Глава 12

Софи Соколовская

Моё предположение попадает в цель. Девчонка сверкает чёрными глазами, сжимая кулаки, того и смотри бросится на меня. Непроизвольно я отступаю перед такой неприкрытой ненавистью.

― Откуда ты знаешь? ― проговаривается она, зажимая рот рукой, понимая, что сболтнула лишнее.

Парнишки-золты смотрят на Ляну, ожидая опровержения моих слов, и её фраза сильно их разочаровывает.

― Ляна, о ком она говорит? ― спрашивает тот, что в полосатых штанишках.

― Ясно о ком, ― зло цедит золт в клетчатом жилете. ― О Тарине, сыне градоначальника.

Видимо, он менее доверчивый или ещё раньше подозревал её в ведении двойной игры.

― Заткнись, Кай, ― слишком спокойно говорит внучка ведуньи, бросая на парнишку презрительный взгляд. 

― Да, ты нас с Таем за нос водила, ― возмущается парень, которого Ляна назвала Каем. 

Очень романтичные имена, особенно Тай. 

― Я бы даже сказала, использовала в своих низменных целях, ― подливаю масла в огонь раздора.

― Ляна, как ты могла так с нами поступить? ― канючит Тай и мне становится понятно, как она могла. 

Обмануть такого наивного парнишку, как Тай, очень просто. И даже грех не воспользоваться его влюблённостью. Такие хищницы, как Ляна, разбивают сердца, милым добрым парням, как Тай, если им не повезло в них влюбиться. 

― Очень даже могла, ― снова встреваю я, щедро делясь с простодушными золтами своими домыслами. ― Ляна на всё пойдёт, лишь бы вернуть Тарина. 

Девчонка с достоинством выносит нападки со всех сторон. Я невольно восхищаюсь её силой духа и да и наглостью тоже.

― Скажи, что это неправда, ― с болью в глазах просит Тай. Я смотрю на него, и сердце сжимается от сострадания. А такие, как Ляна, не знают жалости.

― Ты что не понимаешь, что это правда, ― выкрикивает Кай. ― Очнись, она использовала нас. Играла чувствами ради достижения своей цели. 

Кай выхватывает нож. Это уже слишком. Ещё не хватает убийства на моих глазах. Если парнишка убьёт эту стерву, то его казнят. Слишком высокая цена за глупую месть.

― Гадина! ― Выкрикивает он, занося над ней охотничий нож с бороздками для крови. 

Да, парень, решительно настроен. Я становлюсь между ним и девчонкой.

― Остановись, Кай, ― прошу его я. ― Она не стоит того. Поверь!

― Откуда ты знаешь? ― злорадно шипит Ляна. ― Не лезь! У него просто не хватит смелости убить меня. 

Кай действительно опускает занесённую руку, нож же остаётся зажатым в ладони. 

― Слабак! ― презрительно выплёвывает внучка ведуньи.

Он поднимает на неё глаза и мне становится жутко. На меня смотрит вся ненависть мира. Кай не спустит ей насмешек. Пусть не сейчас, но он всё же отомстит. Парень не из тех, кто легко прощает. Зря она так. Кай не слабак.

― Заткнись, Ляна, ― зло произношу я. ― Твоя жалкая жизнь не стоит такого риска.

― Да, неужели? ― насмехается она, задетая моими словами. 

― Я не собираюсь с тобой пререкаться, ― спокойно говорю я. ― Иди домой, пока я тебя не сдала генералу.

― Нет, ― зло произносит Кай. ― Она нужна на свободе.

Удивлённо смотрю на него. Что это значит? Нужна на свободе? Что за глупость? 

Я смотрю, что внучка ведуньи прям глава повстанцев. Аж смешно. Пожалуй, стоит её сдать генералу, пускай сам разбирается, что с ней делать.

Внезапно, словно озарение рождается шальная мысль: а что если, организовать свадьбу Ляны. Мне кажется, что это просто шикарная идея, потому что она самая популярная девушка в городке. 

А, что если осуществить её мечту выйти замуж за неведомого мне Торина. Райан должен это устроить, в конце концов, свадьба сына градоначальника и в его интересах тоже. 

Вот только как преподнести эту мысль Ляне? 

Смотрю на её некрасивое злобное лицо и понимаю: не сейчас. Не время делать предложение, от которого невозможно отказаться. Сначала нужно поразить её размахом и мишурой. Она падка на роскошь, насколько я могу судить. 

Иначе не выбрала бы заведомо проигрышную партию ― сына градоначальника. Она не та девушка, на свадьбу с которой даст согласие такой сноб, как хозяин города.

― Не знаю, зачем она тебе нужна, ― с сомнением произношу я. ― Чует моё сердце, что до добра это вас всех не доведёт.

― Не твоё дело, ― с вызовом, вздёрнув нос, произносит Ляна.

― Да не вопрос, ― вскидывая я руки ладонями к ней, ― поговорили и будет. Давайте расползаться по своим норам.

― Зачем ты нас оскорбляешь? ― наконец-то подаёт голос робкий Тай. ― Уже второй раз.

Я закатываю глаза. Как же сложно с ними общаться. 

― Никого я не оскорбляла, ― как стон вырывается у меня эта фраза. ― где ты увидел оскорбление?

Тай, словно испуганный оленёнок смотрит на меня большими добрыми глазами, а у меня дар речи пропадает. Так хочется его пожалеть, бедняжку.

― Норы, ты назвала наши дома норами.

― У меня вообще нет дома, ― пожимаю плечами. ― Я сказала, расползаемся, имея в виду и себя.

Терпеливо, как маленькому ребёнку, разъясняю я. Он и впрямь ведёт себя, как малыш.

Ляна тянет его за руку, и храбрые повстанцы покидают поле боя.

Выдыхаю. От напряжения чувствую, как по спине скатывается струйка пота. Только же искупалась.

Казалось бы, я не чувствовала волнения, когда общалась с ними, а поди ж ты, руки-то слегка трясутся.

Выбираюсь из кустов, снова поранив руки и лицо. Теперь нужно также незаметно добраться до своей комнаты. Определённо следует съезжать от генерала. Ничем его присутствие не помогает. Меня едва не прирезали, а он спокойно дрыхнет у себя в шатре. Вектор моего недовольства перемещается на вечного неприятеля ― Райана ди Роско.

― Я смотрю, ты времени зря не теряешь, ― негромко произносит генерал откуда-то сбоку. ― Заводишь дружбу с бунтарями.

Резко оборачиваюсь и напарываюсь на острый словно клинок, взгляд дракона. 

― Думаю, что ты должна объясниться, ― сурово сдвинув брови, произносит он. 

Объясниться? Да с какой стати? Что он о себе возомнил?

― И не подумаю, ― отвернувшись, говорю я.

Райан хватает меня за плечо и разворачивает к себе лицом. Ноздри его раздуваются от гнева, а глаза мечут молнии.

― Ещё как подумаешь, ― рычит он мне в лицо, как разъярённый зверь.

Я веду плечом, как бы намекая, что мне не нравится его хватка и пора бы меня отпустить. Но генерал не понимает намёков. Простой, как меч, он ждёт от меня повиновения.

― Знаете, что, генерал, ― начинаю я возмущённо.

― Что? ― сбивает он меня с толку не столько вопросом, сколько взглядом.

― Я завтра же съезжаю от вас, ― гордо заявляю я, ― у меня тьма-тьмущая дел, которыми мне необходимо заняться.

― Такого комплимента от женщины я ещё не получал, ― довольно урчит, как объевшийся сметаны кот, генерал.

Мои глаза едва не выпадают из орбит. Вот это самооценка. Мне бы такую. Это надо иметь способность вывернуть всё в свою пользу. Пожалуй, этому у него стоит поучиться.

― Это не комплимент, с чего вдруг такой вывод?

― Ну, как же, ― улыбается он. ― Ты решила съехать, чтобы заняться делом.

Я киваю, подтверждая его слова.

― А это значит, что я тебя волную, раз ты не можешь сосредоточиться. Признайся, Софи, что я тебя привлекаю, как мужчина.

Задыхаюсь от такого нелепого вывода. Против моей воли щёки вспыхивают пожаром, что, кажется, осветили ночь вокруг.

― Нет, генерал ― ваши выводы неверны, ― прилагаю титанические усилия говорить спокойно. ― Вы делаете стратегическую ошибку, опираясь на придуманные факты.

― Ты можешь говорить нормально? Вечно из тебя льётся столько слов, когда можно сказать проще: “Ты прав, Райан”.

― Райан, ты не прав, ― огрызаюсь я.

― Мне так не показалось.

― Да неужели, ― начинаю злиться.

― Ты просто таяла в моих руках, когда я ласкал тебя в ванной, ― самодовольно улыбается генерал.

― Нет, неправда, ― снова вспыхиваю я, вспоминая те моменты. Но почему же я сейчас не испытываю даже сотой доли того возбуждения? В чём дело? ― К вам я ничего не испытываю, кроме раздражения.

― Тогда почему сбегаешь?

С трудом подавляю в себе желание подрифтовать его самодовольную физиономию сковородкой. 

― Я не сбегаю. Мне нужно помещение, чтобы организовать своё свадебное агентство. За этим я сюда приехала. 

― Одно другому не мешает, ― гнёт свою линию генерал. ― Ты забыла, что император мне отдал тебя?

Ну, что у него за способность выводить меня из себя. От его слов я вся дымлюсь, но не потому, что вдруг Райан вызвал во мне что-то кроме раздражения.

― Запомните раз и навсегда: император милостиво позволил вам воспользоваться моей помощью.

Глаза генерала опасно сужаются, но меня уже не остановить. 

― Он знал, что сами вы не справитесь.

― А ты значит, справишься?

― Справлюсь!

― Так где твоя хвалёная хватка? Ты так кичишься тем, что сможешь быстро найти пару для свадьбы…

― Я уже нашла такую пару.

Я не спешу помогать вправить на место отвисшую челюсть генерала.

― Шустрая, ― не то с осуждением, не то с восхищением произносит пришедший в себя генерал.

― На том стоим, ― обезоруживающе улыбаюсь я, во всяком случае, мне бы хотелось так думать.

Словно ястреб свою добычу, Райан хватает меня за предплечье и тащит в шатёр. Молча шагает в сторону моей комнаты, я едва за ним поспеваю.

Достигнув своей цели, он грубо отпускает меня, что я едва удерживаюсь на ногах.

― Это что ещё за демонстрация грубой мужской силы? ― потирая руку, спрашиваю я.

Генерал нервно ходит из угла в угол.

― Стесняюсь спросить это так важно сейчас? ― преувеличенно серьёзно произношу я.

― Что важно? ― будто бы, очнувшись от транса, переспрашивает генерал со смущённой улыбкой.

Со смущённой? Ущипните меня! Я сплю!

― Габариты моей комнаты, ― продолжаю я подкалывать Райана. Хотя по опыту уже знаю, что ничем хорошим для меня это не закончится. ― Вы с таким фанатизмом измеряете мою комнату.

Генерал скрипит зубами, а я боюсь, что они раскрошатся. 

― У меня создаётся впечатление, Софи, что вы специально меня провоцируете, ― в два шага он оказывается возле меня, нависая надо мной как скала. В глаза генерала я не смотрю. Боюсь. Уставилась в ямочку на жёстком волевом подбородке.

― И в мыслях не было, ― не моргнув глазом лгу я.

― Тогда рассказывайте свой гениальный план, ― приказным тоном произносит он.

― Не такой уж и гениальный, ― делаю вид, что смущаюсь, ― есть в нём парочка уязвимых мест.

― В любой стратегии есть парочка уязвимых мест, а иногда и больше. Ваша задача не показывать вида, что они уязвимы, ― делится жизненной мудростью генерал. ― Вы рассказывайте, а я попробую угадать слабые места плана.

Меня смущают его скачка с “вы” на “ты” и обратно, но, кажется, это только моя проблема.

― Я намерена, как только рассветёт, идти искать место для постоя, ― начинаю я.

― Вот и первое уязвимое место, ― снисходительно произносит генерал, усаживаясь за рабочим столом.

― Вообще-то, нет, ― вскидываюсь я. ― Раны, благодаря волшебной мази императора уже зажили. 

― Всё равно вы выглядите как ходячая мечта некроманта.

― В каком смысле? ― теряюсь я.

― Как умертвие, ― поясняет Райан, но понятнее не становится. 

Любой вопрос по этой теме уведёт нас в сторону лекции по некромантам. Это, конечно, увлекательно и полезно для общего развития, но ни на йоту не продвинет нас в нужной мне теме. Захлопываю рот, с уже готовым сорваться вопросом и продолжаю разговор.

― Совсем неважно, как я сейчас выгляжу.

― Ещё одно уязвимое место вашего плана, Софи. Женщина всегда должна выглядеть привлекательно, ― самодовольно улыбается генерал.

― Женщина никому ничего не должна, кроме самой себя, ― отрезаю я, стирая с его лица улыбку. ― Вы либо слушайте, либо я сама буду осуществлять свой план.

― И чего вам на месте-то не сидится? ― раздражённо произносит он.

― Да потому что пока я у вас живу, никто из золтов ко мне не придёт, ― выкрикиваю я. ― Они ненавидят драконов и меня считают драконицей.

― А вы не такая, ― подсказывает генерал.

― Не такая, ― подтверждаю я.

― И всеми фибрами души вы сейчас ринетесь доказывать золтам, какая вы не такая.

Я пожимаю плечами. А что делать, если нужно для дела.

― Софи, то, что вы появились вместе со мной, уже делает вас пособницей драконов. И то, что вы выполняете приказ императора тоже. Не проще ли смириться и действовать в тех обстоятельствах, в которых вы по воле случая оказались?

С подозрением смотрю на него. Это что попытка оставить меня у себя? Зачем ему это надо? Неужели наше аномальное поведение в ванной послужило толчком. Так этого больше не повторится. Волдыри почти сошли и мазь , и его помощь в её нанесении больше не понадобится. 

Наблюдая за генералом, я всё больше и больше подозреваю, что тогда, когда я едва не отдалась ему, в шатре были распылены наркотические вещества. Точнее, афродизиаки. Иначе никак я не могу объяснить своё и его поведение.

― Вот шатёр для вашего агентства нужен непременно, ― продолжает генерал, не замечая моих раздумий. ― А жить  вы будите здесь, и это даже не обсуждается. Заставьте их приходить к вам независимо от происхождения.

― Ваши доводы убедительны, но мне всё же лучше съехать, ― упираюсь я.

― Куда позвольте вас спросить?

― К ведунье, ― ляпаю я первое, что приходит в голову. 

― А как же ваши дружки-заговорщики? Не боитесь?

― Вы что подслушивали? ― догадываюсь я о причине такой его осведомлённости.

― Пришлось, ― с сожалением говорит он. ― Опережая следующий вопрос, скажу, что слышно было очень плохо и много чего я пропустил.

― Хорошо, ― соглашаюсь я. ― Раз вы уже всё знаете, то скажу прямо: мне нужна ваша помощь.

Бровь генерала удивлённо выгибается.

― Ляна, внучка ведуньи, влюблена в Торина, сына градоначальника, но как я поняла, ваш дружок против их брака, ― выпаливаю я на одном дыхании. ― И молодёжь организовала мятеж.

― Не думаю, что причина лежит на поверхности. Ляна, конечно, ещё та штучка, но на главаря мятежников не тянет, ― подтверждает генерал мои выводы. ― За ней стоит ещё кто-то, и это не Торин.

― Почему не Торин? ― удивляюсь я выводам Райана. ― Мне казалась версия очень даже рабочая.

― Правильно, казалось, ― ободряюще говорит генерал. ― Вот только за всем этим стоит что-то большее.

― Иногда самое простое решение и есть правильное.

― Бывает и такое, но не в этом случае.

― Мы не в том положении, чтобы искать изящное решение, нам нужно правильное, ― настаиваю я на своём. 

― А вы хотите поженить Торина и Ляну, я правильно понимаю? 

Киваю, широко улыбаясь.

― И для этого нужна моя помощь?

Я снова киваю.

― Нужно, чтобы вы уговорили градоначальника разрешить свадьбу. 

Райан задумчиво чешет подбородок, а я пристраиваюсь в кресло напротив него. 

― Это будет сложно, но попробовать можно. Взамен ты остаёшься здесь, под моим присмотром. А помещением для агентства займёмся прямо с утра.

― А если я не хочу оставаться здесь?

― Надо, Софи, надо.

Такая настойчивость рождает в моей голове стройную теорию о том, что генерал наконец-то пал к моим ногам. Не то чтобы я этого хотела, но приятно. 

― Император приказал не спускать с тебя глаз.

Проклятье! Да у него просто талант одной фразой всё испортить.