Глава 28

Софи Соколовская

― Нет, ты слышала? ― возмущаюсь я и, не удержавшись, передразниваю Райана. ― Мы с тобой поладим.

Ранелия улыбается, как человек, познавший истину.

― Не бери в голову, он всегда такой, ― примиряющим голосом говорит она. ― Но что у Райана не отнять, это раз сказал, что сделает, значит, сделает. Можешь, дальше планировать свадьбу. 

Скептически смотрю на неё. Не знаю, что нужно сделать, чтобы обиженные родственники согласились на его условия. Угрожать физической расправой или сразу прижигать пятки? Слава богу, паяльников в этом мире нет.

― Поверь мне, она будет, ― кивает в такт словам Ранелия. ― Может, покажешь, что ты тут придумала. Ведь для помощи тебе меня вызвали.

Как бы мне ни хотелось расслабиться, но дело превыше всего. В своём мире отосплюсь. Грустно улыбаюсь. Там я говорила то же самое. Признайся, хотя бы самой себе, что ты замужем за своим агентством. Какой мужчина потерпит, что он стоит на последнем месте, где-то то между речью невесты и наймом официантов.

― Ты не возражаешь, если я хотя бы приведу себя в порядок?

― Да, ладно тебе, чего стесняться-то, ― лукаво улыбается Ранелия. ― Ты, между прочим, премиленько смотришься с сажей на лице.

Я демонстративно оглядываюсь, чем бы запустить в неё.

― Пока тебе наполняют ванну, можно было бы меня вкратце ввести в курс дела, ― наседает на меня упрямая драконица, и в кого это она такая? ― Ты мойся, отдыхай, а я подумаю над твоим планом.

Я не люблю никому показывать свои наработки. Особенно здесь, где в каждом подозреваю шпиона Коллет. Но, сомневаться в Ранелии было бы слишком. Она с нами в одной лодке и вряд ли начнёт пакостить брату. 

Пересилив себя, я открываю ежедневник, она же скользит по написанному взглядом:. 

― Знаешь, пожалуй, поработаем в кабинете Райана, пока Марко наносит тебе воды для ванны.

Она что подозревает денщика брата или у меня уже паранойя?

― Чем меньше людей знают о наших планах, ― объясняет мне она. ― Пусть даже их услышат мельком, тем лучше.

Киваю, соглашаясь. Марко я не знаю, и степень его надёжности тоже. Пусть остаётся в блаженном неведении.

Мы идём в кабинет, где я объясняю ей концепцию свадьбы.

― Я решила обыграть то, что Северина ведунья и опереться на местные традиции. Это костяк свадьбы, так сказать, тема. От себя я добавлю лишь несколько штрихов.

Ранелия с серьёзным видом слушает. Она даже не пытается записывать. С одной стороны меня это успокаивает, с другой — я думаю, что ей не понравилось.

― Я решила сделать свадьбу в стиле природы. Использовать натуральные материалы, цветы и природные элементы, которые будут отражать связь золотов с окружающим миром.

― Очень интересно, ― говорит Ранелия и пытается заглянуть в мои планы.

― Бракосочетание состоится в их священной роще, мы украсим это место живыми цветами. В идеале были бы искусственные для гирлянд  живые для букетов, ― мой голос звучит расстроено. Никак не могу смириться с тем, что Коллет похвалила моих специалистов. ― Для этого мне и нужен был флорист. Понимаешь, я не могу знать всего. Поэтому агентства и работают с разными специалистами.

― Это очень сложно, ― с восхищением произносит Ранелия.

― Ты ещё не видела эскиза свадебного платья Северины, ― говорю я и показываю наброски. ― Так как она уже немолода, мы решили, что её платье будет нежно салатового цвета, а костюм Альгула цвета мха. Это тоже подчеркнёт связь с природой.

Ранелия не отрывает взгляда от рисунка платья. Я далеко не художник, и наброски оставляют желать лучшего, но на что она так пристально смотрит.

― А это рассадка гостей, ― переворачиваю я страницу ежедневника, ― оформление столов и праздничное меню. Я так и не успела показать свои планы Северине.

― Ого! ― вырывается у Ранелии, когда она наконец-то отрывается от разглядывания плана посадки гостей. ― У тебя что каждая свадьба особенная?

― Ну, конечно, ― улыбаюсь я. ― Для этого и нужен организатор свадеб, чтобы воплотить мечты и желания пары в жизнь. Каждое торжество в своём стиле, согласно пожеланиям невесты и жениха. 

― Не думала я, что всё так сложно, ― грустно говорит она. ― Я считала, что есть один план на все свадьбы и ты каждый раз им пользуешься.

― Так нельзя. Например, твоя свадьба и свадьба Северины разные. Потому, что вы сами разные и пожелания у вас тоже вряд ли сойдутся.

― А как бы ты организовала мою свадьбу? ― от любопытства у неё вспыхивают глаза и голос немного подрагивает.

― Уже есть претендент? ― приходит уже моя очередь проявлять любопытство. 

― Нет, ― грустно говорит она, ― брачный сезон ещё не начался. 

― Вот как появится я организую свадьбу в лучшем виде. Вся империя тебе завидовать будет.

― А у тебя появятся клиентура, ― лукаво говорит она. 

Я пожимаю плечами.

― Зачем мне здесь клиентура? Как пройдёт свадьба Северины, я отправлюсь домой, в свой мир.

Ранелия заливисто смеётся, а я не нахожу здесь ничего смешного.

― Неужели ты думаешь, что Райан так просто позволит тебе уйти? ― недоумевающе спрашивает она меня.

― Может, и непросто, но отпустит, я в этом не сомневаюсь, ― уверена я в своих словах и даже сомнения его сестры не убедят меня в обратном. 

Очень надеюсь, что мой план сработает и я вернусь домой не одна, а с частичкой генерала. 

― А я знаю, что он никогда не отдавал то, что ему принадлежит по праву, ― говорит Ранелия, пристально заглядывая мне в глаза.

― Я не его собственность, ― по слогам произношу я. 

― Я бы так не сказала, ― показывает она на рисунки цветов у меня на руках. ― Вот подтверждение тому, что ты и мой брат принадлежите друг другу.

Я отчаянно краснею и бормочу:

― Постель не повод для знакомства, так говорят в моём мире.

― Что? Вы были близки? ― восклицает Ранелия, тараща на меня глаза и в мою душу, закрадываются неприятные подозрения, что я где-то просчиталась.

― По-моему, ты лезешь не в своё дело, ― отчаянно краснея, злюсь я. 

― Не в своё дело? ― Возмущённо восклицает она. ― Ты хоть понимаешь, что теперь навечно прикована к моему брату.

Этот разговор начинает меня утомлять. Что за глупости!

― Ни к кому я не прикована, ― раздражённо говорю я. ― После свадьбы я отправлюсь в свой мир. 

От наступления чего-то непоправимого, 

― Не тешь себя иллюзиями. Ты останешься здесь. Никто тебя не отпустит.

― Ну, почему? ― С отчаянием восклицаю я. ― Император мне обещал.

― Очнись же, Софи, ― качает она головой. ― Император спит и видит, женить наследника ди Роско. Неужели ты думаешь, что тебя выбрали просто так? 

Мне становится нехорошо. К горлу подступает тошнота. Неужели, то, что говорит Ранелия, правда? Неужели меня и правда не отпустят? 

― Этого не может,  ― растерянно бормоча, мотаю я головой. ― Просто не может быть. 

Я нервно бегаю по кабинету. Неужели всё это подстроено, и даже свадьба никому не нужна? Просто нужно, чтобы я…

Чтобы я что? Совершенно теряюсь. 

― Почему он так со мной поступил? ― я имею в виду императора. ― у меня же договор подписан, где чёрным по белому написано, что я смогу уйти.

Ранелия закатывает глаза, дивясь моей наивности. 

― Да, потому что истинная пара моего брата и он никогда, ― повышает она голос, ― слышишь, никогда не позволит тебе уйти.

― Он меня на дух не переносит…

― И именно поэтому он сразу же затащил тебя в постель, ― перебивает Ранелия. 

― Ну, не сразу, ― вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать.

Глаза сестрёнки генерала округляются, она прижимает ладонь ко рту, сдерживая крик.

Теперь я понимаю Райана. Она просто невыносима. Если напала на след, то как ищейка вцепится в тебя, пока не проговоришься.

― Он постоянно издевается и выводит из себя, ― пытаюсь я спасти положение. ― Разве с парой так поступают? 

― Для Райана узы брака — кошмар всей его жизни, ― негромко произносит Ранелия. ― Он думает, что я не знаю, а я знаю.

― Не время говорить загадками, ― в отражении окна, я вижу, что на голове у меня колтун, и пытаюсь пригладить его руками. ― Что ты знаешь?

― Я бы никогда не рассказала, но это может повлиять на твоё отношение к брату, ― она подходит ко мне сзади и обнимает за плечи. ― Ты не представляешь, как я рада, что он нашёл свою истинную пару. Судя по тому, что рисунок истинности уже виден на руке, у вас всё серьёзно.

― Нас нет, ― качаю я головой. ― Есть я и есть генерал ди Роско. Отдельно. Каждый сам по себе.

― Вы уже не отдельно. Райан поставил на тебе свою метку. Теперь каждый видит, чья ты женщина.

― Он знал, что я его пара? ― Удивляюсь я.

― Не думаю. Император знал, но Райан нет, ― уверенно произносит Ранелия, ― иначе бы этой метки не было.

Как интересно, оказывается, он тоже не хочет семью. Точнее, не “тоже”, а со мной. Но вместо облегчения становится обидно. 

― Ты сама себе противоречишь, ― раздражаюсь я, выплёскивая своё недовольство на сестру вместо брата. ― То не отпустит, то этой метки не было бы.

― Райан самый старший из нас, и он был свидетелем непростых отношений родителей. Для него это оказалась травма на всю жизнь. Все его ровесники давно женаты и имеют не по одному ребёнку, а Райан всеми правдами и неправдами избегает брачных уз. Но теперь он попался и никуда не денется, ― потирает ручки Ранелия.

Её последняя фраза, как обухом по голове.  Вот оно “никуда не денется”, я бы тоже завыла на луну от такой перспективы. 

― Если истинность — это про то, что “попался” и “никуда не денется”, то я против, ― серьёзно говорю я, ― да от такой перспективы удавиться можно.

― Никто до сих пор не удавился, ― смеётся она. ― Истинность, это про вечную любовь и преданность, про взаимную поддержку и понимание. Это высшее проявление любви.

Пропускаю это спорное утверждение мимо ушей. Хочет верить, пусть верит. Может, ей так легче живётся. Кто я такая, чтобы развеивать иллюзии?

― Ты обещала мне рассказать, почему он стал таким? ― осторожно напоминаю я.

― Разве? Не помню, ― морщит она носик. ― Ты не ошиблась?

― Провала в памяти не страдаю, ― отрезаю я и добавляю уже мягче, ― ну же, поделись, я же вижу, что тебе хочется.

Ранелия сдерживает улыбку, изо всех сил стараясь казаться серьёзной.

― Ну, хорошо, уговорила. Слушай.

Она возвращается в кресло напротив стола брата, любезно разрешая мне сесть на его место. Я удобно устраиваюсь, приготовясь слушать и как можно больше выудить из сестры человека, который по воле судьбы стал моим истинным.