судить! — угрюмо сказал Брадан. — Мне нужна только Кэйла. У тебя нет ни малейшего шанса.

— Это ты сейчас так говоришь, — отмахнулась Делма. — А лет через десять вполне можешь и передумать.

— Никаких десяти лет! — отрезала Рин. — Мы вернем Кэйлу прямо сейчас! Брадан, ты ведь пойдешь со мной?

— Конечно! — истово закивал новоиспеченный муж.

— Я с вами! — решительно заявил Иво.

— Зачем? — не поняла Рин. — Мы и вдвоем справимся. Вернее, втроем. Делма тоже пойдет: надо же оставить кого-то дивному народу на замену, чтобы развлекал их танцем.

— Я с вами, — упрямо повторил Иво.

— А я — нет! — истерично выкрикнула Делма. — Еще чего!

— То есть ты отпустишь Брадана к фейри одного? — приподняла брови в демонстративном удивлении Рин. — А я думала, ты его любишь.

— Он будет с тобой и с Иво, — парировала Делма.

— Ладно, твое согласие мне всё равно не требуется. — Рин оскалилась в зловещей улыбке и вновь схватила двоюродную сестру за руку.

Делма попыталась вырваться, но Рин пригрозила новым болевым импульсом, и кузина затихла.

— Пусть один из вас возьмет меня за вторую руку, а другой обхватит за талию, — скомандовала Рин братьям Махони.

Разумеется, обнял её Иво, а Брадан удовольствовался рукой.

Рин глубоко вдохнула и закрыла глаза, погружаясь в созерцание энергетических потоков. Следы магии фейри поблескивали разноцветными искорками, уходя под землю. Рин настроилась на них, потянулась к их источнику, и четверо участников спасательной операции провалились в обитель дивного народа.

Те, кто побывал под холмами, утверждали, что жилища фейри прекрасны. И теперь Рин знала, что это правда. Едва она открыла глаза после завершения перемещения, окружающее великолепие практически ослепило ведьму.

Они оказались в большом зале, однако Рин не сразу это поняла. Сначала она решила, что попала в сад. Прекрасный сад с роскошными клумбами, изящными деревьями и прихотливо высаженным кустарником. Вот только, когда Рин посмотрела вверх, выяснилось, что никакого неба над ними нет, лишь высокий, богато украшенный потолок, с выложенными из сияющих драгоценных камней облаками на лазурном фоне и огромным светильником, имитирующим солнце.

Здесь даже птицы имелись. Яркие и сладкоголосые, они сидели на ветвях и услаждали зрение разноцветным оперением, а слух — приятными трелями, сплетавшимися в единую плавную мелодию.

А вот Кэйлы нигде видно не было. Рин начала сплетать чары для поиска родной крови, но закончить их не успела — пришлось хватать за руку Иво, уже нацелившегося потрогать ствол ближайшего дерева.

— Ты чего? — недоуменно уставился на нее парень.

— Куда руки тянешь? — прошипела Рин.

— Так красота-то какая! — восхищенно выдохнул Иво. — Ты только посмотри, насколько тут тонкая резьба! Прямо на стволе. Но дерево, похоже, живое, и ему это никак не повредило.

— Да, оно живое, — подтвердила Рин. — Как и вообще всё здесь. Это особенность магии фейри — оживлять всё, к чему прикоснутся.

— Или отбирать жизнь, — мрачно добавил Брадан.

— Это спорный вопрос, — произнесла неожиданно возникшая перед ними ослепительно красивая женщина.

Прямые белоснежные волосы шелковым водопадом обрамляли безупречную фигуру, облаченную в нежно-голубое платье, подобранное в тон к огромным миндалевидным глазам. Прямой аккуратный нос, полные алые губы безукоризненной формы, точеный подбородок — она была идеальна. Впрочем, как и любая из фейри.

— И с чего это он спорный? — неприязненно скривившись, поинтересовался Брадан. — Вы превращаете растения и животных в статуи. Говорят, и с людьми подобное проделываете.

— Не всем слухам стоит верить, — высокомерно улыбнулась фейри. — По-настоящему прекрасные статуи из людей не получаются, вы слишком несовершенны.

— Сестру мою отдай, — грубо перебила Рин — тратить время на споры о художественных вкусах она не собиралась.